А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Невысокий потолок очерчивала узкая лента черных и золотых клеток и покрывали спирали и розетки на красных и голубых квадратах. Широкие косяки дверей обрамлялись узкими черными полосками, пущенными пунктиром, а в промежутках двоились поперечные голубые черточки.Гость разложил складной стул из слоновой кости с верхом из леопардовой шкуры. Стряхнул брезгливо пыль, уселся, покряхтывая.– Что тебе нужно? – хрипло спросил Корнелий.– Что мне нужно? – механически повторил Зухос. Он резко склонился к вздрогнувшему коменданту, и раздельно сказал: – В каменоломне у Хатиаи содержится некий Сергий Роксолан и его люди, всего восемь человек. Так вот, мне нужно, чтобы ты помог им бежать.
2. Уасет, храм Яхве
Неферит не расставалась с третьим ключом. Жука-скарабея, вырезанного из твердого камня, она сжимала в руке – древний амулет придавал ей сил. Сергий, Сергий, что же делать, Сергий?..Все было очень сложно с самого начала, а теперь еще сильнее запуталось. Сергий ей понравился сразу, как только она открыла глаза – там, на челне, посреди разливавшегося Хапи, – и увидела его лицо. Лицо было мужественным и добрым, улыбка смягчала его жесткие черты. И потом ей не пришлось сомневаться в верности первого впечатления – Роксолан не разочаровывал ее, наоборот! Она попала в плен его обаяния, его сильной и волевой натуры. И все лучше и лучше понимала, что в душе мужчины появился уголок для нее… Только уголок! Чертоги возводятся любовью… Любовь… Может, она влюбилась? Или простое влечение руководит ею? Ах, какая разница! Та ночь на крыше дома Уахенеба… Она тогда готова была забыть данные обеты и расплести «девичий локон»…Неферит нахмурилась, и усилием воли отогнала пленительные видения. Не до того – Сергия нужно спасать! Вопрос – как? Что она может одна? А к кому обратиться за помощью? К римским властям? О, да – городской эдил всю жизнь мечтал ввязаться в рискованное предприятие.Неферит шла вдоль Царской Дороги, понурая и рассеянная. Можно было подумать, что девушка растеряна, но нет, она была собрана и сосредоточена. Это всегда ее отличало – в трудные моменты не расклеиваться, а искать выход.Дошагав до древнего храма Яхве, Неферит остановилась. По ступеням храма спускался Йосеф бар Шимон, богатейший человек, тот самый, что готов был продать Зухосу оружие для его головорезов. Аргентарий покрутился около квадратного жертвенника с четырьмя «рогами» по углам, зачем-то постучал кулачком по огромной бронзовой чаше. Обратиться к Йосефу?Неферит улыбнулась столь нелепой идее. С чего бы пособнику Зухоса помогать врагам своего клиента?! С другой стороны… Да, Йосеф – человек жесткий и недобрый, но справедливый. Он всегда держит данное слово, пусть даже в убыток себе. Нищим он никогда не подает, считая милостыню развратом, но готов дать попрошайке работу. Неферит сжала скарабея, и решительно направилась к Йосефу.Иудей с легким удивлением заметил красавицу, шагавшую к нему уверенной походкой, покачивавшую бедрами, распустившую гриву черных волос, густых и блестящих, вздрагивавших на ходу.– Мир тебе, Йосеф!– И тебе мир, девушка, – прищурился иудей. – Мы знакомы?– Нет! Но я знаю тебя, а имя мое – Неферит. Приблизительное значение имени Неферит – «Красивая».

