А-П

П-Я

 

Дерево сделает это лучше по своей собственной природе, чем по предписаниям и наставлениям многих книг. Итак, все христиане через дух и веру имеют одинаковую природу; они излучают добро и справедливость в большей степени, чем их
можно научить всеми законами, и для самих себя не испытывают надобности ни в каких законах и правах.
Однако ты спросишь: почему же тогда Бог дал всем людям так много законов и Христос также много учил в Евангелии делу? Об этом я уже много писал в сборнике проповедей и в других сочинениях. Здесь я скажу об этом немного. Павел говорит
(1 Тим.1), что закон введен из-за неправедных, т. е. для того, чтобы те, которые не относятся к христианам, посредством закона внешне отвращались от злых дел. Об этом мы еще услышим. Ни один человек не бывает от природы христианином или благочестивым
. Напротив, все грешники и злые. Бог посредством закона ставит всем им преграды, так что они не решаются внешне проявлять свою злость в делах и действовать по своему произволу.
К тому же дал св. Павел закону еще и власть (Рим. 7) и (Гал. 2), чтобы она учила узнавать грех, направляла человека к милосердию и христианской вере. Так же поступал Христос (Мф. 5), поучая не противиться злому. Тем самым Он объяснял закон и наставля
л, как может и как должен поступать истинный христианин, о чем мы услышим дальше.
В-четвертых. К светскому царству, или к числу подчиненных закону, принадлежат все те, которые не являются христианами. Поскольку немногие веруют и меньшая часть [людей] ведет себя по-христиански, немногие противостоят злу, немногие сами не творят зла
, Бог учредил кроме христианского состояния и Царства Божия другой порядок и подчинил людей мечу, чтобы они хотели и все же не могли учинять зла, делали все то, что они могли бы свершать без страха, с миром и любовью. Подобно этому дикий, злобный зве
рь связывается цепями и путами, чтобы он не мог кусаться и царапаться, когда захочет, как требует этого его природа; ведь нежное, кроткое животное не нуждается в этом
и без цепей и пут не представляет ни для кого опасности.
Поскольку весь мир зол, и среди тысячи едва ли найдешь одного истинного христианина, то люди пожирали бы друг друга,
и некому было бы защитить женщин и детей, накормить их
и поставить на службу Богу, и мир опустел бы. Вот почему Бог учредил два правления: духовное, которое образуют христиане
и благочестивые люди при помощи Святого Духа, во главе с Христом, и светское, сдерживающее нехристиан и злых, заставляющее их, хотя бы против воли, сохранять внешний мир и спокойствие. Объясняя необходимость светского меча, Апостол Павел в Послании к
Римлянам, 13, говорит: "Начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых". И Петр заявляет: "Они (власти) даны для наказания преступников". :
В-пятых. Но скажешь ты: раз христиане не нуждаются ни
в светском мече, ни в законе, то зачем же говорит Апостол Павел, обращаясь ко всем христианам (Рим. 13): "Всякая душа да будет покорна высшим властям"? И святой Петр: "Будьте покорны всякому человеческому начальству" и т. д., как уже было отмечено? О
твет: я говорил, что христиане между собой, и в себе, и для себя не нуждаются ни в праве, ни в мече, потому что они им не нужны и не представляют для них никакой ценности. Но поскольку истинный христианин живет в этом мире не для самого себя, а для с
воего ближнего, которому служит, то свершает он по наитию своего духа и то, в чем не нуждается, а что полезно и необходимо его ближнему. И вот, раз меч полезен и необходим для охраны мира, наказания греха и защиты от злых, то христианин охотно подчин
яется правлению меча: платит подати, почитает начальство, служит, помогает, делает все, что идет на пользу светской власти, дабы ее не забывали, чтили и боялись. [Так поступает христианин], хотя ему самому все это совсем не нужно. Ведь он видит то, ч
то идет другим на пользу и благо, как учит Павел в Рим. 13.
