А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Порыв ветра или вражеский выстрел мог сбить их с крыла в Мальстрим – что, собственно, и случилось с одним из эльфов.
«Пройти по драконьему крылу», – говорят эльфы обо всяком рискованном, но стоящем предприятии. Хуго всегда казалось, что эта поговорка вполне приложима ко всей его жизни. Потому он и назвал свой корабль «Драконьим крылом».
Вернулся Бэйн с миской.
– А где эльфы? – спросил он, отдавая Хуго еду. – Сзади остались. Мы их обогнали. – Хуго положил кусок в рот, разжевал, поперхнулся и выплюнул его обратно в миску. – Черт! Что, Альфред с ума сошел? Разве можно сыпать столько перца?
– Я ему говорил, что он переперчил. Но я вина принес, запить.
И принц протянул Хуго мех с вином. Хуго напился, раздал мех обратно. Отпихнул ногой миску с нетронутым ужином.
– Скажи Альфреду – пусть сам ест эту дрянь.
Бэйн взял миску, но не тронулся с места. Он стоял, теребя перо, и смотрел на Хуго, словно чего-то ждал.
– В чем дело? – рявкнул Хуго.
И тут он понял в чем.
Он не почувствовал вкуса яда – перец перебил его. Но теперь он ощущал его действие. Живот свело судорогой и жгло как огнем, язык, казалось, распух. Перед глазами все поплыло, вытянулось, потом, наоборот, сплюснулось. Мальчик сделался огромным и с очаровательной улыбкой навис над ним, по-прежнему играя перышком.
Хуго охватила ярость, но яд действовал быстрее.
Оседая на пол, Хуго увидел перо и услышал, словно издалека, почтительный голос мальчика:
– Подействовало, отец! Он умирает!
Хуго дернулся, пытаясь придушить своего убийцу, но не смог поднять руку – она казалась слишком тяжелой. А потом мальчик исчез, и на его месте оказался черный монах с протянутой к нему рукой.
– Ну, и кто же победил? – спросил он.

Глава 25. ОТКРЫТОЕ НЕБО, СРЕДИННОЕ ЦАРСТВО

Хуго рухнул на палубу. Канаты, привязанные к упряжи, перепутались. Корабль резко дернулся, так что Бэйн отлетел и ударился о переборку. Миска с едой упала и покатилась по полу. Из нижней каюты тоже донесся грохот, сопровождаемый вскриком и стоном.
Принц с трудом поднялся на ноги, держась за стенку, и огляделся. Палуба угрожающе накренилась. Хуго лежал на спине, опутанный канатами. Бэйн выглянул наружу, увидел, что нос дракона направлен вниз, и понял, в чем дело. Падая, Хуго заставил крылья сложиться, магия исчезла, и теперь они падали с громадной высоты в Мальстрим.
Бэйн не подумал о том, что такое может случиться. И его отец, по-видимому, тоже. Это и неудивительно. Мистериарх Седьмого Дома, живущий высоко в небесах, вне бурь и тревог прочего мира, плохо разбирался в технике. Вряд ли Синистрад хоть раз в жизни видел эльфийский драккор. А Хуго ведь говорил мальчику, что корабль может лететь сам по себе.
Бэйн принялся разбирать веревки. Найдя нужные канаты, он принялся тянуть их изо всех сил. Но сделать ничего не мог. Крылья не раскрывались.
– Альфред! – крикнул Бэйн. – Альфред, сюда! Скорей!
Внизу снова раздался грохот, потом послышалось пыхтение, и в люке появилось смертельно бледное лицо Альфреда.
– Сэр Хуго, что происходит? Мы что, падаем?.. – И тут он увидел тело Хуго, распростертое на полу. – Благие сартаны!
Альфред с несвойственной ему быстротой и ловкостью забрался в люк, пролез между веревками и встал на колени рядом с Хуго.
– Да бросьте вы его! – воскликнул принц. – Он мертвый!
Видя, что Альфред не обращает на него внимания, принц схватил его за плечи и развернул к окну.
– Смотрите! Мы падаем! Остановите корабль! Снимите с него упряжь, наденьте на себя и управляйте!
– Ваше высочество! – Альфред был бледен как мел. – Я же не умею управлять кораблем! Этому нужно учиться, учиться годами!
