А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

».
Но Эву сковало гипнотическое оцепенение. Моя дорогая! — с восторгом повторила она про себя.
В следующий миг его рот прижался к ее губам, и она замерла, когда он попытался раздвинуть их языком. Это ей никогда не нравилось. Раньше не
Нравилось… Эва задрожала, ее сердце бешено забилось, она поняла, что не желает противиться этому упоительному удовольствию. Все плыло у Эвы перед глазами. Не веря собственным ощущениям, ошеломленная, она попыталась что-то сказать, но он не отпускал ее губы до тех пор, пока у нее не перехватило дыхание.
Ее влекло от одного опьяняющего поцелуя к другому, как наркомана, дорвавшегося до дурманящего зелья.
Его пальцы уверенно опустились на ее высокую грудь, и Эву пронзило такое острое блаженство, что все мысли мгновенно улетучились из головы и она потеряла способность рассуждать, упиваясь его прикосновениями.
Он скользнул губами по ее вытянувшейся шейке, покрыл обжигающими поцелуями ключицы, задержал, губы на пульсирующих жилках и еще точках, о существовании которых она до настоящего момента и не подозревала, наполнив ее тело трепетным томительным ожиданием.
— Посмотри на меня! — велел он.
Ее ресницы моментально взлетели вверх, и она уже не могла отвести взгляда от серебристого мерцания его глаз.
— Зак, — пробормотала она потрясенно, и ее дрожащие пальцы пробежали по его густым темным волосам, коснулись лба с невольной лаской, которая заставила его на миг замереть. На его чувственных губах мелькнула улыбка. Словно дразня, он провел кончиком языка по ложбинке между грудями. Эва вздрогнула. — Зак, — повторила она уже без тени сомнения.
Он решительно снял с нее ночную рубашку, Уверенным движением медленно скользнул ладонями по ее ставшей необыкновенно чувствительной коже и жадно прильнул губами к нежной груди. Ее тело дернулось, словно его опалило жаром, и Эву охватило внезапное, сокрушительное, незнакомое, заставившее затрепетать все нервы страстно желание. Последние остатки самообладания покинули ее.
Эва услышала стон и не узнала собственного голоса. Ее пальцы крепко вцепились в его гладкие плечи. Она запрокинула голову. Неведанное ранее наслаждение непрекращающимися волнами заливало тело. Она томно выгнулась.
Он произнес что-то по-гречески, и последней сознательной мыслью, которую Эва впоследствии могла вспомнить, была та, что греческий, безусловно, язык любви, особенно если на нем говорят таким глубоким музыкальным голосом. Потом его рука легла на ее бедро, и свет за ее зажмуренными веками взорвался и рассыпался разноцветным искрящимся дождем, когда он коснулся сокровенных частей ее тела…
Она слабо вскрикнула, ловя ртом воздух, и содрогнулась. Огонь поднимался все выше, переполняя ее страстью столь сильной, что Эве даже стало больно. Она легко и быстро целовала его, ощущая вкус его кожи, пока ее собственное тело жадно отдавалось его самым смелым ласкам.
— Сейчас, — выдохнул Зак.
Он только на секунду оторвался от нее, но Эва неосознанно притянула его к себе в пылком порыве и прижалась губами к его губам, чтобы удержать его в объятиях. Он обнял ее с исступленным восторгом. Их тела слились. На краткий миг он поднял голову и жадно взглянул на нее.
— Если это сон, то я не хочу просыпаться!
— Зак, — прошептала она. И острая боль пронзила ее в наивысший миг мучительного ожидания. Она чуть не задохнулась, ее глаза потрясенно распахнулись и встретили его ответный удивленно-недоуменный взгляд.
— Дорогая моя, — изумленно пробормотал он, но складка, возникшая между угольно-черными бровями, мгновенно разгладилась, а светлые глаза засияли еще ярче. Ошеломляющее, захватывающее дух ощущение снова погрузило ее в исступленное забытье, где имел значение только властно звучавший зов тела.
С каждой секундой огонь, пылавший внутри, становился все нестерпимее, сердце бешено билось; она сжимала зубы и впивалась пальцами в его влажную спину. Безумное наслаждение заставляло ее жаждать его все сильнее. Пока мир вокруг нее точно разлетелся на миллион сверкающих осколков, и она осталась лежать, дрожа и медленно приходя в себя после пережитого только что сокрушительного накала страсти.
— Нам будет лучше в моей кровати. — Зак поднял ее на руки, и Эва точно поплыла по воздуху куда-то. Потом вдруг повеяло холодом, и она ощутила спиной прохладную простыню, а рядом — горячее тело мужчины.