Точно так же он свершает все другие дела любви, в которых сам не нуждается. (Он навещает больных не потому, что сам от этого станет здоровым; он кормит [нуждающегося] не потому, что сам хочет есть), и власти он служит не потому, что она нужна ему. Он
а нужна другим, чтобы защитить их и преградить дорогу злу. Такая служба не вредит христианину ничем и не сбивает его
с правильного пути, а миру приносит большую пользу. Там же, где христианин не делает этого, поступает он не по-христиански, вопреки [заповеди ] любви, являя к тому же плохой пример другим, которые точно так же не захотят признавать никаких властей, с
ловно нехристи. В результате этого могут пойти пересуды, будто бы Евангелие учит мятежу и воспитывает своенравных людей, которые не хотят приносить пользу и служить кому бы то ни было; между тем как на самом деле оно побуждает христианина быть рабом
каждого. Христос, как говорится в Мф. 17, дал пошлину, в которой не нуждался, и это не возмутило Его. Ты видишь также из слов Христа (Mф. 5), что Он часто учил христиан не вводить для самих себя ни меча, ни права. :
Ты спрашиваешь еще о том, могут ли стражники, палачи, юристы, адвокаты и прочий сброд также быть христианами и обрести Царство Небесное? Ответ: если власть и меч - служба Божья, как объяснялось выше, то все это также должно быть Божьей службой, необх
одимой власти для того, чтобы применять меч. Они должны быть теми, кто бы разыскивал, обвинял, мучил и убивал злых, защищал, прощал добрых, отвечал за них и спасал их. Но это [справедливо] только тогда, когда они не руководствуются своекорыстными инт
ересами, а только помогают закону и власти, посредством которых принуждают злых. [В таком случае] все это не представляет для них опасности и может использоваться, как любое другое ремесло, и они могут этим кормиться. Потому что, как говорилось, любо
вь ближних почитает не вас самих, смотрит также не на то, велики ли или малы дела ваши, а на то, насколько полезны и необходимы они ближним или общине. :
ВТОРАЯ ЧАСТЬ
КАК ДАЛЕКО ПРОСТИРАЕТСЯ СВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ
Перейдем к главной части этого наставления. После того, как мы показали необходимость на земле светской власти и того, как ее нужно применять по-христиански, по-евангельски, нам надлежит указать, как далеко может простираться рука ее, чтобы она не вт
оргалась в Царство Господне, не вмешивалась в правление Его. Знать это необходимо, ибо последует невыносимый, ужасный вред, если дать ей слишком большой простор; не без вреда будет и то, если уж чересчур ограничить ее. Здесь наказывает она слишком ма
ло, там - слишком много. Однако более приемлемо то, когда она отчасти впадает в грех и наказывает слишком мало. Всегда лучше оставить в живых одного злодея, чем умертвить одного благочестивого человека. Ведь в мире были и останутся злодеи, благочести
вых же мало.
Во-первых, заметим, что обе части адамовых детей, одна из которых - в Царстве Божьем, возглавляемом Христом, другая -
в светском царстве, которым правят власти, (как отмечено выше), имеют законы двух видов. Ведь каждое царство должно иметь свои законы и права, и без закона не может возникнуть никакое царство и никакое правление, как это в достаточной мере показывает
повседневный опыт. Светское правление имеет законы, которые простираются не далее тела и имущества и того, что является внешним на земле. Над душой же Бог не может и не хочет позволить властвовать никому, кроме Себя Самого. Поэтому, если светская вл
асть осмеливается диктовать законы душам, она грубо вмешивается в Правление Господа, соблазняет и портит души. Это мы хотим сделать очевидным до такой степени, чтобы даже наши дворяне, князья и епископы убедились, как безнадежно глупо с их стороны за
конами и указами заставлять подданных верить так или иначе. :
Далее, хотя они и непроходимые дураки, но все равно должны признать, что не имеют никакой власти над душами. Ведь ни один человек не может убить душу или оживить ее, ввести ее
в рай или в ад. И поскольку они не хотят прислушиваться к нам, стоит привести доподлинные слова Христа (Мф. 10): "И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне". Я считаю, что э
то достаточно ясное свидетельство того, что душа изымается изо всяких человеческих рук и ставится единственно под Власть Божию. Ну-ка скажи мне, много ли ума должно быть
в голове, которая раскладывает по полочкам заповеди, не имея на это никакой власти? И разве нельзя считать безумным того, кто приказал бы луне светить, потому что он так хочет? Как славно согласовывалось бы, если бы нам из Лейпцига в Виттенберг или,
наоборот, мы из Виттенберга в Лейпциг стали рассылать приказы? Тогда, очевидно, стали бы с благодарностью преподносить составителям приказов в дар чемерицуя1, чтобы они провеяли мозги и поплатились за это простудой. А между тем и император наш, и наш
и мудрые князья поступают именно так и позволяют слепым - папе, епископам и софистам - руководить в этом собой - слепым - и повелевают подданным своим верить не
в соответствии со словом Божиим, а как им самим кажется правильным, и хотят при этом называться христианскими князьями; и это перед Богом!
