А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Троглодит-философ, – усмехнулась Уиллоу и тоже скрестила на груди руки. – Вот ты решил, что хочешь меня. А вдруг это вовсе не то, что тебе полезно? Вдруг это самое вредное для тебя? – задумчиво спросила она.
– Что плохого может быть в том, что я люблю тебя?
– Я могу разбить тебе сердце.
– Можешь, но не станешь, – покачал головой Дункан. – Я тебя знаю, детка.
– Я могу умереть. Я чуть не умерла позавчера.
Быстро приблизившись к Уиллоу, он взял ее за плечи и прижал к себе.
– Верно, тогда мое сердце разбилось бы. Поэтому, надеюсь, в дальнейшем ты будешь вести себя осторожнее.
– Осторожнее? Но меня же столкнули с дороги.
Не отпуская ее плеч, Дункан отстранился и строго заглянул ей в глаза:
– Ты должна была рассказать кому-нибудь о том, что происходит. Рассказала бы мне, если не хотела говорить своему начальнику. Я бы приехал в Огасту и сам привез тебя сюда.
– Тогда нас обоих столкнули бы с дороги.
– Возможно, – согласился он. – Но мы были бы вместе.
Уиллоу ласково погладила его по щеке.
– Дунки, но это же как раз и доказывает, что я права. Если кого-то полюбишь, то не вынесешь, когда с этим человеком случится несчастье.
– Не «когда» случится, детка, а «если» случится. А никого не любить – все равно что жить только наполовину.
Вздохнув, Уиллоу забрала свою одежду и направилась в ванную. В дверях она остановилась, повернулась к Дункану и тихо сказала:
– Однажды, года два назад, мы разговаривали об этом с Рейчел. Она тогда изо всех сил старалась не влюбиться в Ки, а я убеждала ее, что это неправильно. А теперь ты хочешь доказать мне, что любить и потерять лучше, чем не любить вообще. Помнишь, ты написал мне на ладони, что можно убежать, но нельзя спрятаться? Ты ведь тогда не себя имел в виду? Ты имел в виду, что нельзя спрятаться от любви, да?
– Да.
– Но я ведь и не прячусь. Я хочу стать твоей любовницей.
– Ты пытаешься подменить любовь страстью, а это невозможно.
Уиллоу задумчиво наклонила голову:
– Тогда, может, не стоит и начинать?
– И не мечтай! – отрезал Дункан. – Ты сделала предложение, я его принял, и наш роман начнется ровно через две секунды после того, как мы бросим якорь у острова Тандер.
Уиллоу поняла, что сказано это совершенно серьезно, и у нее по спине пробежала странная дрожь – то ли от предвкушения, то ли от страха. Ничего не ответив, она зашла в ванную, закрыла за собой дверь и глубоко вздохнула. Впервые с момента знакомства с Дунканом Россом ей стало страшно оттого, что ее желание может наконец исполниться.
Стоя за штурвалом шхуны, Дункан внимательно вглядывался в бурное море, но все его мысли были заняты женщиной, которая стояла рядом и задумчиво потягивала из чашки горячий шоколад. Все два часа с тех пор, как они вышли из дома, Уиллоу была необычайно молчалива, и это начинало беспокоить его.
Дункан понимал, что чересчур торопит события, но ничего не мог с собой поделать. Он еще не оправился от ужаса, пережитого две ночи назад, и твердо знал, что сможет избавиться от него, только когда почувствует под собой ее горячее и живое тело.
Сегодня утром, когда Уиллоу спокойно напомнила, что могла погибнуть, он и сам на мгновение ощутил тот страх, который испытывала она. Но тем не менее он не боялся ее любить! И знал, что и Уиллоу тоже его любит, хоть и отрицает это с упрямством истинного юриста.
Ведь их отношения уже давно похожи на отношения любящих супругов, которые абсолютно доверяют друг другу и не нуждаются в словах, чтобы угадать мысли своего партнера. Вот и теперь Дункан отлично знал, о чем думает Уиллоу. Она наверняка уже начала жалеть о сделанном предложении – не потому, что больше не хочет его, а потому, что поняла, насколько сильно его хочет.
Он молча наблюдал за тем, как Уиллоу поставила пустую чашку и, неуверенно ступая по раскачивающейся палубе, прошла на нос шхуны. Микки, махая хвостом, побежал за ней следом.
Уже несколько часов назад штормовой фронт отодвинулся в океан, оставив после себя пронзительный северо-западный ветер, сильную зыбь и голубое, кристально чистое небо. Дункан решил не связываться с парусами, и шхуна легко рассекала волны под урчание мощного дизельного двигателя.
