А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вывод получился такой: войско варваров фактически неисчислимо; чтобы пройти море, созданное новой плотиной, армии надо отправиться на запад через лесистые холмы. Дорога там узкая и ветреная. Если патруль варваров обнаружит на холмах засаду, хан выделит достаточно людей, чтобы уничтожить ее; если патруль чужаков просто прячется в лесу, то дозорные хана могут послать за подкреплением. Оборона дороги через холмы возможна, но результат непредсказуем, и потери будут огромные. Стоит ли цель подобных жертв?
Окончательное же решение зависит от выбора времени и принципов го. Как игрок Сёнто, конечно, должен предвидеть план противника. Все ли опасности он предусмотрел?
Суйюн повернул лошадь кругом. Солнце скоро спрячется в горах, а ему нужно еще проделать несколько ри до лодки, где у Сёнто штаб. План готов, войска несколько дней назад отправлены. Остается лишь ждать.
Одиночное столкновение с патрулем варваров в темноте — рискованное испытание. К счастью, мягкая земля позволяла лошади идти тихо.
Яку волновался, что до канала доберется слишком мало людей, чтобы выполнить задачу, — в такой темноте легко потерять половину воинов. Даже небольшие просветы в облаках не могли подавить всевозрастающий пессимизм командира гвардии. Справа от Яку легко скакал господин Комавара. Возможно, причиной всеобщего унылого настроения было то, что командование поручили Комаваре, а не Яку.
Даже при таком слабом освещении Яку мог видеть, что они обогнули северный край маленького искусственно созданного моря. Армия хана до утра расположилась на дороге между холмами. Когда поднимется солнце, варвары выставят огромное количество защитников вокруг новой дамбы. Людям Ва следует помолиться.
Разработанный план был прост. Оставить на дороге через холмы ложную засаду, позволить варварскому патрулю обнаружить ее. В результате последует столкновение, которое будет стоить немалых потерь обеим сторонам. Инсценировку такой оживленной обороны дороги придумал генерал Ходзё. Два дня армия чужаков защищала дорогу на расстоянии от дамбы, а теперь почти вся армия варваров расположилась вдоль узкой тропы, не в силах двигаться ни вперед, ни назад.
Единственный для варваров выход — отправиться на плотах вдоль берега на север, ожидая, когда армия откроет доступ к каналу. Конечно, военачальники варваров не настолько глупы, чтобы не воспользоваться этим путем, — так что охранял его отряд из пяти тысяч воинов.
Сёкан рисковал, отправив Комавару и Яку объезжать северный берег озера с отрядом в тысячу восемьсот воинов, понадеявшись, что варвары их не заметят, ибо будут заняты отступлением.
Комавара пребывал в полном неведении несколько дней, пока одинокий всадник от генерала Ходзё не принес приказ об атаке. Генерал дал бой на дороге через холмы, оказав достаточное сопротивление, чтобы убедить варваров в мощи его армии, и умудрился свести потери к минимуму. Сейчас войско чужаков оттеснили на двенадцать ри. Маленький отряд Рохку Сайха нападет с севера. Его цель — не дать противникам воспользоваться плотами.
Яку восхищался планом и приложил все усилия, чтобы поддержать его, хотя идея принадлежала Сёнто. Никто не назвал бы Сёнто робким! Смелый по замыслу план требовал такого же смелого исполнения. Грядущее сражение потребует абсолютной сосредоточенности.
Воины рассредоточились по периметру леса, прячась в тени деревьев, пока дорога не станет достаточно освещенной.
Раньше прошел мелкий дождь, сделав путь отряда Яку холодным и неприятным — легкий ветерок не помог. Генерал во время езды разрабатывал левую руку — он знал, что сырость и холодный ветер затрудняют работу мышц. Его удивляло, что другие не поступали так же.
Господин Комавара остановил лошадь, чтобы убедиться, что все целы, потом послал вперед двух всадников. Перед ними растянулось открытое поле в полри. Низкие каменные стены пересекали поле неровными рядами, создавая сотни полянок, разных по форме и размеру. Двое всадников пустились по полю, растворяясь в темноте. Все ждали молча, лишь дыхание лошадей и скрип поводьев нарушали тишину. Один из гвардейцев Яку спешился, чтобы подтянуть подпруги. Послышался глухой стук и резкий выдох.
В темноте возникли два силуэта — кто-то приблизился к Комаваре и заговорил так тихо, что Яку не услышал ни слова.
