А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Руки! Всем поднять руки!
Одна из продавщиц мгновенно побледнела, вторая еще продолжала улыбаться. Охранник сделал движение к кобуре. Гурон направил на него стволы "дерринджера", покачал головой: не надо, приятель.
– Я хочу, чтобы все подняли руки вверх. Нам нужны только деньги.
Обе продавщицы подняли руки вверх, охранник помедлил и сделал то же самое. Гурон подошел к нему, вытащил из кобуры револьвер, приказал:
– Ляг на пол, дружище.
Охранник сверкал глазами, косился на витрину. Там, всего в двух метрах, шли люди. Они шли и не подозревали, что здесь грабят магазин.
– На пол! – повторил Гурон с угрозой, с напором. Охранник пробормотал что-то – Гурон не понял – и лег на кафельный пол. Гурон покосился на Анфису. Она стояла бледная, как и обе продавщицы.
– Откройте кассу, – сказал Гурон. Продавщицы переглянулись. Гурон обострил: – Откройте кассу или я прострелю ему ногу.
Угроза возымела действие, одна из продавщиц двинулась к сейфу.
– Джулия, – обратился Гурон к Анфисе. Она никак не прореагировала на свое новое имя. – Джулия!
Анфиса вздрогнула, посмотрела на Гурона. Стволом револьвера Гурон показал: иди за ней.
Продавщица вставила ключ в замок сейфа, набрала четырехзначный код… Из чрева сейфа раздался негромкий щелчок, бледная продавщица сказала по-английски:
– Сейф открыт, сэр.
Гурон ответил:
– Благодарю вас. Джулия!
Анфиса кивнула, вытряхнула из сумочки полиэтиленовый пакет и пошла к сейфу… Денег оказалось на удивление мало – не больше, чем в бакалейной лавке.
– Где деньги? – спросил Гурон у той из продавщиц, что говорила по-английски.
– Это все, что есть, сэр, – ответила продавщица.
– Ложь… днем пожилая леди покупала браслет стоимостью около шестисот тысяч эскудо.
Браслета я не вижу. Значит, она его купила.
Охранник, лежа на полу, слегка повернул голову и заметил, что налетчик отвлекся на разговор с продавщицей.
– Да, сэр, она его купила.
– Где деньги?
– Она расплатилась по магнитной карте, сэр… наши клиенты редко платят наличными. Особенно крупные суммы, сэр.
Гурон понял, что совершил крутой прокол.
Охранник собрался и прыгнул… боковым зрением Гурон засек его прыжок, выбросил навстречу руку с револьвером. Охранник налетел на рукоятку собственного револьвера, рухнул на пол. Под шумок вторая продавщица нажала кнопку тревожной сигнализации.

* * *
Патрульный экипаж прибыл на место уже через полторы минуты после сигнала тревоги. Они блокировали магазин снаружи, дождались прибытия еще двух машин. Офицер полиции позвонил в магазин, но трубку никто не снял. Четверо бойцов группы захвата – вооруженные автоматами, в бронежилетах – ворвались в магазин.
Обнаружили пустой сейф, запертых в туалете продавщиц и раненого охранника. На полу нашли бумажник с несколькими мелкими купюрами и билетами на поезд в Порту. До отправления поезда осталось чуть более часа. На вокзал срочно стянули около полусотни оперативников и сотрудников службы наружного наблюдения в штатском. По приметам, которые дали продавщицы магазина, опера быстро задержали семейную пару из Канады и адвоката из Порту, который на свою беду носил бороду. Учитывая, что преступник вооружен, дерзок и опасен, брали жестко. Канадцы отнеслись к происшествию спокойно и даже с юмором. А вот адвокат оказался с говнецом. Сначала он сильно перепугался, а потом оклемался и начал орать, что он обязательно напишет заявление в прокуратуру и статью в "Диариу". Но при досмотре у него обнаружили пачку фотографий с обнаженными мальчиками, и адвокат как-то сник. Перед канадцами извинились, с адвокатом достигли компромисса: он не будет поднимать шума, а полицейские, со своей стороны, готовы забыть про злосчастные фотографии.
В магазине, естественно, были видеокамеры. Следователи просмотрели контрольную запись. Почти сразу был сделан вывод, что налетчик сильно похож на преступника, который три дня назад нелегально проник на территорию страны, объявлен в розыск, но до сих пор не задержан. Дальнейшие оперативно-следственные мероприятия (дактилоскопия, опознание по видеозаписи экипажем марокканского трампа и германо-голландской "сладкой парочкой") подтвердили, что это так и есть – он… Позже будут проведены еще несколько экспертиз, в том числе лингвистическая. Согласно заключению экспертов, акцент налетчика свидетельствует о том, что родным языком для него является один из славянских. Скорее всего, восточно-славянской группы.
