А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Поэтому его действия считаются незаконными и аннулируются. — И Пеппермайер добавил в сторону Аманды: — Мне очень жаль, мисс Сайтс, но я должен отстаивать интересы своего клиента.
Грэнт высокомерно и победоносно улыбался, и Аманда почувствовала себя так, словно ее нокаутировали. Слишком уж все протекало хорошо! Проклятье! И все это, когда она уже приобрела твердую уверенность; когда, наконец, нашла Собственный Дом. Навернувшиеся на глаза слезы блеснули прежде, чем она успела их скрыть. Нет, она не позволит Грэнту Гарднеру победно созерцать ее плач. Возможно, теперь у нее нет больше Туманной Долины, зато у нее есть гордость.
Тем временем Стэнфорд Дарси внимательно прочел завещание Харольда Гарднера и особенно тщательно изучил вышеуказанный пункт. Медленно его губы расплылись в улыбке.
— Господа, боюсь, что не могу согласиться с вашим мнением, и, я уверен, таким же образом поступит судья. Вы ошиблись в толковании этой статьи. Здесь говорится, я цитирую: «Ни один из моих сыновей не продает, не обменивает, не дарит, не завещает собственность лицам, не имеющим прямых родственных связей с семьей, а также не переводит ее на имя потерпевшего от руки одного из братьев. Таким образом, отрицается законность любых таких передач». Джентльмены, Тэд Гарднер не продал, не обменял, не подарил, не завещал Туманную Долину мисс Сайтс. Он потерял ее, проиграв в карты. И в этом состоит вся разница. Теперь, если вы желаете оспорить мое заявление перед судьей, вы свободны в своих действиях. Только толкование судьи будет абсолютно таким же. Если же вы сделаете ставку на слово «дарить», я предоставлю вам несколько текстов, объясняющих значение этого слова как «преподнести или передать в качестве подарка», чего, разумеется, Тэд не делал.
— Но когда Тэд поставил собственность на кон, разве она не была заменой эквивалентной суммы денег? Таким образом, это обмен, — возразил Пеппермайер.
Дарси спокойно покачал головой:
— Это возражение, Роджер, будет отклонено в суде, и мы оба это прекрасно знаем. При совершении обмена обе стороны получают выгоду. Тэд же остался ни с чем после игры. Только мисс Сайтс получила от нее выгоду.
— Мы могли бы предположить, что мисс Сайтс жульничала либо воспользовалась состоянием алкогольного опьянения Тэда.
— Нет. Речная игра — вполне законное предприятие. Любой, вошедший в игровой салон, должен с честью воспринимать свой проигрыш, не обращаясь потом в суд и не ссылаясь на обстоятельства и причины такого несчастья. Значение при этом также имеет письмо Тэда к Грэнту, где рассказывается обо всем произошедшем. Копия этого письма находится в суде и закреплена подписями юриста и свидетелей. Пока вы не докажете, что мисс Сайтс приставила к голове Тэда заряженный пистолет, у вас не будет никаких оснований опровергнуть передачу, Пеппермайер, а это невозможно, имея свидетелями всех участников игры и нашего дорогого Бена Уидмарка.
Пеппермайер протяжно выдохнул и откинулся на спинку стула, видя, что проиграл.
— Мне очень жаль, Грэнт, — сказал он своему клиенту. — Он полностью прав. Мы можем передать это дело в суд, но наши шансы будут до предела скромны. Все выльется в долгий, дорогостоящий и, увы, безнадежный процесс. — Адвокат взглянул на своего коллегу-противника и натянуто улыбнулся: — Если бы Дарси не был такой значительной помехой, мы бы вытянули победу. Но случилось так, что мисс Сайтс выбрала очень опытного и профессионального адвоката.
— Какой выбор сделаю я, будет известно всему городу. Откуда мне знать, одурачила мисс Сайтс моего брата или нет, — произнес Гарднер, тяжело глядя из-под нахмуренных бровей. — С вашей репутацией, смените вы хоть десять гардеробов, весь Лексингтон встанет против вас. И тогда посмотрим, как долго вы продержитесь здесь, моя дорогая «леди-картежница». Подумайте об этом хорошенько, Аманда! Прямо здесь и прямо сейчас я готов заплатить вам за возвращение моих владений. Я предложу вам честную цену. Сполна. Вы не останетесь в проигрыше, вернув мне мою собственность. Уезжайте немедленно из Лексингтона и никогда более не ступайте на мой порог.
Последовала пауза.
— Что вы думаете об этом, Аманда? Сделка состоится?