Тут он прищурился:
– А почему это вы думаете, что он мертв? Принц с вызовом поглядел на него, но тут же опустил глаза. Альфред больше не казался тем смешным растяпой, каким привык видеть его принц; взгляд у него внезапно сделался очень внимательным, и мальчик почувствовал себя ужасно неуютно.
– Он получил то, чего заслуживал, – угрюмо ответил Бэйн. – Это был убийца. Король Стефан нанял его, чтобы убить меня. А я убил его самого. Вот и все.
– Вы? Или ваш отец? – спросил Альфред, бросив взгляд на перо.
Бэйн смутился, открыл было рот, потом опять закрыл. Он стиснул амулет, словно пытаясь спрятать его, и промямлил нечто неразборчивое.
– Вам незачем лгать, – вздохнул Альфред. – Я это давно знал. Я узнал об этом раньше ваших родителей – приемных родителей, сказал бы я, но это предполагает выбор, а им не было дано выбора. Каким ядом вы его опоили?
– Его? Да какое вам дело до него? Мы сейчас разобьемся! – завопил принц.
– Кроме него, нас никто не спасет. Что вы ему дали? – спросил Альфред, протянув руку, собираясь схватить мальчишку за шиворот и хорошенько встряхнуть для вразумления.
Принц шарахнулся назад, оступился и скатился к переборке. Повернувшись, чтобы встать, он оказался перед окном.
– Ой! Эльфийские корабли! Мы падаем прямо на них! И не нужен нам этот вонючий убийца. Эльфы нас спасут.
– Нет! Бэйн! Подожди! Это ягоды, да? Но мальчик уже бежал по коридору. Альфред кричал что-то насчет того, что эльфы опасны, но Бэйн не слушал его.
«Я – принц Улиндии! – говорил он себе, карабкаясь по лестнице. Выбравшись на верхнюю палубу, он вцепился в перила и обвил их ногами, чтобы не упасть.
– Они не посмеют причинить мне вред! Мое заклятие действует. Триан думает, что разрушил его, но это только оттого, что я так хотел! Отец говорит, что рисковать нельзя, поэтому мне пришлось отравить этого убийцу, чтобы захватить корабль. Но заклятие осталось при мне! Теперь у меня есть эльфийский корабль Я заставлю эльфов отвезти меня к отцу, и мы с ним будем править ими. Мы будем править всеми!» – Э-гей! – крикнул Бэйн. Он помахал эльфам рукой. – Эй! Помогите! Помогите!
Но эльфы были внизу, слишком далеко, чтобы услышать крик мальчика. К тому же у них сейчас были дела поважнее. Они сражались не на жизнь, а на смерть. Бэйну с его насеста было видно, что имперский боевой корабль и корабль мятежников сцепились, и он не мог понять, что происходит. Отсюда ему не было видно крови, льющейся на палубу, не было слышно воплей канатчиков, запутавшихся в своей упряжи, и пения эльфов-повстанцев, которые пытались, защищаясь, в то же время склонить нападающих на свою сторону.
Расписные драконьи крылья судорожно трепыхались в воздухе или беспомощно свисали на оборванных канатах. Абордажные крючья на длинных веревках намертво связали оба корабля. Эльфийские воины съезжали по веревкам или просто спрыгивали на палубу вражеского корабля. Далеко внизу кипел и вращался Мальстрим, и молнии то и дело озаряли фиолетовым светом его черные тучи с белой каймой.
Бэйн жадно смотрел на эльфов. Он не чувствовал страха – только сумасшедшую радость от ветра, бьющего в лицо, от нового приключения и от того, что замыслы его отца близки к исполнению. Падение корабля несколько замедлилось. Альфреду удалось немного раздвинуть крылья, так что магия начала действовать Но корабль по-прежнему был неуправляем и продолжал спускаться по широкой спирали.
Снизу послышался голос Альфреда. Бэйн не мог разобрать слов, но что-то в их ритме напомнило ему то, что произошло, когда на него упало дерево. Впрочем, Бэйн не обратил на это внимания. Эльфы были уже близко, они приближались к ним с каждой минутой! Бэйн уже видел их лица, запрокинутые навстречу кораблю. Он снова принялся кричать, но тут вдруг корабли расцепились и начали разваливаться прямо на глазах!
