А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А теперь — на стены, за работу!— А откуда мы возьмем строительный камень? — спросил кто-то из толпы.Твенгор окинул взглядом город.— Отсюда мне открывается вид на горы разнообразного строительного камня: дома, магазины, склады — и тому подобное. Когда все закончится, вам, возможно, всем придется жить в палатках, но вы все-таки будете живы. Ничего лучшего я не могу вам предложить. А теперь — за дело!— Прекрасная речь, — заметил Халор.— Да уж, я за словом в карман не лезу, — скромно ответил Твенгор.
— Ты должен это увидеть, мистер Альтал! — стоя у окна и давясь от смеха, сказал Гер, когда Альтал, Халор и Элиар вернулись в башню. — Этот Арган пытается проникнуть в крепость, чтобы добраться до Смеугора и как бишь его там. Как, наверное, вытянется у него лицо, когда он обнаружит, что на самом деле их там нет!— Как все прошло в Поме? — спросила Андина.— Твенгор был в меру агрессивен, маленькая леди, — ответил Халор. — Но ему удалось донести до умов свою мысль. Теперь все горожане осваивают новую профессию. Из них получились не слишком хорошие каменщики, но они очень стараются.— Стены выстоят?— Никаких шансов, — презрительно фыркнул Халор. — Я увел у Дрейгона и Гебхеля нескольких пастухов Салкана, так что у Твенгора теперь есть не только лучники, но и пращники. На самом деле в Поме он занимается тем, что расчищает улицы, чтобы этим парням ничего не мешало стрелять по врагам, когда они войдут в город. Он расчищает себе поле для битвы, а когда он его расчистит, от Помы не останется почти ничего.Альтал и Гер наблюдали за стоящей на вершине холма крепостью, где как будто прятались Смеугор и Таури.— Где же Арган? — спросил Альтал. — Кажется, я его не вижу.— Он прячется вон в тех зарослях с западной стороны, — ответил Гер. — Он хитер. Ждет, когда стемнеет, а потом прокрадется к Смеугору и этому, как там его, и скажет им, чтобы они прекратили жечь пшеницу на полях. Разумеется, он их там не найдет, зато обнаружит записку, которую мы с Элиаром оставили.— Записку?— Разве Элиар не сказал тебе? Я думал, он собирался рассказать тебе об этом.— Должно быть, он забыл. Может быть, ты сам мне расскажешь, Гер?— Ну что ж, на днях мы говорили о Смеугоре и этом, как его там. Я спросил у Элиара, почему эти два генерала не могут просто взять да и убить своих вождей — они ведь их не любят. Элиар объяснил, что, если они это сделают, начнется ужасная резня. По-моему, у арумцев весьма странные представления о подобных вещах, правда?— У арумцев куча странных представлений, Гер. Может, расскажешь мне наконец о записке?— Ах да. Так вот, я начал думать, как бы сказать Смеугору и этому, как бишь его, что Генд на них зол за то, что они устроили все эти пожары, и все вдруг встало на свои места. Если все устроить так, чтобы Генд поверил в эту невероятную историю со Смеугором и этим, как его там, он действительно захочет их убить, а если их убьют не генералы, а Генд, то среди арумцев не будет никакой драки. Наоборот, они обозлятся на Генда. Ну как, хорошо придумано?— Записка, Гер, — твердо повторил Альтал. — Расскажи мне о записке. Не отвлекайся от темы.— Я просто хотел объяснить, зачем мы это сделали, мистер Альтал, — начал оправдываться Гер. — Так вот, Арган настолько хитер, что все равно проберется в крепость, как ее ни охраняй, поэтому мы с Элиаром положили там записку, якобы написанную сержантом Халором. Ее написал Элиар, потому что я еще не очень хорошо умею писать. Мы переписывали ее четыре или пять раз, чтобы убедиться, что все правильно. В записке говорится, чтобы Смеугор и этот, как бишь его там, продолжали прикидываться, будто они все еще служат Генду, и поливали своих генералов за то, что те устроили пожары, из-за которых сгорело все пропитание для воинства Генда. Затем им предписано разведать военные планы Генда через каких-нибудь ловких людей из его окружения и передать эти сведения нам, чтобы мы знали заранее, что он собирается делать. Потом мы с Элиаром приписали туда что-то насчет того, как много золота мы им заплатим за это. Затем еще добавили, что эта война всех нас здорово тревожит и все такое, а закончили тем, что вылили кучу грязи на братца Эмми. Как ты думаешь, мистер Альтал, это сработает?— Если это приведет Генда в такое же замешательство, как и меня, — возможно сработает.— Ах да, чуть не забыл. Я немного сбился с мысли, когда ты постоянно теребил меня насчет этой записки.— Молчу, молчу, — сказал Альтал мальчику. — Так что же ты упустил?— Ну вот, после того как мы выиграем эту войну, держать Смеугора и этого, как там его, в Доме станет бессмысленно, правда ведь?— Очевидно.— Мы с Элиаром подумали, что было бы здорово просто выкинуть их через дверь куда-нибудь, где Генд их быстро отыщет. Генд будет вне себя от ярости, потому что он только что проиграл еще одну войну, так что, скорее всего, он будет их убивать очень изощренно. Это будет им расплатой за то, что они пытались нас надуть, а поскольку это убийство будет совершено Гендом, руки генералов останутся чисты, а в Аруме не будет никаких раздоров. Ну как, все сходится?— Вроде все складно, — признался Альтал.— Поэтому-то я тебя и позвал к окну, чтобы ты посмотрел, — сказал Гер. — Мне хотелось, чтобы ты увидел, как у этого Аргана вытянется лицо, когда он прочтет записку. А потом, если будет время, мы, может быть, посмотрим на лицо Генда, когда Арган покажет эту записку ему. Ну как, здорово я придумал?— Просто великолепно, Гер, — сказал Альтал и расхохотался.
