А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Повозки, телеги, люди, лошади полетели в светлые воды Эра. Еще
несколько минут до ушей Мака доносились всплески воды, людские
вопли и рев перепуганных животных, затем все стихло. В
наступившей тишине стал слышен топот лошадиных копыт и стук
колес - это приближался королевский экипаж.
Мак бросился к карете.
- Ваши величества! - задыхаясь, прокричал он.- Еще не
поздно!
- О чем он говорит? - удивленно спросила королева.- Мост
рухнул. Мы пропали.
- У меня есть один план.
- Какой план? Прошу вас, говорите!
- Вашим величествам нужно выйти из кареты. Мы наймем
лошадей и поскачем сначала обратно по дороге, ведущей в Париж.
Это собьет погоню со следа. Затем мы свернем на другую дорогу
и доберемся до бельгийской границы.
Людовик повернулся к королеве:
- Что вы скажете, мадам?
- Мне эта затея кажется слишком рискованной,- призналась
королева.

Король долго размышлял, а королева считала этот план не
слишком удачным, но в конце концов их величества согласились -
больше им ничего не оставалось делать. Мак помог им выйти из
кареты. Они стояли возле своего просторного экипажа, и вид у
них был отнюдь не королевский. Еще бы, ведь царственная чета,
выезжавшая на верховые прогулки в сопровождении пышной свиты,
не привыкла ходить по мокрым от утренней росы лугам. Мак
поспешил на почтовую станцию, чтобы нанять лошадей. Он все еще
надеялся избежать ареста. В конце концов, никто не знал, что
король и королева находятся здесь. Никто, кроме Друэ, которого
Мак оставил лежать без сознания возле старой, заброшенной
дороги в Сен-Менехольде.
Король нерешительно подошел к лошади, которую достал для
него Мак, и вскочил в седло. Королева последовала примеру
своего царственного супруга и тоже села на свою лошадь.
Наконец все было готово.
Но не успели всадники тронуться с места, как впереди на
дороге показалось облако пыли, и вскоре Мак, приподнявшись на
стременах, смог различить всадников, скачущих к берегу реки.
Их было несколько сотен, и все были вооружены. Во главе этой
маленькой армии скакал Друэ.
Заметив королевскую карету, Друэ громко крикнул:
- Вот они! Король и королева здесь! Арестуйте их! Их
нужно немедленно отправить обратно в Париж!
Несколько солдат окружило Людовика и Марию-Антуанетту.
Друэ подъехал к Маку.
- Вот мы и встретились,- сказал почтмейстер.- Вы
сослужили мне плохую службу, гражданин. Но уж теперь-то я
рассчитаюсь с вами.
И, махнув рукой солдатам Национальной Гвардии, он
приказал:
- Этот человек участвовал в контрреволюционном заговоре.
Возьмите его!
Изумленный Мак смог только пробормотать:
- Скажите, как вы сумели приехать сюда так быстро?
- Уж никак не с _вашей_ помощью,- ответил Друэ.- К
счастью, вот этот господин проезжал мимо и оказал мне помощь.
Один из всадников отделился от отряда и подъехал ближе.
Мак узнал его. Это был Фауст.
- Опять вы! - простонал Мак.
Фауст самодовольно усмехнулся.
- Мне не стоило почти никакого труда вырваться из рук
солдат, схвативших меня. Я погнался за вами и увидел на дороге
этого несчастного. Я помог ему и тем самым расстроил ваши
планы.
Тут объявился Мефистофель.
- Отпустите этого человека,- обратился он к Друэ.
Смертельно напуганный появлением демона, почтмейстер все
же нашел в себе силы ответить:
- Мы обязаны задержать его, чтобы предать трибуналу.
- Мне очень жаль,- сказал Мефистофель,- но в этом деле
заинтересованы сверхъестественные силы. Они занимают более
высокое положение, чем любая земная власть. Объявляю, что
Великий Спор меж силами Света и Тьмы завершен.
С этими словами он величественным жестом возложил свою
руку на плечо Мака, и в тот же миг оба исчезли. А через
несколько секунд исчезла и Маргарита, стоявшая рядом.