Хрупкие фигурки посыпались вниз, в пустоту. Бэйн был уже достаточно близко, чтобы расслышать вопли ужаса падающих в Мальстрим. Тут и там носились обломки корабля, поддерживаемые на лету собственной магией, и за них цеплялись эльфы. Кое-где, на обломках покрупнее, все еще сражались.
И маленький корабль Бэйна несся прямо в середину этого хаоса.

***

Кирские монахи никогда не смеются. Они не видят в жизни ничего смешного и любят подчеркивать, что люди часто смеются оттого, что кому-то другому плохо Однако в кирских монастырях не запрещено смеяться. Там просто никто не смеется, и все. Дети, впервые попавшие к черным монахам, иногда продолжают смеяться первые два-три дня (что тоже бывает нечасто, принимая во внимание, каким путем они туда попадают), но потом отвыкают.
И черный монах, что держал Хуго за руку, не улыбался, но Хуго видел смех в его глазах. Хуго, разъяренный, принялся отбиваться. Он дрался отчаянней, чем когда-либо в своей жизни. Но противник его был не из плоти и крови. Его нельзя было ни ранить, ни убить. Его нельзя было остановить. Он был вечен, и Хуго не мог вырваться из его рук.
– Ты ненавидел нас, – сказал черный монах, беззвучно смеясь, – ненавидел и все же служил нам. Всю свою жизнь ты служил нам.
– Я никому не служу! – крикнул Хуго. Но он уже устал бороться. Ему хотелось отдохнуть. Только стыд и гнев мешали ему впасть в желанное забытье. Ему было стыдно оттого, что он знал, что монах прав. А гнев охватил его оттого, что он так долго был игрушкой в их руках.
Отчаявшись, он призвал на помощь все свои тающие силы и ударил в последний раз, пытаясь освободиться. Это был жалкий, беспомощный тычок, который не испугал бы и ребенка. Однако монах вдруг выпустил его.
Хуго был застигнут врасплох и упал, лишившись поддержки. Но ему не было страшно: у него было странное ощущение, что падает он не вниз, а вверх. Он не погружался во тьму, а взлетал к свету.

***

– Сэр Хуго! – В тумане показалось испуганное и озабоченное лицо Альфреда.
– Сэр Хуго! Ох, слава сартанам, вы очнулись. Как вы себя чувствуете?
С помощью Альфреда Хуго удалось сесть. Он огляделся, ища монаха. Но его нигде не было. В рубке оказался только камергер да еще упряжь в куче перепутанных канатов.
– Что случилось? – Хуго потряс головой. Он не чувствовал боли – только нечто вроде легкого похмелья. Голова пухла изнутри, язык не помещался во рту. Ему случалось просыпаться в таком состоянии в трактире, рядом с пустым винным мехом.
– Мальчик вас чем-то опоил. Но это уже проходит. Я знаю, что вам сейчас плохо, сэр Хуго, но у нас неприятности. Корабль падает…
– Опоил? – перебил его Хуго. Лицо Альфреда расплывалось в каком-то тумане. – Он не просто опоил меня! Это был яд! Я умирал! – Его глаза сузились.
– Нет-нет, сэр Хуго. Я знаю, вам могло так показаться, но…
Хуго наклонился вперед, схватил Альфреда за шиворот, притянул к себе и заглянул в бледно-голубые глаза так пристально, словно пытался влезть камергеру в душу.
– Я умер!!! – Он стиснул руку еще сильнее. – Это ты меня оживил!
Альфред спокойно смотрел в глаза Хуго. Он улыбнулся, немного печально, и покачал головой:
– Вы ошибаетесь. Это был сонный напиток. Я ничего не делал…
Как мог этот слизняк врать так, чтобы Хуго ни о чем не догадался? И тем более как мог он спасти жизнь ему, Хуго? Его лицо было совершенно безмятежным, в глазах виделись лишь печаль и жалость, ничего более. Казалось, Альфред абсолютно неспособен что-либо скрыть. Кто-нибудь другой, может, и поверил бы ему – но только не Хуго!
Убийца знал этот яд. Он и сам не раз подливал его другим. Он видел, как они умирали – в точности так же, как он. И ни один из них не пришел в себя.