Комавара кивнул и повернулся к Яку.
— Вперед, генерал, — прошептал он. — Пожалуйста, дайте сигнал вашим гвардейцам.
За полем лежал последний перед каналом холм. Ветер шелестел листвой деревьев. Можно было начинать, и нескольких дозорных послали убедиться, что на территории варваров ничего не изменилось. Комавара спешился, молча припал к земле. Его люди последовали примеру командира. После некоторой заминки Яку и его гвардейцы сделали то же самое.
Гвардейцы были преданны Яку Катте. Слухи, что их командир не в чести при дворе, мало волновали их. Без вопросов они пойдут за Яку в бой и отдадут за него жизнь. Катта — великий воин своего времени. Сражаться на его стороне значит для этих людей больше, чем благосклонность тысячи Императоров. Никто из них не сомневался, что руководить будущими походами господин Комавара поручит генералу Яку Катте.
Комавара подал знак, и восемь мужчин растворились в ночи. Звуки копыт стихли, все молчали. Шелест деревьев словно оркестр менял темп — быстрее, медленнее. Сила и тембр чередовались с искусством, которое не повторить ни одному инструменту. Мелодию природы можно слушать часами.
Поймав себя на мысли, что скоро рассвет, Яку посмотрел на звезды у горизонта. Небо, казалось, этим вечером менялось медленно — звезды висели неподвижно, и только гонимые ветром облака создавали иллюзию движения.
Всадники начали отъезжать парами, перешептываясь с Комаварой. Яку отчаянно хотелось узнать, о чем они говорят, но он был слишком горд, чтобы спросить.
Комавара не подавал никаких сигналов. Когда отъехали последние всадники, генерал уже терял терпение. И тут Комавара повернулся и подозвал Яку словно слугу. Это нервировало, но как опытный солдат Яку знал, что поле боя — не место для обсуждения подобных вещей. Он подъехал к Комаваре, не сняв с лица шлем и стальную маску.
— Позиции варваров не изменились, генерал Яку, — проговорил Комавара. Голос его оказался более спокойным, чем ожидал Катта. — В лагере происходят какие-то движения, но мы действуем согласно плану. — Комавара улыбнулся. — Ваш отряд готов, генерал?
Яку кивнул.
Комавара надел маску, натянул шлем. Всадники сели на лошадей, и группа разделилась на две: Яку повел своих людей на север, Комавара повернул на юг. Когда вайянцы двинулись в путь, над деревьями гинкго мелькнуло что-то серое.
Комавара пустил лошадь галопом, борясь с горячим желанием вырваться вперед — Суйюн удивился бы, узнав о подобном терпении. Восемнадцать сотен мужчин против пяти тысяч не так много, но кое-какие преимущества у них все-таки есть.
Во-первых, люди, охраняющие плоты, отрезаны от остальной армии. Во-вторых, генералы надеялись, что неожиданное нападение с тыла не даст врагу определить численность противника. Если действовать быстро, можно нанести немалый урон.
Они прятались в лесу, оставаясь в тени деревьев. Комавара сосредоточенно глядел на небо — мрак скоро рассеется. Вайянцы начали окружать южный склон холма. Командир, сам того не осознавая, немного ускорил шаг. Через мгновение его люди окажутся у лагеря варваров. Комавара проверил меч в ножнах.
Еще десятая часть ри. Небо посерело, и Комавара мог видеть, хоть и не в деталях, что происходит вдалеке. Как только вайянцы прошли мимо огромной ивы, показались костры. Комавара пришпорил лошадь, осторожно доставая меч.
Сейчас все зависит только от быстроты. Часовые, конечно, если не увидят, то услышат их.
Если подобная мысль и промелькнула в голове молодого человека, то он не успел ее обдумать, ибо в лагере раздался сигнал тревоги. Комавара словно со стороны услышал свой собственный крик. Кровь застыла в жилах. Его отряд в несколько сотен бойцов пытался шуметь как тысячная армия.
Командир устремился к южному флангу лагеря варваров. Там толпились мужчины, но не было видно, что они делают. Некоторые в доспехах, поймал себя на мысли Комавара. Его отряд начал дробиться — лучники остались на подступах к лагерю, посылая оттуда стрелы в центр сражения, одна группа двигалась влево, третья пыталась поджечь плоты.
Несмотря на грязь и валяющиеся повсюду бревна, лошадь Комавары двигалась легко, словно не несла на себе всадника в тяжелых доспехах.