* ЧАСТЬ VIII. СУД *
1
После того, как Мефистофель унес его из Варенн, Мак
погрузился в какое-то странное оцепенение, похожее на
фантастический сон. События переплетались, накладывались одно
на другое, и он не мог припомнить никаких подробностей. В
памяти были провалы. Затем он, казалось, погрузился в глубокий
сон без сновидений, чтобы наконец проснуться в скромно
обставленной комнате, на диване, обитом зеленым атласом. Мак
глянул в окно: все вокруг заволокло мутно-серым туманом, и
невозможно было угадать, где он находится. Однако, окинув
взглядом комнату, Мак узнал кабинет Мефистофеля в Лимбе и
тотчас вспомнил, когда он в последний раз был здесь. Как раз
перед отправкой во Флоренцию! Ну, конечно, вот и обитый
зеленым атласом диван, на котором сидел Мефистофель!
Он встал с дивана и огляделся. Проход в виде арки вел в
соседнее помещение; заглянув туда, Мак узнал комнату, где он
спрятал свое сокровище - картину Боттичелли, спасенную от
огня.
Услышав за своей спиной скрип открываемой двери, он
вздрогнул и обернулся, готовый к любым неожиданностям. Вошла
Илит в длинном, облегающем фигуру платье. Юбка цвета беж
закрывала ее стройные ноги до середины икр. Густые черные
волосы, собранные в высокую прическу, украшал резной гребень,
искусно подделанный под черепаховый панцирь. Лицо Илит было
бледным и задумчивым, как всегда, и лишь небольшие красноватые
пятна на скулах выдавали ее волнение.
- Вот и все,- сказала Илит.- Закончился последний эпизод,
в котором вы должны были сделать свой выбор.
- Мефистофель говорил мне то же самое! Что происходит
сейчас, хотел бы я знать?
- Скоро начнется суд. Я как раз собираюсь на его
заседание. Я заглянула сюда на минутку, чтобы узнать, как вы
себя чувствуете.
- Это большая любезность с вашей стороны. Меня, кажется,
не приглашали на заседание?
- К сожалению, я ничего не знаю об этом,- ответила Илит.
- Как это на них похоже,- посетовал Мак.- Мефистофель был
сама любезность и так сладко улыбался мне, когда я был ему
нужен, а когда все кончилось, он даже не зашел проведать меня.
Я уж не говорю о том, что меня обошли приглашением на
торжество...
- Смертных редко приглашают на подобные мероприятия,-
сказала Илит.- Но я понимаю ваши чувства.
- А когда я получу обещанную мне награду? - угрюмо
спросил Мак.
- Я не знаю,- покачала головой Илит.- Возможно, вам
придется подождать. Вы ведь находитесь в Лимбе; здесь все люди
чего-то ждут...
Илит по-особому сложила руки и тут же исчезла. Некоторое
время Мак шагал взад-вперед по кабинету. Заметив несколько
тонких книжек на журнальном столике, он придвинул кресло и
раскрыл одну из этих книжек. Это оказалась брошюра _"Дорога в
Ад: как ее найти"_, издательство "Сатаник Пресс". Мак
перевернул страницу и начал читать.
"Вы хотите попасть в Ад? Некоторых из вас озадачит такой
вопрос. Не удивляйтесь! Многие люди хотят этого. Ведь Ад - это
такое место, где огромное значение придается инстинктивным
потребностям. Не верьте россказням о том, что в Аду вам
никогда не удастся удовлетворить свои потребности.
Удовлетворить желания можно всегда; однако аппетит, как
известно, приходит во время еды, и то, что манило вас еще
вчера, привлекая своей недоступностью, перестает интересовать
вас сразу после того, как вы наконец станете обладать
вожделенным предметом. Но разве не то же самое происходит с
вами в подлунном мире? Допустим..."
Мак не успел дочитать фразу до конца: раздался громовой
удар, сверкнуло пламя и клубами повалил черный дым. Когда дым
немного рассеялся, Мак увидел, что перед ним стоит сам Иоганн
Фауст. Ученый доктор выглядел прекрасно; на нем была новая
профессорская мантия с горностаевым воротником.
- Эй! Подождите! - воскликнул Мак, обрадованный тем, что
видит знакомое лицо - пусть это даже хмурое лицо его
соперника, Фауста.
- Послушайте, я очень спешу,- произнес Фауст недовольным
тоном.- Вы случайно не видели высокого, худого человека со
светло-карими глазами, длинными темными волосами, очень
похожего на колдуна?
- Нет,- покачал головою Мак,- я никого не видел. Я здесь
совсем один. Только Илит, дух, служащий Светлым силам,
заглянула на минутку.
