А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тем не менее она решила, что если очень постарается, то все же сумеет понравиться ему.
– Отец верит, что мужчины и женщины должны получать одинаковое образование, поэтому он растил дочерей так, как если бы мы были его сыновьями, – принялась оправдываться она. – Искусство и музыку я тоже из виду не упускаю и шить умею.
– О, я сразу понял, что вы вполне симпатичная юная леди. – Стивен улыбнулся. – И вашего отца я считаю прекрасным учителем – одним из лучших среди тех, кто у нас преподает.
Каролина расцвела.
– Благодарю.
Она очень гордилась своим отцом и тем, как он воспитал их с Эммой.
– К сожалению, сейчас, после смерти моей матери, отцу очень трудно…
– Да, это ужасная потеря… – Стивен с сочувствием посмотрел на нее.
Каролина отвела глаза, не желая показывать, насколько она расстроена.
– Может быть, вы расскажете мне о Виргинии, мистер Беннет?
Молодой человек вздохнул.
– Моя семья владеет плантацией Уиллоу-Хилл; у нас две тысячи акров земли и около трехсот рабов. Мы выращиваем рис и хлопок, но главная наша культура – табак. У нас самая большая табачная плантация в шести округах.
Каролина внутренне сжалась, услышав о рабах. Она много читала о войне в Америке и считала, что рабство – отвратительный, изживший себя институт. Северные штаты абсолютно правы в своем желании освободить рабов. Она свято верила в это, но не сочла нужным делиться своими мыслями со Стивеном, боясь, что он обидится.
– Почему плантация называется Уиллоу-Хилл?
– Потому что к дому ведет длинная подъездная аллея с гигантскими ивами. Сам особняк – это красивое здание с шестью белыми колоннами на вершине низкого холма. Летом мы устраиваем приемы на лужайке, барбекю с друзьями и родственниками, которые все время наведываются к нам в гости, а зимой катаемся на коньках и устраиваем большой праздничный бал. Там просто чудесно, и однажды все это станет моим. – Он широко улыбнулся.
– Звучит заманчиво, – заметила Каролина.
Ей казалось, что она могла бы часами слушать этот плавный, тягучий голос, не похожий на резкий, отрывистый английский, к которому она привыкла. Мягкий музыкальный акцент завораживал ее.
– Зачем же тогда вы приехали учиться в Англию?
– Моя мать англичанка, как и вы; она всегда хотела, чтобы я получил образование здесь, на ее родине. Что до меня, то я не питаю склонности к наукам.
Каролина кивнула:
– Отец что-то говорил об этом.
Стивен рассмеялся:
– Моя матушка очень хотела дать мне настоящее английское образование. Когда мне исполнилось семнадцать, началась война, и хотя все твердили, что больше двух недель она не продлится, родители посадили меня на корабль и отправили в Лондон к тете Хелен, чтобы я, не дай Бог, не вступил в ряды армии Конфедерации. С тех пор прошло уже два года, а я здесь, в Англии, жив и здоров.
– Неужели вы хотели бы оказаться там – я имею в виду, на войне?
Его глаза мгновенно превратились в щелки.
– Каждый день я думаю о том, что должен быть на родине, защищать свою землю и свой дом. Но родители и слышать не желают о моем возвращении. А ведь все мои друзья в армии… Мой лучший друг пал в бою при Антитаме в первый год войны. Я чувствую себя трусом, скрывающимся за океаном.
– Но вы вовсе не трус! – возразила Каролина, не зная, что и сказать.
Лицо Стивена тут же разгладилось.
– Не жалейте меня. Есть несомненные преимущества пребывания в Англии: например, можно посидеть у озера с красивой девушкой и полюбоваться закатом. А вы и вправду очень красивы, мисс Армстронг.
Каролина смутилась, и тут он сделал то, что смутило ее еще больше.
– Разрешите поцеловать вас? – сказал он.
Каролина долгим взглядом посмотрела на его симпатичное лицо, на блестящие на солнце светлые волосы и молча кивнула. Сказать по правде, она не имела ничего против поцелуев, ей даже было любопытно. Эмма уже много раз целовалась, но наотрез отказывалась делиться со старшей сестрой подробностями, заявляя, что Каролине давно пора попробовать все самой.
Стивен подвинулся ближе, но как только его губы коснулись ее губ, Каролина отстранилась и начала нервно хихикать. Так продолжалось некоторое время, и она ничего не могла с собой поделать.
Стивен насупился.
– Кажется, я сделал что-то не так?
– Нет-нет, вы все сделали правильно, – прошептала Каролина.