– Сэр Хуго, корабль! – настаивал Альфред. – Мы падаем! Крылья… они втянулись! Я пытался их вытащить, но у меня ничего не вышло.
Хуго только теперь обратил внимание на то, что корабль раскачивало. Он пристально посмотрел на Альфреда и отпустил его. Это еще одна тайна. Но если они сейчас рухнут в Мальстрим, он ее никогда не раскроет. Хуго тяжело поднялся на ноги, стиснул руками гудящую голову. Она была ужасно тяжелой. Хуго казалось, что, если он выпустит ее из рук, череп просто расколется и свалится с плеч.
Посмотрев в окно, Хуго убедился, что упадут они еще не скоро. Альфреду удалось замедлить падение, и Хуго легко мог наладить управление, несмотря на то что некоторые канаты порвались.
– Сейчас падение в Мальстрим – не главная опасность.
– Что вы хотите сказать, сэр? – Альфред подобрался к нему и тоже выглянул в окно.
Прямо на них смотрели три эльфийских воина Они были так близко, что можно было различить каждую деталь изорванной и окровавленной одежды.
– Эй, бросайте их сюда! – донесся с верхней палубы голос Бэйна. – Я их поймаю! Альфред ахнул.
– Его высочество говорил что-то насчет помощи эльфов…
– Помощи! – Хуго криво усмехнулся. Похоже, он ожил лишь затем, чтобы снова умереть.
Веревки с крюками взвились в воздух. Хуго услышал, как они ударились о палубу, заскрипели по дереву. Потом веревки натянулись. От толчка Хуго упал
– он все еще плохо стоял на ногах. Крюки зацепились Хуго схватился за меч. Меча не было.
– А где?..
Альфред понял его жест и поспешно заковылял по шатающейся палубе.
– Вот он, сэр. Мне пришлось воспользоваться им, чтобы вытащить вас из канатов.
Хуго схватил меч – и едва не выронил его. Руки так ослабели, что Хуго показалось, будто Альфред дал ему не меч, а наковальню. Корабль снова дернулся – эльфы карабкались по веревкам на борт. Сверху, с палубы, доносилось возбужденное щебетанье Бэйна.
Хуго стиснул меч, выбрался из рубки, прокрался коридором и встал под люком. Альфред топал за ним – Хуго съежился от шума, который он устроил. Он злобно посмотрел на камергера, знаком призывая его к тишине. Потом достал из сапога кинжал и протянул его Альфреду.
Альфред побледнел, замотал головой и спрятал руки за спину.
– Нет! – прошептал он дрожащими губами. – Я не сумею! Я не смогу… не смогу убить!
Хуго посмотрел наверх. На палубе раздавались тяжелые шаги.
– Даже затем, чтобы спасти собственную жизнь? – прошипел он.
Альфред опустил глаза.
– Я сожалею…
– Скоро тебе придется пожалеть об этом еще сильнее, – проворчал Хуго.

Глава 26. ОТКРЫТОЕ НЕБО, ПАДЕНИЕ

Бэйн смотрел, как трое эльфов легко взбираются по канату. Под ними была лишь пустота и, далеко внизу, темный и страшный, вечно клубящийся вихрь. Но эльфы были опытными летчиками и не тратили времени на то, чтобы смотреть вниз. Добравшись до корабля, они легко спрыгнули на палубу.
Принц никогда прежде не видел эльфов и теперь разглядывал их так же упорно, как они упорно его не замечали. Эльфы были такого же роста, как и люди, но более тонкое и хрупкое сложение заставляло их казаться выше. Лица у них были тонкие, но холодные и суровые, точно выточенные из мрамора. Стройные, легкие, мускулистые, они двигались удивительно грациозно даже на раскачивающейся палубе. Кожа у них была смуглая, как лесной орех, а волосы и брови – светлые, с серебристым отливом. Одевались они в куртки и короткие юбочки, расшитые причудливыми узорами – птицами, цветами, зверями. Люди часто смеялись над яркими нарядами эльфов – до тех пор, пока не обнаруживали, что это не только наряд, но и доспехи. Эльфийские волшебники умеют с помощью магии придавать обычной шелковой нити крепость и прочность стали.