Он обнял ее и глубоко, расслабленно вздохнул.
Нет, это похоже не на волны, набегающие на морской берег, сонно решила Эва, а скорее на золотое сияющее солнце, вокруг которого она кружится. Но так трудно собраться с мыслями… гораздо легче просто взять и отдаться чувствам.
— Мы проведем выходные на яхте… а в понедельник я должен быть в Венеции… Тебе понравится Венеция, дорогая? Как ты думаешь? — донеслось до нее сквозь пелену дремы.
Как она думает? Эва сделала усилие и постаралась сосредоточиться. И неожиданно подумала, что похоже, будто Зак только что завершил нелегкую и весьма прибыльную сделку, которая стоила некоему недотепе состояния, а ему принесла очередную кучу ненужных денег-таким он казался довольным собой. Чрезвычайно и откровенно довольным собой. На этой мысли мозг Эвы отключился, а тело инстинктивно придвинулось ближе к Заку, и она умиротворенно устроилась поуютнее в его теплых убаюкивающих объятиях…
Еще во сне Эва почувствовала сильное благоухание. Она медленно разлепила тяжелые веки и смутно различила огромную корзину цветов. Рядом стояла еще одна, а чуть подальше — еще… Эва окончательно пробудилась, рывком села в чужой кровати и обвела изумленным взглядом незнакомую комнату, заставленную цветочными корзинами.
Ее внимание привлек мужской шелковый галстук, ярким пятном выделявшийся на толстом бежевом ковре, и сердце ее пропустило один удар, как бывает, когда неожиданно трогается скоростной лифт.
Эва так стремительно соскочила с кровати, что едва не растянулась на ковре. Память мгновенно перенесла ее в недавнее прошлое, и, наконец, к ней вернулось чувство реальности.
Она побледнела как полотно и внезапно отчетливо поняла, что значит находиться полностью в здравом уме.
У окна стоял чемодан, в котором Эва узнала свой собственный. С болезненным стоном она недоверчиво уставилась на него. Как ему удалось забрать ее вещи из квартиры? О господи, что она наделала!
Эва поспешно открыла чемодан. К внутренней стороне крышки клейкой лентой был прикреплен большой лист бумаги, на котором наискосок неровным размашистым почерком Абигайль было написано: «Что за дикий бред, Эва?!»
Она выхватила из чемодана одежду, бросилась в ванную и внимательно вгляделась в свое отражение в зеркале-распухшие губы, круги под глазами, спутанные волосы.
Шлюха, распутница! — наградила она себя безжалостными прозвищами, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы стыда и ярости. Как она могла так вести себя с Заком Сфаэлосом? Ей захотелось забиться в глубокую черную нору, нет, лучше затолкать туда Зака и залить тоннами цемента, чтобы он никогда не сумел оттуда выбраться и ей не пришлось бы больше встречаться с ним взглядом!
Какое счастье, что он уже ушел! О господи, работа! Уже десятый час. Она скажет, что опоздала на автобус-никто не увидит в этом ничего странного, никто никогда не догадается… Но если бы она могла, то больше не переступила бы порога «Сфаэлос индастриз». Однако если она вот так внезапно исчезнет, не доработав последние десять дней до официальной даты увольнения, то пойдут разговоры — лучше стиснуть зубы и вести себя как ни в чем не бывало. В любом случае месячная зарплата ей отчаянно нужна, потому что на счету в банке почти пусто.
Едва глядя в зеркало, утратив обычную ловкость, Эва кое-как закрутила волосы в тугой узел на затылке. Затем тихо вышла из спальни, еле удерживая тяжелый чемодан, который немилосердно оттягивал руку. С трудом она дотащила его до лестницы, ведущей в холл. С каждой минутой все больше давала знать о себе болезненность во всем теле, и с каждым шагом росла ее злость.
— Доброе утро, дорогая.
У нее перехватило дыхание. Она медленно вскинула испуганные глаза и увидела поразительно красивого высокого мужчину, стоявшего на верхних ступенях лестницы.
— Я шел узнать, не хочешь ли ты позавтракать со мной., . Думаю, чемодан нам не понадобится, — мягко уверил ее Зак. Его внимательные глаза всмотрелись в ее пылающее от досады и бессильной ярости лицо, и в них промелькнула догадка.
— Не делай этого-не говори то, что сейчас у тебя на уме… Не разочаровывай меня, дорогая.
