А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- В теперешней ситуации!..
Алиция внезапно оживилась.
- Это его прикончит! - буркнула она с чувством глубокого
удовлетворения. - Сначала мы совершаем финансовые злоупотребления, а потом
убиваем друг друга. Хорошо руководит мастерской!
- Действительно, это был бы неплохой способ ликвидации предприятия, -
сказал Казик задумчиво, наконец-то перестав есть. - Не поручусь, что это
не он сам...
Это замечание получило немедленный отклик. В связи с сокращением
штатов персонал нашей мастерской должен был значительно уменьшиться, и
Витек испытывал страшные сложности с увольнением своих ближайших коллег и
приятелей. Каждое увольнение казалось вопиющей несправедливостью, и мысль,
что он сокращает число работающих с помощью отправки своих коллег на тот
свет, оказалась невероятно привлекательной.
- Хорошо, но почему Столярек? С сантехниками нет таких сложностей, он
скорей должен убивать архитекторов.
- Он начал с сантехников, чтобы отвести подозрения...
- Я предпочитаю увольнение, - решительно заявил Лешек. - У меня есть
кое-какие дела, и я охотно пожил бы еще немного.
- Какая свинья облила меня этой вонючей жидкостью? - с горьким укором
спросил Влодек, вытирая носовым платком остатки воды из вазочки для
цветов. Он сидел в углу между столами на стуле Алиции. Лицо у него до сих
пор было красивого бледно-зеленого цвета.
В общем, весь персонал мастерской сидел как на производственном
совещании, разве что на совещаниях у нас были другие выражения на лицах.
Теперь все приглядывались друг к другу с удивлением, недоверием и даже с
каким-то испугом, сидели почти в полном молчании, переговаривались редко и
неуверенно. В воздухе висел большой знак вопроса.
В соответствии с моими предшествующими фантазиями, произведшими такое
сильное впечатление, убийцей должен быть кто-то из нас. Какое-то время
назад я, правда, придумала также и преступника, но перед лицом
действительно происшедших событий этот образ сильно побледнел. В душе я
поздравила себя с тем, что разгадку этой, пусть придуманной, загадки я
сохранила в тайне, и на всякий случай присмотрелась ко всем
повнимательнее.
Витек стоял в дверях, опираясь о шкаф с чертежами, все с тем же
болезненным выражением лица и странно наклонив голову. Впрочем, последнее
объяснялось тем, что прямо над его головой был выдвинут один из ящиков.
Лешек сидел в центре комнаты на корзине для мусора, а Веслав в углу, на
кипе светокопий, и выглядел так, как будто с жадным интересом ожидал
дальнейшего хода представления. Влодек на стуле Алиции оперся головой о
стену и закрыл глаза. У него было такое выражение лица, будто это его
убили. Несомненно, преувеличенное выражение чувств имело целью показать
его неслыханные внутренние переживания, потому что он был истериком и
очень любил подобные демонстрации.
Стефан уже оставил свои интригующие стоны и только иногда хватался
руками за голову. Кайтек за столом Казика нервно перекладывал спички,
высыпанные из коробки. Дальше, на своем собственном месте, сидел его отец,
Каспер, который курил сигарету, опираясь локтями о стол, и молча смотрел в
окно. Внезапно я вспомнила, что в этой позе он сидит все время и что со
времени открытия убийства он не сказал ни единого слова.
Но больше всех удивил меня Рышард, который также сидел на своем месте
и, опершись о стену, самым обычным образом - спал!!! Правда, он не
высыпался, потому что работал по ночам, готовясь к какому-то конкурсу, и
от усталости засыпал в самое неожиданное время и при самых необычных
обстоятельствах, но заснуть теперь перед лицом преступления? Его сну не
мешали рыдания Веси и Иоанны, сидевших у маленького столика и упорно
продолжавших плакать. За ними, опершись о косяк, стоял главный бухгалтер,
лицо которого, в противоположность остальным, было на удивление красным.
Он что-то нервно бормотал, причем из звуков, которые он издавал, наиболее
отчетливым было щелканье зубов.
- Ему нехорошо, - неожиданно сказала Моника.
- А кому хорошо? - философски заметил Казик, сидевший рядом с ней.