Аманда вся засветилась, когда вновь почувствовала себя обладательницей Туманной Долины. Теперь это ее дом, и она не позволит Гарднеру отнять его. Если, конечно, у нее хватит на это сил. Отныне она ни за что на свете не сядет за покер, чтобы не было подтверждения слухам, которые распустит Грэнт.
Разумеется, она не клюнет на такую глупую приманку. Она негромко рассмеялась, и Гарднеру все стало ясно.
— Нет, сделки не будет, Гарднер. Скажите, чего вы хотите добиться? Очернить меня до самой Калифорнии? Так сначала найдите факты, иначе я подам на вас в суд за клевету. Вы называли меня проституткой; если мне потребуется доказать обратное, я с легкостью сделаю это. Вы назвали меня шулером; все, кто когда-либо имел возможность видеть мои способности, подтвердят, что в игре я не нуждаюсь в этом. Да, я провела свою жизнь, играя на реке. Я не отрицаю этого. Точно так же, как и не стыжусь этой профессии, которую многие привыкли считать незаконной и недостойной. Мой отец, упокой, Господи, его душу, был игроком, и лучшего мужчины я не встречала на этом свете. Так что говорите все, что вам заблагорассудится. Я никуда не уеду, и вы не выгоните меня своей болтовней и не купите деньгами. Пусть эти два джентльмена выступят свидетелями моих слов: я намереваюсь принять самое активное участие в делах. Как ваш полноправный партнер, мистер Гарднер, я желаю иметь доступ ко всем бухгалтерским книгам, получать прибыли и участвовать в расходах. Если вы попытаетесь не позволить мне этого, я буду искать защиты у закона. Иными словами, я посажу вас за решетку так быстро, что вы даже не успеете моргнуть.
— Вы даже не хотите услышать мое предложение? — выдавил Грэнт сквозь стиснутые зубы. Его ноздри бешено раздувались. — Что, если вы сразу будете иметь, скажем, двенадцать тысяч долларов? По-моему, это гораздо лучше, чем год за годом, работая не покладая рук, вытягивать из фермы ничтожные копейки. Вы сразу же сможете купить себе столько нарядов!
И снова Аманда рассмеялась, и снова ее смех, как по струнам, ударил по его нервам.
— Чего стоят ваши активы, я узнала с помощью мистера Мэйси, — сказала она Гарднеру. — Еще перед тем, как собственность была признана моей, он любезно проводил меня в банк, где я смогла не только открыть свой личный счет, но и получить сведения о состоянии дел фермы. Кроме того, я не такая глупая, чтобы подобно Тэду принять на веру ваши цифры: цена Туманной Долины занижена вами более, чем в шесть раз. Может, вы поднимете свою ставку, мистер Гарднер?
— И тогда вы согласитесь? — вопросом ответил он, прекрасно зная, что он не может предложить более двенадцати тысяч. Ферма действительно приносила большие доходы, ведь не зря большая часть капитала паслась на пастбище или была вложена в сделки с другими предпринимателями. Наличный же капитал ненамного превышал ту сумму, которую он предложил Аманде. Дать больше означало продать призовых лошадей, упустить из рук выгодные сделки из-за недостатка финансирования либо заложить половину Долины в банке. Скорее Грэнт умрет, чем допустит это.
— Я сомневаюсь, что большая цена заставит меня изменить решение. Но это удовлетворило бы мое любопытство, — ответила Аманда.
— Двадцать тысяч — мое последнее слово, — сказал он резко и затаил дыхание в ожидании ответа.
— Соблазнительно, но далеко не достаточно. Сами посудите, Грэнт: вы торгуетесь со мной, значит осознаете это. И, повышая цену, вы причиняете себе лишнюю боль.
Грэнт посмотрел на нее каким-то странным взглядом.
— Вы — моя боль, Аманда.
ГЛАВА 6
Этот день обещал быть весьма необычным. Аманда упивалась своей победой. Одолев Гарднера и его адвоката, она решила отпраздновать это событие чашечкой кофе с яблочным пирогом. Она выбрала себе столик у окна кафе, чтобы можно было наблюдать за прохожими, и уже откусила первый кусочек, как Анабел Фостер подошла и уселась перед ней, не спросив разрешения.
— Забавно встретить вас здесь, — заговорила она, резкими движениями снимая перчатки.
У Аманды сразу пропал аппетит и, отодвинув тарелку, она спросила:
— Что вам нужно, мисс Фостер?
— Несколько вещей. — Анабел попыталась скорчить улыбку. — Я только что узнала, что вы намерены остаться в Туманной Долине.
