А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Он был страшно недоволен. Деньги сняты со счета Эмиля Берча.
- Скорее всего, это промышленный шпионаж, - предположил Мжэтисон.
- Слишком уж сложными приемами передачи информации пользовались люди, завербовавшие нашего деятеля, - О'Доннелл помедлил, вспоминая обстоятельства дела. Заказанную информацию связной, известный только под псевдонимом "Тони", потребовал вложить в журнал и оставить на захламленном прилавке одной нью-йоркской аптеки. Вознаграждение, в свою очередь, оставляли в "ямке" - в нише за камнем около условленного моста в парке (информатору оставалось только вечером сходить на прогулку с собакой и незаметно забрать деньги). Все эти предосторожности были предложены "Тони", помимо того, оговорившим со своим информатором условные телефонные звонки на экстренный случай. "Тони" проявил исключительную осторожность при установлении контакта (к примеру, он не явился на первую назначенную встречу; возможно, исподтишка наблюдал за поведением своего информатора. Тем же вечером "Тони" позвонил ему, назначив встречу в том же месте, в то же время, через неделю). Новая встреча прошла благополучно, а ко времени следующей информатор уже покаялся, и к нему были приставлены два агента. "Тони" взяли под колпак, отслеживались все его связи. Потребовалось время, чтобы раскрыть его контакты, зато теперь "Тони" был весь, как на ладони. Для него это оказалось неприятным сюрпризом. Когда восемь лет назад "Тони" вышел из коммунистической партии и начал скрываться, он позаботился практически обо всем: оборвал старые знакомства; переменил адрес - с Западного побережья перебрался на Восточное; сменил имя и профессию. Спустя пару лет он ушел на дно ещё глубже и стал полностью недосягаем для старых камрадов. Он снова переменил имя, адрес, род занятий. Все было очень тщательно спланировано и продумано, и на посторонний взгляд он казался теперь даже более буржуазным, чем все его новые ни в чем не замешанные буржуазные знакомые.
О~Доннелл покачал головой, думая об окольных путях, избираемых некоторыми субъектами, об извращенном ходе мыслей политических фанатиков.
- Думаю, - сказал он сдержанно, - мы можем решительно исключить промышленный шпионаж.
Но Мэтисон следовал своему ходу мыслей.
- У Берча есть банковский счет и в Цюрихе, верно? Где он ведет свои дела? В Цюрихе?
- Да. Как вы догадались насчет банковского счета?
Мэтисон кивнул в сторону Ньюхарта, внимательно перечитывавшего последнюю страницу отчета.
- У вас отличная память, не так ли? - мне не следует забывать об этом, сказал себе О~Доннелл.
- Я так же хорошо умею забывать - при необходимости, парировал Мэтисон. - Давайте вернемся к Берчу. Как он зарабатывает деньги?
- Он - специалист по редким книгам, манускриптам, старинным картам. Главный офис у него в Цюрихе, но он открыл отделение своей фирмы в Нью-Йорке два года назад. Именно тогда он и открыл счет в Первом Морском.
- Должно быть, его фирма входит в какую-то корпорацию, - в этом случае открыть счет в американском банке проще простого - для этого требуется только подтверждение платежеспособности от швейцарского банка.
- Наверняка так оно и есть. Деньги постоянно поступают на его счет из Швейцарии, вполне достаточные, чтобы покрыть даже самые значительные расходы. В Нью-Йорке он не вызывает никаких нареканий.
- Швейцарские спецслужбы могут оказать вам какую-то помощь?
- Они делают, что могут... но пока сообщили только, что счет Эмиля Берча в Цюрихе в исключительно хорошем состоянии. Деньги поступают на него регулярно... с номерного счета.
- Вот это да! - швейцарские банки не выдают никакой информации о держателях номерных счетов, вспомнил Мэтисон. Таковы швейцарские законы. Так что вам никогда не узнать, кто владелец номерного счета, или кто за ним стоит.
- Мы знаем только, что цюрихский счет Берча используется для пересылки денег на различные заграничные счета.
- Сдается мне, что мистер Берч должен горячо заинтересовать и швейцарские спецслужбы.
