А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Любовь струилась потоком, она уже бурлила, поднимая
его на волне отчаянной, нежданно возродившейся надежды и увлекая в город
Окридж.

ИНТЕРЛЮДИЯ
Весенний жар
Воспламеняет предков прах -
И ежится земля
В клубящихся дымах.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЦИКЛОП

АКТ О НАЦИОНАЛЬНОМ ВОЗРОЖДЕНИИ
ВРЕМЕННЫЙ КОНГРЕСС ВОЗРОЖДЕННЫХ
СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ
ДЕКЛАРАЦИЯ
КО ВСЕМ ГРАЖДАНАМ: Настоящим доводится до сведения всех проживающих
на территории Соединенных Штатов Америки, что народ и фундаментальные
институты государства по-прежнему существуют. Ваши враги, совершившие
агрессию против человечества, потерпели поражение и разгромлены. Временная
администрация, осуществляющая преемственность по отношению к последнему
свободно избранному Конгрессу Соединенных Штатов и исполнительной власти,
прилагает решительные усилия для восстановления законности, общественной
безопасности и свободы на нашей возрождающейся земле, руководствуясь
Конституцией и ведомая милостивым Всевышним.
В ЭТИХ ЦЕЛЯХ: До вашего сведения доводится, что все второстепенные
законы и постановления, действовавшие на территории Соединенных Штатов до
начала Третьей Мировой Войны, включая долговые обязательства, права
удержания имущества вплоть до уплаты долга и судебные указы - отменены. В
ожидании принятия в законном порядке новых правил округа вправе
действовать в чрезвычайных условиях согласно складывающейся обстановке,
руководствуясь нижеследующим:
1. Свободы, гарантированные Биллем о Правах, распространяются на
территории Соединенных Штатов на всех мужчин и женщин без исключения.
Приговоры по преступлениям должны выноситься беспристрастными жюри,
состоящими из лиц, равных подсудимому по положению За исключением
чрезвычайных случаев, связанных с военным положением, упрощенное
судопроизводство и казнь, нарушающие установленный порядок, запрещаются.
2. Рабство запрещено. Долговые обязательства не могут быть
пожизненными и не могут передаваться от родителей к детям.
3. Округам, городам и другим территориальным единицам надлежит
проводить по четным годам выборы путем тайного голосования с правом
участия всех мужчин и женщин, достигших 18 лет. Официальное право
принуждения принадлежит только лицам, избранным на свои посты с
соблюдением изложенных правил голосования, а также лицам, непосредственно
им подчиняющимся.
4. В целях содействия возрождению государственности гражданам
надлежит сохранять и пополнять материальные и интеллектуальные ресурсы
Соединенных Штатов. Всегда и повсеместно, когда и где имеется таковая
возможность, следует сберегать и обеспечивать хранение книг и довоенной
техники на благо будущих поколений. Округа учреждают школы для обучения
детей.
Временная администрация выражает надежду на восстановление
общенационального радиовещания к 2021 году. До наступления этого срока
связь осуществляется путем наземного почтового сообщения. Почтовая служба
будет восстановлена в центральных и восточных штатах страны к 2011, а в
западных - к 2018 году.
5. Сотрудничество с лицами, доставляющими почту Соединенных Штатов,
вменяется в обязанность всем гражданам. Препятствование этим лицам в
осуществлении их деятельности является тяжким преступлением.
Принято Временным Конгрессом Возрожденных Соединенных Штатов Америки.
Май 2009.

1. КЕРТИН
Черный бультерьер зашелся в рычании, роняя клочья пены. Он рвался с
цепи, стараясь допрыгнуть до возбужденных, орущих людей, свешивавшихся с
перил вокруг арены. С противоположной стороны арены огрызался покрытый
боевыми шрамами одноглазый беспородный пес. Удерживавшая его веревка
натягивалась, как тетива лука, грозя вырвать вмурованное в стену кольцо.
В воздухе стояла густая вонь. Сладкий до тошноты дым от местного
табака, щедро сдобренного марихуаной, поднимался к небу ядовитыми клубами.
Фермеры и жители городка оглушительно кричали и поминутно вскакивали со
скамеек, окружавших импровизированную арену. Сидевшие поближе лупили
кулаками по доскам, доводя псов до невменяемого состояния.
