А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Поэтому я очень рад, что ты нашелся!
Дэвид хотел уступить свое кресло отцу, но тот, категорически взмахнув рукой, присел на край кушетки и стал расправлять поредевшую бороду.
– Отец, у тебя болезненный вид! – не удержался Дэвид.
– Считай, что это негативные последствия моих экспериментов. – Он мельком взглянул на странные зеленоватые пятна на своих руках. – Я слишком часто выступал в них в роли подопытной крысы. Но у меня найдутся силы – по крайней мере, для того, чтобы вернуть то, что у меня отняли! И Джо Тренчер скоро убедится в этом!
В его глазах появился диковатый блеск, как у горячечного больного или безумца. Он протянул к нам свои худые старческие руки.
– Отец, они атакуют базу! – нетерпеливо сказал Дэвид. – Разве ты до сих пор не понял этого? Робот дал предупреждение десять минут назад!
Джейсон Крэкен пренебрежительно встряхнул головой.
– На моем веку таких атак было немало, – пробурчал он. – Но я по-прежнему здесь. И останусь здесь до самой смерти. А когда я умру, мое дело продолжишь ты, Дэвид!
Он поднялся с кушетки и, слегка пошатываясь, подошел к столу и потянулся за новой мензуркой бесцветной жидкости. Что бы это ни было, но это явно добавляло ему сил.
– Я проучу Тренчера! – решительным тоном произнес Джейсон Крэкен. – Он будет таким же ручным, как подводные ящеры!
С видом императора, садящегося на трон, он снова уселся на свою обшарпанную кушетку.
– Значит, ты – Джим Иден? – обратился он ко мне. – Рад приветствовать тебя во впадине Тонга! Признаться, я никогда не думал, что буду нуждаться в той помощи, которую мне много лет назад пообещал твой дядя. Но негодяй Тренчер и его люди взбунтовались против меня!
Сейчас в старике странным образом сочетались неистовая ярость и депрессия.
– Тренчер! – воскликнул он. – Поверь мне, Джим Иден, если бы не я, амфибии до сих пор жили бы как животные! Я нашел их в таком состоянии – они прятались в подводных пещерах. Будь я тщеславен, я бы только и говорил, что я, я создал их! Это было бы недалеко от истины. Но они проявили такую неблагодарность! Подняли мятеж! Нет, я раздавлю их вместе с их ящерами, они узнают, кто здесь хозяин…
Неожиданно он оборвал свою грозную речь на самой высокой ноте и посмотрел на нас диким взглядом.
Дэвид пересел на кушетку и принялся успокаивать отца. Глядя на них, трудно было понять, кто здесь отец, а кто – ребенок.
Но в одном у меня не было сомнений. Джейсон Крэкен был близок к помешательству.

Надо признать, что в промежутках между приступами неукротимой ярости Крэкен-старший рассуждал вполне здраво.
Дэвид успокоил его, и потом мы довольно долго сидели, беседовали, ждали… Трудно сказать, чего же мы ждали!
В нашем «спектакле» наступил какой-то странный антракт. Электронный сторож был отключен, так как его грозные предупреждения потеряли всякий смысл. И все-таки война продолжалась! Мятежники еще не обстреливали нас ракетами, но они отнюдь не изменили своих планов. Джо Тренчер находился за пределами досягаемости сонаров и готовился нанести решающий удар по подводному замку.
А нам было нечем защищаться.
Я знал, что Гидеон пытается восстановить поврежденную систему управления огнем, но это была долгая и кропотливая работа. Если целой команде специалистов на нее требовалось не меньше недели, чего можно было ждать» от одиночки-дилетанта!
И все же, находясь здесь, рядом с Дэвидом и его отцом, я совершенно не испытывал страха.
Джейсон Крэкен вновь успокоился и стал вспоминать моих отца и дядю. Я удивлялся, с какой точностью он воссоздавал все подробности событий, которые произошли несколько десятилетий назад! Но вспомнить о том, что произошло в прошлом месяце, когда Дэвид призвал нас отправиться к нему на помощь, владелец подводной крепости не мог.
– Поговори с ним о его научных опытах, – незаметно прошептал мне Дэвид. – Эта тема не выводит его из равновесия.
Я не заставил себя упрашивать.
– А вы не могли бы рассказать о тех странных водорослях, которые растут на склонах впадины? – с серьезным видом спросил я. – Мне приходилось бывать на морском дне, но я никогда не встречал ничего подобного.
Он кивнул – величаво, как орел, слегка прикрыв при этом глаза.