- Дайте им время... Но это очень скользкий тип. Он много путешествует, предоставляя ведение дел своему менеджеру.
- Разыскивает интересные книги, манускрипты?
- И старинные карты.
Они одновременно покачали головами. У Мэтисона на языке вертелось ещё несколько впросов, но задавать их не было смысла. Он получил достаточное количество честных ответов. И все-таки он не удержался:
- Почему вы так уверены, что Берч - не английский шпион?
- Потому что англичане не нуждаются в той дичи, за которой охотится Берч.
- Вы имеете в виду высокообогащенный уран?
- А это кто вам выложил? - встрепенулся О~Доннелл.
У англичан есть свой источник получения урана-235, подумал Мэтисон. У русских тоже, хотя они об этом не распространяются. Французы производят для себя необходимый минимум, многому научившись после одной исключительно дорогостоящей ошибки... Мэтисон резко выпрямился и покосился на Ньюхарта. "...Любая страна, стремящаяся поскорее произвести ядерное оружие, может поискать короткий путь для получения обогащенного урана... нелегальный..."
- Вы меня напугали, - тихо произнес он.
Ньюхарт поднял на них глаза, складывая стопкой листки отчета.
- Это вы меня напугали, - мрачно сказал он, протягивая листки О~Доннеллу.
О~Доннелл читал быстро. На первую страницу он, кажется, только взглянул. На второй его глаза задержались на последнем абзаце, касавшемся постоянной слежки за Мэтисоном с того момента, как он вошел в магазин Брайанта. Когда он читал третью страницу - где подчеркивалось сравнение Финстерзее с озером Топлиц, сделанное Анной Брайантпосле гибели её мужа около Унтервальда - его губы сжались в тонкую ниточку.
- Я бы хотел подробнее изучить ваш отчет. У вас есть ещё экземпляр?
- Я отправил его почтой из Зальцбургского аэропорта этим утром. Между прочим, можете добавить к этому постскриптум. Двое мужчин, следивших за магазином Брайанта, приехали из Праги, но улетали через Варшаву. Они переговаривались между собой на чешском языке.
О~Доннелл достал из кармана ручку и действительно добавил к отчету постскриптум.
- Похоже, наше расследование достигло границ, которые нам не разрешено нарушать, но кому-нибудь определенно придется заглянуть дальше... Взять, к примеру, этот тихий нацистский уголок - мы не можем закрывать глаза на такие вещи, - он сложил отчет, спрятал в конверт и нахмурился, задумчиво прищурив глаза:
- Вы разрешите мне забрать отчет с собой? Я верну его вам завтра к вечеру.
Ньюхарт кивнул.
- Сколько копий вы намерены сделать? - быстро спросил Мэтисон.
О~Доннелл взглянул на него с любопытством, но ответил честно:
- Две, если вы не возражаете. Одну - для нашего архива, другую для передачи Управлению. Европа - это их сфера деятельности.
- Чем меньше копий, тем лучше.
- Согласен, - О~Доннелл поморщился. - Вы знаете, слежка в Зальцбурге по некоторым причинам очень меня заинтересовала. За вами следили до самого замка; а потом - ничего? Никакого "хвоста" до тех пор, пока вы не вернулись в город?
- Совершенно верно. Я тоже об этом задумывался. Единственное объяснение, которое я смог придумать... Видите ли, возможно, я был под наблюдением и в замке тоже, просто тогда я не обращал на это оосбого внимания, - он с улыбкой встретил быстрый взгляд О~Доннелла. - Я был с девушкой.
- О... Старая знакомая?
- Нет. Мы первый раз встретились в замке. Мы немного побродили вместе, потом зашли выпить по коктейлю.
- Прошу прощения, если покажусь вам тупым, - с подчеркнутым простодушием произнес О~Доннелл, - но я не совсем понял. Раньше вы не были знакомы?
- Совершенно верно, - отрезал Мэтисон. Потом, пытаясь объяснить, что это была случайная встреча с очаровательной девушкой, он описал знакомство с Элизой Ланг.