Солнце уже поднялось над горизонтом и начинало пригревать, когда они достигли спокойной воды с восточной, подветренной стороны острова Тандер. Даже грохот прибоя, разбивающегося о камни, был здесь глуше и не казался таким грозным. Дункан переключил двигатель на холостой ход, зафиксировал штурвал и тоже прошел на нос.
– Тебе здесь нравится? – спросил он, остановившись рядом с Уиллоу. – Бросим якорь? Она улыбнулась ему как-то непривычно робко:
– Сейчас здесь отлично. Но вечером придется перейти поближе к Лоцманским островам. По ночам здесь слишком сильный прибой.
– Можешь стать на штурвал, пока я займусь якорем? – спросил Дункан, вытаскивая тяжелый штырь, удерживающий якорную цепь.
– А что скажет Ахав, если узнает, что ты доверил мне его драгоценную шхуну? – засмеялась Уиллоу.
Обрадовавшись, что к ней вернулось хорошее настроение, Дункан улыбнулся:
– Скорее всего он сделает из меня отбивную. Если, конечно, кто-нибудь ему наябедничает. – И ты не станешь защищаться?
– Разумеется. Он же в два раза старше меня.
– Ты такой великодушный?
Дункан пожат плечами, не понимая, к чему она ведет.
– А разве ты не такая? Ведь ты же бросилась в бой сразу, как только узнала, что кто-то отравляет здесь воду, – он кивнул на остров, – и не успокоишься, пока виновный не окажется за решеткой.
– Мы очень похожи, Дункан.
– Да. Поэтому у нас все получится.
– Именно поэтому у нас может ничего не получиться.
Дункан обнял ее и поцеловал в нос.
– Ты только представь себе, какие у нас будут дети, – прошептал он. – Замечательные.
– Не замечательные, а ужасные, – засмеялась Уиллоу. Она тоже обняла Дункана и уткнулась носом ему в грудь. – У нас не будет ни минуты покоя.
– Ну и что? Зато не придется скучать. – На мгновение он еще крепче обнял ее, а потом, не давая шанса опять стать серьезной, подтолкнул к рулевой рубке. – Берись за штурвал, рулевой. Мне вовсе не хочется добираться до города вплавь и объяснять Ахаву, почему его драгоценная шхуна напоролась на скалы.
Палуба больше не качалась, и Уиллоу без труда добралась до штурвала. Микки посмотрел ей вслед, а потом, наклонив голову набок – точно так же, как это часто делала сама Уиллоу, – вопросительно взглянул на Дункана.
– Что ты на меня смотришь? – пожал плечами тот. – Иди за хозяйкой и постарайся внушить ей, чтобы не валяла дурака.
Коротко зевнув, волк потрусил по палубе вслед за Уиллоу.
– Малый вперед и лево руля! – прокричал Дункан, становясь у брашпиля.
Дождавшись, чтобы судно приняло нужное положение, он дернул рычаг, и якорь с громким всплеском упал в воду и потащил за собой цепь. Когда барабан перестал крутиться, Дункан махнул Уиллоу рукой и крикнул:
– Теперь дай задний ход и право руля!
Еще сотня футов якорной цепи ушла под воду, и шхуна резко дернулась, словно споткнувшись, когда якорь закрепился на грунте.
– Подай еще немного назад, – скомандовал Дункан, – а потом поверни штурвал влево и удостоверься, что якорь держит.
Убедившись, что судно не унесет ни к острову, ни в открытый океан, он подошел к рулевой рубке и улыбнулся, залюбовавшись на Уиллоу. Прикусив нижнюю губу и нахмурившись, она старательно выкручивала огромный штурвал, потом вернула его в нейтральное положение, зафиксировала и заглушила двигатель. После этого, подняв глаза на Дункана, Уиллоу удовлетворенно улыбнулась.
– Можешь называть меня «капитан Фостер», – гордо заявила Уиллоу и отдала ему честь. – А ты будешь моим старшим помощником.
– Я предпочитаю быть стюардом, – возразил Дункан, обнимая ее. Уиллоу обхватила его за шею и задрала голову.
– А что делает стюард? – поинтересовалась она, теребя ему волосы на затылке.
– Исполняет все пожелания капитана, – прошептал он в ответ.
– Все-все?
– Да.
– Даже… личные?
– Личные – особенно.
Дункан наклонился, чтобы поцеловать ее, и Уиллоу сразу же приподнялась на цыпочки и потянулась навстречу, приоткрыв губы. Он припал к ним и на несколько бесконечных секунд замер, впитывая в себя сладость шоколада, смешавшуюся с соленым морским воздухом и ее собственным нежным и свежим вкусом. Руки Уиллоу все крепче стискивали его шею, а язык, толкаясь, старался проникнуть в горячую глубину рта.