– Ты и не мог встретить такое, Джим Иден. Жизнь океанских глубин строится по принципу воронки. Повсюду – но только не здесь. Ты понял, что я имею в виду?
Я заинтересованно покачал головой. Даже сейчас, в минуту нешуточной опасности, я не мог не увлечься рассказами этого странного старика.
– Что-то подобное мне говорил преподаватель в академии, – сказал я. – Да… он говорил, что жизнь океана – это «воронка», заполняемая сверху. Возле самой поверхности, там, куда проникают солнечные лучи, живут самые мелкие организмы. Они служат пищей для более крупных обитателей моря. Тех поедают еще более крупные, и так далее. Чем ближе к поверхности, тем сытнее жизнь. А к узкому горлышку «воронки» доходят лишь жалкие крохи…
– Совершенно верно! – согласился старик. – Только здесь действует другая «воронка», повернутая широким концом вниз. Эти водоросли… – он внимательно, почти с подозрением посмотрел на меня, – эти водоросли – самая большая тайна впадины Тонга, Джим Иден. В них – ключ ко всем прочим чудесам моей империи. Дело в том, что эти растения сами вырабатывают энергию. Внутри их идет ядерная реакция!
Пока мне еще не удалось проникнуть во все тайны водорослей. Я пытался это сделать. Виновник реакции, которая происходит в водорослях, – крайне нестойкий изотоп калия, растворенный в морской воде. Мне не удалось воспроизвести эту реакцию в искусственных условиях. Пока еще нет. Но я сделаю это!
Он встал и медленными шагами направился к лабораторному столу. Налив себе еще одну мензурку странного эликсира старик задумчиво посмотрел на нее и потом поставил на стол, даже не пригубив.
По-видимому, мысль о загадках впадины Тонга тонизировала его не меньше прозрачного эликсира. Я начал понимать, за счет чего этот одинокий и больной человек так долго противостоял всем невзгодам. Им двигала та неукротимая страсть, которая отмечает великих людей… и маньяков.

– Теперь ты знаешь, – продолжил Джейсон Крэкен, – что здесь действует перевернутся «воронка жизни». Водорослям, которые сами вырабатывают энергию, не нужен солнечный свет. Они служат пищей для самых мелких организмов. А теми, в свою очередь, питаются более крупные – морские ящеры, люди-амфибии…
– Ящеры… – задумчиво повторил я. – Дэвид рассказывал мне, что они могут представлять серьезную опасность. Это правда?
– Опасность? – Старик с удивлением взглянул на сына, а потом, словно бы его кто-то подстегнул, взял со стола мензурку и залпом выпил ее. – Опасность? О, Дэвид, тебе едва ли стоит опасаться ящеров! Они не могут повредить купол!
Старик вновь посмотрел на меня и заговорил с интонацией профессора, читающего лекцию студентам:
– Все дело в том, что у ящеров существует проблема продолжения рода. Эти рептилии не могут откладывать яйца на самом дне впадины, там их раздавит огромным давлением. Поэтому каждый год в определенное время они плывут к вершине этой горы делать кладку. Уже много веков эти ящеры откладывают яйца в одних и тех же пещерах – и именно на пути к этим пещерам я возвел свой подводный замок!
Крэкен-отец с удовлетворением покачал головой, словно лишний раз хвалил себя за эту идею.
– Пока рептилии подчинялись мне, я не преграждал им дорогу. Но теперь… теперь они не смогут попасть в свои пещеры! Впадина Тонга принадлежит мне, и только я буду устанавливать здесь законы!
Он замолчал и пристально посмотрел на меня.
– Возможно, одному мне не справиться с ними, – признал старик. – Ящеров слишком много… Но ведь здесь вы! Вы и все ваши товарищи должны помочь мне. Не беспокойтесь, я заплачу вам. Я не поскуплюсь – ведь мне принадлежат все сокровища впадины Тонга! Весь ее жемчуг! Я нашел способ увеличивать продуктивность моллюсков, как это сделали много лет назад на своих жемчужных плантациях японцы. Обычные методы здесь не годятся. Дело в том, что жемчужины Тонга имеют радиоактивное ядро, аналогичное по составу клеткам светящейся водоросли. Мои опыты увенчались успехом, Джим Иден, скоро я соберу первый урожай!
Он подошел поближе и, склонившись к нам, зашептал:
– За вашу помощь я мог бы дать вам миллион таких жемчужин! Кстати, ты, Джим Иден, должен помочь мне безвозмездно – этого требует клятва, данная твоим отцом и дядей. Что ты скажешь на это? Поможешь ли ты мне отстоять империю впадины Тонга?