– Имя твое подходит тебе, – улыбнулся Йосеф.– У меня к тебе очень важный разговор!– Слушаю.– Не здесь!– Тогда вернемся в храм.– А… мне можно? Я служу Изиде.– Насколько я знаю, – спокойно сказал купец, – ваши жрецы давно уж верят в единого бога, а Изида, Амон и прочие – лишь ипостаси его…– Ты хорошо осведомлен, – неласково усмехнулась Неферит.– Работа такая.– А твой бог?– Мой бог… – проговорил Йосеф со странным выражением, и вздохнул: – Кто видел его, моего бога? Этот храм, – обвел он рукой угловатое строение, – только с виду походит на тот, что возвел Соломон. Под сводами его не читают Тору, здесь не чтут закон Моисеев. Войди, Неферит!Девушка робко поднялась по ступеням, миновала две бронзовые колонны при входе, перешагнула порог чужого храма, и оказалась в притворе – уламе. Его стены были покрыты выпуклыми изображениями херувимов, пальм, распускавшихся цветов. Вдоль стен горели золотые семисвечники, а прямо перед Неферит стояло изваяние бога, очень древнее, если судить по окаменелой позе. Бог, бородатый, затянутый в странный халат, сидел на троне, положив руки на колени и пуча круглые глаза. Правая половина – зеркальное отражение левой. К ногам статуи жались две маленькие женские фигуры.– Это – Яхве! – торжественно объявил Йосеф.– Да? – вежливо сказала Неферит. – А кто это с ним?– Это жены Яхве, Ашима-Бетхил и Анатха-Бетхил… Моисей отринул их, сочтя женщину сосудом зла. Давным-давно, еще до пирамид, наше племя жило в тех местах, где ныне соседствуют Вавилон и Ктесифон, на благословенных берегах Евфрата. Поклонялись Яхве, сеяли зерно, пасли скот. Но более сильные соседи «попросили» нас, и племя израильтян покинуло родные пределы. Вел их вождь Авраам… В ту далекую пору женщин уважали и ценили, и этот храм, Неферит, последнее прибежище для тех древних порядков… Но я не хожу сюда молиться, ибо не знаю бога, но ведаю божественные сущности сфирот, поддающиеся постижению. И владею именем бога, приближаясь к бесконечному и непостижимому началу Эйнсоф…– Ты не веруешь в бога?! – изумилась девушка.– Как у вас все просто… Верую – не верую, черное – белое… А так не бывает. Вы как дети, всему ищете название и место, и как дети верите в собственные сказки о бородатых божествах, раскатывающих по небу на колесницах и мечущих молнии во врагов своих… А суть Творца непостижима. Не дано человеку понять бога, для этого нам нужно уподобиться высшему существу, изменить природу свою, но тогда мы перестанем быть людьми… – Тут Йосеф спохватился: – Заговорил я тебя!Отойдя в боковой придел храма, он со вздохом опустился на каменную скамью.– Итак? Какая беда привела тебя ко мне?– Зухос! – выпалила Неферит. – Вот как зовут эту беду. Он убил моего ур-маа, его слуги едва не доконали меня саму, а моего друга он обманом выдал за самого себя, и его отправили в каменоломню. Помоги мне вытащить его оттуда. Ты же можешь, я знаю!Йосеф напрягся.– А чем Зухосу помешала ты? – спросил он.– Я следила за ним в Дельте. Но Зухос понял, кто я, и приказал меня убить. Мне удалось бежать, и Сергий спас меня… Он и семеро его друзей.– А этот Сергий… Он что, тоже следил за Зухосом?– Нет, – усмехнулась Неферит, – Сергий должен убить Зухоса. – Вдруг она нахмурилась, и сказала резко: – Мощная Сохмет! Кому я это говорю… Ты же тот, кто вооружает убийц Зухоса!Йосеф поморщился.– Опять эти детские суждения, – сказал он раздраженно, – детские обиды! Да, я продаю Зухосу оружие. Слышишь? Продаю! Не вооружаю, а продаю вооружение.– Но оружие убивает.– Кого? На роме Зухос не поднимает руку, для него они будущие подданные. Буколы нападают на римлян. А мне их за что жалеть? За то, что римляне разрушили мой родной Ершалаим? За то, что рассеяли мой народ, лишив нас родной земли, отняв дома отчие и могилы предков?Йосеф сердито фыркнул, насупился, но быстро вернул себе обычное настроение.– И запомни одну вещь, – произнес он негромко. – Никогда доброму и совестливому не стать богатым. Золото дает мне власть, которую я употребляю во благо моих ближних и дальних. Но если я начну жить по законам чести и справедливости и отказывать зухосам, я стану нищим. А оружие для буколов продаст тот, кто наплюет на честь и закон. И будет прав! Не-ет… Уж лучше ко мне пусть придет золото Зухоса… Я найду ему достойное применение.