Обо всем этом можно также сказать, что всякая власть должна и может действовать только тогда, когда у нее есть возможность видеть, знать, взвешивать, судить, изменять и переиначивать. Ибо что за судья был бы тот, кто захотел бы слепо решать дела, кот
орых он не видел и о которых не слышал? Ну скажи-ка мне, как может человек видеть, узнавать, исправлять, оценивать
и изменять сердца? Ведь такое предназначено одному Богу, как говорится в Псалме [7, 10]: "Бог испытует сердца и утробы". Кроме того, [Пс. 7, 9]: "Господь судит народы".
:Лишь немногих князей не считают дураками или разбойниками. Вскоре они еще больше проявят себя, и это станет очевидным для простого народа, и гнет князей, который Бог называет "contemptum"я2, непомерной тяжестью обрушится на чернь и простой люд; и я
опасаюсь, что от них нельзя будет ничем защититься, и князья тогда оставят княжеское, и вновь начнут править осторожно, в соответствии с разумом. Не будут, не могут, не хотят более сносить вашу тиранию и своеволие! Считайтесь с этим, любезные князья
и господа; Бог не хочет более допускать такого! Теперь мир не тот, что раньше, когда вы травили людей и охотились на них, как на дичь какую-нибудь. Оставьте поэтому беззаконие ваше и насилие, подумайте о том, чтобы действовать по справедливости, а сл
ову Божьему оставьте тот путь, которым оно хочет, должно и обязано следовать, и не препятствуйте ему. Если встретите ересь, то преодолейте ее, как подобает, словом Божьим. Но если вы будете размахивать множеством мечей, то увидите, что появится тьма-
тьмущая людей, которые не захотят сносить этого, даже во имя Бога. :
Но для чего нужны священники и епископы? Ответ: их правление - это не власть или сила, но служба или занятие; так как они не выше и не лучше других христиан. Поэтому они и не должны налагать на других никакого закона или запрета без их воли и разреше
ния; ведь их правление - не что иное, как распространение Божьего слова, поучение им христиан и преодоление ереси. Ведь сказано, что христиане не могут управляться ничем иным, кроме единственно слова Божьего. И христиане должны совершенствоваться в в
ере, а не в показных делах. Вера же может прийти не через человеческое, а через Божье слово, как говорит Павел (Рим. 10): "Итак, вера от слышания, а слышание от слова Божия". А те, которые не верят, не относятся к христианам, они принадлежат не к Цар
ству Христа, но к светскому царству; принуждаются и управляются мечом и внешним правлением. Христиане же, не принуждаемые никем, сами делают все доброе
и имеют все необходимое для себя единственно в слове Божьем. Но об этом я уже много и часто писал. :
ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ

А теперь, зная, каковы границы светской власти, поговорим
о том, как надлежит править князю. И это делается ради таких князей, которые от всей души хотят быть настоящими христианами и задумываются над тем, как войти в Царство Небесное. Но таковых совсем мало. Ведь Христос раскрыл подлинное естество светских
князей в таких словах (Лк. 22): "Светские правители господствуют, и кто главнее, применяет силу". Ибо они считают, что если родились или избраны правителями, то имеют право заставить служить себе и управлять при помощи силы. Однако тот, кто хочет бы
ть христианским князем, воистину должен отказаться от мысли, что ему надлежит управлять и действовать лишь силой. И да будет проклято все, живущее на пользу и благо самому себе, да будут прокляты все дела, источник которых не любовь! К делам же любви
причисляются лишь те, которые совершаются от всего сердца и не для собственного успеха, пользы, почета, удобства и святости, а для пользы, почитания и святости других.