- Собственно, у неё двойное имя. Она Элиза-как-то-еще. Но она годами не пользовалась вторым именем, - закончил он.
- Говорите, она из Чикаго? - мягко уточнил О~Доннелл. - Извините, если я задам ещё один вопрос: вы собираетесь встретиться с ней в Цюрихе? Вы, кажется, упоминали, что она собиралась навестить свою бабушку.
- Да, у нас был такой уговор. Но сомневаюсь, что у меня останется время на что-нибудь, кроме Йетса и его взрывоопасного архива.
- Да, - вмешался Ньюхарт. - Меня волнует, не воспользовался ли он добрым именем фирмы для каких-нибудь ещё сомнительных делишек. Ведь именно так он обошелся с Брайантом, не так ли? Использовал в своих целях?
О"Доннелл рассеянно кивнул, но его мысли явно витали где-то далеко.
- Вы не возражаете? - спросил он Мэтисона, достал ручку и записал данные Элизы Ланг на конверте. - Сожалею, что вынудил вдаваться в подробности. Но нам необходимо восстановить картину как можно более полно.
Это был тактичный укор. Вероятно, без упоминания короткого эпизода с Элизой отчет Мэтисона следовало считать неполным. Другими словами, подумал Мэтисон с нарастающим раздражением, мне нужно было дать полное описание своего дня в Зальцбурге или не писать отчет вовсе. В общем-то, это вполне оправданно, неохотно признал он.
- Я не думал, что это так важно, - буркнул он.
- Может быть, и нет, - О"Доннелл спрятал ручку, словно покончив с этим вопросом. - Должен поздравить вас с тем, как составлен отчет. Очень профессионально,
- Это вы профессионал, а я - любитель, отсюда и разница в нашем подходе, - буркнул Мэтисон, невольно выдавая свое дурное настроение. Элиза тут ни при чем, он это чувствовал. Профессионал отметил себе ещё один пункт для проверки? Это будет потерей времени и денег, но пусть об этом болит голова у О~Доннелла. Если он хочет, чтобы его архив разбух от всякой чепухи...
Телефон зазвонил. О~Доннелл вскочил и схватил трубку ещё до второго гудка. Он слушал молча, не отвечая. Только в конце он сказал:
- Отлично, Джон. Сколько времени тебе потребуется на печать? Увеличь снимки, как только можно... Да, всю пленку, полностью. Я захвачу их. Мне придется лететь последним рейсом в Вашингтон. Ну, увидимся, - он повесил трубку, его мысли были где-то далеко.
- Ну? - нетерпеливо спросил Ньюхарт.
- Вполне возможно, что Йетс и Берч - один и тот же человек.
- Йетс - это Берч? - Ньюхарт побледнел.
- Мы ждем подтверждения от экспертов. Но фотографии исключительно интересные. Подпись Берча на чеке, полученном Ричардом Брайантом, выписана не так четко, довольно небрежно. Три буквы обнаруживают большое сходство с буквами в подписи Эрика Йетса. Может, это звучит неубедительно, но для эксперта-почерковеда может иметь большое значение.
- Он мог спешить, - заметил Ньюхарт, - или волноваться...
- Или мучаться угрызениями совести? - предположил Мэтисон. - Он подписал чек для человека, которого обвел вокруг пальца.
О~Доннелл невыразительно посмотрел на него, потом кивнул.
- Всего доброго, - сказал он, обменявшись с ними теплыми рукопожатиями. - Ваша помощь для нас просто неоценима. Она сэкономила нам долгие недели поисков.
Недели... Раскрытие Йетса могло потребовать многих месяцев работы, подумал О~Доннелл, а то и вообще - провалиться, если бы "Берч" пожелал обрубить концы и инсценировать собственную смерть; у этих ребят исключительный нюх на опасность. И тогда Йетсу оставалось только затаиться, уйти на дно и разыгрывать из себя добропорядочного издателя. Швейцарским властям и в голову бы не пришло, где искать. Он обратился к Мэтисону:
- Швейцарские власти наверняка захотят побеседовать с вами, когда вы будете в Цюрихе. Вы не возражаете?