— Быстро же распространяются слухи.
— Мне сказал об этом Грэнт. Похоже, ваши притязания получили юридическую поддержку. — И она добавила язвительно: — Примите мои поздравления, мисс Сайтс. Я всегда говорила, что Тэд — безответственный осел, и теперь он сам подтвердил мою правоту, не так ли?
— Спасибо за поздравления, и я думаю, что вы правы, — ответила Аманда, криво усмехаясь.
Анабел вздернула подбородок, словно собираясь устроить Аманде ужасный скандал:
— Раз уж вы будете жить в доме Гарднера, я думаю, нам необходимо договориться о некоторых вещах. Как женщина с женщиной, вы понимаете?
Пока что Аманда не поняла ничего, но выразила готовность слушать, пока не кончится ее кофе.
— Продолжайте, — сказала она спокойно.
— Я не отрицаю, что мне неприятно видеть вас в одном доме с Грэнтом, особенно принимая во внимание ваше… э-э… прошлое, скажем так. Однако, об этом уже поздно говорить. Так вот, я бы хотела предупредить вас раз и навсегда, что Грэнт и я собираемся пожениться. Он мой, мисс Сайтс, и я просто не выдержу, если узнаю, что между вами что-то происходит. Я думаю, что вы догадываетесь, о чем я.
Она выпалила все это так стремительно, что Аманда не успела решить, возмутиться ей или рассмеяться.
— И на какой же день назначена свадьба, мисс Фостер? — Почему-то у нее кольнуло в сердце при мысли, что Грэнт Гарднер женится на этой маленькой ненавистной глупышке. Но ведь Аманда не испытывала к нему никаких чувств. Более того, Гарднер был ей ненавистен, хотя она признавала, что он дьявольски красив.
— Мы еще не установили точную дату, — уже более спокойно ответила Анабел. — Вы знаете, у Грэнта на носу несколько крупных сделок, очень важных для фермы. Поэтому мы ждем их завершения. Мало радости планировать свадебное путешествие, когда жених по уши в работе, не так ли? Кроме того, мы хотим придумать что-нибудь необыкновенное, так что Грэнт вынужден пока экономить. Он очень добросовестный, когда речь заходит о делах. Вы скоро сами в этом убедитесь, мисс Сайтс. Что до меня, я не позволю рыбке сорваться с крючка!
Аманда исподтишка взглянула на руку Анабел и с удивлением заметила, что обручального кольца на ней нет. Может, эта девушка просто боится, что Грэнт влюбится в Аманду, и называет себя его невестой? Или это неофициальная договоренность, предваряющая публичное оглашение? Вероятнее всего — последнее. Вчера вечером Грэнт называл ее «дорогая», а подобными словами просто так не разбрасываются.
Да ей-то что, в конце концов?! И почему, черт возьми, это должно ее волновать?! Потому что ты, дурочка, хочешь, чтобы Гарднер был твоим! Внутренний голос твердит тебе об этом. Будь честной: это тот мужчина, о котором ты мечтала. Твои тайные мысли, дорогие твоему сердцу желания ожили. Да, он груб. сейчас. Но ведь он мужчина, а значит его можно завоевать. Это не так уж трудно. Вы будете жить под одной крышей, питаться за одним столом, постоянно находиться рядом друг с другом. Уже сейчас видно, что в какой-то степени ты заинтересовала его. Теперь порази его нарядами, безупречными манерами, живым умом, поведением, подобающим леди. Неужели ты позволишь ему беспрепятственно ускользнуть от тебя? Неужели ты будешь спокойно наблюдать, как эта маленькая глупая блондинка уводит из-под носа твоего мужчину? Если так, то ты несчастная дура и некого винить в этом, кроме себя самой!
Выполнив основную задачу, Анабел с облегчением улыбнулась:
— Вы знаете, Аманда, можно мне вас так называть? Мы с вами сможем подружиться, правда? Я подумала об этом, потому что вы будете партнером Грэнта, и вам придется усовершенствовать свои манеры — это важно для ведения дел, а тем самым для финансового успеха.
Не услышав ответа, Анабел уверенно продолжала:
— Как невеста Грэнта я решила похоронить враждебность, которую питала к вам. Если вы доверитесь мне, я буду учить вас вести себя, как леди, так чтобы никто в этом не усомнился. Поскольку вы будете сотрудничать с Грэнтом, вам несомненно придется общаться с лучшими его клиентами. А пренебрежение к вам с их стороны плохо скажется и на его делах.
Аманда не верила ни единому слову Анабел, но решила продолжить игру и посмотреть, к чему все это приведет.