Я не хочу здесь ничего говорить о светской деятельности
и законах властей, потому что это далеко идущее дело; к тому же имеется слишком много сводов законов. Впрочем, если князь не умнее своих юристов и понимает не более того, что содержится
в сводах законов, то, конечно же, он будет управлять в соответствии с изречением Притчей Соломоновых, 28: "Неразумный правитель много делает притеснений".
Как хороши и справедливы ни были бы законы, все они имеют один недостаток: их нельзя распространить на все без исключения случаи. Поэтому князь должен держать закон в руке своей столь же крепко, как меч, и соизмерять со своим разумом; где
и когда нужно применить закон во всей строгости, где и когда нужно смягчить его, так, чтобы разум постоянно превозносился выше всяких законов и оставался высшим законом и лучшим законоведом. Правителя можно сравнить с главой семейства, который, устан
авливая распорядок работы и питания для своей семьи, всегда готов к тому, чтобы суметь изменить или смягчить его в случае болезни, плена, ареста, обмана, вообще, непредвиденных обстоятельств, возникших перед членами его семейства, и не поступать с бо
льными столь же строго, как со здоровыми. Я говорю это для того, чтобы не думали, будто бы написанный закон и советы юристов безупречны и можно вполне обойтись только ими. Нет, нужно нечто большее.
Но как следует поступать князю, если он не слишком умен
и вынужден управлять с помощью юристов и свода законов? Ответ: по этому поводу я замечал, что княжеская служба - опасная служба. И если князь сам не умен, и вместо него управляют законы и советники, тогда идет все согласно изречению Соломона: "Горе т
ебе, земля, когда царь твой отрок". Убедившись в этом, сам Соломон отказался от всех законов, которые ему через Бога передал Моисей, и от всех своих князей и советников, и обратился
к Самому Богу, умоляя Его о ниспослании мудрости для управления народом. Так же должен действовать и князь: со страхом Божиим, не надеясь ни на мертвые книги, ни на живых советчиков, а лишь на Бога, упрашивая и умоляя Его даровать правильное понимани
е всех книг и наставников, дабы мудро управлять народом. Поэтому не могу и я предписать каких-либо законов князьям, хочу лишь, поучая сердца их, указать, как они должны мыслить, на что должны обращать внимание во всех законоположениях, советах, решен
иях и делах. И если они будут поступать так, то воздаст им Бог сторицей, и они смогут справедливо, по-Божески вникать во все права, советы и действия.
Во-первых, [князь] должен иметь в виду подданных своих и с этим сообразовывать намерения свои. Но это он сможет сделать тогда, когда все его помыслы будут направлены на пользу и служение подданным. Не пристало ему думать: страна и люди мои, я хочу де
лать то, что мне нравится; но [ему подобает рассуждать] так: я принадлежу стране и людям, я обязан действовать им во благо. Мне нужно стремиться не к тому, чтобы вознестись высоко и властвовать, а к тому, чтобы охранять и защищать подданных посредств
ом прочного мира. Кроме того, ему следует представить воочию Христа и сказать самому себе так: "Обрати внимание, ведь Христос, Высший Правитель, пришел и служил мне, не ожидая от меня власти, имущества и почитания, но видел только мои нужды и стремил
ся к тому, чтобы я был наделен имуществом
и окружен почетом. Я хочу поступать так же: искать не моего блага, а блага моих подданных; я стремлюсь приносить им пользу, стараюсь поддерживать и защищать их и управлять так, чтобы блага пожинали они, а не я". Да откажется князь в сердце своем от с
ладости власти, да обратится он к нуждам подданных своих, действуя так, как будто бы то - его собственные нужды! Ведь так к нам относился Христос, это и есть дела христианской любви. :
Во-вторых, князь должен смотреть за важными вельможами
и советниками своими: пусть он никого не обижает недоверием, но пусть и никому не доверяет настолько, чтобы допускать бесконтрольное ведение всех дел. Бог не одобряет ни первое, ни второе. :


томас мюнцер
Пражское воззвание (1521)я1

Я, Томас Мюнцер из Штольберга, заявляю:, что я употребил все мое старание для того, чтобы получить или достичь более высокого образования в святой и несокрушимой христианской вере. Но в течение всей моей жизни я не мог научиться ни от одного монаха и