Эльф, казавшийся предводителем, махнул двум остальным, чтобы те осмотрели корабль. Один побежал на корму, выглянул за борт, осмотрел крылья – вероятно, пытался понять, отчего корабль вдруг потерял управление. Другой бросился на нос. Все эльфы были вооружены, но не обнажали оружия. В конце концов, они ведь находились на эльфийском корабле!
Видя, что его воины занялись делом, эльфийский капитан наконец снизошел до того, чтобы обратить внимание на мальчика.
– Что делает человечье отродье на корабле, принадлежащем моему народу? – поинтересовался он. – И где капитан этого судна?
Он хорошо говорил по-людски, но кривил при этом рот, словно человеческие слова были неприятны на вкус и он не произносит, а выплевывает их. Голос у него был звонкий и мелодичный, тон – надменный и снисходительный. Бэйн рассердился, но умело скрыл это.
– Я – принц и наследник Волькаран и Улиндии. Король Стефан – мой отец.
Бэйн счел уместным начать беседу с этого, чтобы эльфы сразу поняли, что имеют дело с важной персоной. А правду он им расскажет потом. Ведь на самом-то деле он куда более знатного происхождения – такого знатного, что им и не снилось!
Эльфийский капитан наблюдал за своими воинами, не проявляя к Бэйну особого интереса.
– Значит, мои сородичи захватили в плен людского короленыша? Интересно, зачем ты им понадобился?
– Меня похитил дурной человек, – ответил Бэйн со слезами. – Он собирался убить меня. Но вы меня спасли! Вы герои. Отвезите меня к вашему королю, чтобы я мог поблагодарить его. Это будет началом мира между нашими народами.
Эльф, проверявший крылья, вернулся к капитану с докладом. Услышав слова мальчика, он посмотрел на капитана, капитан на него, и оба в один голос расхохотались.
Бэйн стиснул зубы. Над ним никогда в жизни никто не смеялся! Что происходит? Почему не действует заклятие? Он был уверен, что Триану не удалось уничтожить его! Но почему же оно не действует на эльфов?
И тут Бэйн увидел амулеты. Эльфийские воины носили на шее амулеты, которые должны были защищать их от боевой магии людей. Бэйн этого не знал, но понял, что это защитные талисманы и что они-то, должно быть, и мешают действию заклятия.
Он не успел ничего сделать – капитан сгреб его за пояс и подбросил в воздух, словно мешок с мусором. Другой эльф, чья хрупкость оказалась обманчивой, поймал мальчика на лету. Капитан небрежно отдал какой-то приказ, и эльф, держа мальчика за шиворот, как нашкодившего щенка, направился к борту. Бэйн не знал эльфийского, но понял жест, сопровождавший приказ капитана.
Его приказали выбросить за борт.
Бэйн пытался закричать, но от ужаса потерял голос.
Он принялся отчаянно брыкаться. Но эльф держал его крепко и только посмеивался. Бэйн обладал магическим даром, но не был обучен – ведь он воспитывался не в отцовском доме. Он чувствовал, как магия бурлит во всем его теле, но не знал, как воспользоваться ею.
Однако отец может ему помочь!
Бэйн схватился за перо.
– Отец!
– Он тебе не поможет! – усмехнулся эльф.
– Отец! – снова крикнул Бэйн.
– Я был прав, – сказал капитан своим товарищам. – Здесь есть еще люди – в том числе отец этого крысеныша. Ищи их, – сказал он третьему эльфу, вернувшемуся с носа – Ну же, выкинь этого ублюдка! – приказал он другому.
Эльф, который держал Бэйна, выставил руку за борт и выпустил мальчика.
Бэйн камнем полетел вниз. Он уже набрал было воздуху, чтобы заорать от ужаса, но тут властный голос приказал ему молчать. Это был тот самый голос, который говорил с ним с детства, произнося слова, слышные одному лишь Бэйну.
– Ты можешь спасти себя, Бэйн. Но прежде ты должен победить страх.
Бэйн стремительно падал. Внизу плавали обломки эльфийских кораблей, еще ниже кружились черные тучи Мальстрима. Мальчик окаменел от ужаса.
– Не могу, отец! – проскулил он.
– Не сможешь – погибнешь. Оно и к лучшему. Мне не нужен сын-трус!