— И что вы можете мне предложить для начала, Анабел? Можно мне вас так называть, моя дорогая? — передразнила ее Аманда.
— Конечно, — сказала Анабел с ноткой недовольства в голосе. Очевидно, слова Аманды сильно задели ее. — Итак, — начала она, — я думаю, первое — это внешность. Хотя вы хороши собой, и, я уверена, следили за своей внешностью, вам необходимо изменить стиль. И цвет, кстати, тоже. Зеленый или темно-фиолетовый был бы лучше всего. А тот, кто надоумил вас купить эту шляпку, явный мошенник. К тому же, если бы вы укоротили и завили волосы, это утончило бы ваши черты и скрыло длину носа.
Удивительно, как Аманда не лопнула: с таким трудом она удерживалась от смеха. Наконец, овладев собой, Аманда спокойно заговорила:
— О, Анабел, вы так добры ко мне! Просто не знаю, чем я смогу отблагодарить вас!
— Это мой долг. Мама учила меня, что милосердие — это добродетель, и я стараюсь помогать людям менее счастливым, чем я.
Немного спустя Аманда очутилась в одном из лучших магазинов Лексингтона, покорно следуя за возбужденной Анабел.
— Мадам, мы хотели бы увидеть ваши последние модели, — объявила Анабел. — И покажите, пожалуйста, каталог и материалы.
В течение следующего часа Анабел с энергией рвущейся к финишу лошади отбирала самые ужасные модели и цвета, какие когда-либо приходилось встречать Аманде. Снова ей пришлось быть усеянной булавками и тысячу раз быть обмеренной. Когда они, наконец, покинули заведение, Аманда стала беднее еще на семьсот долларов, оплатив одежду, которую не решилась бы надеть даже на камбузе «Игрока».
Анабел, разумеется, была в восторге от собственного выбора, а Аманда продолжала разыгрывать свою роль. Выйдя на улицу, она извинилась и, желая якобы обговорить со швеей цвет пуговиц на одном из восхитительных платьев, вернулась в магазин. Там она, к изумлению швеи, отменила все заказы и уверила ее, что скоро вновь посетит магазин и закажет более подходящие модели на ту же сумму.
— Я просто не хотела огорчать бедную девушку, сказав ей, что у нее ужасный вкус, — объяснила Аманда, виновато пожимая плечами. И швея облегченно вздохнула при мысли, что ей не придется шить такие отвратительные платья.
Затем последовал магазин женских шляпок (к счастью, это было не у Ады Коултрейн), где, продолжая спектакль, Аманда вынуждена была купить две кошмарные шляпки для успокоения Анабел. Она дала себе слово сжечь их при первой же возможности.
В парикмахерской Аманда заупрямилась, не пожелав ни стричься, ни завиваться. Она лишь внимательно изучила несколько причесок на картинках и пообещала воплотить эту идею в жизнь чуточку позже.
Когда пришло время расставаться, Анабел вся светилась от удовольствия. Аманда, утомленная этим длинным днем, тоже была удовлетворена. Она с улыбкой представляла себе лицо Анабел, когда та поймет, что Аманда не такая идиотка, какой прикидывалась. Этой мысли ей было достаточно, чтобы сохранить хорошее настроение до самого дома.
После предупреждения, полученного от Аманды, Грэнт не особенно удивился, обнаружив ее у себя в кабинете за бухгалтерскими книгами. Тем не менее, это возмутило его. Девчонка совала нос в его дела и явно не теряла времени. Чего нельзя было сказать о нем самом: последние часы прошли без толку и без польза.
Хуже всего было то, что Аманда этим утром выглядела просто великолепно. Грэнт был поражен тем, что строгая прическа с тугим узлом на затылке и простенькая блузка, застегнутая до самого подбородка, только добавили привлекательности этой женщине. Нет, не просто привлекательности — очарования, чувственности, соблазна, черт ее побери!
— Я вижу, вы уже разобрались в книгах, — пробурчал он вместо приветствия. — Вы меня обяжете, если будете спрашивать разрешения.
— Я нигде не могла найти вас. Чалмерс, наконец, сознался, когда я пригрозила испортить его новые блестящие туфли, что вы уехали к Бену Уидмарку. Так вам удалось выяснить у него, где теперь Тэд?
— Нет. Вот все, что Уидмарк мог сообщить мне: они вдвоем сошли в Сент-Луисе, как вы и говорили, затем сняли номер в гостинице и пробыли там два дня, в течение которых Бен безуспешно пытался уговорить моего брата вернуться домой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35