Псари в кожаных перчатках подтащили четвероногих гладиаторов поближе
к себе и, схватив за ошейники, обернулись к почетной скамье, расположенной
по центру. Сидевший там коренастый господин поощрительно кивнул.
Сотня мужчин дружно взревела, видя, что псы спущены с поводков.
Хрипящие звери вцепились друг в друга подобно драчунам, которым не давали
довести потасовку до конца. Летящие во все стороны клочья шерсти и брызги
крови толпа встречала шумным одобрением.
Старейшины городка, занимавшие специальную скамью, надрывались не
менее самозабвенно, чем люд попроще. Они тоже заключили пари и теперь
волновались не на шутку. Один лишь коренастый господин - председатель
комитета общественной безопасности города Кертин, штат Орегон, попыхивал
сигарой, не проявляя интереса к происходящему, обуреваемый нелегкими
раздумьями. Ему не давал покоя сидящий рядом человек, и председатель то и
дело косился на него.
Этот худой мужчина не походил на других болельщиков. Бородка его была
аккуратно подстрижена, черные волосы лишь слегка касались ушей. Голубые
глаза, полуприкрытые тяжелыми веками, смотрели пристально и взыскательно,
напоминая председателю персонажей из Ветхого Завета, смотревших на него со
страниц книг в воскресной школе, которую он посещал в детстве, еще до
Светопреставления.
Сосед председателя выглядел утомленным, как и подобает
путешественнику. И главное, на нем была форма, да такая, какой не чаял
больше увидеть ни один из оставшихся в живых обитателей Кертина. На
фуражке соседа красовалась кокарда, изображавшая всадника, которая
поблескивала в свете масляных ламп. Почему-то она казалась более яркой,
чем любой другой металлический предмет.
Оглядывая своих земляков и морщась от воплей, председатель улавливал
в их поведении нечто необычное. Сейчас жители Кертина надрывались не так
отчаянно, как это обычно бывало на традиционных собачьих боях по средам.
Ведь и они нет-нет, а поглядывали на гостя, появившегося верхом у
городских ворот пять дней назад, прямого и горделивого, как божество,
попросившего пищи и крова, а также места, где можно развесить уведомления.
А потом незнакомец принялся раздавать почту...
Председатель тоже поставил деньги, выбрав Уэлли - бультерьера старины
Джима Шмидта. Однако ему никак не удавалось сосредоточиться на кровавой
схватке, развернувшейся внизу, на песке. Он не мог справиться с собой и
ежеминутно поглядывал на Почтальона.
Сегодняшний бой был особенным: он посвящался гостю, поскольку завтра
тот покидал Кертин, направляясь в Коттедж-Гроув. "А ему не нравится", -
тревожился председатель, горестно вздыхая. Человек, за пять дней
перевернувший их устоявшуюся жизнь, просто старался следовать законам
вежливости. По его виду нетрудно было понять, что собачьи бои не относятся
к его излюбленным зрелищам.
Председатель наклонился к гостю и проговорил:
- Полагаю, что там, в восточных штатах, такие развлечения не в моде,
господин инспектор?
Холодное выражение на лице гостя было красноречивее любого ответа.
Председатель обругал себя за слабоумие. Конечно, какие могут быть собачьи
бои в Сент-Поле, Топеке, Одессе, любом другом цивилизованном месте
Возрожденных Соединенных Штатов! Другое дело - здесь, в разрушенном
Орегоне, столь давно отрезанном от цивилизации...
- На местах люди вправе устраиваться так, как им больше подходит,
господин председатель, - успокоил гость. Его очаровывающий голос сразу
заглушил непристойный шум арены. - Каковы времена - таковы и нравы.
Правительство в Сент-Поле все прекрасно понимает. В моих странствиях мне
приходилось наблюдать вещи и похуже.
В глазах почтового инспектора председатель прочел свой оправдательный
приговор и, вздохнув, отвел глаза. Через минуту он замигал и сперва решил,
что ему в глаза попал дым от сигары. Он раздавил сигару каблуком, однако
пощипывание в глазах не проходило. Мир перед ним застлало влажной пеленой,
ему казалось, что он видит арену будто во сне, как нечто доселе
незнакомое...