Более точного заключения эксперты дать не смогли.
Фотографии налетчика и его сообщницы немедленно передали в Порту. Оперативно были перекрыты аэропорт Portela, вокзалы и паромные линии.

* * *
А Гурон и Анфиса в это время ехали на восток, в сторону испанской границы. Молчали. Мурлыкала магнитола, на дорогу ложились длинные тени. Анфиса временами поглядывала на Гурона, как будто хотела что-то спросить, но не спрашивала.
В долине Гвадианы Гурон свернул с шоссе ? 256 на грунтовку, проехал рощей пробковых дубов и остановился на берегу.
– Приехали, – сказал он, – вылезай.
Гурон достал из багажника рюкзаки, скомандовал: переодевайся, – быстро разделся сам и вошел в воду. Глубина его вполне устроила, он выбрался на берег, сел в машину и пустил двигатель. Поднимая волнишку, "фиат" сполз в воду. Двигатель заглох, но машина по инерции проплыла еще несколько метров. Гурон выбрался через опущенное стекло, в несколько взмахов доплыл до берега. "Фиат", покачиваясь, плыл по течению, медленно погружался.
Гурон долго изучал карту, потом сказал: – До границы пять километров… как тут у них границу охраняют, я, конечно, не знаю, но думаю, что постольку-поскольку. Как стемнеет, выдвинемся примерно вот сюда – смотри… здесь подождем. Перед рассветом пойдем через границу. Если нарвемся на погранцов, то… в общем, по обстановке. Да ты не бойся, Анфиса, проскочим. Здесь – Европа. Здесь границы, что твое сито.
– Ведь ты не моряк с траулера, Коля, – сказала Анфиса тихо. – Кто ты, Коля?

* * *
Ночь дышала теплом, трещали цикады. Ближе к рассвету пошел дождь. Каменистая тропа вела все в гору, в гору. Подъем был невелик, но все же утомлял. Периодически Гурон объявлял привал. Во время одного из привалов Гурон вдруг прошептал: тихо! Он прижал Анфису к камню, прикрыл лицо капюшоном и вытащил револьвер… Спустя две минуты мимо них с испанской стороны прошли трое мужчин с рюкзаками. В предрассветной мгле их темные силуэты выглядели почти бестелесными и только тяжелое дыхание и звук шагов выдавал в них людей.
– Кто это был? – спросила Анфиса, когда трое скрылись.
– А я знаю? – пожал плечами Гурон. Двинулись дальше. На следующем привале Анфиса поинтересовалась: когда же граница?
– Да мы ее уже прошли, – ответил Гурон.
Глава шестая
ГАЛОПОМ ПО ЕВРОПАМ
Гурон считал необходимым как можно скорее уйти подальше от границы. Здесь, конечно, нет погранзоны в привычном понимании… здесь и границы-то в нормальном, "человеческом", понимании нет… но лучше уйти подальше. Если бы он шел один, он бы "врубил пятую передачу". Но он шел не один. Часа через два стало понятно, что Анфиса совершенно выдохлась.
Гурон выбрал место в зарослях кустарника и объявил стоянку. Анфиса обессиленно опустилась на землю. Солнце стояло уже высоко, было жарко, гудели насекомые.
– Помру я, – сказала Анфиса. Гурон вытащил из рюкзака бутылку с водой, бросил ей и добавил: – Питьем не злоупотребляй.
Он достал из рюкзака карты, углубился в них. Анфиса жадно пила из горлышка.
– А как мы дальше пойдем? – спросила Анфиса, когда напилась.
– Как пойдем? А черт его знает, как пойдем. Как получится… Думаю, стоит попробовать маршрут по южной Европе: через Францию, Италию, Югославию…
– Нет! – воскликнула Анфиса. Гурон посмотрел на нее удивленно, а женщина смотрела на него со страхом. – Нет, не надо в Югославию.
– Почему? – спросил Гурон. Она молчала. Она молчала и смотрела тревожно, почти с ужасом. Гурон повторил: – Почему?
– Там…
– Ну… что там?
– Там… албанцы. Там Азиз.
– Кой черт? Какие албанцы? Какой Азиз?
– Там албанцы, Коля, – повторила она. – Не продавай меня албанцам.
– Ты что, с ума сошла?