- Разве мне позволено возражать? - довольно сухо произнес Мэтисон. Теперь, когда он все знал о Берче, его расследование в офисе Йетса могло привести к веьма неприятным открытиям. Еще неделю назад ему такого и в голову не приходило. Что ж, теперь даже строгая секретарша Йетса, такая скрытная, когда вопросы казались её нанимателя, - Йетс умел выбирать и муштровать персонал, - может оказаться значительно сговорчивей, когда выяснится, что её патрон уволен.
- Швейцария - гостеприимная страна, - произнес О~Доннелл с неожиданной ухмылкой. - Мы дадим вам знать о себе, кивнул он Ньюхарту и вышел, тихо закрыв за собой дверь.
- Надеюсь, - буркнул Ньюхарт, - только что мы услышим? - он почти оправился от потрясения, и к нему вернулся нормальный цвет лица, но мысли о Йетсе преследовали его. Он тяжело навалился на свой стол. - Знаете что, Билл? Думаю, мне тоже стоит завтра покрутиться в Вашингтоне. Я просто хотел бы убедиться...
- Я бы предоставил этому парню действовать на свое усмотрение. Нельзя сводить все концы вместе. К тому же, чем меньше народу в курсе, тем больше шансов избежать огласки.
- Мои друзья в Вашингтоне умеют держать язык за зубами.
- Не сомневаюсь. Но даже самые осторожные расспросы могут возбудить неуместное любопытство и спутать игру. Вам нужна огласка не больше, чем ФБР. Пусть сами управляются.
- Ну, ладно. Я хотел бы, чтобы вы немедленно вылетели в Цюрих.
- Эй - дайте мне хоть ночь выспаться в своей постели! И ещё денек, чтобы привести в порядок мозги. В данный момент я и думать не могу ни о чем больше, кроме горячего душа и удобной кровати.
- Как насчет обеда? Мы могли бы поговорить...
- Я уже обедал несколько часов назад, - кроме того, Мэтисон не хотел никаких долгих разговоров прежде, чем он хорошенько все обдумает. Ставки слишком высоки, чтобы выдержать обволакивающее облако душевного разговора. И речь идет отнюдь не только о репутации фирмы "Ньюхарт и Моррис"...
- Билл... насколько вы доверяете Анне Брайант? О, конечно, я понял из вашего отчета, что вы сочувствуете ей. Но доверие - совсем другое дело. Мы ведь можем полагаться только на её слова. К тому же, она перенесла эмоциональное потрясение...
- Вы имеете в виду контракт?
- Нет. Я насчет этих богомерзких нацистов, - Ньюхарт во время второй мировой войны прошел весь путь от Нормандии до Берлина. - Вы были тогда ещё школьником, а я видел освобождение узников одного концентрационного лагеря, и могу сказать вам... - он перебил себя. - Ладно, ладно. Расскажу в другой раз. Лучше отправляйтесь домой и выспитесь как следует. Я позвоню вам завтра. И, Билл... я очень вам благодарен.
Мэтисон вышел из маленькой комнаты, где со стен улыбались фотографии членов семьи и друзей, прошагал бесконечные ярды серого мягкого ковра большого кабинета Ньюхарта, с охотничьими гравюрами на стенах, панелями красного дерева и медными лампами, вошел во владения Линды (гравюры попроще в темно-зеленых рамках, но такой же мягкий ковер). Линда вязала на спицах свитер из толстых ниток. Кажется, работа благоприятно повлияла на её настроение, потому что она взглянула на него с обычной ослепительной улыбкой. Но теперь Мэтисон был хмур и озабочен, и она деликатно промолчала.
- Ох, чуть не забыл, - сказал он почти от самой двери, поставил свою сумку и полез в карман. Он достал письмо, которое Брайант прислал Ньюхарту две недели назад, письмо, ставшее причиной последовавшего разбирательства. Он вспомнил выражение лица Анны Брайант, когда она увидела это письмо.
- Я отнесу его мистеру Ньюхарту, - Линда отложила свое вязанье. Спокойной ночи, мистер Мэтисон.