- Послушайте, может быть, попросить, чтобы сварили кофе? - предложила
Алиция. - Где пани Глебова?
Мысль о кофе пробудила всеобщий энтузиазм, потому что, наконец, это
было что-то известное, чем можно было без опаски заняться, но прежде чем
мы успели что-либо сделать, в комнату вошла Ядвига, внося с собой жуткий
запах валериановых капель.
- Господи, почему от вас такой запах? - спросил с отвращением Анджей,
отворачиваясь от согнутого Стефана и глядя на столь мерзко пахнущую
Ядвигу.
- Ничего не поделаешь я очень нервная, - с достоинством ответила
Ядвига еще более низким голосом, чем обычно. - Пани Глебова уже варит
кофе, она тоже подумала, что все захотят выпить.
- Бесплатно? - с надеждой спросил Лешек.
- Что?! У вас что-то с головой? - с сочувствием спросила Ядвига. -
Нас могли всех передушить, но бесплатного кофе от пани Глебовой вы бы не
увидели.
- Послушайте, кто-нибудь уже позвонил в милицию? - спросил Збышек. -
Нужно их уведомить.
- Чертовски интересно, кто же все-таки это сделал, - проворчала
Алиция.
- А может быту это был кто-то чужой? - с надеждой сказал Анджей. -
Пани Иоанна, вы уверены, что никого чужого в мастерской не было?
- Могу присягнуть! - ответила Иоанна с неожиданной энергией, прерывая
рыдания.
- Может, она не заметила? - сбросила Анка неуверенно, потому что
скорее бы все мы поубивали друг друга, нежели наша Иоанна не заметила не
только человека, но даже проползающего клопа. Она сидела в этой своей
каморке и наблюдала за всем так, будто глаза у нее были со всех четырех
сторон.
- Могу присягнуть, - повторила она упрямо.
- Это ни к чему, - заявил Лешек с удовлетворением. - Убийца находится
среди нас.
После этих глупых слов наступило гробовое молчание, а все глаза снова
обратились ко мне. Я с отчаянием подумала, что они, видимо, все уверены в
моей вине. Для каких-то таинственных целей в припадке безумия я убила
Тадеуша и постаралась сделать из этого как можно большую сенсацию. Если не
будет разоблачен, настоящий убийца, то мне не останется ничего иного, как
только повеситься, потому что никто из них никогда в жизни не поверит, что
убийца - не я.
Одновременно меня очень уж удивил тот факт, что постоянно возникает
вопрос "кто?", но ни разу не был поставлен вопрос "почему?". И не только
это. Все какие-то странные... Как будто при всем возбуждении и волнении
все старались быть как можно осторожнее и следили, чтобы случайно
чего-нибудь не сказать. Чего? Смотрят на меня, ждут от меня объяснений, но
у всех такое выражение, как будто они знают гораздо больше, чем я... Как
будто знают не только то, что я его убила, но также и то, почему я это
сделала. А я, несчастная жертва собственного воображения, ничего не знаю!
Придуманное мной убийство неожиданно стало реальностью. Совершил его
один из тех, кто находится здесь, в мастерской. А эти, казалось бы, умные,
предприимчивые люди сбились, как стадо овец, и, вместо того чтобы
попытаться по горячим следам найти преступника, пялятся на меня!..
Не знаю, как долго еще таращили бы на меня глаза, если бы внезапно не
стукнула входная дверь и не послышались шаги. В продолжающейся ужасной
тишине все глаза обратились к двери, в которой через минуту появился
Марек, самый красивый тип в нашей мастерской. Когда-то он был у нас в
штате, но в последнее время работал всего полдня, и его участие в нашей
служебной жизни было несколько ограниченным.
- Что это, производственное совещание? - спросил он, останавливаясь
на пороге. - Прошу прощения, что позволил себе помешать...
- У нас труп, - сказал Лешек, бессмысленно глядя на него с мусорной
корзинки.
- Что у вас?
- Труп...
- В каком смысле? Простой в работе?
- Нет, в смысле - покойник.
- Правда? - спросил Марек с живым интересом. - А кто умер?
- Столярек. И не столько умер, сколько убит.
- Не понял, - сказал Марек после некоторого размышления, во время
которого все неизвестно почему уставились на него, как на радугу. - Не
могли бы вы мне как-то доступно все объяснить?
