А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Еще что-нибудь? Не стесняйтесь.
– Это все, благодарю вас, – Садовник замялся, но все же сказал: – Вы очень похожи на своего отца, Лицо, манера говорить, даже волосы. Удивительное сходство.
– Вы первый, кто мне об этом говорит, – Влад Светлов улыбнулся.
– Людей, знавших вашего отца лично, практически не осталось в живых, – сказал друид. И, смутившись своей бестактности, пробормотал что-то про неотложную работу.
Светлов-младший поспешил откланяться.
У вертолета его ждал новый начальник экологического отдела «Неотеха» вместе с женой – очаровательной женщиной, по свежему лицу и фигуре которой невозможно было сказать, что ей недавно исполнилось сорок лет.
Супруга самого олигарха в это время была дома, играя с подаренным ей котенком. Со всеми прививками от десятка штаммов евразийской пандемии и сертификатом подлинности генной истории (не мутант и не клон) зверек стоил как целое звено таких вот вертолетов. Что наводило даже такого супербогатого человека, как Владимир Светлов, на философские мысли.
Сергей, чья помощь в переговорах с друидами так и не понадобилась, полез обратно в кабину. Ирина внимательно посмотрела на Влада и сказала:
– У тебя озабоченный вид. Что-то не так?
– Все в порядке, – рассеянно ответил Светлов. И неожиданно для себя добавил: – Я жалею, что забыл своего отца.
– Он был хорошим человеком, – сказала Ирина. Протянула руку к шевелюре Влада, ставшей абсолютно белой после Двери. В ее пальцах оказался молодой лист ясеня, запутавшийся в волосах. – А об остальном ты можешь догадаться, глядя в зеркало.
«Уважаемые пассажиры, –ласково пропел динамик, – наш лайнер вошел в территориальные воды Большого Токио. Высота над уровнем моря 14 метров. Температура воздуха за бортом…»
– Что он говорит? – спросил доктор Мураками,
Ксана, совмещавшая обязанности телохранителя, секретаря-переводчика и любовницы, не успела ему ответить. Вмешался Икари, сидевший напротив:
– Для купания, пожалуй, еще холодновато, Харуки. Вот что они сообщают, – Икари блеснул темными стеклами в сторону проходящей стюардессы. И без запинки перешел с японского на русский: – Дорогая, вы любите купаться? У меня есть на Хоккайдо замечательный бассейн.
Ксана фыркнула. А у Мураками сделалось такое каменное лицо, что это и ее настроило на серьезную волну. Она вспомнила, как Икари Сакамуро беседовал на испанском, немецком и чуть ли не на камбоджийском с пассажирами их А-лайнера. И она ни разу не заметила у него мнемософта.
«И эти его очки, – подумала она. – Это же не телеприставка. Он что, успел сделать пересадку?»
Икари посмотрела ее сторону, приспустив оправу на нос. Его коллоидные шрамы рассосались. Глаза, которые охотница запомнила выкаченными бельмами, имели нормальный вид. Во всем, кроме цвета. Глаза нового директора «Мисато индастриз» были желты, как мед.
Или, если угодно, как янтарь.
– Смотри, – сказал первый пилот А-лайнера. – Ты когда-нибудь такое видел?
Вопрос был глупый. Для его напарника-стажера это был первый рейс. По такому случаю он сбрил рыжую бороду и сменил синюю шапочку на форменную фуражку.
Отказаться от горнолыжных очков он так и не смог.
Но если бы это и был не первый его рейс, а, к примеру, двадцатый (как у первого пилота), то вопрос все равно оставался бы риторическим.
Увидеть, как за А-лайнером следует косяк из сотни мета-акул, – это большая редкость. Что там редкость – из разряда невозможного. Еще и через месяц после последнего Прорыва. Говорят, что и правда последнего. В смысле, больше не будет.
– А… а они не нападут?
– Не-а, – первый был спокоен. – Они теперь смирные. Да и мы слишком высоко идем. Энергия есть, можем еще набрать.
– Давай, может, прибавим пару метров?
– Чего ты трясешься? Мы в трех минутах от японской заградительной полосы, – в голосе первого звучала железная уверенность. – Расслабься.
Он был прав. Акулы не собирались нападать. Они приветствовали нового Хозяина Океана – Большую Двуногую Акулу.
Время от времени доктор Мураками, Крысолов Большого Токио, опускает руку в карман пиджака. И бережно прикасается к лежащему там пластиковому футляру. В содержимом футляра нет ничего особенного. Это оптический диск большой емкости. Такие были в ходу первое десятилетие века.
А вот на самом диске…
Харуки Мураками подобрал его в трейлере Оракула, руководствуясь, как он тогда думал, чистым наитием. Диск прошел с ним все передряги, и он совершенно забыл про него. Пока тот не выпалу него из порванного кармана в отеле.
Полдня заняли поиски старьевщика, у которого были куплены подходящий дисковод и переходники к современному базис-модулю. Доктор Мураками от скуки и любопытства решил просмотреть диск.
Он запустился автоматически.
На экране появилась эмблема – ярко-желтая бабочка, насаженная на крючок. Ее смыла надпись:
ОРАКУЛ ОХОТНИКА
ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕННЕЙ БАЗА ДАННЫХ
РЕЗЕРВНАЯ КОПИЯ ПРИСТУПИТЬ К УСТАНОВКЕ?