Она даже укусила язык, чтобы успокоить бурлящий в груди смех, и ей оставалось лишь надеяться, что он не повторит попытки.
Но Стивен повторил, и она снова захихикала. Сама идея поцелуев с ним доводила ее до нервного хохота.
Стивен сверкнул карими глазами.
– Мисс Армстронг, – сказал он тоном, которым отчитывают маленьких детей. – Я буду целовать вас до тех пор, пока вы не прекратите смеяться.
Словно в доказательство своих слов, Стивен взял ее лицо в ладони и притянул к себе.
– Неужели вы никогда прежде не целовались?
– Нет, – еле слышно выдохнула Каролина, чувствуя, как ее щеки заливает румянец.
– Значит, мне выпала честь подарить вам первый поцелуй!
Окончательно смутившись, Каролина кивнула.
– Могу я называть вас по имени?
– Да, пожалуйста.
– Тогда вы должны называть меня Стивеном.
Еще один кивок в знак согласия.
– Я буду звать вас Кэрри.
Она заглянула в его глаза и увидела в них злотые и светло-коричневые крапинки. Никто никогда не называл ее Кэрри, и ей было очень непривычно слышать это имя.
– Хотите, чтобы я снова поцеловал вас?
Она пожала плечами – ни да, ни нет. Тогда Стивен наклонился и легко коснулся губами ее лба.
Каролина закрыла глаза в предвкушении, и он поцеловал ее в кончик носа, а затем, не услышав хихиканий, приободрился и поцеловал ее в щеку. Так постепенно он добрался до губ и прижался к ним своими губами.
Губы у него были теплые, мягкие, и Каролина уже начала привыкать к новому ощущению, как вдруг все неожиданно закончилось. Она открыла глаза, не в силах разобраться, какое чувство перевешивает – разочарование или облегчение.
– Не будьте такой серьезной, Кэрри. Поцелуи – это весело. – Стивен убрал с ее лба локон золотистых волос. – Надеюсь, все было не слишком ужасно?
Каролина неуверенно улыбнулась:
– Все было очень мило.
– Но еще немного практики не помешает. – Он взял ее руку и ласково сжал в своей ладони.
– Полагаю, у вас обширная практика? – Вопрос сорвался с губ Каролины прежде, чем она успела остановить себя.
Ей, конечно же, хотелось знать ответ, но она понимала, что о таких вещах не спрашивают – это просто неприлично.
– Может быть. – Он хитро улыбнулся. – Только настоящий джентльмен не хвастается своими победами. – Стивен расправил складочку на рукаве ее темно-зеленого платья.
– А в Виргинии вы много девушек перецеловали?
– Ах, Кэрри, ни одна из этих девушек не может сравниться с вами. Идемте, я провожу вас домой, пока совсем не стемнело.
Летели недели, и Стивен все чаще заглядывал в Лилак-Коттедж. Каролина перестала засиживаться в кабинете отца, зато постоянно хлопотала у плиты, выпекая любимое печенье Стивена, и вышивала на платочках его инициалы.
Ее неудержимо тянуло к Стивену – это был веселый и энергичный молодой человек, и он щедро одаривал ее своим вниманием. Ей нравилось проводить время в его компании, несмотря на то что Стивен считал книги, поэзию, историю и другие интересующие Каролину вещи сущей ерундой. Она инстинктивно старалась избегать неприятных ему тем и быть такой, какой он хотел ее видеть, а он отвечал ей сердечной привязанностью.
Они танцевали на праздновании майского дня, устраивали пикники на лужайках среди полевых цветов или шли к озеру Лангтон, где Стивен неизменно давал ей уроки поцелуев. Постепенно Каролина прекратила хихикать во время самых интимных моментов и, по ее мнению, в совершенстве овладела новым искусством.
К началу лета стало понятно, что их отношения постепенно перетекают в более серьезное русло.
– Ты, кажется, испытываешь настоящие чувства к Стивену Беннету, Каролина? – спросил как-то вечером Ричард Армстронг.
– Что вы имеете в виду, папа? – Каролина в это время мыла грязную посуду на кухне.
Салли взяла выходной, и в тот вечер был черед Эммы убирать, но она упросила Каролину подменить ее и ушла гулять с очередным поклонником.
