А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Разве? – дразняще поинтересовался он.
– Да!
Ли раздражало то, что он не воспринимал ее всерьез.
– Вида Джин Джексон – последний человек, перед которым стоило бы демонстрировать подобные дикие выходки. По всему Натчезу поползут самые невероятные слухи.
Он пожал плечами:
– Наверное, нам придется пожениться, чтобы покончить со слухами.
Ли чуть было не подавилась. Когда она наконец проглотила лимонад залпом, он обжег ей горло.
– Ничего подобного мы делать не будем! – прохрипела она, откашливаясь. Она была уверена, что он сказал это лишь для того, чтобы напугать ее.
Он снова рассмеялся.
– Кончай ворчать!
– Я обычно не ворчу! Это ты сделал из меня ворчунью. Я вежливая, спокойная и чрезвычайно приятная в общении девушка, – защищалась она.
– Очень хорошо. Тогда ты сможешь мне помочь при составлении описи.
– Могу что?..
Он подошел к шкафу с выдвижными ящиками, достал желтый блокнотик и карандаш и повернулся к Ли:
– Я хочу обойти с тобой весь дом, включая все пристройки, и определить, что понадобится Майре.
– Сейчас?
Это было ответственное поручение, но Питер и теперь не дал Ли ощутить особенного превосходства. В ней боролись чувство долга по отношению к Майре и общее раздражение, которое вызывал у нее этот человек.
– Значит, я должна буду изображать секретаря и следовать за тобой с блокнотом? – поинтересовалась она.
– Именно.
– Питер Уэбстер, ты не можешь просто прыгнуть…
– Тс-с, Ли. Прыгать в пруды – твое любимое занятие, припоминаешь?
В ответ на ее гневное восклицание он пригрозил:
– Майра будет разочарована, если узнает, что ты отказалась помочь мне.
Ли была ошеломлена.
– Питер Уэбстер! Не смейте! Это будет самым подлым, самым низким…
– Ты ожидала от меня чего-то меньшего?
Вдруг она молча взяла блокнот и карандаш. Он хмыкнул и с излишней галантностью открыл дверь в парадный вестибюль.
– Ой, я чуть не забыл: как быть с туристами?
– Дом открыт для осмотра только с часу до пяти.
Он взглянул на часы.
– Прекрасно, но не будем терять времени.
– Есть, командир! – со вздохом откликнулась она.
Они переходили из комнаты в комнату величавого старинного здания, все тщательно осматривали и делали заметки в блокноте. Дом был построен в пятидесятых годах девятнадцатого века, с тех пор выдержал несколько ремонтов, включая проведение водопровода. В настоящий момент дом явно нуждался в обновлении – все и везде разваливалось на части. Гостиная и библиотека могли похвастаться шикарной мебелью палисандрового дерева работы Джона Белтера, но узорчатая шелковая обивка на ней расползлась от времени и проделок Кыша. Небольшие царапины на дереве тоже нуждались во внимании мастера. Обои с причудливым узором, которыми оклеен длинный центральный коридор, были в поразительно хорошем состоянии, но обои во всех комнатах нижнего этажа явно требовали замены. В парадной столовой у стульев красного дерева разболтались ножки. Кухня, перенесенная в дом в двадцатых годах двадцатого века, не ремонтировалась уже много лет.
На втором этаже было то же самое: на дверях разболтались серебряные ручки, лепнина отошла, на высоких потолках виднелись безобразные коричневые следы от протекшей воды, кое-где угрожающе свисала штукатурка. Записывая, Ли поняла, что заново красить, клеить, полировать и драпировать нужно было все. Она знала, что для всего этого понадобится много материала и это обойдется Питеру в целое состояние. Он выглядел полным готовности и решимости довести дело до конца. Он осмотрел и проверил все даже самые укромные уголки дома. Вопреки самой себе Ли чувствовала, как по мере их работы растет ее уважение к Питеру Уэбстеру. Было бы странно, если бы кому-то не понравился этот великодушный и заботливый человек.
В последнюю очередь они осмотрели его спальню. Питер был поражен, увидев, что Кыш взбирается по уже и так изорванным в клочья занавескам. Огромный голубой кот едва удостоил Ли и Питера скучающим взглядом и продолжал рвать занавеску.
– Какого черта! – воскликнул Питер.
Ли только развела руками в ответ на его возмущенные возгласы.
– Я знаю, – понимающе отозвалась она. – Кыш просто безнадежен.
– Больше нет, – мрачно произнес Питер.
