А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Выйдя после обеда погулять, Абигайль сразу заметила Кэри, идущего по тропинке к дому. Он задержался, чтобы потрепать собаку по голове, – непростая задача, поскольку Ангел восторженно прыгал.
– Собираешься гулять? – спросил он Абигайль. – Ты меня опередила, я как раз шел пригласить тебя на прогулку в лес. – Выражение лица у него вдруг изменилось. – В чем дело? По-моему, ты была счастлива, когда я уходил.
– Я была и осталась счастливой, – быстро сказала Абигайль. – Это все из-за миссис Спурджен. Она ужасно тоскует по своей птице. Иногда я думаю… Может, сказать ей правду?
– Нет, конечно, – ответил Кэри, беря ее за руку и уводя от дома. – Если ты не хочешь еще больше расстроить ее.
Вспомнив пронзительный голос птицы, Абигайль невольно вздрогнула. Ангел тем временем с трудом двигался по грязи в сторону леса.
– Пусть идет, – сказал Кэри, ведя ее через луг к березовой роще. – Тут есть секретная тропинка, которую я хотел тебе показать.
Четверть часа спустя они подошли к дому привратника и остановились у задней двери. Абигайль скорее обрадовалась, чем удивилась.
– Ты понимаешь, зачем я привел тебя сюда? – Кэри запрокинул ей голову, чтобы она могла смотреть только на него.
– Да.
– Вот и хорошо, – проворчал он, вставляя ключ в замок. – Обычно я не привожу сюда молодых леди средь бела дня, но, поскольку ты моя жена, я сделаю для тебя исключение.
Абигайль вошла первой.
– Меня совершенно не интересует, что ты делаешь обычно, – сказала она, стоя посреди небольшого холла.
Кэри усмехнулся, закрыл дверь и помог Абигайль снять плащ.
– Вижу, на этот раз ничего одолженного у Веры нет. Все настоящее и собственное.
Холл сообщался с убогой комнаткой, большую часть которой занимал камин. В середине комнаты, служившей одновременно кухней и гостиной, стояли стол и два стула. С одной стороны камина была приставная лестница, ведущая на чердак. Огонь в камине уже горел, видимо, в ожидании ее прихода. Абигайль взглянула на лестницу:
– Ты думаешь, что я полезу с тобой наверх?
– Если ты настаиваешь, – ответил Кэри, подталкивая ее к лестнице. – Я хотел предложить тебе чай, но если мадам склонна к другому уроку супружеского поведения…
Абигайль со смехом полезла наверх. Она вынуждена была пригнуться, чтобы не стукнуться головой о низкий потолок, однако на узкой кровати лежал настоящий пуховый матрас и стеганое одеяло, любовно сшитое из разноцветных квадратов атласа.
Кэри, по своему обыкновению, тут же сбросил одежду и устроился на кровати в полной готовности.
– Обычно леди дает мне время собраться с мыслями, прежде чем прыгнуть на меня, – ворчал он. – Но полагаю, супруге разрешены некоторые вольности. Прыгай, если хочешь. Я постараюсь выдержать. Между прочим, сняв одежду, ты убедишься, что это значительно увеличит наше взаимное удовольствие.
– Я уже сказала вам, сэр, меня не интересует, что вы обычно делаете со своими шлюхами, – ответила Абигайль, поднимая юбки. Через секунду она уже оседлала его. – Я намерена произвести несколько реформ.
– Вроде того чтобы избавиться от панталон? – спросил Кэри, нащупав мягкий бугорок между ногами. Его любознательным пальцам он казался спелым персиком, источающим сладость. – Да, это действительно необходимая реформа, моя королева. Ты совершенно права, устраняя все преграды на пути развития.
– Это не только моя заслуга, – сказала Абигайль, тут же охнув, когда его палец скользнул в источник, затем упорно продолжил движение. – После долгого и тщательного исследования мой верный советник обнаружил, что позорная привычка носить панталоны – это жестокая и неестественная помеха для мужчин в экипаже.
– Умный парень, твой советник, – одобрил Кэри. – Тебе повезло с ним.
– Я прекрасно сознаю, насколько мне повезло, сэр, – ответила Абигайль, ведя рукой по его гладкому животу, пока не почувствовала горячий твердый член. – Я получаю великолепные советы, и мой премьер-министр всецело в моем распоряжении.
– Конечно, – хрипло согласился Кэри.
– А еще он такой красивый, – бормотала Абигайль, бесстыдно дразня головку его премьер-министра. – Такой надежный, всегда готов к действию, хотя слегка горяч, но я не возражаю.
– Боже мой, Абигайль. – Кэри схватил ее за бедра и заставил опуститься на него. – Разве можно так обращаться с государственным деятелем?