ли попа ни истинному упражнению веры, ни объяснению ее в духе страха божьего, причем таким образом, что каждый избранный [человек] должен семь раз приобщаться к святому духу, [чтобы достичь истинной веры]. Ни от одного ученого я не слыхал ни единого
слова в объяснении божьего порядка, содержащегося в каждом создании, и те люди, которые должны быть христианами, в особенности проклятые попы, никогда не признавали [познание] целого в качестве единственного пути познания всех частей. Я слышал от них
лишь [изложение Священного] писания, которое они выкрали из Библии подобно убийцам и ворам. Такую кражу Иеремия называет кражей слова божьего из уст своего ближнего, слова, которого они сами никогда не слыхали из уст бога. Хороши же должны быть эти
проповедники, действующие по дьявольскому наущению. Но св. Павел пишет в Послании к коринфянам, что сердца людские - это бумага или пергамент, где бог перстом записал свою неизменную волю и вечную мудрость, [записал] не чернилами; и читать это Писани
е может каждый человек, поскольку он имеет особым образом открытый разум. Так же, как говорят Иеремия и Иезекииль, написал бог свои законы в третий день окропления. Если людям открывается их разум, то это делает бог изначала в избранных им,
о чем они получают несомненное и определенное свидетельство от святого духа, который дает нашему разуму достаточное доказательство, что мы - дети божьи. Ибо тот, кто не чувствует
в себе духа Христа и не уверен, что имеет его, тот не есть часть Христа, он - часть дьявола. :
Имелось и имеется много таких [людей], которые бросают им, [людям как детям божьим], хлеб, т. е. слово божье, как собакам. Но они не делятся им с ними. О заметь, заметь! Они не поделились им с детьми. Они не объяснили подлинный дух, [смысл], страха б
ожьего, из чего они должны узнать ту истину, что они неизменно являются детьми божьими. Поэтому и получается, что христиане подобно трусам не способны защищать истину и позволяют себе еще после этого болтать, что бог больше не говорит с людьми, как б
удто он стал немым. Они воображают, что достаточно того, что написано в книгах, и что они могут это [написанное] так же грубо выбалтывать, как выплевывает аист лягушек к птенцам в гнездо. Они [ведут себя] не как наседка, оберегающая и согревающая сво
их детенышей, они не доносят доброе божье слово, которое живет во всех избранных людях, до сердец, как [делает] мать, дающая молоко своему ребенку. Напротив, они поступают с людьми подобно Валааму: в устах у них буква, а сердцем они удалены от нее на
добрую сотню миль.
:Если мы будем учить истинному живому слову божьему, то мы сможем победить неверующего и указать ему ясный путь, ибо откроется тайна его сердца и он должен будет смиренно признать, что бог существует в нас. Посмотрите, это все доказывает Павел
в I Послании к коринфянам, 14 главе, где он говорит, что проповедник должен иметь откровение, иначе же он не может проповедовать [божье] слово. [Пусть] даже дьявол поверит, что христианская вера истинна. [Ведь] если бы слуги антихриста могли это опро
вергнуть, то бог должен был бы быть сумасшедшим или глупым, сказав, что его слово не должно будет никогда погибнуть [исчезнуть].
Если же ты внимательно прочтешь текст, то будешь думать иначе: "Небо и земля погибнут, мое же слово не исчезнет никогда". Если эти слова были лишь записаны в книгах, и бог, сказав их однажды, исчез затем в воздухе, то они не могли бы быть словами веч
ного бога. Тогда это было бы лишь творение, извне привнесенное в память, и, таким образом, все это было бы против истинного порядка и правил святой веры. :Поэтому все пророки говорят так: "Это говорит господь". Они не говорят: "Это сказал господь", т
. е. как бы в прошлом, но они говорят это в настоящем времени.
Такой невыносимый и злостный вред, наносимый христианству, я воспринял горестным сердцем, прилежно прочитав древнюю историю предков. Я нахожу, что после смерти главы апостолов чистая, целомудренная церковь сделалась блудницей по причине духовного пре
любодеяния, из-за ученых, которые всегда хотят сидеть наверху. :Ни в одном [церковном] соборе мне не удалось обнаружить истинного соответствия правдивому слову божьему. Оно стало пустой детской игрушкой.
