А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Ага! Теперь вспомнил! — Мэйси щелкнул пальцами. — Гарднер — фамилия того юнца, у которого ты выиграла ферму. Кто-то из ваших родственников, полагаю? — Обернувшись к Грэнту, спросил он.
— Мой брат, — коротко отвечал Грэнт, чьи зеленые глаза метали молнии в Мэйси.
— А как вы с Мэнди познакомились?
— Мы больше, чем знакомые, Арт, — сказала Аманда со вздохом. — Мы, к прискорбию Грэнта, деловые партнеры. Видишь ли, проиграв мне свою половину фермы, он забыл сказать, что другой половиной владеет его старший брат.
— Да, это становится более интересным.
Когда подали кофе, Мэйси достал сигару. Перед тем как закурить, он спросил Рут:
— Не возражаете, если я закурю?
Раздраженно взглянув на него, Аманда ядовито произнесла:
— Сначала ты мог бы спросить меня, Мэйси.
— Но, дорогая, после тех ночей, что мы провели вместе, я знаю, что ты не возражаешь.
Аманда едва не лишилась чувств. Раскрыв рот в безмолвном проклятии, она, казалось, готова была провалиться сквозь землю. Она услышала возглас Рут на другом конце стола. Чалмерс то ли поперхнулся, то ли прочистил горло. Сенатор, как всегда сдержанный, промолчал. Грэнт смотрел мимо, словно ее и Мэйси не существовало вовсе.
— Мэйси! — жалобно воскликнула она. — Ради Бога, ты разве не понимаешь, что обо мне подумают? Будь так любезен, объясни всем, что мы только играли в карты.
— Ох, ну разумеется! А что еще они могли по… О, Боже! Я прошу прощения, Аманда. Я, как всегда, не подумал, прежде чем сказать! — Обращаясь к другим, он добавил: — Видите ли, Аманда — одна из моих немногих знакомых, которые действительно хорошо умеют играть в покер. Играть с ней всегда было для меня приятно и полезно. И, кстати, я вспомнил, что «Игрок» стоит у доков. Как насчет того, чтобы отправиться на реку и провести вечер за игрой?
Несмотря на всю свою досаду, Аманда обрадовалась, услышав, что «Игрок» находится в Луисвилле. Ей вдруг безумно захотелось увидеться со своими друзьями, со своей «приемной семьей» — малышкой Бэтси, капитаном Дэнсоном, Амосом, Нэтти. Весь прошедший месяц она тосковала по ним.
— О, я бы с удовольствием встретилась с ними еще раз, — проговорила она.
— Ну что ж, тогда пойдем. — Мэйси взял ее за локоть, чтобы помочь ей подняться со стула. Стряхнув его руку, она выпалила:
— После того, что ты сделал, и ужасного впечатления, что ты произвел, я не разрешу тебе сопровождать меня и на собачьи бои, Арт Мэйси! — Она обернулась к Чалмерсу: — Регги, вы поедете со мной, ведь правда же? Я бы с радостью познакомила вас с моими друзьями на реке.
— Регги? — откликнулся Грэнт, быстро переведя взгляд со своего верного слуги на Аманду. — Вы теперь так его зовете? — спросил он с раздражением. — Уже успели сойтись поближе, не так ли?
— Это касается только Регги и меня, — фыркнула в ответ Аманда.
— Почему бы нам всем не поехать? — вовремя предложила Рут. — Я бы не прочь попытать счастья и еще раз сыграть в блэкджек. В прошлый раз я только начала входить во вкус.
Уступая ее желанию, сенатор обратился к Гарднеру:
— Едете с нами, Гарднер?
Грэнт кивнул, неестественно улыбаясь.
— Не могу отказаться. Мне давно хотелось увидеть Аманду в более привычной для нее обстановке.
Капитан Дэнсон возликовал, увидев ее.
— Господи, дай я погляжу на тебя! Настоящая леди! — воскликнул он. Одна Аманда услышала, как Грэнт пренебрежительно фыркнул в ответ на эти слова.
— Стало быть, вернулась, девочка? — прогремел Амос, крепко обняв ее своими большими черными руками, глаза его сияли от радости. — Сыта по горло этой вонючей лошадиной фермой?
Теперь наступил черед Аманды:
— О! Думаю, я смогу выдержать еще долго, Амос. Нет, я приехала просто навестить вас, потому что я по всем вам ужасно соскучилась. — Когда она отвечала ему, глаза ее затуманились слезами.
Увидев подругу, Бэтси испустила такой крик, что у окружающих чуть не лопнули барабанные перепонки. На каблуках, таких высоких, что они напоминали ходули, в своем открытом, безвкусно разукрашенном облегающем платье, она одним прыжком очутилась около нее.