- Могли бы, - уверенно заявила Алиция. - Столярек задушен насмерть
неизвестным убийцей с помощью пояска от халата.
- Женского, - с удовлетворением подчеркнул Веслав.
- И никого чужого в мастерской не было, - добавил Анджей.
- Вы правду говорите?
- Нет, шутим! Это такой новый вид розыгрыша...
Марек уставился на нас, потом взглянул на Витека, лицо которого
убедительно свидетельствовало о правдивости информации, и снова уставился
на нас.
- Такого еще не бывало, - с чувством сказал он и добавил с глубоким
изумлением: - Но почему именно Столярек?
- А уж этого мы не знаем...
- Но вы совершенно уверены, что не произошло никакой ошибки с жертвой
убийства?
- Мы ни в чем не уверены, кроме того, что в конференц-зале лежит труп
Тадеуша.
- Как это лежит? - забеспокоился Марек. - Так когда произошло это
печальное событие?
- Недавно, то есть, наверное, около получаса тому назад. Сейчас
должна приехать милиция.
- У-у-у, тогда я ухожу. Вы меня извините... Вы тут убивайте друг
друга сами, а я вас покидаю.
- Останься, выпей кофе. Событие потрясающее, и нужно подкрепиться
перед следствием. Пани Глебова уже готовит.
- Благодарю за приглашение, но я не особенно люблю распивать кофе в
обществе покойников. Я уж лучше пойду, пока не явились наши дорогие власти
и не начали меня подозревать. Я не хотел бы быть замешанным в удушении
инженеров-сантехников.
Он изящно поклонился и без излишней спешки, но уверенно направился к
выходу. Одновременно вошла пани Глебова с подносом, заставленным чашками с
кофе, что создало в комнате легкую суматоху, потому что Лешек, сидевший в
центре как неподвижная скала, значительно затруднял передвижения. Мы с
Алицией вышли вслед за Мареком. Он был уже около стола Иоанны, когда дверь
отворилась и вошла народная власть в количестве трех особ, в том числе
двое были в мундирах, а один - в штатском...
Марек остановился, а потом с тяжелым вздохом вернулся. На его лице
было выражение кроткого смирения.
- Все пропало, - спокойно сказал он. - Судьба. Не будем бороться с
судьбой...

Симпатичный мужчина в штатском стоял в центре комнаты и задумчиво
смотрел на нас. Со времени своего прибытия он без всякого труда сумел
установить несколько фактов. Он узнал, что руководителем мастерской
является Витек, Збышек - главный инженер, а Иоанна - секретарь и отдел
кадров в одном лице. Он понял также, что мы все работали в этой комнате,
покойник Тадеуш - в соседней, в конференц-зале не работал никто. Он
установил особу, которая вызывала милицию, потому что Алиция сразу в этом
призналась. Он взял с Иоанны клятву, что никто чужой не входил и не
выходил из мастерской, после чего решил составить описание хода событий, и
тут все застопорилось.
Удивительным образом все внезапно лишились дара речи. Несколько
человек пытались что-то сказать, но уже после первых слов начинали
путаться, замолкали и смотрели на меня. Наконец наступила мертвая тишина.
Я прекрасно понимала, что происходит. Мое идиотское видение полностью
спутало все у них в голове, и никто уже не был уверен, что происходило на
самом деле, а что я перед тем придумала. При этом они колебались, нужно ли
впутывать меня, чтобы я рассказала все с самого начала, или нужно
ограничиться только реальными фактами, которые, в свою очередь, было
трудно отделить от вымысла. Сама я пришла к выводу, что для одного дня
натворила уже достаточно глупостей, поэтому тоже молчала. Представитель
власти не был ни слепым, ни недоразвитым. Он прекрасно заметил бросаемые
на меня неуверенные взгляды дорогих коллег и, вероятно, приобрел
счастливую уверенность, что дело уже у него в руках. Он тоже стоял и
молчал, а все остальные вглядывались в него с благоговейной
сосредоточенностью.
- Кто первый обнаружил труп? - неожиданно спросил он, поворачиваясь к
Витеку, который нервно вздрогнул.
- Понятия не имею, - с беспокойством сказал он и добавил, обращаясь
ко мне: - Ирена?..