В его глазах все ярче разгорался огонь безумия.
– Слушай, что ты должен сделать! – срываясь на крик, сказал Крэкен. – Твой подводный крейсер «Дельфин» должен атаковать и уничтожить корабль Джо Тренчера. А с помощью оружия, которым оснащена моя база, мы расправимся с ящерами. Я поставил здесь мощнейшую ракетную установку с самой современной системой управления огнем. Недостатка в боеприпасах нет! Разделайтесь с Джо Тренчером, а я возьму на себя ящеров. Ну как, Джим Иден?
Он замер в ожидании моего ответа. В лице старого Крэкена было столько решимости, что я и сам на какую-то секунду проникся его идеей – и забыл о некоторых объективных обстоятельствах.
Например, о том, что «Дельфина» больше не существует. Или о том, что уникальная ракетная установка выведена из строя мятежниками.
Мы с Дэвидом переглянулись, а потом посмотрели на старика. Безумный огонь в его глазах начал угасать, его мысли уносились все дальше и дальше… Он слишком долго воевал с океаном и поставил на себе слишком много рискованных экспериментов.
Старик разработал прекрасный тактический план – за тем небольшим исключением, что корабль, на который он рассчитывал, уже утонул, а ракетная установка не стреляла.
Я не знал, что ответить ему.
Но то, что произошло дальше, позволило мне оставить вопрос Джейсона Крэкена без ответа.
За дверью послышались чьи-то торопливые шаги, и в гостиную, задыхаясь, влетела Маэва.
– Дэвид! – взволнованно закричала она. – Дэвид, они уже здесь! Целое стадо ящеров и подводный крейсер!
Мы бросились к двери. Но прежде чем мы выбежали в коридор, гостиная содрогнулась от мощного взрыва. «Касатка» выпустила первую ракету. Сражение за впадину Тонга началось!

18
СРАЖЕНИЕ ЗА ВПАДИНУ ТОНГА

– Поднимайтесь наверх! – прокричала Маэва. – Наверх, к ракетной установке! Гидеон не смог починить систему дистанционного управления огнем, но он пытается наладить стрельбу прямо из орудийной башни.
Вслед за Дэвидом я стал подниматься по узкой металлической лестнице.
Когда мы вбежали в орудийную башню, Гидеон даже не обратил на нас внимания. Вскрыв облицовочную панель, он копался в проводах и резисторах.
– Гидеон! – крикнул я и тут же прижался к стене, потому что купол задрожал от нового взрыва. Они серьезно взялись за дело!
Орудийная башня была тесной и плохо освещенной. Вдобавок ко всему сюда поднимался загрязненный воздух из лабораторий в нижних ярусах. Здесь было несколько маленьких окошек, а точнее, амбразур, через которые мало что можно было увидеть. Сквозь покрытое иденитом стекло я сумел разглядеть только изогнутую мерцающую поверхность купола и неровные выступы горной породы.
Кроме того, в темноте иногда слабо фосфоресцировали оболочки каких-то глубоководных обитателей.
– Ты что-нибудь видишь? – спросил я Дэвида.
– Нет, – он покачал головой. – Без сонара мы, конечно, ничего не рассмотрим. По-моему, Гидеон как раз его и ремонтирует. Вести стрельбу ракетами можно только с помощью сонара. Но в орудийной башне никто не появлялся по крайней мере пятнадцать лет. Ракетной установкой всегда управляли снизу. А там все разломано…
Гидеон обменялся с нами несколькими словами и опять погрузился в работу. Нетрудно было заметить, что он нервничает.
Ракетная установка занимала практически все помещение орудийной башни. У нее были изящные обтекаемые формы, и все же она являлась беспощадной машиной для уничтожения. Заряженные в специальный барабан ракеты были совсем небольшими по размеру – чуть больше моей руки.
– Выглядит немного старомодно, правда? – словно прочитав мои мысли, спросил Дэвид. – Но одной такой ракетой можно уничтожить подводный крейсер. Она моментально разрушает иденитовый слой, а остальное делает давление воды. В ракеты вмонтирован прямоточный воздушно-реактивный двигатель – он использует обычную морскую воду, нагреваемую до газообразного состояния.
Тем временем Гидеон с радостным восклицанием достал из комплекта запасных частей какую-то деталь и принялся монтировать ее к основному блоку.
– Теперь должно работать! – подмигнул он и щелкнул тумблером.
Затаив дыхание, мы стали ждать.