Абигайль засмеялась, когда он глубоко вошел в нее и облегченно вздохнул.
– Ты была создана для меня. Несомненно, создана для меня.
Внезапный стук в дверь был весьма нежелательным. Королева с главным советником были серьезно огорчены, и премьер-министр потерпел самое решительное крушение в своей карьере.
– Проклятие! – зарычал Кэри.
Стук продолжался, теперь к нему присоединился раздраженный женский голос:
– Кэри Брэддон Радерфорд Уэйборн! Я знаю, что ты здесь! Немедленно открой дверь.
– Назойливая Джульет! – процедил он.
– Может, она сейчас уйдет? – с надеждой сказала Абигайль.
– Только не она. Ты не видишь мою рубашку?
– Полагаю, это одна из твоих шлюх. – Абигайль протянула Кэри рубашку.
– Нет. У моих шлюх манеры намного лучше. А эта развязная женщина имеет счастье быть моей сестрой Джульет, – ухмыльнулся он, видя, как Абигайль в ужасе раскрыла глаза. – Ты поступила очень разумно, не успев раздеться, дорогая. Почему бы тебе не открыть дверь и не впустить свою родственницу? Она горит желанием познакомиться с тобой.
– Кэри! – прошептала Абигайль. – Почему ты не сказал мне, что твоя сестра едет в Хартфордшир?
– Потому что я понятия не имел, что она сюда заявится. Постарайся не паниковать, обезьянка. Тут есть задняя дверь, помнишь? Хотя Джульет и вездесуща, но даже она не может быть в двух местах одновременно.
В спешке Абигайль чуть не упала с лестницы, ибо Кэри бесцеремонно подталкивал ее.
– Найдешь тропу через лес? – спросил он, закутывая ее в плащ. – Иди по ней до стены фруктового сада. Затем пройдешь через сад, в это время года там не должно быть никого, и увидишь слева перед собой дверь. Вот ключ. – Абигайль взяла его, мысленно повторяя инструкции. – Внутри справа будет лестница. Наверху дверь. Рядом с нею в коробке на столе лежит другой ключ. К нему привязана красная лента. Оттуда найдешь дорогу в свою комнату. Торопись, обезьянка, гарпия уже потеряла терпение. – Кэри быстро поцеловал ее и подтолкнул к двери.
Абигайль уже скрылась в лесу, когда Джульет, обогнув дом, увидела брата.
– Вот ты где! – нахмурилась она. – Ты что, не слышал, как я стучу?
– Полагаю, даже Кромвель слышал твой стук.
– Кто? – Джульет прошмыгнула мимо него и вошла в дом. Ее глаза изучили обстановку, не упуская ни малейшей детали.
– Я сказал, Кромвель. Возможно, ты о нем слышала? Он убил короля Карла, ибо тот был мерзким тираном. После этого он дал нам «долгий парламент», но через девять лет разогнал «охвостье» «долгого парламента», стал лордом – протектором Англии и сам превратился в мерзкого тирана.
– Он давно умер, – безразлично сказала Джульет. – И следовательно, не мог слышать, как я стучу. Что ты делаешь у задней двери?
– Ты напугала меня. Я подумал, что ты сборщик налогов, и уже собрался бежать.
Джульет подняла бровь.
– Прямо босиком?
– Разумеется. Но хватит обо мне, – дружелюбно сказал Кэри, подталкивая сестру к столу. – Для начала можешь объяснить, что ты здесь делаешь.
Стянув перчатки, Джульет села за стол и потрогала чайник. Кэри понял намек и поставил его на огонь.
– Хорас сказал, что на Дауэр-Хаус упало дерево. Ему прямо не терпелось поведать об этом. Судя по его рассказу, ты специально уронил его на собственный дом. Еще он сказал, что ты живешь здесь, в доме привратника. Я не поверила ему. Кэри, это же просто загон для скота! – Джульет с отвращением сморщилась.
– Здесь имеются свои преимущества. Мне пришлось сдать главный дом арендаторам. Ничего другого не оставалось. Тебе они понравятся. Это платежеспособные респектабельные люди.
– Надеюсь, – ответила Джульет. – Мне было бы неудобно жить в одном доме с нереспектабельными людьми.
– Прости? – Кэри сел напротив.
– Я сказала…
– Я слышал, что ты сказала. Но ты не можешь остаться в Танглвуде. Что говорит Окленд? Кстати, он здесь, с тобой?
На щеках Джульет появилось два красных пятна.
– Не важно, что он говорит. Между нами все кончено. Я… разорвала помолвку! – Она разразилась слезами.
Как все английские аристократы, Кэри не выносил слез.
– Послушай! Возьми себя в руки. – Он подал ей чайное полотенце и велел утереть слезы. – Итак, ты говоришь… Извини. Я не понимаю твоего бормотания.