Неферит печально кивнула. Она понимала этого человека и не злилась на него, жалела даже. Ведь у старого аргентария нет друзей. Наверное, были женщины, но что или кого они любили – золото Йосефа или хозяина золота? Ответ ясен без подсказки…– Извини, – вздохнула Неферит. – Пойду я…– Стой! – сухо сказал Йосеф, и поднялся, легко и пружинисто, как молодой. – Я помогу твоему горю… Помогу тебе! – сердито добавил он, заметив, как радостно заблестели глаза девушки. – Не римлянам и всему роду человеческому, до которого мне нет никакого дела, а тебе. Ты хочешь, чтобы Сергий и его друзья очутились на воле? Ладно! Я попробую это устроить…– Спасибо тебе… – прочувствованно сказала Неферит. В этот момент, наверное, сработала ее развитая интуиция, иначе она не могла объяснить себе, почему выболтала важный секрет. Девушка раздельно проговорила: – Только ты зря думаешь, что помогаешь мне одной. Зухос ищет Хи-ку-Дхаути, а Сергий мешает ему, и хочет опередить. Понимаешь? Кто из них первый войдет в тайный замок Тота, тот и победит. Но если победа достанется Зухосу, плохо будет всем. И тебе, и мне, всем. Ближним и дальним!– Хи-ку-Дхаути… – проговорил Йосеф. – Худые вести… Ах, худые…– Не волнуйся, – успокоила его Неферит. – Зухос идет по ложному пути. А вот Сергию открылась вторая дверь, и вот он, ключ от третьей.Неферит разжала кулачок и показала каменного скарабея. Йосеф внимательно оглядел амулет.– А прежде был уджат и тьет? – негромко спросил он.– Да… – ошеломленно сказала девушка. – А откуда ты знаешь?Йосеф усмехнулся.– Это неважно, – мягко сказал он. – А четвертый ключ – это анкх, древнейший символ жизни… Но пойдем, я познакомлю тебя с теми, кто поможет тебе добыть свободу для твоего Сергия.Йосеф повел Неферит во глубину храма. Они шли темными переходами, по сторонам высились гладкие колонны, бликующие в отсветах люкносов. Потолок прятался в темноте.– Это воины? – старалась угадать Неферит. – Те, что помогут мне?– Почти, – загадочно ответил Йосеф. – Тс-с! Слышишь?Неферит прислушалась. До нее донеслась музыка – сыпали цимбалы, тоскливые трели выводила флейта, глухо рокотали барабаны, задавая ритм.Впереди замерцали огни множества факелов, они горели целыми пучками между колонн, которые двумя концентрическими кругами обступали каменную площадку. Музыканты были невидимы, а на круглой площадке танцевали семеро девушек примерно одного возраста. Они были голые и босые, только драгоценные пояски из золотых цепочек, с подвесками из рубинов и сапфиров вперемежку, стягивали узенькие талии, да браслеты позванивали на запястьях и лодыжках. Девушки были красивы, похожи, как горошины в стручке – брюнетки с чеканно правильными мелкими чертами, идеально прямыми носами, твердыми подбородками, густоволосые и крепкие. Неферит отметила гибкость и силу их тел – девушки, переступая, изгибаясь, то вздымали руки вверх, то вращали бедрами, диковато взглядывая из тени ресниц, но их плоские животы не дрожали, а груди не болтались, как тряпичные мешочки, лишь упруго подпрыгивали.– Это девушки Кадешим, – шепотом объяснил Йосеф, – они священны и служат богу.Неферит была потрясена.– Они совсем как мы, – тихо сказала паллакида. – Тоже танцуют нагими. Я даже подумать не могла, что иудейки способны оголить свое тело… И они тоже гладкие, нигде ни волоска, все свели…– Волосам место на голове, – усмехнулся Йосеф. – Ты лучше смотри, какая открытость, какая сила чувств…«Ага!» – подумала Неферит. – Не такой уж ты и старый. Вон как глаза блестят!»Но девушки Кадешим и впрямь владели великим искусством – передавать своим телом все волнения, томления и желания, обуревавшие человека. Высоким и резким аккордам, со сменой дробных и затяжных ударов, они отвечали непрерывным током движения, переливами всех поразительно послушных и сильных мышц. Танцовщицы склонялись, доставая пол вытянутыми руками. Медленно и согласованно крутились, торжествующе поднимая руки с повернутыми вниз ладонями, а их животы и бедра извивались, нагоняя волну оцепеняющей силы. И вдруг музыка стихла. Тишина обрушилась, как гром. Девушки замерли, вытянувшись стрункой, плотно сжав ноги и сцепив ладони вскинутых рук.– Девушки! – позвал Йосеф.Девушки Кадешим удивленно посмотрели в его сторону, и заулыбались, узнав. Нисколько не смущаясь своей наготы, они подошли и поприветствовали Йосефа, почтительно называя его «рабби».– Девушки, – сказал Йосеф торжественно и строго, – пришло время и настал час!Неферит вздрогнула, сразу вспомнив ур-маа.– Вы являли богу красоту, – продолжал Йосеф, – а теперь покажите ему свое умение. Вы отправитесь выручать того, кому выпал жребий сразиться с демоном.Девушки Кадешим кивнули с той же поразительной согласованностью, что отличала их танец.