Застонав, Дункан схватил ее за бедра и поднял кверху, прижимая к себе. Изо всех сил обхватив ногами его талию, Уиллоу прервала поцелуй и зарылась лицом в его плечо.
– Я хочу тебя, Дункан, – прошептала она. – Сейчас.
Задрожав от желания, которое больше невозможно было сдерживать, он шагнул к трапу, ведущему к каютам, однако понял, что не сможет спуститься по крутым ступенькам с Уиллоу на руках.
– Иди вниз, – скомандовал он, опуская ее на палубу. – Я проверю якорь и сразу же приду.
Встав на цыпочки, Уиллоу еще раз быстро поцеловала его в губы.
– Где наша каюта? – спросила она, не сводя с него горящих глаз.
– Первая по левому борту. – Дункан открыл широкую дверь люка и помог Уиллоу встать на первую ступеньку.
– Дашь мне пять минут? – обернулась она к нему.
– Две, – ответил он сквозь стиснутые зубы. – И даже не пытайся надевать на себя эти нарядные кружевные штучки, детка. Я все равно их сразу же порву.
Он с удивлением отметил, что Уиллоу густо покраснела. Ничего не сказав, она начала быстро спускаться по трапу.
Глубоко вздохнув, Дункан поправил джинсы, вдруг ставшие тесными, посмотрел на остров и неожиданно рассмеялся. Горячая девочка! И хочет его не меньше, чем он – ее.
Он прошел на нос, проверил якорную цепь и внимательно оглядел горизонт. Наконец-то они остались совершенно одни. Дункан строго предупредил Джейсона, чтобы тот не смел появляться раньше полудня. Дункан решительно направился к трапу, но остановился, обнаружив, что Микки собирается спуститься впереди него. Взяв волка за шиворот, Дункан вернул его на палубу и встал на ступеньки, загораживая путь вниз. Микки уселся и, наклонив голову, вопросительно посмотрел на него.
– Останешься наверху и будешь нести вахту, – приказал Дункан и потрепал волка по голове. – Внизу мне твоя помощь не потребуется.
Закрыв за собой крышку люка, он быстро спустился вниз, подсчитав по дороге, что у них с Уиллоу в распоряжении имеется почти пять часов. Вполне достаточно, решил Дункан, чтобы завладеть сердцем девушки.
Глава 12
Неожиданно для себя самой Уиллоу вдруг обнаружила, что боится. Не стесняется. И даже не особенно нервничает. Просто боится раздеться, залезть под одеяло и предоставить себя в полное распоряжение Дункана.
Что-то изменилось в их отношениях, и произошло это в ночь аварии. В тот момент, когда он зашел в кабинет врача и остановился, молча глядя на нее. Именно тогда Уиллоу впервые почувствовала, что Дункан не добивается, не преследует, а… любит ее.
Конечно, он и до этого не делал из своего чувства секрета, но Уиллоу всегда старательно внушала себе, что это не любовь, а только желание. Желание гораздо безопаснее, чем любовь. Но за последние два дня между ними возникло какое-то новое напряжение. Словно Дункан, устав ждать, решил наконец-то доказать Уиллоу, что ему нужно не только ее тело, но вся она, и что на меньшее он не согласится.
Так в чем же дело? Что мешает ей сделать последний шаг? Что с ней не так?
Ее сестра сумела победить свой страх и бросилась в любовь с головой. Она обожает Ки и при этом кажется абсолютно счастливой. У нее чудесный муж, семья, о которой можно только мечтать, и она, похоже, ничуть не страшится будущего.
Правда, Рейчел всегда была храбрее Уиллоу. Спокойно, без лишнего шума и суеты она добивалась того, чего хотела, нисколько не беспокоясь о последствиях.
«Не то что я», – думала Уиллоу, разглядывая узкую койку, встроенную в борт шхуны. Чем больше она боится, тем больше шума поднимает, словно специально для того, чтобы никто не понял, какая она трусиха.
Но скрыть это от Дункана, конечно, не удастся. Очень скоро он поймет, что влюбился в перепуганную, глупую девчонку, которая может сколько угодно играть с огнем, но сама гореть не готова. Неужели, черт возьми, он не боится, что она и в самом деле разобьет его сердце?
– Незачем так рассматривать постель, – прошептал Дункан над самым ее ухом. – Клянусь, что клопов в ней нет.
Уиллоу вздрогнула и, прижавшись к нему спиной, почувствовала, как бьется его сердце.
– Я не хочу любить тебя, Дункан, – тихо проговорила она.
– И не надо, – сказал он, обнимая ее за плечи и медленно поворачивая к себе. – Я не собираюсь заставлять тебя, детка. Моей любви хватит на нас обоих.