Ей захотелось пинком сбросить его с лестницы. Самообладание, которое обычно давалось ей без особых трудов, теперь готово было ее покинуть. Она втянула в себя воздух, лицо ее окаменело.
— Я опаздываю на работу, мистер Сфаэлос!
От каждого звука ее голоса веяло ледяным холодом. На миг ее сердце екнуло, когда она увидела, как его чувственные губы дрогнули и поджались. Она вовсе не нуждалась в том, чтобы ей указывали на смехотворность ее слов.
— Эва… я хочу, чтобы ты досчитала до десяти и подумала о прошлой ночи без предубеждения. Ты можешь сейчас это сделать?
— Нет, — ответила она деревянным голосом. И это была правда. Она отвела от него взгляд — для этого ей понадобилось столько воли, что она совсем обессилела.
— Между нами возникло нечто совсем особенное, и я не хочу… не намерен это терять. Совсем неважно, что ты была тогда подавлена, расстроена… Единственное, что имеет значение, — то, что мы оба чувствуем сейчас… — медленно, спокойно говорил Зак. — Мы открыли книгу наших отношений на чистой странице…
— Можешь закрыть ее, — процедила Эва сквозь зубы.
— Ты вольна отрезать себе нос от досады, черт тебя побери, но я не хочу, чтобы ты приносила в жертву меня!
Одним быстрым шагом он преодолел разделяющее их расстояние.
— Я совершила ошибку, понимаешь?! — выкрикнула Эва сквозь слезы, подступившие к глазам.
— Нет, дорогая. Это сейчас ты заблуждаешься. То, что произошло между нами, не было ошибкой — ни с моей стороны, ни с твоей.
— Имею я право высказать собственное мнение?
— Нет… не сейчас. — Зак отобрал у нее чемодан и бесцеремонно отставил его в сторону. — В тебе сейчас возобладала ханжеская мораль.
Эва дернулась как от удара.
— Моя красавица, — укоризненно вздохнул Зак и провел загорелым пальцем по ее бледной осунувшейся щеке. Его голос, в котором едва слышался легкий акцент, звучал мягко, вкрадчиво, и, несмотря на то что Эва вовсе не собиралась стоять перед ним столбом, позволяя себя трогать, нечто пугающее, более сильное, чем ее воля, удержало ее на месте. Ее тело даже невольно подалось вперед, словно ей захотелось вдруг по-кошачьи потереться о его ладонь…
— Не уходи. Я обещаю ни к чему не принуждать тебя. Тебе необходимо время, чтобы спокойно подумать. Это я тебе предоставлю. Я буду терпелив… я стану ждать.
— Зак…
— Ее голос прервался, выдавая отчаянное старание высвободиться из-под власти его чар. Но безуспешно.
— Тебе нечего стыдиться, не о чем жалеть.
— Но я не хотела этого, — выдохнула Эва, внезапно обретая свободу выражать свои мысли. Она резко вскинула голову и отшатнулась от него. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Прошлой ночью я в самом деле сошла с ума…
— Сладостное безумие, похожее на сон… Не отрицай того, что ты сейчас чувствуешь.
— Но я ничего не чувствую… Ничего! — страстно воскликнула Эва и, подхватив чемодан в отчаянном приливе энергии, устремилась вниз по ступеням.
Но он догнал ее в холле, схватил за руку повыше локтя и рывком развернул к себе.
— Если ты думаешь, что я стану твоей любовницей, то ошибаешься! — бросила Эва ему в лицо.
— Что я говорил тебе вчера и просил не забыть? Я хотел, чтобы между нами все было совсем по-другому, — напомнил ей Зак, еле сдерживая гнев, — но ты сама не пожелала довольствоваться иным, а теперь винишь во всем меня. Да, это типично по-женски, но адски несправедливо.
Ресницы Эвы дрогнули, и она отвела взгляд.
— Я не виню тебя. Я только хочу как можно скорее забыть о случившемся, вот и все.
— Но я в эту игру играть не стану… и освободи ты волосы из этого невыносимого пучка. Так ходят только старые девы! — внезапно взорвался Зак и обхватил длинной рукой ее худенькую спину, а другой потянулся к тяжелому узлу волос на ее затылке и быстрым движением вытащил шпильки. — Ты красивая молодая женщина, радуйся своей красоте и… не уродуй себя.
Он привлек ее к себе и уверенным жестом любовника опустил руку на женственный изгиб бедра. Испуганные зеленоватые кошачьи глаза скрестились с его взглядом.