- Илит меня не интересует. Мне нужен граф Сен-Жермен. Он
сказал, что встретится со мной здесь. Надеюсь, он не опоздает.
- А кто он такой?
Фауст поглядел на своего собеседника с видом
превосходства.
- Граф Сен-Жермен - один из величайших магов. Он жил в
более поздний век, чем ваш.
- Но ведь _мой_ век - это и _ваш_ век тоже! - удивился
Мак.- Разве мы с вами живем в разные времена? И как вам
удалось узнать об этом графе Сен-Жермене - он ведь из
будущего?
- Видите ли,- начал Фауст менторским тоном,- я сам -
великий маг, величайший из всех, когда-либо живших на земле,
и, следовательно, я знаю всех своих знаменитых коллег,
работающих в данной области - и из далекого прошлого, и из
будущего. Мы, маги, поддерживаем друг с другом тесную связь -
как со своими современниками, так и с теми, кто давно умер, и
даже с теми, кто еще не родился.
- А зачем вы вызвали сюда этого самого графа и что вам от
него нужно? - спросил Мак.
- Я думаю, вам пока лучше об этом не знать,- ответил
Фауст.- Пусть это будет для вас небольшим сюрпризом.
- Сюрприз? Но ведь Война меж Добром и Злом кончилась...
- Мой дорогой, борьба меж силами Добра и Зла
продолжается. Закончен лишь один из раундов игры. Откровенно
говоря, мне будет любопытно посмотреть, как Ананке будет
судить ваши неуклюжие попытки повлиять на ход мировой истории.
Но хотя Тысячелетней Войне был объявлен конец, последнее слово
еще не сказано. Оно осталось за самим Иоганном Фаустом,
великим магом, доктором разных наук.
- За Фаустом? То есть за вами?
- Черт побери! А за кем же еще? Ведь Фауст - это я!
- Да, в некотором роде. Ведь я до какой-то степени тоже
Фауст.
Несколько мгновений Фауст молча смотрел на Мака с таким
видом, словно рассматривал какое-то забавное, доселе ему
неизвестное насекомое, затем откинул голову назад и
презрительно расхохотался:
- Вы? Фауст? Да кто вы такой? Дорогой мой, вы очень
далеки от фаустовского образа, каким ему суждено войти в
историю. Вы жалкое создание, не обладающее знаменитой
фаустовской твердостью духа. Вы глядите в рот своим господам,
подобно дворовому псу, и пытаетесь корчить из себя знающего
человека перед своими приятелями, такими же невеждами, как и
вы. Вы вульгарный, необразованный тип. Вы не имеете никакого
понятия об истории, философии, политике, химии, оптике,
алхимии, этике и о венце человеческой мудрости - магии.- Фауст
усмехнулся.- Как малое дитя, пытаясь подражать взрослым,
надевает отцовские башмаки, так и вы лишь примеряли на себя
костюм Фауста. Но дитя, сделав шаг-другой в огромных башмаках,
спотыкается и падает. Так же и вы, Мак, совершили множество
глупостей, взявшись не за свое дело. Но теперь, к счастью,
вашей клоунаде на исторической сцене пришел конец. Роль Фауста
- не для вас. Вы не ровня великим мира сего. Вы - ничем не
примечательная личность, один из многих тысяч простых
смертных, которые влачат свое жалкое земное существование. Вы
посмешили публику - и довольно! Теперь вы канете в Лету. Мы не
намерены дольше терпеть ваше присутствие.
Мак не был уверен в том, что такое "Лета", но колкость
фаустовской брани и сам тон фаустовского монолога больно
задели его.
- Ах, вот как! - воскликнул он, весь кипя от гнева. Но он
говорил в пустоту, ибо Фауста в комнате уже не было - великий
маг бесшумно растаял в воздухе.
Мак снова начал мерить шагами кабинет Мефистофеля.
Постепенно гнев его остыл, уступив место чувству жалости к
самому себе. Одиночество томило его, и, чтобы хоть как-то
скоротать время, он начал размышлять вслух.
- Как будто я не хотел бы обладать всеми этими знаниями и
магическим искусством! - пробормотал он себе под нос.- Но я не
обладаю сверхъестественными возможностями, и тем не менее
стараюсь сделать то, что могу. В конце концов, это нечестно -
ставить меня на одну доску с великими людьми, не говоря уже о
могущественных духах, которые путешествуют во времени и
пространстве так же свободно, как рыба плавает в воде. Им-то
ничего не стоит в единый миг перенестись за тысячи миль и за
сотни лет назад или вперед, в то время как я, простой
смертный, должен преодолевать все расстояния шаг за шагом, а о
путешествиях во времени могу только мечтать. И никто даже не
посочувствует, никто не оценит, каких трудов мне это стоит!