На следующее утро сразу после завтрака Элиар, Альтал и сержант Халор прошли коридорами Дома к лагерю вождя Колейки по прозвищу Железная Челюсть и вывели его клан на дорогу, ведущую к городу Мавору.— Великие Боги! — вскричал обычно молчаливый Колейка. — Вы только посмотрите на эти стены!— Впечатляет, правда? — согласился Халор.— Да чтобы такое построить, нужно потратить целое состояние!— Насколько я понимаю, герцог Нитрал большую часть жизни занимался изучением архитектуры, — сказал ему Альтал. — Он специально ездил в Дейку, Ос и разные другие города только ради того, чтобы сделать рисунки общественных зданий и внешних стен. Мавор расположен на берегу реки Остос, и это очень процветающий город. Когда герцог Нитрал взошел на трон, он решил вволю предаться своему любимому увлечению. Он решил превратить Мавор в самый великолепный город во всей Треборее.— По-моему, ему это почти удалось, — сказал Железная Челюсть. — Я рад, что мы на его стороне. Мне бы очень не хотелось штурмовать этот город.— Тебе и не придется, — ответил ему Халор. — Как по-твоему, сколько времени ты сможешь удерживать Мавор?— Поскольку прямо за стенами течет река, в которой всегда полно воды, и имея на складах достаточно провианта, я смогу продержаться по меньшей мере лет десять.— Будем надеяться, столько не потребуется, — сказал Альтал. — Удержать город — это важно, но что еще важнее — не дать врагу просто все бросить и двинуться на Остос.— Стоит им начать здесь бой, и они уже никуда от меня не уйдут, — заверил Колейка, и его нижняя челюсть выдвинулась вперед еще больше. — Это место — великолепная ловушка. Я дам им подойти и начать осаду. Если же они попытаются отступить, я их уничтожу. Им придется держать здесь целую армию, потому что как только они сделают попытку к отступлению, я обрушусь на них из этой крепости, как гнев божий, и смешаю с грязью по всей долине. Они от меня не уйдут, Альтал. Это я могу гарантировать.— Кажется, это самая длинная речь, которую я когда-либо слышал из твоих уст, вождь Колейка, — заметил Халор.— Простите, — коротко извинился Колейка. — По-моему, я немного увлекся. Но эти стены действительно произвели на меня впечатление.— Давайте войдем в город, — предложил Альтал. — Мы представим тебя герцогу Нитралу, а затем вы оба сможете приступить к делу.Однако когда они пришли в город, герцога Нитрала не оказалось на месте.— Его светлость сейчас на реке, — сообщил им один из гвардейцев дворцовой стражи. — Он следит за каким-то строительством. По-моему, он хочет что-то сделать с доками.— Надо же, как необычно, — заметил Халор. — Большинство людей благородного происхождения чураются подобных работ.Гвардеец рассмеялся.— Вы не знаете нашего герцога, — сказал он. — Когда он действительно увлечен своими проектами, он скидывает верхнюю одежду и начинает класть кирпичи наравне с простыми каменщиками. Я слышал, он это умеет не хуже, чем те, кто зарабатывает таким трудом на жизнь. Таким образом он перепортил уже кучу дорогой одежды, но ему, похоже, на это наплевать.— Да, вот человек, с которым я хотел бы познакомиться, — сказал Колейка. — Если он не боится замарать свои руки в грязи, значит, он художник. Вот почему эти стены так прекрасны.Они прошли через ворота, выходящие на берег реки, и оказались перед широкой мощеной набережной, простиравшейся под величественной стеной. Причал возвышался над рекой, и множество рабочих суетились, возводя над ним своды.— Нитрал? — переспросил бригадир, когда Халор сказал ему, что они ищут герцога. — Он на верхней палубе причала. У бригады, которая там работает, возникли трудности с установкой свай.Когда Альтал и его друзья подошли к северному причалу, они увидели, что вся бригада с тревогой смотрит вниз на мутную воду.Наконец на поверхность с сильным плеском, отдуваясь, вынырнул человек, в котором Альтал узнал Нитрала.