Его личный отряд ехал рядом, не позволяя командиру первым встретиться с противниками. Медленно светало, и Комавара видел варваров, пытающихся оттолкнуть плоты с продовольствием от берега, пока другие готовились к обороне. Почти ни у кого не было лошадей, а если и были, то не оседланные.
Конь Комавары сшиб с ног человека. Варвар встал, хватаясь за саблю. Комавара занес меч. Варвар бросился бежать, но его настигла стрела. Комавара поскакал дальше.
Идея ворваться в лагерь чужаков принадлежала Комаваре. Следовало вызвать панику среди наибольшего количества людей. Если боги улыбнутся им, удастся раздробить войско варваров. В шнуровке на плече Комавары застряла стрела. Хотя некоторые варвары сражались, план возымел желаемый эффект — большинство бежали, бросая плоты. Свистящие стрелы настигали противников, добавляя к всеобщему шуму ужасные крики. Неожиданно на Комавару поскакал полуодетый всадник. В тусклом свете сверкали сабля и шлем.
Они столкнулись с ужасной силой, но лошадь Комавары была крупнее, поэтому устояла. Клинок варвара перерезал поводья, но лошадь Комавары, обученная в Сэй, прекрасно реагировала на удары коленями. Противник еще не успел привести в порядок своего коня, а Комавара уже нанес удар. Сабля, подаренная Тосаки, оправдала свою репутацию. Она рассекла мужчине ногу под коленом, скользнув острием по спине лошади. Животное отпрыгнуло и чуть не сбросило всадника, но тот уцепился за гриву. Удар имел целью покалечить противника — Комавара не стал бы рисковать своим клинком, который мог сломаться о шлем варвара. Всадник рухнул под копыта собственной лошади. Комавара помчался вперед, к пешему воину с копьем. Но один из его воинов убил варвара до того, как Комавара успел поднять меч.
Сражение шло повсюду, но командир на мгновение оказался вне битвы. Он приподнялся в стременах, осматривая поле боя. Впереди горели плоты, припасы погружались в воду. В какой-то мере это поражение, удовлетворенно отметил он: На севере клубились облака дыма.
Быстро собрав своих людей, Комавара снова бросился вперед. Солнце уже светило вовсю, когда все закончилось. Сопротивление было сломлено. Яку Катта ухмыльнулся под маской, когда господин Комавара предстал перед ним с остатком стрелы в плече.
Комавара указал мечом на холм позади, который они покинули сегодня утром.
— Они сосредоточат силы там! — крикнул он. — Варвары скоро поймут, что нас мало. Возьми всех людей, каких найдешь, и мы еще раз сразимся с ними. — Комавара показал на плоты, возле которых толпились его люди. Варварам удалось столкнуть на воду больше плотов, чем он предполагал, и теперь они медленно плыли по течению. Остальные болтались на якорях. — Понадобится время, чтобы покончить с ними.
Раздался крик:
— Там, господин!
Один из его солдат кивнул на юг. Из-за холма выехала толпа всадников с развевающимися флагами.
Комавара снова взглянул, как продвигается дело с плотами.
— Всего лишь патруль, — быстро сказал Яку, — не более сотни. — Он указал мечом на варваров у холма. — Они надеются, что это подкрепление.
— К бою! — крикнул Комавара. — Каковы твои потери?
Яку подождал, пока три сигнала раковины-горна разнесутся над полем:
— Не могу сказать, господин Комавара.
Тот оглядел поле, усеянное телами варваров и вайянцев.
— Так же, как и я, генерал.
Воины стали подтягиваться к флагу Комавары. Он повернулся к ним.
— Капрал, ваш отряд присоединится к генералу Яку в штурме. Он указал на толпу у холма.
— Генерал Яку… — Крики строящихся в шеренгу варварских дозорных заглушили слова командира. Послышался топот копыт. Комавара крикнул, повернув лошадь: — Генерал Яку, займитесь пехотинцами. Мой отряд не даст им соединиться со всадниками.
Комавара подстегнул коня, пустив его галопом. Он намеревался перехватить всадников, пока те не добрались до своих. Флаги развевались, трубили трубы. Крики воинов Ва вызывали ужас у варваров, готовящихся отразить атаку.
