А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Радж бодро улыбнулся Янгу: «Ищи меня там…» – сделал кивок в сторону дельфинария.
2
Сквозь рваные клочья облаков справа поблескивало еще нежаркое и невысокое солнце. Ветер был порывистым, и океан никак не хотел успокаиваться – бушевал с гулким рокотом и шумом.
Янгу на Рае не понравилось. Какой же это Рай, если нет такой спокойной, тихой лагуны, как на Биргусе! И песок на Рае не нравится. На Биргусе он белый-белый, даже слепит глаза на солнце, а тут какой-то сероватый и крупный.
В шуме волн слышалось Янгу, как шумят кокосы на берегу лагуны Биргуса, улавливал даже мелодию маминой песни. Ее часто пели женщины по вечерам, собравшись на посиделки.
Возле Янга отряхнулся мокрый Тото – Янг очнулся от брызг, попавших на него, притянул к себе собачку за ухо, погладил. Тото лизнул колено, руки, улегся на Янговы ступни.

– Глупенький… Тебя же могла волна смыть, назад не выбрался бы… Прости, что я немного забыл о тебе.
Тот сладко прищурил глаза, и Янг снова задумался. На этот раз мысленно увидел Натачу. Где она сейчас и что делает? Нашел ли Натачин отец хоть какую-нибудь работу? Удалось ли построить свою хибару на Горном – приют от непогоды? Не потеряла ли Натача Янговы вещи? Немного их осталось, совсем немного, самое ценное среди них – урна с прахом предков. Легко сохранять, если есть своя хата, не слоняешься по чужим углам. Удастся ли съездить когда-нибудь на Горный? И ее увидеть хочется, и урну забрать.
Как она тогда нежно и ласково, по-матерински смазывала его болячки – следы от пиявок и комариных укусов… Какими чуткими были ее пальчики! И как они тогда стеснялись друг друга, как смущались. Вспоминалось это сейчас, и будто ласковый огонек теплился в груди.
«Интересно, а есть ли тут „морские осы“? Надо будет у Раджа спросить… Видимо, нет, иначе столько курортников со всего света не съезжалось бы сюда».
Возле Биргуса их тоже нет, этих ядовитых медуз. Но рассказы о них живут. Таких чудовищ, наверное, сам дьявол придумал. Матрос Дуку рассказывал, как возле Австралии однажды купались люди и двое матросов попали на этих «ос-медуз». Совсем близко от берега были, а так и не выбрались, погибли. У этих медуз зонтики большие, а тонких и длинных щупалец около тысячи, и на каждом клетки-присоски с ядом. Одна ужалит, и достаточно – паралич, смерть. Их яд сильнее, чем кобры. В первое время, когда Дуку рассказывал про такие ужасы, боялись лезть в воду, боялись купаться в лагуне. И потом не раз пугали друг друга: «Осы плывут!» А Натача не боялась никаких ос, ныряла и кувыркалась в воде, как бесенок.
– Ай глэд ту си ю! – послышался вдруг над ухом родной голос. – Ты что тут делаешь?
– Радж! – Янг вскочил, уткнулся лицом брату в грудь, всхлипнул и подавил этот неожиданный всхлип.
– Перестань, все же хорошо. Пошли ко мне… У-у, а что это у тебя за зверь такой?
Шли обнявшись вдоль прибоя, и Янг рассказывал о своих приключениях на Главном острове. А когда сказал, что у них уже нет не только матери, но и отца, при каких обстоятельствах и где он скончался, то плакали вместе и не стыдились слез. Хорошо, что пляж был почти пустой, лишь кое-где улеглись несколько человек загорать. Потом и про Абдуллу рассказал, и про Пуола, в какую авантюру было втянул его землячок. Рассказал об итальянке с собачкой, о том, как удалось спрятать от пиратов ее драгоценности.
– А теперь она просит, чтобы я жил у нее. Собачку на прогулку водил. Обслуживал… – Янг сплюнул под ноги. Они шли быстро, песок шуршал и хрупал под ногами. Тото бегал кругами возле них, мотал розовым языком, с лаем кидался на чаек.
– И поживи… А что? На сколько времени она сюда приехала, не знаешь? – спросил Радж.
– Наверное, на месяц.
– Ну вот, видишь. Месяц поживешь в шикарных апартаментах. В нашем положении надо хвататься за всякую возможность, чтоб прожить. Хорошо было бы тебе постоянную работу подыскать. Или подыскать для Гуго… Парень у нас в дельфинарии есть, Гуго, хочет найти другую работу. Вот если б он устроился, я бы тебя сосватал на его место. Справлялся бы, у него не очень трудные обязанности…
– Ой, Радж, это было бы здорово! Я раз увидел дельфинов, погладил их – и полюбил на всю жизнь! Я с ними бы день и ночь занимался…
– Ну-у… день и ночь. Никому это не нужно. Да и Судир у нас такой – гоняет всех от дельфинов. Ты, значит, пока с итальянкою побудь, но ко мне прибегай каждый день. Будешь приглядываться к тому, что я делаю. Помогать. Может, когда и меня потребуется заменить на работе. Как называется такая порода собак?