Он взял у Ли блокнот, пересек комнату и резко шлепнул Кыша по крестцу. Хотя наказание было вовсе не сильным, кот понял намек и с обиженным воем спрыгнул с занавески. Ли со смехом наблюдала, как кот выбегал из комнаты.
– До сих пор ни у кого здесь не хватало духу сделать это, – сказала она.
Питер подошел к ней и протянул блокнот. По его лицу было видно, что он все еще недоволен.
– Мне нужна книга о домашних животных, буду усмирять кота. Черт меня побери, если я отремонтирую дом и потом позволю этой серой бестии заново портить его.
Они осмотрели здание и пристройки к нему снаружи. Кладка из красивого розового кирпича хорошо сохранилась, но нужно было покрасить дорические колонны спереди и сзади дома, веранды на обоих этажах и деревянные багеты. Крышу надо было крыть заново – повсюду виднелись следы протечек. За домом обрабатывались два акра земли, но тамошние каменные постройки, в которых когда-то жили рабы, не открывались годами.
Сначала Питер и Ли остановились у одного крыла дома, чуть выдающегося назад, но из него не так-то просто было попасть в другие части здания. Дальше они обнаружили две огромные комнаты, между которыми был проход с двустворчатыми дверями. Обе комнаты были завалены всяким хламом – козлами для пилки дров, инструментами, старыми банками с краской. Обои в комнатах свисали со стен, а деревянные полы были некрашеными, пыльными и покрыты царапинами, однако перекрытия комнат оказались целыми.
– Знаешь, эти две комнаты великолепно подошли бы Майре, – сказал Питер, оглядываясь по сторонам. – Думаю, я проведу перепланировку и устрою ей здесь апартаменты.
Ли была тронута его заботой о тете.
– Ты тоже заметил, что ей тяжело ходить по лестнице?
– Да.
Задумчиво нахмурясь, он расхаживал взад и вперед.
– Эта комната по размеру как раз подходит для ее спальни, а в той хватит места для гостиной и ванной.
Ли кивнула.
– Но эта часть дома никак не связана с остальными.
– Ну, это не проблема. – Он указал на стену, отделявшую комнаты от главного здания. – Если сделать здесь дверь, Майра сможет проходить туда через кухню. – Он потер подбородок. – Нужно будет попросить специалиста по кондиционерам установить здесь третий прибор.
– Это было бы просто замечательно, – пробормотала Ли. – Питер, а ты уверен, что можешь себе все это позволить?
– Конечно. Пока у меня нет семьи, я хорошо разместил сбережения, да еще мне положены государственные льготы за восстановление национального памятника.
– Я об этом и не подумала.
– Не помню, говорила ли тебе Майра, эти комнаты пристроил второй или третий владелец дома, – сказал он.
Он оглядывал комнату, его темные глаза светились от восторга. Ли догадалась, что он представляет себе, как тут все будет выглядеть, когда закончится ремонт.
– Как бы то ни было, – продолжил он, – эти комнаты были предназначены для того, чтобы хозяин дома и его жена могли уединиться.
Он указал на комнату за ними.
– Наверное, здесь была детская. – Он улыбнулся, глядя прямо на Ли. – Тогда было много детей.
При мысли о детях Ли невольно втянула живот. Она подумала о том же, о чем и Питер. Забыв обо всем, что ее окружает, она представила себе, как это выглядело сто лет назад – великолепная старинная мебель, вышитые покрывала, любовь и смех, отзывающийся эхом в комнатах…
Она еще находилась в воображаемом мире, когда Питер придвинулся к ней, проникновенно заглядывая в глаза.
– Что, Ли, мечтаешь о детях? – невинно поинтересовался он.
– Я… ну… я…
– Брось свой лепет, дорогая.
– Что дальше? – быстро спросила она, притворившись, что не расслышала его последних слов.
Он лишь улыбнулся в ответ. Ли повернулась и поспешила выйти из комнаты, чувствуя, что ее лицо все горит. Он последовал за ней, посмеиваясь на ходу.
Когда они вышли, Питер подумал, что две большие смежные комнаты, в которых жили рабы, можно было бы оборудовать в номера для гостей типа «ночлег и завтрак», популярные теперь во многих домах Натчеза.
– Это приносило бы небольшой доход, да и Майра не любит одиночества, – подытожил он.
Они направились обратно к дому.
– Ну что ж, – оживленно произнес Питер, – почему бы нам не принять душ, можно по отдельности, если ты не хочешь вместе, а потом пойти куда-нибудь обедать.