- Януш, - хмуро ответила я, отчетливо понимая, что меня ничто уже не
спасет. Хочешь не хочешь, а в этой пьесе я должна играть главную роль.
Януш был прав, я - первая подозреваемая...
- Один из сотрудников, - добавила я недоброжелательно, так как
мужчина в штатском продолжал вопросительно смотреть на меня. - Он сидит в
другой комнате.
- Работает?!.. - крикнул Витек с радостной надеждой.
- Нет, держится за голову, - толково объяснил Веслав, который был уже
в нашей комнате и, видимо, решил на всякий случай придерживаться строгой
истины. Мужчина в штатском снова повернулся к Витеку.
- Прошу вас вернуть всех служащих на свои места. Я хотел бы увидеть
бюро в нормальном состоянии.
В нормальном состоянии редко кто сидел на своем месте, но раз он так
это себе воображал, мы не собирались выводить его из заблуждения. Итак, мы
направились к дверям, поддерживаемые надеждой, что, если, что-то
интересное произойдет в другом помещении, коллеги, несомненно, нас об этом
оповестят. Пока, принимая во внимание нахождение Януша, наш отдел был в
выигрыше. Мы послушно вошли к себе в комнату.
Никто из нас не вспомнил об одной мелочи. Не далее как вчера
одержимый хандрой Лешек нарисовал чудовищных размеров картину на большой
древесностружечной плите. Целый день он ничего не делал, только рисовал.
Мы уже знали это его настроение, и даже Витек, видя его занятие, махнул
рукой, потому что в таком состоянии души пользы от него все равно бы не
было.
На картине, нарисованной яркими красками, Лешек изобразил ужасную
морду с оскаленными зубами, к которой была прилеплена фигура,
представляющая, по всей видимости, женщину. В нижней части картины
находилось нечто напоминающее обезьяноподобного, коленопреклоненного
субъекта мужского пола с физиономией кретина, в голову которого эта
кошмарная женщина вбивала большой гвоздь. И как будто всего этого было
недостаточно, по опущенной руке женщины сбегало вниз, к
коленопреклоненному субъекту, целое стадо белых мышей. Это жуткое творение
стояло прислоненное к стене прямо напротив входа.
Мужчина в штатском вошел и внезапно остановился, потому что первое,
на что упал его взгляд, было именно это произведение искусства. Вопреки
нашим надеждам он не закричал и не стал спасаться бегством, только немного
побледнел и на какое-то время лишился дара речи. Наконец он глубоко
вздохнул, оторвал взгляд от ужасной картины, осмотрелся и заметил Януша.
Рядом с Янушем, передо мной, находилось пустое место отсутствующего
Витольда, который сидел на доске. Это звучит необычно, но тем не менее
является фактом. Он утверждает, что у него какой-то особый вид ревматизма,
который позволяет ему сгибать ноги только под одним определенным углом, а
любой другой угол сгибания провоцирует страшные боли в коленях. Обычные
стулья, стоящие на полу, были слишком низкими по отношению к чертежным
столам, наши вертящиеся кресла, соответственно, слишком высокими, все это
изменяло нужный ему угол, поэтому он положил на пол чертежную доску, на
нее поставил обычный стул и так сидел. Теперь у него был нужный угол,
нужная высота, и все было бы хорошо, если бы не то, что доска под столом,
совершенно невидимая, но тем не менее выступающая, представляла собой
нечто вроде низкой ступеньки, о которую каждый спотыкался.
С безумным интересом мы смотрели теперь сможет мужчина в штатском
избежать этой ловушки или нет. Освободившись от впечатления,
произведенного на него творением Лешека, он, не ожидая ничего худшего,
подошел к Янушу и остановился у его стола.
- Это вы обнаружили труп?
Януш, по-прежнему сидевший все в той же драматичной позе, поднял
голову и огляделся.
- У вас есть сигарета? - спросил он. По-видимому, содержание слов
представителя власти до него еще не дошло. Представитель власти тяжело
вздохнул, вынул сигареты, и они оба закурили.
- Вы о чем-то спросили? - внезапно очнулся Януш.
- Да. Я спросил, вы ли обнаружили тело?
- Тело? Тадеуша? Я, я, черт бы побрал все на свете!..
- Расскажите, пожалуйста, как все произошло.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27