"Господи! - пронеслось в голове у председателя. - И это - мы?! Чем
это мы занимаемся? Ведь еще семнадцать лет назад я был членом Ассоциации
культуры долины Уилламетт! Что произошло со всеми нами, что произошло со
мной?"
Он притворно закашлялся и закрыл лицо рукой, чтобы украдкой вытереть
слезы. Оглядевшись, председатель убедился, что не одинок в своих чувствах:
там и сям в орущей толпе добрая дюжина его сограждан внезапно прикусила
языки и опустила глаза. Несколько человек плакали не таясь, слезы текли по
их суровым лицам, задубевшим во времена жестоких схваток. Внезапно для
этих немногих пролетевшие после войны годы спрессовались, утратили прежнее
значение и перестали служить достаточным оправданием теперешнего
одичания...
Под конец боя крики опять стали громче. Псари вышли на арену, чтобы
усмирить победителя и унести труп побежденного. Однако теперь не меньше
половины зрителей нервно оглядывались на своего лидера и на прямую фигуру
в форме рядом с ним.
Инспектор поправил фуражку.
- Благодарю вас, господин председатель. Полагаю, мне лучше удалиться.
Завтра меня ждет долгий путь. Желаю всем доброй ночи.
Он кивком простился со старейшинами, после чего встал и натянул
потрепанную кожаную куртку с цветной нашлепкой на плече -
красно-бело-голубой эмблемой. Пока инспектор пробирался к выходу, зрители
на его пути вставали с мест и молча уступали дорогу, пряча глаза.
Председатель, немного поколебавшись, тоже поднялся и последовал за
гостем, не обращая внимания на ропот подчиненных.
Второй бой был отменен.

2. КОТТЕДЖ-ГРОУВ
"Коттедж-Гроув, Орегон, 16 апреля 2011 г.
Миссис Адель Томпсон,
мэру Пайн-Вью, бывший штат Орегон
Прохождение: Коттедж-Гроув, Кертин, Калп-Крик, Мак-Фартленд, Окридж,
Пайн-Вью.
Дорогая миссис Томпсон,
Шлю Вам второе по счету письмо, пользуясь нашей новой почтовой
эстафетой в районе Уилламеттского Леса. Если Вы получили первое письмо, то
осведомлены, что Ваши окриджские соседи согласились на сотрудничество,
хотя сперва не обошлось без недоразумений. Тамошним почтмейстером я
назначил мистера Сонни Дэвиса - жителя тех мест с довоенных времен,
пользующегося всеобщим уважением. Он, по всей видимости, уже установил с
Вами контакт...."
Гордон Кранц оторвал карандаш от пожелтевшего листка бумаги,
предоставленной гражданами Коттедж-Гроув для его нужд. Над древним столом
горела масляная лампа и две свечки, свет которых отражался от застекленных
картинок на стене спальни. Местные жители настояли, чтобы Гордон поселился
в лучшем доме городка. Комната выглядела уютной, чистой и теплой.
Теперешнее положение Гордона и сравнить было нельзя с его положением
несколько месяцев назад. В своем письме он почти не упоминал трудностей, с
какими столкнулся в октябре в Окридже. Граждане горного городка открыли
ему свои сердца в тот самый момент, когда он назвался представителем
Возрожденных Соединенных Штатов. Однако тиран-"мэр" вынашивал планы чуть
ли не физического устранения непрошенного гостя, пока тот не дал понять,
что единственное его намерение заключается в учреждении почтового
отделения, после чего он продолжит свой путь; тогда мэр смекнул, что его
власти ничего не угрожает.
Возможно, его страшил гнев подданных, поэтому он оказал Гордону
помощь: были изысканы необходимые припасы, а под конец появился даже конь,
пусть и преклонных годов. Покидая Окридж, Гордон видел на физиономии мэра
выражение нескрываемого облегчения. Местный царек собирался и впредь
удерживать власть, невзирая на весть о том, что где-то существует подобие
прежних Соединенных Штатов.