Яку Катта быстро построил своих солдат и выделенный Комаварой отряд, дал приказ. Нужно пробиться в центр вражеской обороны, препятствуя любым попыткам варваров дать отпор. Если противники пойдут тесными рядами, преимущество всадников серьезно снизится.
Первая атака разбила авангард противника, но в последующем сражении кочевники показали большую твердость, сказалось их численное превосходство.
Сабля рубанула по передней ноге лошади Яку. Животное упало, но всадник успел спрыгнуть. Вскочив с земли, Яку обнаружил, что окружен противником. Он увернулся от удара, направленного в ногу тем же воином, который свалил его лошадь, ответил другому, напавшему из-за спины. Мастерство Катты вызвало некоторое замешательство, и Яку воспользовался им, чтобы сразить двух ближайших противников и пробить кольцо окружения.
Генерал бился отчаянно, не зная сам, сколько сможет продержаться в подобной ситуации. Яку парировал выпад и ногой ударил варвара в подбородок. Он отражал все атаки, но каждый раз место погибшего занимал новый воин. Гвардейцы отчаянно расчищали путь к своему командиру. Как раз когда Яку уже поверил, что может победить, стрела пробила его маску.
Благородный конец, сказал себе генерал, достойный поэмы. Окруженный со всех сторон Яку знал, что сражается не на жизнь, а на смерть. Всадник в темно-голубом направил лошадь в толпу варваров за спиной Яку, расшвыривая их в стороны и не давая подняться. Яку прыгнул на лошадь спасителя. Вдвоем они расчищали путь к своим, выдерживая тяжелый натиск со всех сторон.
Комавара дал знак закончить сражение. Через мгновение громкий звук раковины разнесся над полем — сигнал к отступлению.
Присоединившись к гвардейцам, Яку схватился за поводья ближайшей лошади, успокоил ее, как мог, и вскочил в седло. Люди Ва начали отступать с поля боя.
Комавара развернул лошадь, чтобы оценить ситуацию. Большинство пеших варваров все еще сражались. В гуще битвы несколько всадников раздавали последние удары.
Вайянцы, разрушившие плоты, при атаке попрыгали в воду, где прятались от стрел, направляясь к дамбе. «Их положение лучше нашего», — подумал Комавара.
Яку остановился рядом с ним. Комавара стянул с лица маску, оставив ее болтаться на шнуровке.
— Мы отправимся на север и запад, генерал. Если доберемся до холмов, то сможем воссоединиться с основной армией. Наша работа здесь закончена.
Он взмахнул саблей — вдали горел плот варваров.
Яку посмотрел на Комавару, его серые глаза сверкали из-под лакированной маски. Он хотел что-то сказать, но Комавара кивком остановил его.
— Собери отряд, генерал. Нам лучше быть подальше отсюда, когда варвары вернут своих лошадей.
Подозвав солдата, Комавара повернулся и заговорил с ним. Флаг Дома Комавары, развеваясь на ветру, поднялся на пике.
— Надо ехать, генерал. Любой раненый, кто не сможет сохранять темп, останется сзади без лошади. — Молодой господин подстегнул коня и пустил его медленным галопом. На западе в зарослях гинкго закопошились вороны и черные дрозды.
38
Полковник Яку Тадамото считал, что судьба играет со столицей Империи, словно волны с сампаном. Будь он истинным ботаистом, никогда бы не оказался в такой ситуации. Если бы Яку верил в карму больше, чем в судьбу — то знал бы, что ощущение контроля в чьей-то жизни — просто иллюзия. Но он с детства не был искренним последователем Просветленного владыки, поэтому стал верить в судьбу, злую и добрую.
Молодой офицер отдернул штору и оглядел представший его взору мир. Город тихо спал в темноте, почти мирной, хотя как командир императорской гвардии Тадамото знал, что это всего лишь иллюзия.
Яку задернул штору. Глупо рисковать — его могут заметить. Он знал, что госпожа судьба не всегда улыбается, и кто-то из информаторов Императора, возвращающихся домой с вечерней попойки, может увидеть его. Это будет злая судьба.
Никто не может быть уверенным в благосклонности госпожи судьбы. Она более непостоянна, чем любая женщина, более изменчива, чем Император. Тадамото знал — полагаться на нее глупо.
Нынешним вечером судьба, без сомнения, благоволила Тадамото, но в то же время это была самая худшая из всех возможных удач, которые ему приходилось встречать. Если гвардейцы доложат о своей сегодняшней находке Сыну Неба, трудно предугадать, что произойдет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57