Всю свою короткую жизнь Бэйн стремился лишь к одному – угодить человеку, который говорил с ним через амулет, человеку, который был его настоящим отцом Больше всего на свете он хотел заслужить одобрение могущественного волшебника.
– Закрой глаза! – приказал Синистрад. Бэйн послушался.
– Теперь займемся магией. Представь себе, что ты легче воздуха. Твое тело
– не из тяжелой плоти, а воздушное, словно пушинка. Кости у тебя легкие и полые, как у птицы.
Принц чуть было не рассмеялся, но что-то подсказало ему, что, если он засмеется, он не сумеет поверить в это, упадет и разобьется насмерть. Он подавил нервный, истерический смешок и попытался сделать то, что приказывал отец Это казалось нелепой игрой Бэйн невольно открывал глаза, ища какого-нибудь обломка, за который можно ухватиться. Но глаза слезились от ветра, и Бэйн ничего не видел. Ему захотелось разрыдаться.
– Бэйн! – Голос отца хлестнул его, как бичом.
Бэйн сглотнул, крепко зажмурился и попытался представить себя птицей.
Поначалу это казалось очень трудным, невыполнимым. Но поколения давно умерших волшебников и собственные врожденные способности пришли ему на помощь. Все дело было в том, чтобы забыть о реальности, убедить себя, что тело весит не восемьдесят фунтов, а вообще невесомо. Большинство молодых магов учатся этому искусству годами. Бэйну пришлось овладеть им за несколько секунд. Птицы учат птенцов летать, выбрасывая их из гнезда. Бэйн учился магии по тому же принципу. Потрясение и страх пробудили его врожденный талант.
«Мое тело – из облаков. Моя кровь – прозрачный туман. Мои кости пусты и наполнены воздухом».
Принц ощутил легкое покалывание во всем теле. Казалось, магия и впрямь обратила его в облако – он почувствовал себя легким и воздушным. По мере того как это ощущение усиливалось, росла и уверенность Бэйна в иллюзии, которую он сотворил, а от этого магия, в свой черед, усиливалась. Открыв глаза, Бэйн с радостью убедился, что он больше не падает. Он парил в небе.
– Получилось! Получилось! – завопил он, размахивая руками, как птица.
– Не отвлекайся! – перебил его Синистрад. – Это не игра! Если ты будешь отвлекаться, ты потеряешь силу!
Бэйн тут же опомнился. На него подействовали даже не столько слова отца, сколько вновь возникшее ощущение тяжести. И он снова сосредоточился на том, чтобы удерживать свое тело.
– А что мне теперь делать, отец? – спросил он.
– Пока что оставайся там, где ты есть. Эльфы тебя спасут.
– Но ведь они хотели убить меня!
– Да. Но теперь, когда они увидят, что ты обладаешь силой, они захотят отвезти тебя к своим волшебникам. Так ты попадешь ко двору. Тебе стоит провести там некоторое время, прежде чем ты вернешься ко мне. Ты сможешь узнать там много полезного.
Бэйн поднял голову, пытаясь разглядеть, что происходит на корабле. Отсюда были видны только днище корабля и полураскрытые крылья. Однако Бэйн видел, что корабль продолжает падать.
Бэйн расслабился, паря в воздухе и ожидая, пока корабль поравняется с ним.

Глава 27. ОТКРЫТОЕ НЕБО, ПАДЕНИЕ

Хуго с Альфредом притаились у подножия лестницы. Они слышали, как эльфы обыскивали корабль; они слышали разговор эльфийского капитана с Бэйном.
– Ублюдок! – пробормотал Хуго сквозь зубы. Потом они услышали вопль Бэйна. Альфред побелел.
– Если хочешь, чтобы этот пащенок остался жив, помоги его выручить! – сказал Хуго камергеру. – Держись за мной!
Хуго взобрался по лестнице, открыл люк и выскочил на палубу. Альфред бежал за ним. Первое, что они увидели, был эльф, швыряющий Бэйна за борт. Альфред вскрикнул от ужаса.
– Плюнь! – крикнул Хуго, озираясь в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить оружием. – Прикрой мне спину… Нет! Ах, чтоб твоих предков!..