– Коля! Коля, не продавай меня албанцам, – произнесла женщина. Голос у нее задрожал, она сжалась в комок. – Ко-Коля! Не… продавай… меня… албанцам! Коля, Коленька, не продавай меня. Я рабой твоей буду. Я всю жизнь, Коля… я ноги твои целовать буду, Коля. Только не продавай меня албанцам!
У Анфисы начиналась истерика. Ее колотило, в лице появилось что-то безумное… Гурон оторопел.
– Не продавай меня албанцам, Коленька! Не продавай! Не продава… я умоляю тебя, Коля!
Анфиса опустилась на четвереньки, подползла к Гурону, обхватила за ногу, завыла. Гурон попытался вырваться и не смог… он собрался пресечь истерику, дать женщине пощечину, но что-то его остановило. Гурон погладил Анфису по голове, обнял за плечи.
– Успокойся, – сказал он. – Успокойся, Анфиса… н у, что ты? Что?
– Ко-Коля… не надо, Коля… не продавай… меня… НЕ ПРОДАААВАЙ!
Гурону было страшно. По-настоящему страшно. Он смотрел в искаженное лицо… на дрожащие губы… он гладил вздрагивающие плечи и говорил что-то… говорил… говорил.
Он говорил: да черт с ней, с этой Югославией.
Он говорил: забудь раз и навсегда про этих албанцев.
Он говорил: я никому тебя не отдам… никто никогда тебя не обидит.
Постепенно Анфиса успокоилась, прильнула к Гурону.
Жарило солнце, гудели насекомые, прижимались друг к другу мужчина и женщина. У них не было сейчас никого роднее…

* * *
Испанию прошли как-то очень легко. В городке Мерида их подобрал водитель-дальнобойщик – молодой и на удивление молчаливый каталонец, довез до Мадрида. Дальше их пути разошлись – дальнобойщик ехал на юг, в Аликанте, а Гурону с Анфисой нужно было на северо-восток. Им снова повезло, их подобрал другой дальнобойщик, довез до Барселоны. Испанию, таким образом, пересекли всего за сутки. От Барселоны до французской границы осталось около двухсот километров.
В Барселоне, в парке Гуэль, Гурон украл бумажник у шведского туриста. Он не оставлял надежды обзавестись какими-либо документами, но документов в толстом бумажнике не оказалось. Была магнитная карта, но как ею воспользоваться? А наличных было совсем немного. На эти деньги сняли номер в гостинице, где снимают номера на два-три часа. Отдохнуть по-настоящему, конечно, не отдохнули, но зато приняли душ. По настоянию Гурона Анфиса подстригла ему бороду, а сама перекрасилась в блондинку…
Анфиса заметно повеселела. Гурон тоже делал вид, что все прекрасно. На самом-то деле он не был в этом уверен. Прошли одну границу… ну и что? Впереди еще несколько границ, а документов как не было, так и нет… а полиция в Европе давно уже имеет структуру под названием "Интерпол". Черт его знает, насколько эффективно работает эта организация, но помнить про нее надо.
Еще Гурона беспокоил хозяин отеля – довольно часто владельцы сомнительных заведений постукивают в полицию. Таким образом они покупают лояльное к себе отношение. А хозяин явно обратил внимание на то, что Гурон и Анфиса несколько "подкорректировали" внешность… На всякий случай Гурон оставил хозяину весьма щедрые чаевые. Это, однако, ничего не изменило. Уже через десять минут после того, как Гурон с Анфисой покинули гостиницу, хозяин позвонил в полицейское управление, сообщил курирующему офицеру о довольно странной паре.
Инспектор своего информатора выслушал, сделал пометку в блокноте. Задумался: приняли меры к изменению внешности… хм! Конечно, парочки, которые наведываются в такие отели, не очень хотят себя афишировать, но чтобы красить волосы… это, пожалуй, перебор. Там, в этих отелях-борделях, интересная публика встречается. Года два назад в таком же вертепе взяли пару, на которой висело одиннадцать убийств… их, правда, не то чтобы взяли – они отстреливались, ранили полицейского, а потом легли в постель и выстрелили друг в друга. Страшненькая была картинка: когда спецназ ворвался в номер, женщина была еще жива, а вся постель залита кровью… Инспектор оборвал никому не нужные воспоминания, сосредоточился на информации, полученной от хозяина гостиницы. Решил: пожалуй, стоит проверить.