– Это несправедливо.
– Ну, Уиллоу, жизнь вообще не особенно справедлива, – вздохнул Дункан, крепче обняв ее. – Поэтому она и интересна.
Он наклонился и поцеловал ее в губы, и Уиллоу ответила ему со всей страстью, копившейся восемнадцать долгих месяцев. Черт с ними, со всеми страхами и опасениями! Сейчас она не станет ни о чем думать и просто будет заниматься любовью с этим великолепным красивым мужчиной.
Не прерывая поцелуя, Уиллоу потянула Дункана за собой и начала расстегивать его рубашку, слегка отстранившись, чтобы он мог достать пуговицы на ее одежде.
Они нетерпеливо раздевали друг друга, останавливаясь лишь затем, чтобы восхититься каким-нибудь вновь открывшимся участком тела. Пока Дункан целовал ее обнаженные плечи и расстегивал джинсы, Уиллоу нетерпеливо сорвала с него рубашку и прильнула губами к груди, судорожно дергая пряжку его ремня.
Охватившая ее лихорадка достигла пика, время остановилось, а весь мир сосредоточился в этом удивительном мужском теле, таком живом, горячем и гладком под ее ладонями.
Дункан осторожно подталкивал ее назад, пока она наконец не откинулась на спину. Тогда одним движением он стащил с нее джинсы вместе с кружевными трусиками, затем так же быстро избавился от своих, лег рядом с Уиллоу и прижал ее к себе.
Его кожа была такой горячей, что Уиллоу показалось, будто ее охватил огонь.
– Да, – прошептала она, зарываясь лицом в его грудь.
– Да, – выдохнул Дункан и потянулся к ее губам. – Ты такая чудесная, детка… Такая живая…
Обхватив голову Дункана, Уиллоу впилась в его рот. На ощупь найдя ее руки, Дункан закинул их за голову, прижал к подушке и, отстранившись, посмотрел на нее так, что Уиллоу перестала дышать. Его тяжелый зеленый взгляд медленно, словно гладя, скользнул по лицу, по шее, остановился на тонком лифчике, скрывающем грудь. Палец, едва задев кожу, подцепил застежку, расстегнул ее и отбросил маленький кружевной лоскуток прочь.
Уиллоу почувствовала, что краснеет, когда Дункан осторожно коснулся уродливого синяка от ремня безопасности, который начинался на левом плече, пересекал грудь и заканчивался у самой талии.
– Хорошо, что ты купила новую машину, – прошептал он, наклоняясь и целуя синяк. – Она спасла тебе жизнь.
Уиллоу казалось, что эта медлительная нежность убивает ее. Она нетерпеливо заворочалась, пододвигаясь так, чтобы ее грудь оказалась под его губами, и тихо застонала, когда набухший сосок скользнул ему в рот. Но Дункан по-прежнему не отпускал ее руки, а нетерпение все нарастало, и она едва не закричала, когда губами он захватил другой сосок. Закинув ногу ему на бедро, Уиллоу попыталась прижать его к себе и даже скрипнула зубами от досады, когда ей это не удалось. Дункан засмеялся.
– У нас куча времени. – Он поцеловал ее в шею и заглянул в глаза. – Я и забыл, какая ты нетерпеливая.
– Прошло целых полтора года, Дункан! Я умру, если сейчас же не почувствую тебя внутри, – взмолилась Уиллоу и, закинув ему на бедра уже обе ноги, изо всех сил потянула его к себе.
Дункан перестал смеяться.
– Если ты не собираешься заводить детей прямо сейчас, тебе придется подождать еще минутку, детка, – пре дупредил он, залезая свободной рукой под подушку.
Уиллоу сразу же разжала ноги и дала ему возможность разорвать маленький блестящий пакетик – один из трех, как она успела заметить. При этом Дункану пришлось освободить ее руки, чем Уиллоу немедленно воспользовалась. Она тут же принялась жадно гладить и терзать его великолепное тело, широкую грудь, мускулистые плечи – и скоро почувствовала, как и он задрожал от нетерпения.
Уиллоу широко улыбнулась:
– Неужели ты захватил всего три штуки?
Не отвечая, Дункан надел презерватив и только после этого посмотрел на нее.
– А я-то думала, ты предусмотрительный человек, – продолжала Уиллоу, не обращая внимания на опасный блеск его глаз. – Хорошо, что моя сестра знает меня лучше, чем ты, и положила мне в чемодан два десятка.
Так же молча Дункан опять поймал руки Уиллоу, закинул их на подушку и, немного приподнявшись, медленно опустился между ее бедер. Коротко вдохнув, Уиллоу замолчала, почувствовав, как горячий кончик его члена уперся в нее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28