Альфред закатил глаза, лицо его посерело, он пошатнулся… Хуго схватил его за ворот и встряхнул, но было уже поздно. Камергер потерял сознание и мешком рухнул на палубу.
– Ч-черт! – прошипел Хуго сквозь зубы.
Эльфы устали после битвы с повстанцами. К тому же они не ожидали найти людей на борту корабля-дракона и растерялись. Один из эльфов потянулся было за багром, но Хуго опередил его, с размаху ударив эльфа по лицу. Тот упал, врезавшись головой в крышку люка, и, по всей видимости, на время вышел из строя. Хуго не решился его добить: к нему уже приближались двое других.
Эльфы не очень хорошо фехтуют. Они предпочитают стрельбу из лука, требующую умения и точности, а не только грубой силы, как бой на мечах (по крайней мере, они так считают). Эльфы носят только короткие мечи, которые используются лишь для ближнего боя или для добивания того, кто уже ранен стрелой.
Зная нелюбовь эльфов к мечу, Хуго бешено размахивал клинком, не давая им подойти вплотную. Он отступал, перепрыгивая с доски на доску, пока эльфы не прижали его к борту. Однако ближе подойти они не решались. Пока. Недостаток искусства эльфы восполняют терпением и хитростью. Силы Хуго были уже на исходе, он с трудом удерживал меч в руке. Эльфы видели, что он слаб и болен. Они изматывали его финтами и ложными выпадами, выжидая, пока усталость заставит его утратить бдительность.
Руки у Хуго болели, голова гудела. Он знал, что долго не продержится. Так или иначе, конец был близок. И тут он заметил, что Альфред пошевелился. Это натолкнуло его на мысль.
– Альфред! – завопил он. – Давай, заходи сзади!
Уловка была такая старая, что ни один мало-мальски стоящий человек на нее не попался бы. Эльфийский капитан тоже не поймался, но второй воин не удержался и обернулся. Увидел он не грозного воина, подкрадывающегося сзади, а всего-навсего Альфреда, который сидел у люка и моргал.
Хуго ринулся на эльфа, выбил у него меч и ударил в лицо кулаком. Правда, при этом он открылся капитану, но пришлось рискнуть. Капитан сделал выпад, целясь в сердце Хуго, но оступился на накренившейся палубе и попал в правую руку. Хуго развернулся и с размаху ударил капитана рукоятью меча. Тот выронил меч и растянулся на палубе.
Хуго рухнул на колени, борясь с головокружением и тошнотой.
– Сэр Хуго! Вы ранены! Давайте я помогу! – Альфред коснулся его плеча, но Хуго отдернул руку.
– Со мной все в порядке! – отрезал он. С трудом поднявшись на ноги, он грозно посмотрел на камергера. Тот покраснел и опустил голову.
– Я… Я прошу прощения, – промямлил он. – Мне так неловко, что я вас бросил… Я просто не знаю, что на меня такое находит…
– Выкиньте-ка этих сволочей за борт, пока они не очухались, – перебил его Хуго, указывая на эльфов.
Альфред так побледнел, что Хуго испугался, как бы он снова не упал в обморок.
– Я… я не могу, сэр! Выбросить за борт беспомощных людей… то есть эльфов… но…
– Твоего-то мальчишку они выкинули! Ладно, придется управиться с ними самому. – Хуго поднял меч и уже собрался перерезать горло беззащитному эльфу, но что-то остановило его. Из жуткой черной пропасти до него донесся голос: «Всю свою жизнь ты служил нам!» – Сэр, прошу вас! – Альфред схватил его за рукав. – Посмотрите, их корабль все еще привязан к нашему! – Он указал на останки эльфийского корабля, висевшие на веревках рядом с кораблем Хуго. – Я могу переправить их обратно. По крайней мере, у них будет хоть какой-то шанс спастись!
– Ну ладно, – нехотя согласился Хуго – он слишком устал, чтобы спорить. – Делайте что хотите. Только избавьтесь от них. И какое вам дело до этих эльфов? Они ведь убили вашего драгоценного принца!
– Всякая жизнь священна, – тихо ответил Альфред, поднимая за плечи лежащего без чувств эльфийского капитана. – Мы узнали это. Но слишком поздно. Слишком поздно… – сказал он.