- Спокойной ночи, - рассеянно отозвался Мэтисон, мысленно унесшийся на много тысяч миль от Нью-Йорка.
Одно короткое письмо, думал он, шагая по длинному коридору, одно вежливое деловое письмо, обладающей взрывной силой динамита. Финстерзее... Что же такое важное связано с Финстерзее, если человек готов рискнуть ради этого жизнью?
10
Среда стала днем нескончаемого ожидания, и большая часть четверга тоже. Биллу Мэтисону пришлось употребить всю свою силу воли, чтобы удержаться от звонка Джимми Ньюхарту и не спросить, как дела у О~Доннелла. Интересно, как прошла его поездка в Вашингтон? Наверняка, терпение Ньюхарта подверглось серьезному испытанию. Одной только мысли, что Йетс мог вернуться из своей поездки по Германии и спокойно приступить к работе в офисе - офисе фирмы "Ньюхарт и Моррис" - было вполне достаточно, чтобы ярость Джимми разразилась почище Кракатау.
Мэтисон сделал протокольный звонок в собственную фирму на Уолл-стрит и дружески поболтал с Мюллером, одним из старших партнеров (поручение фирмы "Ньюхарт и Моррис" пока не завершено; короткий перелет в Нью-Йорк пришлось совершить исключительно для дополнительной консультации). Но не считая двух коротких прогулок по морозному осеннему воздуху и одинокого обеда в его любимом ресторанчике на Третьей Авеню (никакого смысла не было назначать свидание Пегги или Нэн, а потом спешно отменять), он провел все время дома. Он давно мечтал выгадать пару свободных дней посреди недели; ну, вот, он их получил - но особой радости это не принесло.
Его маленькая квартирка была удобной; окна выходили на юг, так что в них беспрепятственно струились солнечные лучи; вдоль белых стен гостиной тянулись книжные полки, сходившиеся причудливым узором вокруг уголка для отдыха. Что самое удивительное, на полках не сгрудились сувениры и затейливые бутылки - ни них стояли книги, в том числе изрядно потрепанные, потому что он начал собирать их ещё в колледже; но и эти старые друзья не могли предложить ему сейчас добрый совет. Он ставил на проигрыватель пластинку за пластинкой: Бах, Равель, Гайдн, Прокофьев, Моцарт, Сибелиус, Вивальди, Шостакович, Верди, Шуман в исполнении Фишер-Дискау, Каллас, поющая "Норму" (не самая удачная её партия, решил он, прослушав запись), Шонберг, и снова Бах, и снова... По крайней мере, они составили Мэтисону хорошую компанию, пока его мысли вертелись вокруг тесного клубка событий в Зальцбурге. У него появилось странное, неприятное ощущение, что он пресытился своей жизнью. Все пришло в застой, и осталось только ожидание. Словно в день после сдачи последнего экзамена, или после призыва в армию, или после интервью со Стронгом, Мюллером, Николсоном и Ходжем при поступлении в их фирму. Ожидание, полное догадок, надежд, плотно укрытое пеленой незнания.
Чертовщина какая-то, повторял он себе раз за разом утром в четверг, чувствуя, что в Вашингтоне началась какая-то возня. Он положительно представлял себе уродливую голую комнату, в которой трое очень серьезных мужчин, совершенно равнодушных к невзрачной обстановке, или к войне во Вьетнаме, или к угрозе распада НАТО, были полностью поглощены догадайтесь, чем? - тремя страничками машинописи Уилльяма Мэтисона (эта картина, по крайней мере, заставила его громко расхохотаться, как ни глупо звучал этот смех в пустой квартире).
В четверг к двум часам он покончил со своим гурманским ленчем - слегка подгоревший омлет, слишком расплавленный бри, охлажденный "Сансере" (хоть с этим повезло) - и оставил захламленную кухню на попечение миссис Пиокари, приходившей убирать по утрам. Он забрался с ногами на свой любимый черный кожаный диван, открыл недочитанную книгу - новый роман об английской разведке в Берлине, где сам герой был своим злейшим врагом, прочие персонажи - усталыми, циничными и пресыщенными, и все бессмысленно, чушь без конца, аминь, аминь. Зазвонил телефон. Это был Ньюхарт.