– Нет, – коротко ответила Ли.
– О, дорогая, ты просто обязана это сделать! После обеда я собираюсь в питомник купить что-нибудь для клумбы, которую мы расчистили утром. Я совсем не разбираюсь в растениях. Если ты не поедешь, я совершенно спокойно могу привезти ядовитый плющ.
– Вот и хорошо, – весело ответила она, – надеюсь, ты привезешь его, посадишь и будешь медленно страдать в агонии…
– Ли! – воскликнул он с притворным ужасом. – Какие гадости ты говоришь.
– Спасибо за комплимент, – пропела она.
Она вошла перед ним в заднюю дверь, но он догнал ее на кухне и схватил за руку.
– Собирайся, как хорошая девочка, – мягко приказал он. – Надень что-нибудь сексуальное, то, что на тебе сейчас, м-м… недостаточно красиво, – добавил он более хрипло.
– Ты все-таки глуп, не правда ли, Питер, – с улыбкой заключила она, поворачиваясь к нему.
– Вообще-то, дорогая, я бы сказал, что это ты глупа. Во всяком случае, тупа – это точно. – Он убедительно кивнул. – И если ты поразмыслишь над этим, то поймешь, что я прав. Знаешь, это могло бы быть довольно стеснительно…
Она подозрительно рассматривала его.
– Что могло бы быть довольно стеснительно?
– Да ты в этих шортах появляешься в ресторане, вися у меня через плечо.
– Не смей!
Он самодовольно улыбался. Она показала ему кулак.
– Я отплачу тебе вот этим, Питер Уэбстер!
– Я могу на это рассчитывать?
– Да!
Часом позже Ли и Питер прибыли к ресторану «Брайер», расположенному в самом живописном месте Натчеза. Хотя Ли и приехала сюда по принуждению, она была очарована старым зданием, затененным деревьями. В этом изысканно-величественном окружении ей было неловко злиться на Питера. Ресторан располагался в двухэтажном доме на отвесном берегу, откуда посетителям открывался великолепный вид на Миссисипи. Обстановка ресторана была просто восхитительна: старинные столы были расставлены в небольших светлых комнатах с широкими окнами, зеркалами и приятными бледно-зелеными обоями. Пока Ли с удовольствием поглощала нежную грудку цыпленка в малиновом сиропе, Питер расправлялся с креветками под креольским соусом. Атмосфера стала заметно веселее. Они оба принарядились для этого случая: на Ли было темно-синее платье без рукавов и белый пиджак, отделанный темно-синим кантом, Питер надел белые спортивные брюки и спортивную рубашку цвета мускусной дыни.
Во время еды Ли рассматривала Питера, его красивую голову, вспоминая, как щетинистая щека слегка поцарапала нежную кожу ее бедра, когда он нес ее в дом. О Господи! Такие ощущения могут войти в привычку! Пораженная этими сумасшедшими мыслями, она отвернулась и стала смотреть в окно.
К счастью, Питер, казалось, тоже залюбовался видом из окна. Перед самым окном начинался откос, являвшийся немым свидетельством эрозии отвесного берега Натчеза. Овраг был не менее красив. Там величественно росли деревья, порхали синие сойки и кардиналы.
– В этой части города опасны грязевые потоки, правда? – задумчиво произнес Питер.
Ли кивнула, испытывая облегчение оттого, что он не выбрал для разговора личную тему.
– Майра и ее подруги постоянно говорят об этих проблемах. Несколько лет назад чуть севернее отсюда были серьезные оползни, которые разрушили дома. Погибли несколько человек. Тонны грязи в буквальном смысле слова подползли к Натчез-под-Холмом…
Питер встревоженно взглянул на нее.
– Это там, где ты каждый вечер играешь на фортепьяно?
Она пожала плечами:
– Я никогда не позволяла страху руководить моей жизнью. Как бы то ни было, после оползней городские власти построили подпорные стены, а жители стараются заставить федеральные власти заняться вопросом эрозии почвы в Натчезе. За время моего пребывания здесь я сама подумывала, не посетить ли мне собрания, устраивавшиеся по этому поводу.
– Э-э, да это прекрасная мысль! – с восторгом воскликнул Питер. – Если соберешься туда, пока я здесь, дай мне знать, я пойду с тобой.
Ли промолчала.
– Почему тебя так занимает проблема грязевых оползней? – поинтересовалась она наконец.
– Это меня интересует потому, что здесь живет моя любимая тетушка.
– Я понимаю, но меня удивляет, что ты захотел принять участие в собрании, ведь ты пробудешь здесь очень недолго.