– Я думал – пудель. А синьора говорит – терьер шотландский.
– Ты с маскою, трубкою и ластами плавал когда-нибудь? – спросил Радж.
– Нет! – и Янг с такой радостной надеждой посмотрел на Раджа, что брат усмехнулся, крепче прижал Янга к себе.
– Для начала освоишь маску с трубкой. А потом и за акваланг возьмемся.
– Ой, Радж… – от внезапно охватившего счастья Янг потерся ухом о его бок. И от волнения ничего не мог больше сказать. Это была самая большая, самая светлая его мечта, которую он лелеял в душе не один год. Сразу вспомнились все Раджевы рассказы о том, что он видел под водой, и даже голова закружилась. Скоро, скоро и он увидит все эти чудеса!
– Тебя насовсем отпустили из полиции?
– Насовсем. Пуол сказал, что я ни в чем не виноват, просто он пригласил меня как земляка в бар, хотел угостить. За кражу всю вину взял на себя. Не такой он уж и плохой, как оказалось.
– Радж, ты не знаешь его, хоть и росли вместе. Он гад и хитрец. Обманщик! У меня деньги выманил… Он что-то опять придумал!
– Поживем, увидим. А у него тоже хватит времени подумать, если посадят.
Радж чего-то не договаривал, какие-то мысли угнетали его. Некоторое время братья шли молча, у каждого в голове было свое.
Сторож Малу топтался возле ворот, ожидая смену. Глаза у него были красные, почти такие же, как у бомо Япа. Пропускал их в дверцы и покачнулся. «Пьяный? – поразился Янг. – Сдурел человек, день впереди, жара, а он… А может, ночью пил и теперь у него только похмелье?»
– Радж! Шустрый у тебя брат! У меня тоже такой сорванец есть – справиться не могу! Ты гляди за ним, а то влезет в какую-нибудь беду! – вдогонку братьям проговорил Малу.
– Ничего, он уже не маленький, – оглянулся Радж и привлек Янга к себе. У мальчика в груди защемило от волнения. Сейчас Янг беспредельно любил Раджа – ведь он теперь заменял ему отца и мать.
– Радж! – снова крикнул Малу. – Только что грузовик повез к главной арене песок. Я пропустил, хотя мне мистер Крафт ничего об этом не говорил… Ты ничего не слышал про песок?
– Нет! – ответил Радж, повернувшись к Малу. – Может, Абрахамс надумал что-то ремонтировать. И цемент тоже привезли?
– Не видел цемента. Один песок-ракушечник!
Вышли по аллее к трибунам и бассейну и сразу услышали короткое «бип-би-ип!» и гудение мотора. Из-за северного торца трибун задом выезжал небольшой грузовичок, он чуть ли не терся сдвоенным задним колесом о бетонный борт бассейна. Янг не видел таких машин – оранжевая, низенькая, кузов треугольный. И не дымит. Шофер, приоткрыв дверцу, смотрел на колеса, следил за тем, чтобы как можно ближе подъехать к борту с перилами. Янг, задержавшись возле перекидного мостика, увидел: из-за машины вышел невысокий человек в белой курте. Не боясь, что грузовик может на него наехать, прижался к перилам и рукой подавал знаки шоферу: еще немного, еще…
– Стоп! – резко опустил руку вниз этот человек. – Вываливай!
Кузов самосвала повернулся на бок. Ш-шух!
– Что он – сдурел, этот Судир?! – повернулся к Янгу Радж. – Бассейн чистить надо, а он…
Белое облачко пыли плыло мимо кабины, и шофер, помахав рукой возле лица, словно разгоняя табачный дым, сел за руль. Машина проехала метра два вперед, и шофер снова вылез, с усилием держа в руках довольно большой фанерный ящик. Что-то тяжелое было в том ящике, ибо и Судир, взявшись за него, согнулся от тяжести.
Хлопнули дверцы, машина крутнула вокруг трибун и вылетела на аллею так, будто участвовала в гонках.
Судир, держа ящик перед собой, понес его к своей резиденции. Когда ставил ящик возле дверей, в нем звякнуло что-то металлическое. Открыл поспешно дверь и также поспешно исчез за нею с ящиком.
– Ну и ну… – покачал головой Радж. – Но нет ничего тайного, что не стало бы явным… Пошли, покажу свое пристанище.