Именно так бы он и поступил, но раздался еще один звонок. Агент сообщил, что только что видел около порта Учителя… Инспектор ринулся в порт. Как очень часто бывает в полицейской работе, информация не подтвердилась. Человека удалось задержать. Он был похож на Учителя, но не Учитель. Это стало ясно с первого взгляда – последняя жертва, которой повезло остаться в живых, сумела прокусить Учителю ухо, а у задержанного уши были в целости и сохранности… Спустя два часа инспектор вернулся в управление и вспомнил о звонке Вонючки – хозяина гостиницы. Ехать в гостиницу не хотелось, но инспектор пересилил себя и поехал. Разговор с хозяином ничего не дал. Ну, были двое… ну, покрасила женщина волосы, а мужчина подравнял прическу и бороду… ну и что из того? А ну-ка опиши их как следует, клоп вонючий… Хозяин начал описывать постояльцев и в голове у инспектора что-то замкнуло. Он мгновенно вспомнил ориентировку Интерпола.
Спустя час в гостинице уже работали двое инспекторов Интерпола. Хозяину предъявили фотографии мужчины и женщины, которые ограбили ювелирный магазин в Лиссабоне, и хозяин мгновенно их опознал. В номере сняли отпечатки пальцев, нашли несколько волосков и пустой бумажник, засунутый под душевую кабинку. Интерполовская машина закрутилась… но с большим опозданием – Гурон и Анфиса уже находились на испано-французской границе и готовились к переходу.
Перешли как по маслу. На железнодорожном узле какого-то городка забрались в пустой товарный вагон. Он двигался на восток, и это Гурона совершенно устраивало. Куда конкретно он направлялся, было совершенно неясно. Главное, что подальше от границы. На этом товарняке доехали до Марселя.

* * *
В Марселе Гурон решился на ограбление банка – надоело, как он выразился, "мелочь по карманам тырить". Анфису его идея явно напугала, и она даже пыталась отговорить Гурона. Она сказала:
– А может, не стоит?
– Деньги нужны.
– У меня есть немного.
– Немного нам мало. Нам надо много.
– Ну… ну, я могу заработать.
– Как это? – удивился он, а когда понял, как она может заработать, сказал только: – Ну ты, Анфиска, дура.
На улице, прилегающей к набережной Корниш, Гурон присмотрел филиал "Swiss National Bank". Филиал был невелик – маленький операционный зал с четырьмя операционистками, застекленная кабинка начальника, обмен валюты, депозитарий, банкомат и один полицейский. Этот ажан был лет пятидесяти и с большим животом… навряд ли, подумал Гурон, он захочет получить пулю в этот живот.
Гурон и Анфиса посетили банк, покрутились около банкомата и довольно убедительно разыграли сценку, из которой следовало, что Анфиса забыла в гостиничном номере свою карту. Анфисе это было нетрудно – она действительно была растеряна… Ажан снисходительно смотрел, как иностранец отчитывает свою жену. А бабенка хороша, хороша… ух, я бы ее насадил на жезл!
Они вышли из банка, Гурон весело сказал:
– Подходит. Как стемнеет – будем брать.
Анфиса его юмор не поддержала. Гурон добавил:
– Про "как стемнеет" пошутил. Работать будем через полчаса.
Сверкал залив, кружились над ним средиземноморские чайки.

* * *
Они подъехали к банку на такси, попросили водителя подождать минуту-другую. Гурон вошел в прохладное, кондиционированное помещение банка первым. Он улыбнулся ажану, как старому приятелю, вытащил из нагрудного кармана пиджака карту, украденную в барселонском парке, и решительно двинулся к банкомату. Из четырех операционисток на своих местах были только трое, только у одной сидел клиент – похожий на брачного афериста хрен в пестром галстуке. Возле банкомата стоял какой-то старый хиппи. Клерк в застекленной конторке разговаривал по телефону. Проходя мимо полицейского, Гурон выхватил из-под полы револьвер и громко отдал команду:
– Ограбление! Всем лечь на пол! При первой попытке вызвать полицию – стреляю.
Пузатый ажан растянулся на полу первым. Гурон нагнулся над ним, расстегнул кобуру и выдернул пистолет. В зал вошла Анфиса, остановилась рядом с Гуроном.
Клиент, сидящий рядом с операционисткой, замер с раскрытым ртом. Пожилой хиппи произнес:
– Ну, мать твою… классно!
Клерк в застекленной кабинке вытаращил глаза. Гурон тоже вытаращил глаза, направил на него оба ствола и закричал:
– Деньги давай! Быстро, быстро!.. Я не шучу.
Гурон вручил пистолет ажана бледной Анфисе, схватил за ремень тучного полицейского, заставил подняться на ноги, потащил через зал, к кабинке клерка.
– Быстро! – скомандовал Гурон. – Открывай сейф.
Клерк растерянно кивнул, начал набирать код… у него была совершенно безобидная, "бухгалтерская" внешность… и очень решительный характер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32