— Мэнди! Ну надо же! Глазам своим не верю! Только не рассказывай мне, что этот прохвост Гарднер оставил тебе пару хромых кляч и кучу долговых расписок, а не то я прямо здесь сойду с ума от горя!
Замечание о Тэде, которое позволила себе эта маленькая блондинка, ее крик, произвели на Грэнта отталкивающее впечатление. Одного взгляда на размалеванное лицо Бэтси, копну завитых волос и тени, безусловно наложенные не природой, для него было достаточно, чтобы понять, что перед ним отвратительная шлюха, даже еще хуже Аманды — таково было его заключение.
Чалмерс, до сих пор молча наблюдавший эту встречу, наклонившись к Грэнту, негромко сказал:
— Похоже, что мастера Тэда здесь хорошо запомнили.
— Заткнись, Регги, — прошипел Грэнт. Услышав их разговор, Аманда громко сказала:
— Не обращайте на него внимания, Регги. Рядом со мной всегда найдется местечко для вас.
— Как и для любого, кто ей попадется, — презрительно усмехнулся Грэнт, получив за это несколько убийственных взглядов.
Рут уселась за стол для блэкджека, а Чалмерс направился к столу для фараона, объяснив, что «ужасно давно не имел удовольствия сразиться с кем-нибудь в эту игру».
Мэйси и сенатор Уиттакер предпочли покер и стали уговаривать Аманду и Грэнта присоединиться к ним.
— Не можем же мы вдвоем играть в эту приличную игру, — заметил Мэйси убедительно. — И кроме того, вы не увидите настоящей игры без участия Аманды.
— Но я приехала навестить Бэтси и остальных моих друзей, а не играть в карты, — возразила Аманда.
— Тогда попросим Бэтси — и дело с концом. Хотя вы обе много болтаете за игрой, и похоже, я проиграюсь из-за того, что не смогу сосредоточиться.
— Это пойдет тебе на пользу, — проворчала Аманда, все еще не в силах простить ему его бестактность за обеденным столом.
Грэнт давно желал увидеть Аманду в игре. Все так превозносили ее искусство игры в карты, и теперь он имел возможность лично убедиться в справедливости этих похвал. Он не очень верил разговорам. Весьма немногие игроки действительно чего-то стоят. Как правило, их слава оказывалась на деле сильно преувеличенной. Он полагал, что это касается и Аманды. Она, вероятно, умеет играть, но была, наверное, лишь яркой приманкой — не больше. Этаким приятным дополнением к игре — вроде красивого пейзажа за окном.
Когда они начали, ему пришлось признать, что она действует очень профессионально, если не считать ее привычки без конца жевать резинку. Она не загибала углы карт, не задавала глупых, раздражающих вопросов. Спокойно соглашалась со ставками, оговорками, которые делали партнеры. Для начала она быстро перетасовала карты, дала Грэнту снять, затем ловко и без ошибок сдала. Ни разу не спросила, на что ставили, не ошиблась, делая ход, не поинтересовалась, кто ходит, хотя во время игры постоянно прихлебывала пиво. Бэтси, несомненно, тоже умела играть, но порой она совершенно забывала, какие карты вышли из игры, или чья очередь ходить. В отличие от этой маленькой подвижной блондинки, Аманде удавалось внимательно следить за ходом напряженной игры и при этом болтать не переставая.
Казалось, она все время точно знала, что происходит, какие карты оставались в колоде, а какие уже на руках, и у кого. Она сохраняла на лице такое непроницаемое выражение, какого Грэнт еще не встречал никогда, и ни на секунду не давала партнерам разгадать себя по выражению лица или глаз, хотя не прекращала болтать с Бэтси, смеялась и улыбалась тем, кто на протяжении вечера приближался к их столу. К тому времени, как Рут подошла к столу и, широко зевая, объявила, что пора возвращаться в гостиницу, пока они окончательно не отупели, Аманда была в приличном выигрыше. Сенатор преуспел меньше, как и Бэтси, заявившая, что все равно довольна, поскольку игра шла на корабельные деньги. Грэнт за вечер проиграл немного. К удовольствию Аманды, да и Грэнта, хотя он не сказал об этом вслух, больше всех проиграл Мэйси.
— Мэнди, дорогая, — проговорил Мэйси сонно, — мне придется запомнить, что против тебя мне играть нельзя, иначе попаду в работный дом. Тогда Лорна убьет меня.