– Этот юноша, конечно, очарователен, но совершенно тебе не подходит. Особа твоего ума и воспитания заслуживает мужчины, с которым она могла бы общаться на одном уровне, обсуждать поэзию, философию, живопись, историю. Стивен не таков – он простой фермер. Я ожидал от тебя большей разборчивости…
Неодобрительный тон отца застал Каролину врасплох. В глубине души она не могла не признать: ее раздражало то, что в присутствии Стивена она не может процитировать строчку из любимого стихотворения или сослаться на какое-нибудь историческое событие – в таких случаях ее друг сразу скучнел и хмурился. Он прекрасно разбирался в том, как растить табак и вести плантацию, однако на этом все его познания заканчивались. Зато Стивен делал ей такие милые комплименты, что от них у нее замирало сердце.
– Я хочу для тебя лучшей доли, чем Стивен Беннет, родная, – продолжал Ричард.
– Похоже, отношения Эммы с Нэдом Купером вас не так волнуют. А ведь он тоже из семьи фермеров, – возразила Каролина.
Накрыв стол веселенькой скатертью, она быстро разгладила ее рукой.
– Эмма совсем другая, и их отношения не столь серьезны.
Каролина пожала плечами:
– Однажды она может отнестись к какому-нибудь фермеру вполне серьезно.
– Да, но не к фермеру из Виргинии!
Каролина с недоумением посмотрела на отца:
– Семья Стивена владеет самой крупной в шести округах плантацией. Беннеты очень успешны, папа.
– Да, но какой ценой? Стивен рабовладелец, его благосостояние растет на рабском труде. Он олицетворяет все, с чем мы не согласны, и никак не может подходить тебе, – отрезал Ричард.
– Ну нет, – не согласилась Каролина, – все не так плохо, как кажется. Его семья так давно владеет рабами, что это стало частью их культуры. К тому же война может все изменить…
Ричард внезапно стукнул кулаком по столу.
– Каролина, он просто ослепил тебя! Ты не успеешь и глазом моргнуть, как окажешься в Виргинии замужем за рабовладельцем! Я не могу допустить этого! Ты не должна больше с ним видеться! – Лицо Ричарда сделалось пунцовым, голос задрожал от гнева.
Каролина сжалась, метла, которой она подметала пол, выпала из ее рук. Она не могла припомнить, чтобы отец когда-либо повышал на нее голос.
Пристально взглянув на отца, Каролина вдруг увидела перед собой седого костлявого старика, водянистые голубые глаза которого на изможденном лице горели тревогой. По-видимому, ее отношения со Стивеном Беннетом действительно приводили его в отчаяние.
Каролина была в замешательстве.
– Вы это серьезно, папа?
– Я желаю тебе только добра и лучше знаю, что для тебя хорошо, а что плохо. – В дрожащем голосе отца появились властные нотки. – Вот почему я запрещаю тебе видеться с ним.
Он запрещает? Но как она может бросить Стивена? И может ли она ослушаться отца?
Каролина смотрела на отца и вспоминала чудесные часы, проведенные с ним, когда он терпеливо отвечал на мириады ее вопросов, с готовностью подпитывая ее неуемное стремление к знаниям, утешая и поддерживая, когда она делала ошибки. На восьмой день рождения он заказал для нее миниатюрный письменный стол, чтобы она могла трудиться рядом с ним в тесном кабинете. Он восхищался ее острым умом и бросал ей вызов во всем, чем она занималась, подталкивая дочь к вершинам совершенства. А еще он всегда гордился ею. Она, в свою очередь, обожала его и считала самым умным человеком на свете.
Но это было прежде, когда он ничего от нее не требовал. Что же изменилось теперь? Да, собственно, ничего. Он остался для нее все тем же добрым, умным и заботливым отцом.
Вздохнув, Каролина погладила отца по плечу.
– Хорошо, папа. Если это вас так расстраивает, я не стану больше встречаться со Стивеном Беннетом.
– Вот и отлично. Узнаю мою умную девочку. Скоро ты сама поймешь, что я был прав. – Ричард с облегчением вздохнул.
Поднявшись рано утром после бессонной ночи, Каролина собрала корзину для пикника, решив удивить Стивена ленчем между занятиями. Он обрадовался ее появлению и заявил, что она просто ангел, а затем предложил устроиться в тени вяза.
День выдался теплый, на ярком июньском небе не было ни облачка. В воздухе витал аромат роз, вокруг них гудели мохнатые шмели.
Стивен занялся корзиной, и Каролина присела рядом с ним. Они перекусили свежевыпеченным хлебом с острым сыром, и лишь потом Каролина, набравшись смелости, выпалила:
– Я не могу больше видеться с тобой, Стивен. Мой отец против.
– Что ты такое говоришь, Кэрри? – Стивен приподнялся на локте и озадаченно нахмурил брови.
– Отец считает, что мы не должны быть вместе, – прошептала Каролина.