Тото не спешил за ними: стал передними лапами на бортик и игриво лаял на дельфина, склоняя голову то так, то этак, будто слушал его скрип. Кажется, это был малыш Боби. Он тоже высунулся из воды и с любопытством разглядывал собаку.

– Пан, бог и воинский начальник, – говорил Радж, отпирая свою дверь. – Никто никогда не знает, что думает сделать Судир. Даже мистер Крафт не отваживается спрашивать его о планах.
Янгу понравилось Раджево убежище. Просто чудо, а не жилье! Точно каюта на фантастическом корабле… И чего только нет на стенах, на полках и стеллажах! Год бы глядел и всего не переглядел! О назначении некоторых вещей, очень мудреных, только догадывался. Акваланги! А вот длинная острая стрела-гарпун с зазубринами на конце… Зачем Радж прячет ее на полке? Переводил взгляд туда-сюда и вздыхал.
Радж сразу пошел в дальний правый угол, там стояло что-то похожее на мотор и на ту машину на колесах, что Янг видел с ребятами на понтоне, только эта намного меньше. Радж включил ее, она почти бесшумно заработала, лишь где-то посвистывал воздух.
– Японский компрессор! Электрический… Мы им воздух накачиваем в баллоны, – объяснял Радж. – Подноси, будем заряжать, – показал он на стеллажи, где лежали спаренные оранжевые баллоны с ремнями.
Янг ухватился за одну пару – ого-го! Едва с места стронул. Поглядел на Раджа – насмехается над ним, что ли?
Радж улыбнулся, но приветливо, дружески.
– Что, кишка тонка? Весь заправленный акваланг почти двадцать килограммов весит… Говорю затем, чтоб сразу понял: с аквалангом плавать – не детское дело. Чтобы не ныл без толку: «Когда с аквалангом?..» Маска с трубкой для тебя – в самый раз пока что. Осваивай и плавай… Акваланг изучишь постепенно, за это время и сам подрастешь, окрепнешь. А знаешь, этого веса акваланга в воде не ощущаешь! Наоборот, еще грузила к поясу привязываешь, иначе выталкивает наверх.
Поднес одну пару баллонов к Раджу и услышал, как во дворе жалобно заскулил Тото. Голос он подавал, когда скучал без хозяйки или без него, Янга, или же просился на прогулку. Янг выбежал из кладовки и увидел: Тото бегает возле мостика, принюхивается к их следам, а куда ведут следы, не понимает. Позвал его к себе, но собачка лишь виновато повиляла хвостиком, посмотрела на него из-под нависших косм, брехнула.
– Радж, я скоро вернусь! Тото, наверное, есть захотел, надо бежать кормить, – крикнул брату и побежал к мостику.
…Донна Тереза еще спала, и Янг даже чертыхнулся. Если б знал, то не спешил бы так. Спросил бы у Раджа, может, нашлась бы какая-нибудь лепешка для Тото… Но баловень этот вряд ли ел бы простую пищу.
Янг играл с собакой в гостиной, пока нечаянно не задел ногой маленький столик. И тут донна Тереза услышала их, вышла в ночной сорочке, нажала, зевая, какую-то кнопку у дверей. Пока пришел кельнер из ресторана, она смотрелась в большое зеркало у стены, массировала веки и морщинки в уголках глаз, горестно вздыхала. Потом, выжимая из тюбиков, мазала лицо чем-то белым и розовым и с таким страшным лицом-маскою сделала заказ на завтрак, не постеснялась молодого официанта.
«Эта европейка нас и за людей не считает…» – пришла в голову Янга совсем взрослая мысль.
Потом синьора надолго скрылась в ванной. Уже официант вкатил в номер двухэтажный столик на колесиках, сплошь заставленный тарелками, уже Янг и Тото очистили все тарелки, с некоторых даже соус вылизали, а синьора все не показывалась.
Крикнув ей, что пойдет с Тото гулять, Янг поспешил к дверям.
3
Возле кассы дельфинария стояла очередь. На стене строеньица, в котором помещались касса и проходная, висело объявление, что сегодня будут три представления, первое – в десять часов по местному времени. Мистер Крафт, наверное, рассчитал: море бурное, купаться туристы не будут, а загорать целый день никто не захочет, значит, станут искать других развлечений.
У ворот дельфинария с внутренней стороны похаживал другой сторож, негр. Лицо черное, блестит, нос широкий и плоский. Сторож по виду был злым, высоким и сильным, таким же великаном, как мифический герой Раксаса. Хоть и страшно было к нему обращаться, а пришлось просить, чтоб пропустил к Раджу, объяснять, кто он такой, Янг.
– Свой, значит, человек? – широко улыбнулся негр, ослепив Янга белизной зубов, и начал открывать ему калитку.