— Мы наткнулись там на скальное основание, — сообщил он людям, стоящим на пристани. — Боюсь, придется сверлить. Нам совершенно необходимо установить эти опоры.— Тут какие-то чужеземцы, которые хотят поговорить с тобой, милорд, — крикнул один из рабочих человеку в воде.— Скажи им, что я занят.— Ах, вот и они, милорд.Но Колейка уже стянул с себя одежду.— Поберегись! — крикнул он герцогу. — Я иду.Он легко и плавно прыгнул с пристани и скрылся в водах реки.Альталу показалось, что Колейка никогда уже не вынырнет, и он понял, что смотрит на воду, затаив дыхание.Наконец Железная Челюсть вынырнул примерно в двадцати футах от пристани.— Вы можете установить опоры здесь, ваша светлость, — сказал он, отдышавшись. — Прямо подо мной в каменном дне есть трехфутовая трещина.Герцог Нитрал уже подплывал к пристани.— Заметьте это место! — крикнул он своим рабочим.— Слушаюсь, милорд! — прокричал ему в ответ бригадир.Железная Челюсть подплыл к причалу.— Насколько я понял, эти своды должны защищать грузовые корабли во время разгрузки? — спросил он у стоящего по пояс в воде герцога Маворского.— Точно так, — ответил Нитрал. — У меня есть друг на том берегу реки; как только Мавор окажется в осаде, он будет покупать зерно в Перкуэйне и переправлять мне. Я не хочу, чтобы какие-нибудь вражеские корабли остановили поставки хлеба. Мне кажется, друг, вы неплохо разбираетесь в строительстве укреплений.— Если нужно, я сумею их построить, — ответил Колейка. — Но моя работа намного облегчается, если они уже есть. Меня зовут Колейка, и меня наняли, чтобы дать вашим врагам хорошую взбучку.— Рад с вами познакомиться, вождь Колейка, — сказал герцог Нитрал, протягивая ему руку.— Нельзя ли подождать с рукопожатиями, ваша светлость? — сказал Колейка. — Вообще-то я не очень хорошо плаваю, и у меня сейчас заняты руки. Мы закончили?— Думаю, мы сделали все, что хотели, — ответил Нитрал.— Тогда, может быть, вылезем? Вода ужасно холодная, и я уже начинаю замерзать. ГЛАВА 33 “Наверное, тут все дело в форме ее руки”, — решил Альтал, рассматривая Двейю, которая в задумчивости сидела за столом, рассеянно положив одну руку на Книгу. От почти безграничного совершенства этого нежно-округлого абриса ее рук у Альтал а слабели колени.— Опять начинаешь, Алти, — сказала она, даже не взглянув на него.— Знаю. Но у меня есть оправдание. У тебя очень красивые руки, ты знала об этом? — Да.— В остальном ты тоже прекрасна, но когда я смотрю на тебя, твои руки как будто притягивают мой взгляд.— Я рада, что они тебе нравятся. Пожалуйста, Алти, думай о чем-нибудь другом. Ты меня отвлекаешь. Позови деток, милый. Мне нужно с ними поговорить. Ах да, усыпи пока Альброна, Астарель и Салкана — просто так, на всякий случай.— Как скажешь, Эм.Альтал послал мысленный импульс, проникая внутрь все еще непривычного для него нового сообщества сознаний.— Эмми хочет, чтобы мы собрались в башне, — молча объявил он.— Опять ты кричишь, Альтал, — заметила Двейя.— Я никак не могу к этому привыкнуть, Эм, — объяснил он. — Проникать и других — это не совсем так, как когда мы были с тобой только вдвоем.— Наша связь гораздо глубже, любимый.— Я это заметил. И мы ведь по-прежнему можем говорить наедине?— Естественно.— Почему “естественно”? Я думал, как только кто-то проник в сознание, он находится там постоянно.— Да нет же, Альтал! Это особая, очень интимная связь. Никто, кроме тебя и меня, не может туда проникнуть. Мне думается, скоро образуется еще пара таких же интимных связей.— Элиар с Андиной и Лейта с Бхейдом?— Точно. Не говори им об этом, любовь моя. Пусть они сами обнаружат ее. Мне даже любопытно, сколько времени им на это потребуется.