:Но никогда не должно быть допущено то - и слава богу! - чтобы попы и обезьяны представляли христианскую церковь. Избранные же друзья слова божьего должны также научиться проповедовать :, чтобы они действительно могли узнать, как дружественно, от все
го серда бог говорит со всеми своими избранными.
Проповедь перед князьями (1524)я1

(II) :Дорогие князья, нам необходимо употребить в эти опасные дни всевозможные усилия, чтобы противиться этому злу [непочитанию бога]. А времена теперь опасные. :Почему? Да потому, что благородное могущество бога так ужасно опозорено и унижено, что б
едных необразованных людей совращают своей болтовней безбожные книжники. :
(III) :Если человек не получает божественного откровения от самого бога, то он не может знать о боге ничего существенного, даже если он поглотил сотни тысяч Библий. Ясно поэтому, как все еще далек мир от христианской веры. :Таким образом, если челове
к желает достичь божественного откровения, он должен удалиться от всех утех [земных] и иметь мужество познать истину. :
(IV) :Для чего в Библии рассказываются различные истории? Это правда, и я знаю, что божий дух теперь открывает многим избранным благочествым людям необходимость и неизбежность скорой реформации. И она должна быть проведена, какое бы сопротивление ей
ни оказывалось. Предсказание Даниила остается в силе. :Текст Даниила - ясный, как яркое солнце, и [предсказанный им] конец пятого царства на земле [уже] начался и идет полным ходом.
Первое царство символизирует золотая голова. Это было Вавилонское царство. Символ второго царства - серебряная грудь и рука. Это было царство мидян и персов. Третье царство - медное - это царство греков, прославившееся своей мудростью. Четвертое - [ж
елезное] - римское царство, которое было создано силой меча и было царством принуждения. А пятое царство - это то, что перед нами. Оно тоже создано из железа и стремится принуждать. Но оно запачкано грязью:, наполнено ложью
и лицемерием, которое распространилось по всей земле. Ибо тот, кто не умеет обманывать, считается глупцом. Ясно видно, как угри и змеи развратничают, сидя в одной куче. Попы и все злые священнослужители - это змеи:, а светские господа и правители - э
то угри. Вот и замазало себя царство дьявола грязью. Ах, дорогие господа, как славно пройдется господь по старому горшку железной палкой [и разобьет его]. Поэтому, дражайшие правители, принимайте свои решения, получая их из уст бога, не давайте совра
тить себя лицемерным попам и не позволяйте сдерживать себя лживыми речами о терпении и доброте божьей. Ибо камень, оторвавшийся от горы, стал огромным, и бедные крестьяне и миряне видят его гораздо лучше, чем вы. Да, слава богу, камень стал огромным:
, и если другие господа, [правители], станут преследовать вас из-за Евангелия, [т. е. реформации], то они будут свергнуты их собственным народом. Это я знаю наверное.
Да, камень стал огромным! Глупый мир давно боялся этого. Ведь камень упал на него, когда был еще невелик. Что же нам делать теперь, когда он стал таким большим и могучим и разбил огромный столп как старый горшок?
О любезные правители Саксонии, смело встаньте на краеугольный камень, [дух Христа], :и ищите истинную прочную опору
в божественной воле. Ваш путь будет верным. Добивайтесь всегда только божьей справедливости и мужественно отстаивайте Евангелие. Вы и не представляете себе, как близок к вам бог. Почему же вы позволяете запугать себя человеческими призраками? :


ЖАН БОДЕН
ШЕСТЬ КНИГ О ГОСУДАРСТВЕ (1576)я1

Государство есть осуществление суверенной властью справедливого управления многими семьями и тем, что находится в их общем владении.