— Не похоже, но думаю, что ее оправдают, — вздохнула она, как бы разговаривая сама с собой. — В тебе столько же очарования, сколько в змее, Мэйси. Так почему ты мне все еще нравишься, несмотря на все это?
— Неужели ты любишь меня? — спросил он, с надеждой взглянув ей в лицо.
— Только в твоих снах, Мэйси. Возвращайся домой к своей жене, пока она от тебя не ушла.
После затянувшегося прощания, моря пролитых слез и обещаний писать Аманда крикнула Бэтси, стоявшей на палубе:
— Обещай, что скоро навестишь меня, Бэт!
— Обещаю! И не давай никому, особенно этому твоему напыщенному компаньону, который так гладко выражается, садиться тебе на шею, слышишь?
Бэтси еще раз бросила на Грэнта один из тех выразительных взглядов, которыми они обменивались целый вечер. Было очевидно, что, вопреки надеждам Аманды, они друг другу не понравились.
— Прекрасно! Приглашаете в мой дом кого попало! — проворчал Грэнт, когда экипаж отъезжал от доков.
— Бэтси совсем не кто попало, и мне обидно слышать ваши слова. Кроме того, я могу приглашать кого захочу. Ведь Туманная Долина и мой дом тоже.
— К сожалению.
— Дети, дети, — послышался голос Рут, уютно устроившейся, положив голову на плечо мужа. — Неужели вы не можете сказать друг другу что-нибудь приятное?
— Ну, что ж, вы неплохо играете в покер, Грэнт, — нехотя проговорила Аманда.
— Вы тоже — для женщины.
— Вы готовы признать, что я не обжуливала вашего брата?
Она почувствовала, как его плечо, находящееся рядом с ее собственным, поднялось в тяжелом вздохе.
— Возможно. Однако, несомненно то, что вы прирожденная задира и слишком много выпиваете.
— Это моя забота!
Он язвительно усмехнулся.
— А то, что ваша рука оказалась на моей ноге, тоже ваша забота?
— Черт! — взвизгнула она, двинув локтем ему под ребра.
— За что? — воскликнул он, хватаясь за ушибленное место. — Вы целуете Мэйси за то, что он издевается над вами. А мне за одно маленькое замечание ломаете ребра.
— Тут огромная разница, на мой взгляд.
— В самом деле? Какая же?
— Потому что я не… потому что я… потому что… — ее голос прервался рыданиями, она заплакала.
— Я жажду узнать, в чем же состоит эта разница, Аманда.
В ответ она лишь мотнула головой, не в силах произнести ни слова. Он мог ждать до посинения. Она не могла сказать то, что чуть не вырвалось в минутном порыве. То, что внезапно оглушило ее, словно удар молота.
Неделями она пыталась найти объяснение, почему ее так сильно влекло к Грэнту? Объясняла это детскими мечтами о прекрасном принце — неожиданно принявшем облик Грэнта, хотя он и раздражал ее в сильнейшей степени.
Но сейчас она больше не могла обманывать себя. Причина, по которой она так обижалась на замечания и выпады Грэнта, причина, по которой они ранили ее так сильно, была в том, что она безрассудно, глупо, по уши в него влюбилась!
Признаться в этом самой себе было страшно. Но признаться в этом ему? Сохрани ее, Господь! Какой пагубной стала бы для нее такая откровенность!
ГЛАВА 10
Как только они возвратились в Туманную Долину, их стали одолевать посетители. Прибывали покупатели — некоторые оставались на два-три дня — желавшие договориться об участии в аукционе однолеток, намеченном на конец лета. Раньше роль хозяйки дома играла Анабел, следя за тем, чтобы каждому гостю Грэнта был оказан хороший прием и предоставлено все необходимое.
Однако сейчас Анабел все еще злилась на Грэнта и несомненно считала, что, вынудив его принимать гостей самостоятельно, она преподаст ему хороший урок — полезный или вредный, зависело от точки зрения.
Грэнту, с головой ушедшему в работу, действительно не хватало времени позаботиться о гостях или показать им ферму. Он не мог выкроить даже нескольких минут, чтобы вымолить прощение у Анабел и уговорить ее помочь. Таким образом, он был вынужден довольствоваться помощью Аманды, Чалмерса и небольшого штата прислуги.
Что касается Аманды, то она, словно холостяк перед старыми девами, постоянно боялась совершить какую-нибудь неловкость. В то же время ей ужасно хотелось доказать Грэнту, что она не нуждается в поддержке Анабел, чтобы войти в их избранное общество. С помощью Чалмерса, знакомившего ее с некоторыми тонкостями, она с головой окунулась в заботы по хозяйству, очень скоро став полноправной хозяйкой Туманной Долины — пока Грэнт ходил вокруг, как человек, запаливший динамитную шашку, в ожидании неминуемого взрыва.