– Мы только сумки соберем! – сказала одна из них Девушки ускакали, крутя тугими попами, и Неферит перестала сдерживаться, дала волю гневу.– Я просила о помощи! – резко сказала она. – Как эти девчонки могут помочь?– Увидишь, – усмехнулся Йосеф, показывая дорогу. – Сюда!Они вышли в храмовый двор-азару, невеликий размерами. По трем сторонам квадрата его обносили колонны, а четвертую замыкала стена храма, сложенная каменными блоками-квадрами и отмеченная двумя зияниями, прикрытыми дверью и решеткой. Двор не был вымощен каменными плитами, даже трава не покрывала его – песок ровным слоем лежал по всей его поверхности, крупнозернистый красный песок. По обе стороны от выхода, у самой стены, стояли деревянные статуи в рост человека, истыканные так, что древесина казалась рыхлой.– Я попрошу девочек показать тебе, на что они способны, – сказал Иосеф.«Девочки» не заставили себя ждать – выпорхнули вереницей, одетые по-эллински – в легкие эксомиды, не стеснявшие движений. Они скреплялись застежками-фибулами на правых плечах, оголяя левые груди. На ногах у Кадешим были сандалии на толстой кожаной подошве, с длинными ремешками, оплетавшими икры.– Мы готовы.– Познакомьтесь! – сказал Иосеф. – Это Неферит, жрица Дома Исет в Мемфисе.Кадешим отвесили общий поклон.– Покажите ей, на что вы способны, дабы Неферит знала, на что рассчитывать…Девушки сняли сумки одинаковым движением. Переглянулись. Одна из них изящно присела, достала из сумки пару метательных ножей, и отошла, шагая по песку. Не оборачиваясь, она крикнула:– Глаза!И, резко крутанувшись, метнула ножи с обеих рук. Клиночки сверкнули на солнце и вошли в оба глаза статуи, примыкавшей к двери.– Неплохо, да? – тихо прокомментировал Иосеф.Вышла другая девушка. Непринужденной походкой она отсчитала десять шагов, развернулась, разбежалась… И буквально взлетела по стене храма, повиснув в десяти локтях от земли и удерживаясь на кончиках пальцев рук и ног. И это было только начало! Она закинула ногу, цепляясь за одной ей видимый уступ – крошечную зазубрину в камне – и полезла, перехватываясь, до края крыши, подтянулась… Все! Девушка приветливо помахала рукою с крыши храма.– Ничего себе! – впечатлилась Неферит.Подошла очередь следующей. Девушка вопросительно посмотрела на Йосефа, и тот кивнул. Остановившись в дверях, он крикнул в темноту:– Выпускайте!Решетка в стене храма ржаво заскрипела и поднялась. Глухое ворчание послышалось Неферит, но не зверь вышел во двор, а огромный человек, загорелый, мускулистый, в одной лишь набедренной повязке. В правой руке он держал палку, левой сжимал длинный нож. Мрачно оглядев азару, верзила звучно икнул и утер слюнявый рот обратной стороной ладони.– Это преступник, – спокойно объяснил Йосеф, – опасный убийца. Мы специально выслеживаем таких, как он, ловим и держим при храме. На них отрабатывают технику боя…Девушка спокойно подошла к ухмылявшемуся здоровяку и ударила его ногой в живот – легонько, лишь бы раздразнить. Здоровяку это не понравилось. Он взревел и бросился на нее, замахиваясь палкой. Но девушка с легкостью увернулась от удара, сделала почти неуловимое движение, заходя верзиле за спину, и нанесла ему молниеносный укол пальцем. Мужик содрогнулся. Он выронил палку и рухнул на колени. А девушка, словно забавляясь, чиркнула его по шее ребром ладони, и он повалился навзничь, закатывая глаза. Красавица победила чудовище.– Убить? – спокойно спросила она.– Как хочешь, – улыбнулся Иосеф.Последовал молниеносный удар по горлу. Верзила обмяк, словно сдуваясь.– Эсха! – крикнула девушка, и швырнула палку верзилы в сторону одной из подруг.Эсха шагнула навстречу, и резким ударом перебила палицу в воздухе – на песок упало два обломка.– Довольно! – рассмеялась Неферит. – Ты меня убедил. Кстати, ты с нами?– Восемь девушек и один старик? – мягко улыбнулся Иосеф. – Это перебор… У меня дела, Неферит. Я дал слово, и должен сдержать его – пригоню два корабля с оружием для Зухоса и возьму с него деньги. Я давно выбрал свой путь, и держусь его, а ты ступай своим…– Зухос – вне закона, – заспорила Неферит. – И ты можешь быть свободен от клятвы.– Нет, – покачал головой Иосеф. – Кто не сдержит слова, будет проклят и погибнет в этой, видимой, и в той, невидимой, жизни. А я клялся неизреченным именем Яхве, при звуке которого содрогается земля, море отступает от берегов, гаснет пламя и опускается тьма. Ступай, Неферит! И помни: у нас разные дороги. Мы сошлись на перекрестке, – он обвел руками храмовый двор, – и вновь расходимся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36