Всякое государство либо происходит от семьи, которая постепенно размножается, либо сразу учреждается посредством собирания народа воедино, либо образуется из колонии, происшедшей от другого государства подобно новому пчелиному рою или подобно ветви,
отделенной от дерева и посаженной в почву, ветви, которая, пустив корни, более способна плодоносить, чем саженец, выросший из семени. Но и те и другие государства учреждаются по принуждению сильнейших или же в результате согласия одних людей добровол
ьно передать в подчинение других людей всю свою свободу целиком, с тем чтобы эти последние ею распоряжались, опираясь на суверенную власть либо без всяких законов, либо на основе определенных законов и на определенных условиях. Государство должно обл
адать достаточной территорией и местностью, пригодной для жителей, достаточно обильным плодородием страны, множеством скота для пропитания и одежды подданных, а чтобы сохранять их здоровье - мягкостью климата, температуры воздуха, доброкачественной в
одой, а для защиты народа и пристанища для него - материалами, пригодными для строительства домов и крепостей, если местность сама по себе не является достаточно укрытой и естественно приспособленной
к защите. Это первые вещи, которым больше всего уделяется забот во всяком государстве. А уж затем ищут удобств, как лекарства, металлы, краски. :А поскольку желания людей чаще всего ненасытны, они хотят иметь в изобилии не только вещи полезные и необ
ходимые, но и приятные бесполезные вещи. :Так как мудрый человек есть мера справедливости и истины и так как люди, почитаемые мудрейшими, согласны между собой в том, что высшее благо частного лица то же, что высшее благо государства, и не делают ника
кого различия между добродетельным человеком
и хорошим гражданином, то мы так и определим истинную вершину благоденствия и главную цель, к которой должно быть направлено справедливое управление государством.
Народ или властители государства могут без каких-либо условий отдать суверенную и вечную власть какому-нибудь лицу,
с тем чтобы он по своему усмотрению распоряжался имуществом [государства], лицами и всем государством, а затем передал все это кому захочет совершенно так же, как собственник может без всяких условий отдать свое имущество единственно лишь по причине
своей щедрости, что представляет собой подлинный дар, который не обставлен никакими условиями, будучи однажды совершен и завершен, принимая во внимание, что все прочие дары, сопряженные с обязательствами и условиями, не являются истинными дарами. Так
и суверенитет, данный государю на каких-то условиях и налагающий на него какие-то обязательства, не является собственно ни суверенитетом, ни абсолютной властью, если только то и другое при установлении власти государя не происходит от закона Бога ил
и природы. Что касается законов божеских и естественных, то им подчинены все государи земли, и не в их власти нарушать эти законы, если они не хотят оказаться повинными в оскорблении божественного величества, объявив войну Богу, перед величием Котор
ого все монархи мира должны быть рабами и склонять голову в страхе и почтении. Следовательно, абсолютная власть государей и суверенных властителей никоим образом не распространяется на законы Бога и природы. Если мы скажем, что абсолютной властью обл
адает тот, кто не подчиняется законам, то на всем свете не найдется суверенного государя, так как все государи на земле подчинены законам Бога и природы и многим человеческим законам, общим всем народам.
:Однако необходимо, чтобы суверены не подчинялись повелениям других людей и чтобы они могли давать законы подданным
и отменять, лишать силы бесполезные законы, заменяя их другими, чего не может совершать тот, кто подчинен законами людям, которые имеют право ему повелевать. Не следует удивляться тому, что существует так мало добродетельных государей. Ведь поскольку
добродетельных людей вообще мало, а из этого небольшого числа добродетельных лиц государи обычно не избираются, то если среди множества государей находится один в высшей степени хороший человек, это великое диво. А когда он оказывается вознесенным т
ак высоко, что, кроме Бога, не видит ничего более великого, чем он сам, когда его со всех сторон осаждают все соблазны, ведущие к падению самых стойких, и он все же сохраняет свою добродетель, это чудо.
Каким бы способом ни были разделены земли, не может быть сделано так, чтобы все имущество, вплоть до женщин и детей, стало общим, как хотел в своем первом проекте государства сделать Платон с целью изгнать из своего города слова "твое" и "мое", котор
ые, по его мнению, являются причиной всех зол, происходящих в государствах, и гибели последних. Но он не учел, что, если бы этот его проект был осуществлен, был бы утрачен единственный признак государства: если нет ничего, принадлежащего каждому, то
нет и ничего, принадлежащего всем;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84
 антиколиковые бутылочки авент      обои p+s 42078-52