– Да, – улыбнулся и Янг, нельзя было не ответить на такую улыбку негра иначе. Взял на руки Тото, так как возле него присели две светловолосые девочки, начали совать собачке в рот размякшие шоколадки.
– Проходи и помни: брат моего друга – мой брат. Меня зовут Али… – негр пригнулся и тремя крупными пальцами осторожно отогнул Янгову руку, что прикрывала Тото сверху, потряс за ладонь, будто поздоровался. Это тоже развеселило Янга: чудак, видать, этот Али. И имя ему правильное дали родители. Интересно, какая сила в его ручищах? Что было бы, если бы Али поздоровался как следует?
Радж встретил брата озабоченно.
– Ты еще ни разу не видел представления?
– Нет.
– Возле перекидного мостика скамья – это как бы директорская ложа. Садись там и гляди. Это напротив трибун, все хорошо видно, на утреннем представлении солнце сбоку будет светить – тоже хорошо. А у меня пока что дела.
Янг отошел, чтобы не мешать ему. Сел на скамью, собачку посадил к себе на колени, чтоб не лезла куда не надо. Но Тото все время беспокойно поглядывал на воду, в бассейне проплывали туда-сюда, выныривали и шумно выдыхали воздух дельфины.
«Ай-ай, точно как люди, когда долго пробудут под водой и всплывают…» – не переставал удивляться Янг. Он уже не обращал внимания на Тото, который дергался в руках, скреб ногами, стремясь вырваться на свободу. Янг следил только за дельфинами, особенно за маленьким Боби. Малыш чаще, чем взрослые дельфины, поднимал из воды голову. Приветливо раскрыв рот, он оглядывал трибуны, которые начали заполняться людьми, либо подплывал ближе и смотрел на… Тото!
– Боби, Боби, малышок ты мой… – ласково шептал Янг, хотел, чтоб дельфин смотрел на него.
Боби точно послушался, подплыл к самому берегу, положил голову на край борта. «Скир-р-р, трин-н-н, трин-н», – смотрел в глаза Янга, будто о чем-то спрашивал. И будто поняв, что контакт не состоится, снова уставился на Тото, заулыбался во весь рот. То косматое и черное, что дергалось в Янговых руках, интересовало его больше – как ребенка интересует новая игрушка. Глаза дельфиненка, казалось, умоляли: отпусти, дай сюда это косматое создание поиграть с ним, позабавляться в воде.
Янг уперся коленями в бетонный борт, присел. Собачку подсунул под красно-желтые перила – обнюхивайтесь, знакомьтесь. Боби широко раскрыл рот, полный воды. Длинные ряды белых и острых зубов показались Тото очень страшными. Он завизжал, задрыгал лапами – испугался, что Янг сунет его в эти страшные зубы. И тогда Боби линул водой изо рта на собачку – точно из кружки! От такой неожиданности испугался не только Тото, но и Янг – отхватил собачку, отскочил сам.
– Ха-ха-ха! – раздался хохот на скамьях. С трибун давно уже следили за Янгом и собачкой.
Зрители, которые уселись на свои места раньше, нетерпеливо разглядывали бассейн и то, что в нем делается. «Вон один! А вон еще два!» – восхищенно вскрикивали то там, то тут, увидев дельфинов. Дети хлопали в ладоши от радости.
Вот уже трибуны заполнились окончательно. Где-то на вышке подал голос невидимый репродуктор, полилась чарующая музыка. Из-за дома вышел с тазиком нарезанной рыбы Гуго, поставил его возле нижнего помоста. Мужской голос по-английски, а потом по-французски и по-испански что-то рассказывал о дельфинах. Потом в репродукторе щелкнуло, и снова полилась тихая музыка. Под вышкой – настежь, резко – открылась дверь, появился человек, закутанный по самый нос в широченный черный плащ. Сделал несколько шагов к бассейну и снова величественно замер. Замедленным жестом, точно какой-нибудь факир, сбросил плащ с плеч. Не оглядываясь, швырнул его за спину, и в тот же миг сзади оказался Гуго, поймал плащ на лету и исчез с ним в дверях. Человек остался в черном и таком гладком, что он даже лоснился, гидрокостюме, без шлема. «Тот самый Судир, дрессировщик! Туману напускает, чтоб сильнее поразить публику…» – подумал Янг. Пока лилась музыка, дельфины тоже, видимо, готовились к представлению, потому что движения их становились все более и более спокойными.
Судир вдруг резко поднял руку, будто рванул удочку из воды, и один дельфин прыгнул высоко вверх, дернул зубами за веревочку колокола, который свисал со второго помоста вышки. Ухнул назад с таким шумом, что вода из бассейна выплеснулась на берег, откатилась, снова плеснула, а возле мостика глухо застучала о берег легкая, из пенопласта, лодочка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46