– Но почему?
Каролина молчала. Как она могла объяснить ему, что просто обязана уступить желаниям отца?
– Понимаю, я не так умен, как ему бы хотелось, но мне казалось, я ему нравлюсь. – Стивен вздохнул.
– Дело вовсе не в этом. Ты ему действительно нравишься, – горячо заверила его Каролина, горько сожалея о том, что его родители – рабовладельцы.
Ну почему все так сложно устроено? Почему она не влюбилась в более подходящего человека?
Лицо Стивена помрачнело.
– Тогда почему? Я не понимаю.
Не зная, как сказать ему правду, Каролина постаралась ответить легко и непринужденно, хотя сердце ее сжимала боль.
– Просто ты американец и… И я думаю, отец боится, что ты увезешь меня в Виргинию.
– Тут он, пожалуй, прав и не зря боится. – Стивен потянулся к ее руке.
Когда смысл его слов окончательно дошел до Каролины, она испытующе посмотрела на него.
– Разве ты не знаешь, что я люблю тебя, Кэрри? – Стивен стал целовать ее пальчики, крепко зажав их в своей ладони.
Каролина задрожала.
– Стивен, я… – Она сама не знала, что хочет сказать.
– Ш-ш… – Он прижал палец к ее губам. – Не говори ничего. Я знаю, ты тоже любишь меня. Ведь я не ошибся, так? – Светлые волосы блеснули на солнце, и Каролина, растаяв под его улыбкой, кивнула, не в силах устоять перед ним.
Сердце гулко забилось в ее груди. Конечно, он ее любит и она любит его! Как ужасно, что отец не одобряет их союз…
– Ты такая сладкая, такая застенчивая, и это я люблю в тебе больше всего. – Стивен поцеловал ее в щеку, а потом вдруг сразу стал серьезным: – Я хочу кое-что сказать тебе, Кэрри.
– Что именно?
– Я решил вступить в армию Конфедерации и уже заказал билет на корабль до Виргинии на август.
Каролина вздрогнула. Так вот оно что – он уезжает и бросает ее!
– Мне уже двадцать один год, и я не могу дольше скрываться в Англии! – все больше горячился Стивен. – Наверное, мне вообще не следовало уезжать из Америки. Если я задержусь здесь еще, то не успею на войну и не смогу с чистой совестью показаться в Виргинии. Все мои друзья сражаются, я тоже должен защищать свой дом. Ты ведь понимаешь меня, не так ли, Кэрри?
– Да. – Каролина кивнула.
И все же она чего-то не понимала. Как он может? И зачем говорит, что любит ее, если собирается ее покинуть? Хотя с другой стороны, это волшебным образом разрешало ее проблему с отцом: свидания со Стивеном кончатся сами собой, если он окажется по другую сторону Атлантического океана.
– У нас осталось меньше двух месяцев. Теперь ты не можешь отказать мне во встречах.
Каролина кивнула. Конечно, она не может. Попав в капкан между двумя самыми важными мужчинами в ее жизни, Каролина должна была подчиниться отцу и в то же время хотела побыть со Стивеном то недолгое время, которое им осталось. Однако угодить обоим было просто невозможно, поэтому она начала тайком бегать к Стивену в заброшенный дом сторожа в соседнем поместье, действуя при этом крайне осмотрительно. Хотя чувство вины перед отцом терзало ее, она утешала себя тем, что это ненадолго и вскоре Стивен уедет. Она и представить себе не могла, что с ее умом и образованностью способна отдаться на волю чувств. Прилежная и невозмутимая Каролина влюбилась.
Теперь уже она начала волноваться всерьез. Вдруг Стивен уедет и она никогда не увидит его снова? Вдруг его убьют или ранят на войне? Вдруг он забудет о ней?
Чем больше она изводила себя страхами и фантазиями, тем слаще казалась ей каждая минута, проведенная с возлюбленным. Стивен поклялся вернуться, как только война закончится, и жениться на ней, а потом увезти ее в Виргинию, и Каролина от всей души надеялась, что к тому времени отец сменит гнев на милость в отношении семейства Беннетов. Уже одно то, что Стивен вернется за ней, поможет отцу понять, как сильно он любит ее.
Последний день со Стивеном глубоко врезался в память Каролины. Стивен был так настойчив, так убедителен, так искренен, что она не смела отказывать ему ни в чем, и, пребывая в полном отчаянии от предстоящей разлуки, уступала всем его желаниям.
– Обещай, что ты ничего никому не скажешь, – потребовал Стивен, прижимая к себе ее теплое тело и осыпая лицо поцелуями.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26