– То же самое я мог бы сказать и о тебе. Ведь ты собираешься уехать… правда, Ли?
Смутившись, она сделала глоток воды и потупила глаза, намазывая масло на хлеб.
– Думаю, да. Через пару месяцев.
– А куда ты поедешь? Знаешь, ты не похожа на безрассудную любительницу путешествовать.
Она опять пожала плечами, разыгрывая небрежность, которую на самом деле не ощущала.
– Кто знает? Может, я никуда и не уеду. Может, я поселюсь здесь.
– А ты не думаешь, что тебе следует сначала вернуться и взглянуть… на то, от чего ты бежишь, в Калифорнии?
Ли с несчастным видом закусила губу. У него была привычка, хитрая, сверхъестественная привычка нападать в тот самый момент, когда она ожидала этого меньше всего.
– Ты никогда не бросишь свои адвокатские замашки? – раздраженно спросила она.
– В суде я веду себя совсем по-другому. Ты мне просто интересна. Я знаю, тебя что-то беспокоит, и это должно быть как-то связано с твоей прошлой жизнью в Калифорнии. Знаешь, ты сказала, что не живешь в страхе, но твое поведение говорит об обратном.
– А может, и нет, – с горечью ответила она.
Она разозлилась на себя, на слезы, которые вдруг выступили на глазах совершенно против ее желания.
– Я вообще ничего не боюсь, я просто не хочу там быть.
– Понятно. А ты боишься того, что происходит между нами? – Он взял ее руку. – Ты ведь это чувствуешь, правда, Ли?
О да, она чувствовала! Она изо всех сил старалась не показывать ему этого. Ли знала, что Питер Уэбстер подбирается к ней, используя любую возможность. Сейчас она испытывала искушение отбросить всякую осторожность и довериться ему во всем.
Но она не могла. Она убрала руку из его руки.
– Питер, – неуверенно начала она, – ты очень приятный человек, и я надеюсь, что мы сможем остаться… друзьями. Но я думаю…
– Да?
Она глубоко вздохнула и заглянула в его глаза, эти теплые внимательные глаза, под взглядом которых таяла ее решимость. Она заговорила, внутренне подбадривая себя:
– Во-первых, ты не завоюешь, запугивая и…
– Пока это, кажется, срабатывало, – вставил он и снова улыбнулся.
Она решительно продолжала:
– Во-вторых, сейчас я просто не могу ни с кем связываться.
– Почему?
– А в-третьих, – упрямо продолжала она, – если ты поразмыслишь на эту тему, то поймешь, что и сам не сможешь завести здесь никаких связей. Ты пробудешь тут три недели, а этого недостаточно, чтобы узнать кого-то. – Ее голос стал настолько высоким, что пара, сидевшая за соседним столиком, с любопытством на них оглядывалась.
– Я не согласен. – Он лениво улыбнулся. – Время – вещь относительная. Ко всему можно как-то приспособиться. Люди не часто встречаются при таких обстоятельствах, при каких встретились мы.
Он улыбнулся и заговорил более серьезным тоном:
– Если ты думаешь, что я удовлетворюсь только твоей дружбой, Ли Картер, то лучше прекратить все прямо сейчас. Ты в состоянии сделать это?
– Если ты позволишь сделать это! – выкрикнула она почти безнадежно, чувствуя, что все внутри у нее пылает под действием его взгляда.
– Правильно, если я предоставлю тебе эту возможность.
Она густо покраснела. Господи, этот мужчина заставляет ее выступать в роли легкомысленного и беспомощного подростка! Когда он, сидя напротив, смотрит на нее так призывно, его темные глаза такие нежные и понимающие, а его черные непослушные волосы так хочется приласкать… Она изо всех сил старалась не совершать ничего нелепого, например, не дотронуться до его руки. Она с трудом контролировала себя.
– Благодарю вас за предостережение, адвокат, – выговорила она наконец.
– Десерт? – неожиданно поинтересовался он.
Она посмотрела на часы и отрицательно покачала головой:
– Если ты собираешься поехать в питомник, нам лучше уже выйти. Не забывай, что с пяти я работаю.
Когда они были уже снаружи, в тени деревьев около ресторана, Питер кивнул в сторону длинной галереи главного здания с мансардными окнами.
– Жаль, что у нас нет времени осмотреть этот дом. Как я понимаю, именно здесь играли свадьбу Джефферсон Дэвис и Барина Хауэлл. Знаешь, я уже много лет не был в таких домах Натчеза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18