Джимми не терял зря времени:
- Йетс исчез.
- Исчез?!
- Только что позвонила его секретарша, мисс...
- Фрейтаг. Что именно она сказала?
- Он не вернулся в Цюрих вечером во вторник, не пришел в офис на следующее утро - короче говоря, он так и не объявился вплоть до сегодняшнего дня. Его домохозяйка говорит, что и дома его не было, только в субботу он заезжал ненадолго.
В субботу, когда ему полагалось быть в Геримании, мысленно отметил Мэтисон. У него возникло странное чувство, будто в субботу вечером, когда он работал один в пустом цюрихском офисе, Эрик Йетс украдкой удирал из города.
- Что ещё она сказала?
- Неужели вам недостаточно?.. Билл, мне потребовалось минут десять, чтобы выдавить хотя бы это из мисс Фрейтаг. Бедная женщина просто в истерике. Она смертельно напугана.
Наша самодовольная, сверхпунктуальная мисс Фрейтаг?..
- Пожалуй, мне стоит поскорее выехать в Цюрих и заняться его столом и бумагами. А когда он соизволит вернутьтся, вероятно, мне следует попросить его позвонить вам насчет контракта? Или вы предпочитаете заняться этим лично?
- Может быть, не стоит раздувать эту историю? Давайте сыграем на понижение. Поговорите с ним сами, а потом не спускайте с него глаз, пока будете звонить мне. Правильно?
- Что именно вы поручаете сказать ему?
- Полгаюсь на ваше суждение. Решите сами, Билл. Только внесите наконец в это дело ясность, - Ньюхарт понизил голос до нормального. - Наш вчерашний спокойный приятель очень встревожен. Он полагает, что Йетс удалился на долгие вакации.
Значит, Фрэнк О~Доннелл пока в деле. По крайней мере, хоть одна хорошая новость.
- На вечные, вероятно?
- Вполне возможно. В субботу он заскочил домой, чтобы захватить свой паспорт.
Мэтисон едва удержался, чтобы не спросить - который? Ньюхарт был явно не в подходяшем настроении для шуток.
- Как наш спокойный друг это выяснил?
- Побеспокоил швейцарскую полицию.
- Рад слышать, что кто-то удосужился это сделать. А сам наш друг чем занят?
- Он только что отправился в далекое путешествие. Посылает вам свои наилучшие пожелания. Между прочим, что касается неполадок в вашем проигрывателе, двое специалистов по моей рекомендации займутся им сегодня днем. Простите, что так долго с этим тянул, но они проворные ребята. Они вас не задержат.
- Надеюсь, они знают свое дело, - оправившись от изумления, сказал Мэтисон. - У меня есть пара принципиальных затруднений.
- Они специалисты высочайшей квалификации. Не волнуйтесь на этот счет. Теперь ещё два вопроса. Я посылаю в Цюрих миссис Конвей - она начальник отдела переводов и в своем роде немножко лингвист. Знаете, несколько лет назад она потеряла мужа. Очень способная девушка. Она сможет руководить офисом, пока я подберу замену Йетсу. Это потребует некоторых усилий, должен вам сказать.
Пусть на этот раз тебе повезет больше, мысленно пожелал ему Мэтисон.
Ньюхарт продолжал:
- Она в курсе наших проблем. Я рассказал ей об этой смехотворной истории с контрактом Брайанта. Если вы захотите расширить её представления об этом вопросе, можете на неё положиться. Очень надежная девушка.
Что означает, мрачно уточнил Мэтисон про себя, что дама уже не первой молодости и махнула на себя рукой.
- Было бы проще, если бы вы послали мужчину.
- Арнольд в Хьюстоне, у Бернштейна жена в больнице; Джонстон участвует в проверке трудов нашего автора, чтобы мы не попали потом впросак, а Парадини занят в судебном процессе. Кроме того, никто из них не знает французского и немецкого одновременно. Не желаете ли стать издателем?