Джульет сделала глубокий вдох.
– Я могла бы догадаться, что ты примешь его сторону, – с негодованием сказала она. – Но я ожидала, что ты будешь на моей стороне. Я знаю, Бенедикт, конечно, во всем обвинит меня, но ты, Кэри, я думала, ты встанешь на мою защиту.
Упоминание о старшем брате делало положение серьезным.
– Бенедикт знает об этом? – нахмурился Кэри.
– Пока нет. Я решила, что мне лучше уехать из города.
Кэри пошел снять чайник с огня.
– Итак… Кто еще, кроме меня, знает о твоей ссоре?
– Это не ссора. Я порвала с ним, – сурово ответила Джульет.
Пока сестра готовила чай, Кэри нашел две глиняные кружки. Слава Богу, сестра перестала реветь и так спокойно пила чай, что он по ошибке поверил в ее благоразумие.
– На твоем месте я бы со всех ног помчался в Лондон и уладил дела с Оклендом, – предложил он.
Джульет грохнула кружкой о стол.
– Уладить дела? – Она чуть не взвыла. – Ты что, не слышал меня? Я порвала с ним. Я не могу и не хочу выходить замуж за человека, который не доверяет мне.
– Окленд тебе не доверяет?
– Он слушает всякие сплетни, – презрительно сказала Джульет. – Он ревнует меня к мистеру Рурку. На прошлой неделе он грозил прекратить его финансирование, если я не перестану с ним видеться.
– С тем актером? – недоверчиво спросил Кэри.
– Вот именно, – торжествующе ответила сестра. – Какой джентльмен станет ревновать к простому актеру? Я нахожу это оскорбительным. Что плохого, если я зайду к нему за кулисы в его гардеробную?
– Простите, мисс?
– Вы, мужчины, всегда заходите к актрисам.
– Ради Бога, Окленд имеет право быть недовольным, – раздраженно сказал Кэри. – Гардеробная актера не место для приличной молодой женщины. Ты что, с ума сошла?
– Все было в высшей степени прилично, уверяю тебя, – холодно произнесла Джульет. – Там собралась масса людей. Мне так понравилась генеральная репетиция, что я подарила ему корзину апельсинов. Кроме того, я должна была встретиться с мистером Рурком. Мы работаем над новой пьесой, и Джинджеру это известно. Он сам одобрил все расходы. А теперь носится по Лондону и обвиняет меня.
– В чем именно?
Джульет пожала плечами.
– Вчера он переполнил чашу моего терпения. Он увидел, как я выходила в Олбани с мистером Рурком, и то, что он мне сказал…
– Какого дьявола ты делала в Олбани?
– Лучше бы спросил, что он сам делает в Олбани! – возмутилась сестра. – Вместо того чтобы спать дома, он посреди ночи шпионил за мной! Это низко. Я не позволю, чтобы за мной шпионили.
Кэри грубо схватил сестру за руку.
– Ты была среди ночи в Олбани с мистером Рурком? Ты определенно свихнулась. Ничего удивительного, что Окленд тебе не верит.
– Если он любит меня, то должен мне верить, что бы я ни делала, – заявила Джульет. – Я не позволю, чтобы меня допрашивали. И обвиняли.
– Виновные часто против этого возражают, – ответил Кэри, выпуская ее руку.
– Я невиновна, дурак. У меня были веские основания пойти ночью в Олбани, но это не имело отношения к бедному мистеру Рурку. Я даже не видела его, пока не вышла на улицу, и он был достаточно любезен, чтобы проводить меня. К тому же на мне была вуаль, так что он вряд ли знал, кто я.
– Я твой брат, Джульет, но я тебе не верю.
– Благодарю, сэр. Похоже, вы с Джинджером забыли, что в Олбани, кроме мистера Рурка, живут и другие мужчины.
– Понимаю. Ты ходила к другому мужчине. Да, это совсем невинно.
Джульет нетерпеливо вскинула голову.
– Наш кузен Хорас тоже имеет квартиру в Олбани, – напомнила она, затем, сердито порывшись в карманах, выложила на стол маленькую коробочку: – Вот! Тебе не стыдно за себя?
Кэри мгновенно узнал табакерку со скаковой лошадью на эмалевой крышке.
– Ты украла табакерку Хораса?! – изумленно воскликнул он.
– Разумеется, он бы не отдал ее мне, – процедила Джульет. – Конечно, я украла. Весьма неблагодарная работа, должна тебе сказать. Хорас не спускает с нее глаз, мне пришлось спрятаться под кроватью и ждать, пока он придет домой. Господи, перед сном он даже кладет ее под подушку. Совершенная нелепость.
– Конечно, – согласился Кэри. – А что сказал Окленд, когда ты рассказала ему об этом?