— Ну раз уж ты так хочешь, Эм. — Тут ему в голову пришла внезапная мысль. — А что мы будем делать с Салканом? Бхейд тратит на него уйму времени, стараясь обратить в свою веру, но я считаю, это ни к чему. Не думаю, что из Салкана выйдет хороший священник. Прежде всего, он чересчур независим, к тому же он не слишком высокого мнения о церковниках.— Не вмешивайся пока что, милый. Бхейд переживает сейчас внутренний кризис.— Да?— Вы с Элиаром вырвали его из традиционного круга служителей Черной Рясы, и он чувствует себя виноватым.По-моему, его попытки обратить в свою веру Салкана — это своеобразная форма искупления.— Это произошло так быстро, Эм.— Бхейд чувствует, что он покинул свой орден и нарушил обеты. Думаю, он старается найти для своего ордена замену.— Он пытается откупиться от духовенства с помощью Салкана?— Грубовато сказано, но по сути верно. Просто оставь их в покое, Альтал. Бхейд не причиняет Салкану вреда, у него самого сейчас есть проблемы. Недалеко то время, когда Бхейду понадобится иметь на плечах ясную голову, и если для этого ему нужно всего лишь проповедовать Салкану, то пусть проповедует. А теперь сделай так, чтобы Альброн, Астарель и Салкан уснули. У нас с тобой и с детками много работы.
— Я хотела поговорить с тобой кое о чем, Двейя, — сказала Андина, когда они все собрались в башне. — Нельзя ли нам пожить в моем дворце в Остосе, а не в Доме? Мне действительно необходимо быть там — на случай, если произойдет что-то чрезвычайное и я понадоблюсь Дхакану.— Если что-то случится, Андина, я об этом узнаю, — успокоила ее Двейя. — Есть кое-какие причины, по которым нам лучше находиться здесь, а не в твоем дворце. Прежде всего, здесь нет шпионов.— Ты же знаешь: тебе стоит лишь позволить Лейте сказать мне, кто эти шпионы, и я тут же их уберу.— Именно об этом среди прочего мы и будем сейчас говорить, — сказала ей Двейя. Богиня обвела взглядом присутствующих. — За последние несколько дней у каждого из вас родились какие-то идеи. Некоторые из них весьма толковы, другие же чуть глуповаты, но не в этом суть. Я хочу, чтобы вы все сейчас осознали, что ни одну из этих идей вы не станете воплощать, пока Гелта не войдет во дворец Остоса. — Она сурово посмотрела на Бхейда. — Ты слышишь, брат Бхейд?— Конечно, Божественная, — живо отозвался он.— Тогда отзови своих наемных убийц.Альтал в некотором изумлении посмотрел на молодого священника.— Что ты задумал, Бхейд? — с любопытством спросил он.Бхейд слегка покраснел.— Я не могу рассказать об этом, Альтал, — сказал он.— Я разрешаю тебе открыться, брат Бхейд, — произнесла Двейя бесстрастным и холодным голосом.Бхейд поморщился.— Ну хорошо, — сказал он замявшись, — иногда церковная политика становится немного туманной, и порой — как вы понимаете, не так уж часто — кто-нибудь нарушает правила и становится неудобен. Существуют законные процедуры воздействия на таких людей, но иногда публичные судебные процессы и тому подобное могут повредить репутации членов иерархии. У Церкви есть альтернативная крайняя мера, к которой прибегают в подобных ситуациях.— Насколько я понимаю, это наемные убийцы, — сказал Альтал.— Это не совсем удачное описание, Альтал, — возразил Бхейд.— И кого же ты планируешь убить?— Мне бы не хотелось, чтобы ты употреблял это слово, Альтал, — замявшись, сказал Бхейд.— Это технический термин, которым пользуемся мы, профессионалы. Итак, брат Бхейд. Кто твоя мишень?— Эрайо Пелгат из Кантона. Пока он остается на кантонском троне, в Треборее будут продолжаться беспорядки, а эта смута выгодна Генду.— Прекрасная идея! — воскликнула Андина.— Давайте договоримся с вами здесь и сейчас о некоторых правилах, — твердо сказала Двейя. — Никаких убийств, никаких армий, появляющихся неизвестно откуда, никаких шпионских облав и никаких мятежей среди арумских кланов, пока Гелта не войдет в тронный зал Андины в Остосе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87