- Ковер от стены до стены не стоит таких сложностей. Эй - чуть не забыл... Вы получили фотографии с той пленки?
- Вы тоже получите их сегодня днем. Насколько я понимаю, вы захотите лично отвезти их в Зальцбург.
- Разве это не увеличит командировочные расходы? - с некоторым удивлением поинтересовался Мэтисон.
- Надеюсь, это сократит некоторые другие расходы. По крайней мере, я так начинаю думать. А вы как считаете?
- Вы наняли Йетса и уполномочили действовать от вашего имени. Вы всегда поддерживали заключенные им соглашения. Тот факт, что вы понятия не имели об этом контракте, будет в судебном слушании смотреться очень бледно.
- Тем разумней будет, если вы повидаете миссис Брайант и объясните ей ситуацию.
- Думаю, это самое меньшее, что можно сделать. Она такая же пострадавшая сторона, как и вы. Не будь она порядочным человеком, вам был бы обеспечен судебный иск.
- Было бы не плохо получить подписанный отказ от иска, как вы думаете?
- Это совершенно необходимо. И, я думаю, было бы целесообразно предложить разумную компенсацию. Как насчет эквивалента исходного аванса триста долларов?
- Значит, вы полагаете, может выплыть ещё и контракт?..
- Это всегда возможно. Жаль только, что сумма такая маленькая, - она будет нуждаться в каждом пенни, который сможет выручить, подумал Мэтисон.
- Вы советуете дать ей больше? - встревоженно спросил Ньюхарт.
- Нет. Это будет смахивать на подкуп. Между прочим, если бы вы захотели заказать альбом такого рода, какой вы предложили бы аванс?
- Ну, для первой книги неизвестного автора - пятьсот долларов было бы довольно щедро. Некоторые издатели платят не больше четырехсот. Почему вы об этом спросили?
- Чистое любопытство, - Йетс дешевка во всем, подумал Мэтисон. Даже лишняя пара сотен была бы очень кстати семейству Брайантов. - Это просто идиотская история, - закончил он раздраженно.
- И не имеющая к нам никакого отношения, - негодующе поддержал его Ньюхарт. - Как бы то ни было, вы во всем разберетесь на месте. Надеюсь, когда вы закончите с этой историей, я ещё когда-нибудь смогу задуматься об издательском деле.
- С этим я управлюсь. Постараюсь побыстрей.
- Сделайте все возможное. Удачи вам, Билл.
Мэтисон заказал себе билет на ночной рейс в Цюрих. Таким образом, даже с учетом дождя и тумана, он должен был приземлиться в Швейцарии ранним утром. По местному времени. Добро пожаловать в неразбериху часовых поясов, подумал он, начиная снова укладывать свою сумку.
В кухне хрипло рыкнул домофон. Двое ремонтных рабочих насчет антенны, сообщил портье из холла. Они поднялись служебным лифтом, оба в серых рабочих брюках, в клетчатых фланелевых рубашках, носивших следы тяжелого трудового дня, и полурасстегнутых куртках, испачканных маслом и копотью.
- Мэтисон - это вы? - спросил один из них, широкие плечи которого оттягивал большой тяжелый ящик.
А то ты не знаешь, подумал Мэтисон, кивнув Джону Ламберти.
- Проходите, - буркнул он таким же грубоватым тоном, отступая в свой небольшой холл. Он посмотрел на второго "рабочего" с толстым мотком провода на руке. Он был примерно такого же роста, как и сам Мэтисон, то есть хорошим утром после доброго сна - примерно пять футов одиннадцать дюймов. У него были густые волосы, длинные, собиравшиеся кольцами на шее, взлохмаченные над ушами и лбом, словно он только что со сквозняка. Он был примерного такого же возраста, как и Мэтисон. Определенно, не старше тридцати пяти, с правильными чертами лица, довольно приятными, но какими-то невыразительными; вероятно, потому, что он очень следил, чтобы они ничего не выражали. Но как только он шагнул в гостиную, пустой взгляд светло-голубых глаз стал пристальным и откровенно изучающим. Мэтисон ответил таким же холодным оценивающим взглядом.