– Я не обязана ему ничего объяснять, – фыркнула Джульет. – Он сам виноват, что ему в голову пришла дурная мысль. Джинджер должен мне доверять, в конце концов, я совершенно невиновна.
– Боюсь, я не могу с тобой согласиться, – ответил Кэри, беря со стола табакерку.
– Идея украсть ее принадлежит Джинджеру. Ты был при этом и слышал его. Он сказал, что надо взять у Хораса табакерку и швырнуть в Темзу. Если б он вел себя лучше, мы бы вместе посмеялись.
– Думаю, Хорасу сейчас не до смеха. Нелепо с его стороны, или нет, табакерка была королевским подарком, и он ею чрезвычайно гордился. Возможно, он сейчас на Боу-стрит и нанимает сыщиков.
Джульет, похоже, не слышала брата.
– А вместо этого Джинджер обвиняет меня в неверности. Тогда я, конечно, сказала, что, если он продолжит нести вздор, я разорву помолвку. Тогда он сказал… – Нижняя губа у нее задрожала. – Он сказал… «Как вам угодно, мадам». – И Джульет зарыдала.
– Ты все же расквасила себе нос, – ответил Кэри с полным отсутствием братского сострадания.
На внезапном повороте узкой темной лестницы Абигайль больно стукнулась лбом о низкий потолок. Чтобы устоять на ногах, она ухватилась рукой за стену, поранив ладонь торчащим гвоздем, и последние несколько ступенек лестницы преодолела уже на четвереньках. Света из маленького круглого окошка как раз хватило на то, чтобы увидеть дверь и стол рядом. Взяв стоявшую на нем коробку, Абигайль поднесла ее к окну, начала перебирать содержимое в поисках ключа с привязанной красной ленточкой и вдруг увидела то, о чем не могла даже помыслить: среди разнокалиберных ключей лежала миниатюра в изящной золотой оправе.
– Екатерина Арагонская! – благоговейно прошептала Абигайль, дрожащими пальцами вынимая сокровище из коробки.
Потом она быстро отыскала нужный ключ. Дверь открылась в освещенный зал, и, когда ее глаза привыкли к свету, она без всякого труда нашла дорогу в свою комнату.
Первым делом Абигайль бросилась к туалетному столику. Ее очень беспокоила предстоящая встреча с сестрой Кэри, и зеркало только усилило ее беспокойство. Выглядела она хуже некуда. В лесу к одежде прилипли листья, а поднимаясь по лестнице, она, казалось, собрала там всю пыль, даже в волосах застряли клочья паутины.
Абигайль торопливо умылась, надела платье со скромным вырезом, тщательно расчесала волосы. Удовлетворенная своим внешним видом, она, крадучись, спустилась по лестнице. Миссис Спурджен, кажется, уже проснулась, Абигайль слышала приглушенные голоса Веры и Эванс. Тихо пройдя в картинную галерею, Абигайль открыла витрину с антикварными вещами, чтобы добавить к коллекции миниатюр найденную Екатерину Арагонскую, когда сзади раздался пронзительный голос:
– Немедленно положите это назад, или я подниму весь дом!
Абигайль испуганно уронила стеклянную крышку витрины, придавив себе пальцы, и вскрикнула от боли.
– Поделом тебе! Гримсток! Гримсток, немедленно сюда!
Глава 14
Повернувшись, Абигайль увидела высокую молодую женщину в очень элегантном черно-белом платье, отделанном прекрасными кружевами. Без сомнения, это была сестра Кэри Уэйборна. Тот же цыганский оттенок кожи, хотя она явно не загорала на солнце. Большие, серые, как у брата, глаза, такой же аристократический нос и твердый подбородок. Рот довольно большой, женственный, волосы причесаны с изящной простотой. Высокомерные манеры.
– Я ничего оттуда не брала, – робко сказала Абигайль. – Наоборот, я положила.
– Вздор! – отрезала мисс Уэйборн. – Я видела, как вы крали эту миниатюру.
Абигайль побледнела, но глаза у нее гневно сверкнули.
– Я не крала, – твердо произнесла она. Вошла экономка, заламывая руки.
– Гримсток, я только что поймала эту женщину на краже. Думаю, мы должны позвать мирового судью. Пошлите Джереми.
– Я не крала, мисс Уэйборн ошибается, – повторила Абигайль. – Немедленно позовите сюда мистера Уэйборна.
Бедная экономка была в замешательстве.
– Делайте, как я говорю! – приказала Джульет. – Иначе это плохо кончится для вас.
Миссис Гримсток поспешно вышла, и Абигайль с раздражением повернулась к бесцеремонной женщине:
– Мисс Уэйборн, вы не имеете права так обращаться с моими слугами и угрожать им.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34