Y/N
Доктор Мураками подумал. И нажал «N». Пока.
1
Официант скользнул к столу с беззвучностью голограммы. Однако он, несомненно, был из плоти и крови. Ресторан «Хрустальное небо» слишком дорожил своей репутацией, чтобы позволить себе подобные фокусы. Только натуральная еда. Только живые официанты. И только живые посетители, ха-ха.
– Будьте любезны, двойной эспрессо, – сказал Антон. – И счет.
Официант наклонил на треть сантиметра подбородок – жест, исполненный глубокого внутреннего достоинства. И удалился.
– За обслугой здесь следят получше, чем на Архипелаге, – заметил Мертвец, провожавший его взглядом. – Это отрадно. Так прости, на чем тебя перебили?
– Я уже закончил, – сказал Антон, внимательно, даже напряженно разглядывая вилку и нож, лежавшие на столе. – Не прошло и часа, как нагрянули доблестные мушкетеры. То есть наши славные парни из Симбиотического Синклита. К тому моменту они окончательно разогнали тамплиеров и бунтующую дрянь по норам. И всерьез взялись за наведение порядка. Милые ребята, только не очень разговорчивые, Как я понял, большинство из них общается при помощи желез внешней секреции. На мой взгляд, это очень прогрессивно и экономит время.
– И освежает воздух, не забудь, – добавил Мертвец. – Значит, с остальными ты больше не виделся?
– А зачем? – задал Антон встречный вопрос. – Мавр сделал свое дело.
– А мавр не думал, что у него в голове все еще…
– Тш-ш! – Антон громко шикнул и прижал палец к губам. На него обернулись с соседних столиков. – У стен-могут быть уши.
Мертвец от души рассмеялся.
– Голова мавра – это его личное дело, – сказал Антон. – В ближайшее время он попытается извлечь оттуда все лишнее. А пока он извлекает из лишнего пользу. Но об этом в другой раз.
Нам уже несут кофе и счет.
Официант утвердил перед Антоном хрупкую чашечку на блюдце. Уронил слева от нее красивую распечатку, стилизованную под «от руки». Антон пробежал счет глазами, стремясь к итоговой сумме внизу.
– Ты позволишь мне оплатить половину? – серьезно спросил Мертвец.
– Ни в коем случае! – Антон замотал головой. – Могу себе представить, как платит по счетам Крысиный Король.
– Можно подумать, господин Янус платит иначе, – усмехнулся Мертвец.
– Господин Янус – это миф, – Антон положил руку на контактную панель. – А честный гражданин Антон Зверев никого не обманывает и всюду платит честно.
– Я не верю! – Мертвец вскинул руки в притворном ужасе. – Ты перевел деньги со своего счета! И это называется «призрак»? Вот так мы рвем с прошлым.
– Прошлого не существует, – сказал Антон. И повторил еще раз, запивая свои слова крепким кофе: – Прошлого не существует.
– Спасибо тебе за приятную компанию, – поблагодарил Мертвец и надел шляпу. – Я, пожалуй, пойду.
Он встал. И растворился в воздухе. Удивляться было некому – кроме Антона, его никто не видел.
Свой уход Антон обставил менее экстравагантно. Он вызвал аэротакси.
Хотя соблазн просто исчезнуть был все же велик.
Официант возник у осиротевшего стола. Тихо напевая под нос, он убирал с него посуду и приборы. Вскоре песенка прервалась.
Он обнаружил, что ложечка для помешивания сахара согнута в изящное кольцо. А нож и вилка перекручены так, что стали одним целым.
Официант долго рассматривал их, недоумевая, как это могло быть сделано. Он решил, что посетитель был теком с усиленными мышцами. И на том успокоился.
Его удивлению не было бы границ, если бы он узнал, что посетитель не коснулся изуродованных приборов. В привычном людям, физическом смысле.
– Добрый день, господин Мессинг, – сказало такси. – Укажите место назначения.
– Аэропорт. Международный терминал, –сказал Антон. – Можешь называть меня Вольф.
К новому имени надо привыкать заранее.
Мы передаем экстренное сообщение. В связи с усилившейся сейсмической активностью произошел ряд аварий на энергетических подстанциях. Подземный толчок мощностью в четыре балла по шкале Рихтера нарушил функционирование охладительной системы шестого энергоблока. Зарегистрированы опасные трещины в фундаменте реактора.
Объявлена Красная Ступень экологической тревоги. Жители прилегающих районов эвакуированы. Все спасательные и аварийные службы приведены в полную готовность.
В своем выступлении Чрезвычайный и Полномочный секретарь Владимир Светлов призвал жителей Города сохранять единство и спокойствие передлицом возможной катастрофы.

По требованию курирующей группы из текста изъята вся информация, касающаяся проекта «Тартар».
Лица, виновные в утечке, понесли наказание в соответствии с пунктом 6 «Подписки о неразглашении».
Допуск к актуальным данным только с уровнем «нулевой/специальный».
После ознакомления с новыми сведениями просьба пройти дополнительную мнемоанестезию.
Главный Куратор
8.11.2040

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74