По крайней мере, Хуго показалось, что он это сказал. Но, может, и в самом деле показалось. В снастях свистел ветер, Хуго было плохо и больно, и вообще – какая разница?
Альфред взялся за дело со свойственной ему неуклюжестью: спотыкался обо все доски, ронял тела, один раз чуть не удавился, запутавшись в корабельном канате. Но в конце концов ему все же удалось подтащить эльфов к фальшборту, и он перебросил их на другой корабль с такой силой, какой Хуго и не подозревал в этом длинном рохле.
Хотя в Альфреде было много непонятного. Неужели Альфред и впрямь воскресил его после того, как он умер? А если да, то как? Воскрешать мертвых не умеют даже мистериархи…
«Всякая жизнь священна… Слишком поздно… Слишком поздно…» Хуго потряс головой и тут же пожалел об этом. У него глаза на лоб полезли от боли.
Вернувшись, Альфред обнаружил, что Хуго пытается одной рукой сделать себе перевязку.
– Сэр Хуго… – робко начал Альфред. Хуго не поднял головы. Камергер вежливо отвел его руку и взялся за перевязку сам – довольно ловко, надо заметить.
– Мне хотелось бы показать вам одну вещь, сэр…
– Да знаю, знаю. Мы все еще падаем. Это ничего, я успею выправить корабль. До Мальстрима далеко еще?
– Не в этом дело, сэр. Принц… Он жив!
– Жив? – Хуго уставился на Альфреда. Что он, спятил, что ли?
– Да, сэр. Это очень странно, сэр. Хотя, с другой стороны, не так уж и странно, если принять во внимание, кто он и кто его отец…
«Так кто же он такой, черт побери?» – спросил было Хуго. Но сейчас было не до того. Он заковылял по палубе, пошатываясь от боли. Корабль все больше мотало – ветер усиливался по мере того, как они приближались к Мальстриму. Он посмотрел вниз и тихонько присвистнул.
– Его отец – мистериарх из Верхнего царства, – объяснил Альфред. – Наверно, это он научил мальчика летать.
– Они разговаривают с помощью амулета? – предположил Хуго, вспомнив, как мальчик сжимал в руке свое перо.
– Да.
Хуго видел запрокинутое лицо мальчика. Он с торжеством смотрел на них, явно весьма довольный собой.
– И вы думаете, я стану его вытаскивать? Мальчишку, который хотел меня отравить? Который устроил крушение моему кораблю? Который пытался продать нас эльфам?
– В конце концов, сэр, – ответил Альфред, глядя в глаза Хуго, – вы ведь согласились убить его – за деньги.
Хуго снова посмотрел на Бэйна. Они приближались к Мальстриму. Хуго уже ясно различал клубящиеся над ним облака пыли и обломков и слышал глухие раскаты грома. Руль громко хлопал под порывами холодного влажного ветра. Хуго сейчас заняться бы порванными канатами, распутать их, расправить крылья и набрать высоту, пока корабль не затянуло в Мальстрим. А тут еще и голова трещала от боли.
Хуго развернулся и отошел от борта.
– Я вас не виню, – сказал Альфред. – Это трудный ребенок…
– Трудный! – Хуго расхохотался, но тут же умолк, прикрыв глаза, – палуба внезапно ушла у него из-под ног. Придя в себя, он с трудом перевел дыхание.
– Возьмите вон тот багор и попробуйте достать его. Я постараюсь подогнать корабль поближе. Но имейте в виду, при этом мы сами рискуем жизнью! Нас может подхватить ветром и затянуть в шторм.
– Хорошо, сэр Хуго. – И Альфред кинулся за багром. Как ни странно, на этот раз его ноги двигались в нужном направлении.
Хуго вернулся в рулевую рубку и остановился, глядя на спутанные веревки. «Зачем мне все это?» – спросил он себя. Тут же последовал ответ: «Все просто. Есть один отец, который готов заплатить за то, чтобы его сын не вернулся, и другой, который заплатит за то, чтобы получить мальчишку».
«Да, это разумно. Но все это, конечно, при условии, что мы не свалимся в Мальстрим». Выглянув в окно, Хуго увидел мальчика, парящего среди облаков. Корабль падал, приближаясь к нему, но должен был пройти мимо, на расстоянии крыла, если Хуго не изменит курса.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26