Эва растерянно моргнула, почувствовав, как это прикосновение сладостным теплом разлилось по коже, а по спине пробежали мурашки. Ее мягкие губы дрогнули, когда Зак неторопливо улыбнулся, крепче прижимая ее к себе. Ноги ее внезапно сделались как ватные. Способность думать и принимать самостоятельные решения улетучивалась с устрашающей быстротой.
— Прекрати… — задохнувшись, выговорила Эва.
— Один только поцелуй, моя красавица, и я позволю тебе пойти на работу, — насмешливо пообещал он.
— Нет! — выпалила Эва. Сердце ее билось в груди, словно пойманная птичка в клетке.
— Упрямица… Ты хочешь поцеловать меня так же, как хочу этого я, поддразнил ее Зак.
— Простите… я не сообразил… я вошел через заднюю дверь, — раздался чей-то голос.
Зак моментально опустил руку, а Эва отпрыгнула назад и расширенными от ужаса глазами увидела в нескольких шагах от себя Брэда Слотера. На его подвижном выразительном лице промелькнуло изумленное недоверие, в следующую секунду сменившееся добросовестной имитацией полнейшего равнодушия.
3
Эва, окаменев, глядела, как Брэд передает Заку папку с документами.
— Мисс Рентон надо подбросить до работы. — Сфаэлос насмешливо изогнул черную бровь, кинув на нее иронический взгляд. — Если только ты не передумала, дорогая.
— Нет! — Эва толкнула обеими руками тяжелую входную дверь.
Зак обнял ее за плечи и вышел вместе с ней на крыльцо; его, по-видимому, абсолютно не трогала ее ледяная отчужденность, которая отбила бы охоту заигрывать у любого мужчины.
— Обедаем в час… да?
Эва с ужасом увидела, как из-за ограды вынырнул какой-то тип и навел на них фотоаппарат…
Щелк! Сияя от радости, он перебежал улицу и прыгнул в автомобиль.
— Какая неприятность, — заметил Зак, даже не потрудившись придать голосу досадливую интонацию.
Напряжение, которое царило в автомобиле, когда Брэд вез Эву, казалось таким осязаемым, что его можно было резать ножом.
— Так… — начал он мрачно. — Теперь тебе остается только лгать напропалую старине Трою. Заработалась допоздна, пришлось остаться ночевать… Можешь сказать, что я тоже был с вами. Только не вздумай говорить правду! Поверь мне, Трою сейчас вовсе не нужно знать то, что случилось на самом деле. Репортеры постоянно охотятся за Сфаэлосом, и в завтрашних газетах появятся снимки, где ты выходишь в десять утра из двери его дома… Но что это доказывает? В сущности, ничего.
Эва сидела белая как полотно. Ее вовсе не удивил циничный совет коллеги, но обескуражила его откровенность. Она разлепила пересохшие губы.
— Брэд, я…
— Не могу поверить, чтобы ты!.. — пробормотал он, покачивая гладко причесанной головой. — Я-то считал тебя непробиваемой. И чувствую себя виноватым. Я предложил тебе эту работу только потому, что ты была помолвлена. Еще позавчера ты передавала Сфаэлосу чашку с кофе с таким видом, словно он разносчик дурной болезни, а сегодня утром…
— Пожалуйста, не будем об этом, — прошептала Эва. Она вспомнила, как проснулась накануне веселая и жизнерадостная, в полном неведении о том, что готовит ей предстоящий день. А сегодня…
— Видимо, Зак решил заняться тобой всерьез. Я, по правде говоря, все время этого боялся.
Я уже давно работаю с ним, и, поверишь ты или нет, мне он нравится… Но Зак смертельно опасен для особ вашего пола… Эмоционально он абсолютно холоден и не способен на чувство. Я много раз видел, как он ведет себя с женщинами, и знаю, что…
Неужели еще кто-то знает об интересе к ней Зака Сфаэлоса?!
— Две твои предшественницы влюбились в него по уши и буквально не давали ему прохода. Я полагал, у тебя больше здравого смысла.
Здравый смысл? Разве в ее вчерашнем поведении присутствовала хотя бы крупица его? Эва стыдилась самой себя. Может, это в ней говорила ханжеская мораль? Но не могла же она за одну ночь избавиться от принципов, которые считала правильными всю жизнь. Хуже того, она сама буквально бросилась в его объятия. Эве стало тошно. Как могла она совершить подобное? И зачем? Неужели настолько утратила самоуважение, что испытала благодарность к Заку Сфаэлосу только за то, что тот счел ее достойной своего внимания? Или после того как она увидела Троя с Абигайль, ей потребовалось доказательство своей способности привлечь мужчину?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17