Зато рядовой люд провожал Гордона на протяжении целой мили: из-за
деревьев то и дело появлялись смущенные граждане, совавшие ему письма, с
жаром рассуждавшие о восстановлении Орегона и спрашивавшие, чем они могут
посодействовать столь благородному делу. Они открыто жаловались ему на
царящий в городе произвол; к моменту, когда от всадника отстал последний
провожатый, он уже не сомневался, что перемены не за горами. Дни мэра были
сочтены.
"За время, прошедшее после отправки моего последнего письма из
Калп-Крик, я учредил почтовые отделения в Пальмервилле и Кертине. Сегодня
я завершил переговоры с мэром Коттедж-Гроув. К письму приложен мои отчет о
проделанной работе, который надлежит переправить моему начальству в
восстановленном штате Вайоминг. Прошу Вас передать следующему за мной
курьеру корреспонденцию, а также мои наилучшие пожелания.
Проявите терпение, если курьер появится с опозданием. Путь от
Сент-Пола на запад опасен, так что может пройти год, а то и больше, прежде
чем он предстанет перед Вами".
Гордон прекрасно представлял себе, как прореагирует миссис Томпсон на
эту последнюю оговорку. Мудрая дама покачает головой, а то и от души
посмеется над бессовестным обманом, каким была наполнена каждая фраза в
письме.
Лучше чем кто-либо другой на этих диких просторах, бывших когда-то
гордым штатом Орегон, Адель Томпсон знала, что ни о каком курьере с
цивилизованного востока не может быть и речи. У Гордона нет никакого
начальства, перед которым он должен отчитываться. Если город Сент-Пол и
являлся столицей какой-то территории, то лишь участка с остаточной
радиоактивностью на берегу Миссисипи.
Ни восстановленного штата Вайоминг, ни, коли на то пошло, самих
Возрожденных Соединенных Штатов не существовало в природе; они возникли
всего лишь в воображении странствующего по погрязшему в невежестве краю
лгуна-актеришки, который решил таким способом обеспечить себе выживание в
смертельно опасном, наполненном подозрительностью мире.
Миссис Томпсон была одной из тех редко встречавшихся Гордону со
времени войны личностей, которые жили собственным умом и не утратили
логики. Коллективная иллюзия, автором которой стал Гордон - сперва по воле
случая, потом от отчаяния, - для нее не стоила ни гроша. Она испытывала к
Гордону симпатию просто как к человеку и, проявляя снисхождение, не
требовала взамен искусных мифов.
В своем письме ей он наворотил всякой всячины, не имевшей отношения к
действительному положению вещей, потому только, что письмо могли прочесть
чужие глаза. Ведь оно множество раз будет переходить из рук в руки, прежде
чем окажется в Пайн-Вью. Сама же миссис Томпсон отлично сумеет прочесть
между строк. И, прочтя, ни за что его не выдаст - в этом Гордон не
сомневался. Он надеялся только, что она сумеет сдержать смех.
"Эта часть побережья ведет мирную жизнь. Поселения уже начинают
помаленьку торговать между собой, преодолевая былой страх болезней и
нападений "мастеров выживания". Здешние люди изголодались по вестям извне.
Из этого не следует, что тут царит безмятежность. По рассказам, в
районе реки Рог к югу от Розберга властвует беззаконие в духе Натана
Холна. Поэтому путь мои лежит на север, в направлении Юджина. Кстати, туда
адресованы по большей части письма, которыми меня нагрузили".
В глубине его седельная сумки, набитой письмами, которые ему вручали
всюду, где бы он ни появлялся, возбужденные и исполненные благодарности
люди, хранилось письмо, написанное Эбби. Уж его-то Гордон непременно
доставит, какая бы участь ни постигла остальную корреспонденцию!
"Мне пора в дорогу. Возможно, когда-нибудь меня найдет письмецо,
отправленное Вами или кем-нибудь еще из дорогих мне людей. Пока же
передайте от меня сердечный привет Эбби, Майклу и всем остальным.
В чудесном Пайн-Вью Возрожденные Соединенные Штаты крепнут и
процветают, как и повсюду.
Искренне Ваш, Гордон Кранц".
Последнее замечание было небезопасно, однако Гордон не смог от него
отказаться - слишком ему хотелось намекнуть миссис Томпсон, что он не стал
жертвой собственных выдумок, которые, как ему хотелось надеяться,
обеспечат ему безопасность в самых мрачных углах, пока он не достигнет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36