- Кто это здесь жалуется и хнычет? - вдруг раздался
низкий насмешливый голос. Мак вздрогнул и оглянулся. Он-то
думал, что остался совсем один.
Позади него стоял Одиссей - высокий, атлетически
сложенный, - такой, каким и подобает быть древнему герою.
Ослепительно-белая туника была застегнута на плече красивой
пряжкой, а наброшенный поверх нее плащ ниспадал красивыми
складками, которые так любили изображать античные скульпторы.
Весь облик Одиссея был исполнен благородства, а поза была
простой, но в то же время не лишенной достоинства. Любой
обыкновенный человек выглядел бы рядом с ним сущим
ничтожеством. Маку, предававшемуся самоуничижению, показалось,
что он, с его вздернутым носом, рыжеватыми веснушками и
волосами цвета соломы, ничуть не красивее обезьяны. Одиссей,
темноволосый, синеглазый, был почти на целую голову выше Мака;
под его гладкой, бронзовой от загара кожей перекатывались
упругие мышцы.
- Здравствуйте, Одиссей,- сказал Мак.- Какими судьбами вы
здесь оказались?
- Я шел в зал заседаний на суд Ананке и по пути заглянул
сюда. Возможно, я и сам выступлю на общем собрании. А вы, Мак?
Вы придете на суд?
- Я жду, когда Мефистофель соизволит явиться сюда и
отдать мне обещанную награду.
Одиссей пожал плечами:
- Вы полагаете, что это мудрый поступок - принять
награду? Лично я не возьму ни обола от этих современных духов
Тьмы. Принимая дары демонов, вы попадаете в зависимость от
них. А им только того и надо!.. Впрочем, каждому свое.
Прощайте, Мак!
Одиссей достал из кожаной сумки пакет с ингредиентами для
Заклинания Перемещения и, вскрыв его, растаял в воздухе.
- Эти древние греки больно много о себе воображают,-
пробормотал Мак, оставшись один.- Они завели у себя целый сонм
божеств на все случаи жизни, и боги всячески помогали им, не
брезгуя самой тяжелой работой. Вот почему эти античные герои
совершили столько подвигов! А попробовали бы они справиться со
всем этим в одиночку, как современные люди! Лично мне пришлось
полагаться только на свой собственный интеллект, чтобы пройти
сквозь все уготованные мне испытания в незнакомых мне мирах, и
на собственные, отнюдь не сверхъестественные, силы, когда мне
приходилось совершать далекие и утомительные путешествия. Конь
о четырех ногах, и тот спотыкается, а у меня их только две!..
По правде говоря, мне на долю выпали такие пути-дороги,
которых ни одному смертному не одолеть.
- Вы так думаете? - пропищал тоненький голосок за спиной
у Мака.
Мак подумал, что во вселенной, должно быть, существует
какой-то закон, в силу которого все, кто путешествует с
помощью магии, должны непременно материализоваться за его
спиной. Обернувшись, он увидел гнома Рогни, вылезающего из
дыры в полу, которую он проделал своей киркой.
- Конечно, я так думаю,- сказал Мак гному.- Куда ни глянь
- все вокруг прибегают к помощи магии. Им достаточно
произнести заклинание и щелкнуть пальцами - и вот они во
мгновение ока перенеслись на край света, а может быть, и в
иной мир. Для них не существует ни времени, ни расстояний. А
я, обычный человек, не посвященный в эти "великие" тайны,
должен совершать пешие путешествия, отнимающие так много сил и
времени, даже не зная толком, куда я иду, и что ждет меня в
конце пути.
- Да, действительно, нелегка ваша жизнь,- саркастично
заметил Рогни.- Ну, а я, по-вашему, чем занимаюсь?
Развлекаюсь? Пирую и веселюсь?
- Вы? Я как-то об этом никогда не думал... Ну, и как же
_вы_ путешествуете?
- Мы, гномы, живем по-старинке,- ответил Рогни,- и не
признаем всяких новомодных людских выдумок. Мы ходим _только_
пешком. Но это вовсе не значит, что мы совершаем
увеселительные прогулки. Сначала мы прокладываем подземный
тоннель, и только потом уже идем по нему, куда нужно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48