Грэнт никак не предполагал, что его приятели коннозаводчики будут прямо-таки очарованы Амандой. Подобно большинству своих знакомых и родных, Аманда держалась совершенно естественно. Она не ломалась, не надувала губки, не жеманничала и не нуждалась в пустых комплиментах. А если спрашивали ее мнение, высказывала его откровенно. Совершенно не интересуясь ее прошлым, и потому объективные, они признали в ней леди.
Когда они поняли, что она всерьез интересуется разведением и выращиванием лошадей, они начали охотно вовлекать ее в свои разговоры, при каждом удобном случае объясняя ей непонятные вещи. Положение наставников льстило их самолюбию, и они выполняли взятую на себя роль с гораздо большей охотой, чем если бы на месте Аманды был мужчина.
Как-то раз подойдя к дому, Грэнт обнаружил на балконе Аманду с тремя выгодными покупателями. Они потягивали прохладительные напитки и обсуждали не модные туалеты или танцы, а преимущества травяных кормов перед зерновыми и возможности вакцинации лошадей от различных инфекционных заболеваний.
— Девушка что надо, — сказал Грэнту об Аманде фермер с Миссури. — А какое украшение для стола! Я бы взял ее, пока это не пришло в голову кому-нибудь еще.
Другой, уезжая, попросил:
— Я вернусь, и сделайте так, чтобы я застал Аманду. Я обещал прислать ей пару книг из моей личной библиотеки и в следующий раз собираюсь с ней их обсудить.
Аманда в свою очередь поняла, что если у мужчины есть чистая удобная постель, горячая ванна, вкусная еда и пирог на десерт, а напоследок кофе, бренди и сигары, он становится не менее счастливым, чем свинья в грязной луже. Им все равно сколько глупых вопросов вы задаете, потому что они упиваются собственными ответами. Эти люди любят распространяться о лошадях? Значит, вам остается только сесть поудобнее и, внимательно слушая, запоминать все их поучения и брать на заметку их ошибки. А если говорили одновременно трое или четверо, тем лучше — можно выслушать несколько различных мнений по одному вопросу, как если бы один студент попал в аудиторию, полную профессоров.
С женщинами, изредка сопровождавшими своих мужчин, у Аманды тоже не было сложностей. Многие из этих леди привыкли выслушивать разглагольствования о лошадях от рассвета до заката, а некоторые сами ими интересовались. Другие же делились с Амандой хозяйственными советами, начиная с того, как экономно расходовать деньги на хозяйство и кончая лучшим способом чистки столового серебра. Одна леди даже научила ее вышивать крестиком, о чем Аманда давно мечтала.
Как-то раз Аманда и Грэнт обнаружили, что у них гостят сразу три семьи, взрослые и дети. Грэнт по этому случаю устроил экскурсию по ферме на лошадях, любезно пригласив и женщин. Когда Аманда отказалась присоединиться к обществу, Грэнт, ухмыльнувшись, пояснил:
— Мисс Сайтс не ездит верхом. Она чувствует себя гораздо увереннее в лодке.
В тот вечер за обедом он всячески расхваливал умение присутствующих дам ездить верхом и вообще был чрезвычайно внимателен к гостям. Позже, когда детей отослали спать, и взрослые собрались в гостиной, Грэнт коварно предложил:
— Аманда, вы не исполните нам что-нибудь на фортепьяно?
Посмотрев на него, Аманда ответила:
— Вы же знаете, Грэнт, что я не умею играть.
— Ах, да, правда, — сказал он, улыбаясь. — И петь тоже не умеете? Ну, да ладно, не расстраивайтесь. Может быть, миссис Пэйдж окажет нам честь сегодня вечером. Ее таланты к изящным искусствам широко известны.
Повернувшись к гостям, он вежливо спросил:
— Розмари, не будете ли вы так добры?
С некоторым смущением та согласилась:
— Если, конечно, у мисс Сайтс не будет возражений.
Несмотря на негодование, вызванное попытками Грэнта унизить ее, Аманда восхищалась игрой Розмари Пэйдж. Ее пальцы извлекали из белых клавиш божественные звуки, а глубокое контральто звучало прекрасным дополнением к музыке. Когда смолкли последние звуки, Аманда уже почти простила Грэнту его выходку — пока в наступившей тишине он снова не заговорил.
— Аманда, дорогая, а вы не могли бы теперь продемонстрировать ваши таланты? Скажем, показать нам несколько карточных фокусов?
Она резко повернулась к нему, лицо ее пылало, глаза сверкали гневом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35