Ламберти свалил свою поклажу на пол и произнес:
- Ну, теперь не будем терять время. Приступим к делу. Между прочим, его звать Чак.
- Чарльз Нилд, - уточнил его спутник. У него был приятный голос. Он достал сигарету и шагнул к стене, чтобы поближе взглянуть на офорт Калло, висевший на стене. У него острый глаз, отметил Мэтисон; этот Калло единственный оригинал, который я смог себе позволить.
- Начинай ты, Джек, я подожду своей очереди, - через плечо бросил Нилд.
- Мы не займем у вас много времени, - заверил Мэтисона Ламберти. - Мы знаем, что вы сегодня улетаете.
- Вы из разных фирм? - спросил Мэтисон, с любопытством покосившись на Нилда. - А я-то думал, у меня в гостях фирма "Братья Ламберти".
Нилд рассмеялся:
- Возможно, нам следовало бы объединиться. Мне кажется, маневр с грузовым лифтом совсем неплох.
Ламберти выразительно взглянул на часы:
- Сегодня исключительный день. Мы подумали, что сбережем уйму времени и усилий, если Нилд придет вместе со мной. Я за него ручаюсь. Временами этому трудно поверить, но он действительно на нашей стороне.
Нилд отошел в другой конец комнаты и начал перебирать пластинки. Он выбрал сонаты для струнных Россини:
- Не возражаете? Мы ведь проверяем проигрыватель, не так ли?
После этого он уселся в самое удобное кресло и начал изучать очертания крыш новых высотных домов на юге на фоне неба.
- Не знал, что ваши фирмы сотрудничают, - сказал Мэтисон Ламберти, оторвавшись от разглядывания Нилда.
- Иногда приходится. Сейчас нам пришлось стакнуться со швейцарскими спецслужбами, а фирма Нилда ведет переговоры с англичанами. Это проблема всеобъемлющая.
- Как и сам мистер Йетс.
Ламберти кивнул и продолжил:
- Есть две вещи, которые Фрэнк О~Доннелл поручил мне передать вам. Не пользуйтесь номером телефона, который дала вам Анна Брайант.
- Номером Йетса? По которому её муж должен был перезвонить, как только вернется в Зальцбург?
- Совершенно верно. Этот телефон прослушивается цюрихской полицией. Они ждут, не воспользуется ли этим номером кто-нибудь из приятелей Йетса. Незачем заставлять их думать, что вы к таковым относитесь; это добавит им работы, а её и так хватает.
- Что они обнаружили по этому адресу? Подтверждение, что Йетс - это Берч?
- Совершенно верно, это предположение подтвердилось. Но они пока не выяснили, кто его наниматели. Поэтому они продолжают разработку, - Ламберти оглядел ковер. - Вот почти все, что я уполномочен передать на этот счет. Но О~Доннелл может встретиться с вами в Цюрихе. Он сейчас там для короткой консультации с Густавом Келлером, своим коллегой из швейцарской службы безопасности. Отсюда второе, что я должен передать вам: описание Келлера, на случай, если он захочет увидеться с вами. Келлер такого же роста, как О~Доннелл, но покрепче сложением. Седые коротко подстриженные волосы. Темные усы. Круглое лицо, здоровый румянец, серые глаза. Очень маленькие ноги. Получили представление?
Мэтисон кивнул.
- Значит, с этим все. Итак: не пользуйтесь номером телефона - просто забудьте о нем; и помните о Густаве Келлере.
Мэтисон снова кивнул.
- А вот фотографии, которые вы хотели получить, - Ламберти достал большой конверт из огромного внутреннего кармана куртки. - Примите нашу благодарность.
Мэтисон торопливо распечатал конверт и с интересом перебрал фотографии.
- Я не представлял, что их можно так сильно увеличить. Сохранив отчетливость, я имею в виду. Вы здорово поработали, - он просмотрел всю стопку. Да, здесь было два комплекта: один для него, другой для ограбленного архива Анны Брайант.
- Они очень пригодились, - заметил Ламберти. Он снова взглянул на часы. - Сколько тебе нужно времени, Чак? - окликнул он своего спутника.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14