Послышалось приглушенное жужжание мотора. Орудийная башня вздрогнула и стала медленно поворачиваться. Засветился экран сонара.
– Получилось! – крикнул Дэвид.
– Похоже, что да. – Гидеон похлопал ладонью по округлой части установки. – Главной проблемой был основной блок сонара. Он используется для наведения ракеты. Без сонара мы стреляли бы вслепую. А теперь мы, по крайней мере, будем видеть то, что делаем.
Я с волнением всмотрелся в экран сонара. Это был очень старый монитор, он давал маленькую и искаженную «картинку» – как если бы вы смотрели с обратной стороны в трубу дешевенького телескопа. (Я невольно вспомнил яркие и четкие «картинки» сонаров в классах академии.)
И все же, приглядевшись, я смог различить детали подводного ландшафта. Я увидел уходящий вдаль пологий склон горы, скалистое ущелье – то самое, по которому поднимались к своим пещерам ящеры.
Я не отрывался от экрана.
Мое внимание привлекли какие-то маленькие подвижные силуэты. Я не мог понять, что это такое.
– Скорее всего, это стая рыбок, – подумав, сказал я вслух. – А если так, значит, ящеры еще далеко. Ведь ящеры спугнули бы этих рыбок…
– Рыбок? – переспросил Гидеон. – О каких рыбках ты говоришь?
– А ты разве сам не видишь? – простодушно стал объяснять я. – Если бы поблизости были ящеры, они, во-первых, были бы видны на экране. Во-вторых, эта стая рыб…
Гидеон с недоумением посмотрел на меня, а потом покачал головой.
– Смотри сюда, Джим!
Взявшись за ручки настройки сонара, он сфокусировал изображение.
– Вот здесь, – он показал пальцем, – прямо перед тобой. Это ящеры! Я думаю, их не меньше двух сотен. На этом старом мониторе они кажутся рыбешками. Они еще далеко, но это они!
Я не мог поверить своим глазам. Да, действительно, это были ящеры – десятки, даже сотни чудовищ! Приглядевшись внимательнее, я заметил, что среди «рыбок» движется какой-то инородный объект. Это был не ящер, это было кое-что более опасное… Я указал на объект Гидеону и Дэвиду.
– Ты прав, Джим, – сказал Дэвид. – Это «Касатка». Они выжидают… Но долго ждать они не будут.
Они ждали еще пять минут.
Затем мы увидели, как от силуэта «Касатки» отделилась яркая капля и устремилась к нам. Еще одна ракета!
Через пару секунд подводный купол вновь содрогнулся от взрыва. Но еще до этого Гидеон прыгнул на сиденье оператора пусковой установки и, крутя одной рукой штурвальное колесо, а другой регулируя настройку сонара, нацелил ракету на приближающийся крейсер. Тут же его палец нажал на спусковую кнопку.
Раздалось оглушительное стаккато, главная часть пусковой установки задрожала – и шесть ракет устремились к цели.
Экран сонара тревожно замерцал, реагируя на ударную волну. Когда изображение на нем вновь стало четким, мы увидели силуэт «Касатки», а вокруг него – целый табун ящеров.
– Конечно, недолет, – сокрушенно вздохнул Гидеон. – Но нас они тоже не достают, хотя и бьют более мощными ракетами. А так, по крайней мере, мы будем держать их на безопасном расстоянии.
Он посмотрел на пустой барабан пусковой установки.
– Джим, Дэвид! Сделайте одолжение, зарядите новыми ракетами. А я буду держать палец на кнопке – на тот случай, если Тренчер и его друзья решатся прыгнуть вперед.
Мы не заставили Гидеона повторять дважды. Ракет, аккуратно разложенных на специальных стеллажах, в башне было не так уж много. Мы загрузили барабан и с беспокойством оглядели сократившиеся запасы.
– Ракет не так уж много, – вздохнул Дэвид. – Гидеон, ты справишься здесь один? Мы с Джимом сходим на оружейный склад и поднимем еще несколько штук…
– Все будет в порядке! – улыбнулся Гидеон. – Но не исчезайте надолго. Я чувствую, что очень скоро начнется хорошая перестрелка!

Но атаки все не было.
Мы с Дэвидом организовали подноску ракет. Кроме нас в этом деле участвовали Боб, Лэдди и Роджер. За один раз можно было принести три ракеты; каждый из нас сходил три раза.
А атаки все не было…
Когда Дэвид и Боб в четвертый раз поднялись в орудийную башню, у них в руках почему-то оказалось по одной ракете. У Дэвида было бледное, растерянное лицо.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18