А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Хикмэн Трэйси

Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин


 

Здесь выложена электронная книга Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин автора по имени Хикмэн Трэйси. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Хикмэн Трэйси - Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин.

Размер архива с книгой Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин равняется 219.17 KB

Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин - Хикмэн Трэйси => скачать бесплатную электронную книгу



Бронзовые кантикли – 1

Библиотека Старого Чародея. Сканирование, распознавание и вычитка — Dara
«Таинственный воин»: Изд-во Эксмо; Изд-во Домино; М., СПб.; 2005
ISBN 5-699-13805-6
Оригинал: Tracy Hickman, Laura Hickman, “Mystic Warrior”
Перевод: Марина Синельникова
Аннотация
С незапамятных времен существуют на планете три Мира, во многом похожие, но совершенно не связанные друг с другом. Фаэри отчаянно сражаются против кентавров и сатиров, гоблины пытаются выжить на руинах гигантских сооружений, оставленных ушедшими в небытие титанами, гномы и люди вынуждены подчиняться воле пяти бессмертных драконов.
Однако богами предсказано, что настанет день, когда все три Мира сольются в одно целое. Только вот когда и кому суждено совершить это объединение и кто будет править триединой империей — в пророчестве не сказано.
А что, если судьбы трех Миров окажутся во власти юного кузнеца Галена? Ведь только ему снятся странные сны о крылатой женщине, гоблине и таинственном незнакомце и только с ним разговаривают наяву статуи...
Научится ли Гален пользоваться неожиданно обретенным магическим даром, прежде чем его уничтожат короли-драконы?
Трэйси Хикмэн, Лора Хикмэн
Таинственный воин
Посвящается нашим родителям: доктору Хэролду Р. Хикмэну и Джоан П. Хикмэн, Кларенсу И. Кертису и Дженни Л. Кертис. Вы научили нас работать, читать и мечтать...

Трижды такое случалось:
Мир был триединым,
Единое было тремя,
Одно и то же рассказывали
Сразу в трех легендах.
Трижды такое случалось...
Боги предвидели: некогда
Три мира станут одним,
А перед их детьми
Встанет Сплетенье Миров.
Трижды такое случалось:
Три мира пытались выжить.
Их дети вооружались
Хитростью и смекалкой,
Отчаянной волей к жизни
И мощью найденной магии.
Трижды такое случалось:
Наступало Сплетенье Миров.
Даже боги не знали
...какой из миров воцарится...
...какой из миров подчинится...
...а какой погибнет.
(«Песня Миров» из «Бронзовых кантиклей», том 1, манускрипт 1, лист 6)
МАНУСКРИПТ 1
Сновидцы
1
ДАЛЕКИЕ БЕРЕГА

В 492 году правления королей-драконов простые люди на землях Хрунарда и Пяти Королевств даже не подозревали, что их мир стоит на грани гибели. Гибель надвигалась молча, медленно и неотвратимо, как ледник, и ее приближение никак нельзя было ощутить в повседневной суете.
Только лихорадочные видения сновидцев отражали первую дрожь Глубинной Магии, наступление авангарда победоносной армии и судьбу, которую они вряд ли могли осознать. Эти сновидцы были первыми Мистиками...
...и они были безумны.
(«Бронзовые кантикли», том III, манускрипт 2, лист 19)
Звезды наблюдают за мной.
Я чувствую, что они пристально смотрят на меня с черного неба над водопадом. Каждая задумчивая немигающая точка на куполе ночи жжет меня, не дает мне покоя. Звезды пытаются разговаривать — я слышу бормотание звездной пыли на едва ощутимом ветру. Я не обращаю на них внимания. Звезды никогда не говорят ничего путного — они все время болтают о прошлом, но о будущем умалчивают. Похоже, помыслы их слишком возвышенны для такого низменного создания, как я. И все же они смотрят на меня огненными глазами.
Но не только звезды наблюдают за мной. Из черного ночного леса смотрят темные глаза. Это жадные голодные взгляды, охотников, и их добыча — я.
Я отворачиваюсь и ныряю под низко нависающие ветви сосен. Здесь я могу спрятаться от взгляда звезд, но другие, невидимые глаза все еще горят во тьме и смотрят на меня. Я слышу шепот этих существ: они говорят обо мне, со мной. Голоса их скрипят, стонут, как перегретый металл, в них слышится шипение пара, отзвук гудящей наковальни. Эти существа ищут меня, в предвкушении облизывая длинные клыки. Теперь их голоса звучат разборчивее... Они непрестанно болтают.
Демоны. Темные духи из глубин Н'Кара — изнанки мира, где мучаются осужденные грешники. Демоны пришли, чтобы наказать меня за богохульство, и они все ближе.
Мне знакомо это место; похожие деревья растут недалеко от моего дома, и все же эти деревья — иные. Они не дают укрытия. Я слепо ломлюсь сквозь густой лес, с каждым шагом оставляя дом все дальше. На пути к убежищу, куда я стремлюсь, меня поджидают демоны. Я поворачиваюсь, чувствуя, что заблудился, заплутал среди деревьев, ставших совсем незнакомыми. Ветви слишком медленно убираются с моего пути, царапая лицо, норовя выколоть мне глаза. Внезапно деревья расступаются... и я оказываюсь прямо в лагере демонов.
Я резко останавливаюсь при виде четырех отвратительных созданий, стоящих спиной ко мне. На земле распят рыжеволосый человек, судя по всему, ученый — вокруг разбросаны обрывки книг и пергамента, — и демоны мучают его.
Истерзанный ученый смотрит на меня — спокойно, несмотря на свои муки.
— Не могли бы вы мне помочь? — кротко и вежливо просит он, хотя в глазах его плещется ужас. — Пожалуйста, сделайте так, чтобы они оставили меня в покое.
Демоны оборачиваются, чтобы проверить — куда смотрит ученый.
Но меня заботит только собственная жизнь, поэтому я стремглав бросаюсь в лес и бегу куда глаза глядят.
Где-то сзади вопят демоны, пустившись в погоню за легкой добычей. Я слышу за спиной их тяжелое дыхание, их взволнованный визг. Они уже ловили меня раньше, в другие времена и в других местах, но сегодня они не поймают меня, клянусь, не поймают!
Деревьев явно развлекает происходящее; теперь они указывают мне дорогу и изо всех сил стараются помочь. Но камни под ногами — помощники демонов, и об один такой камень я спотыкаюсь. Я падаю, качусь по неровной земле, мне больно. Однако страх побеждает боль, и я в панике вскакиваю.
Теперь я их вижу. Металл их доспехов поблескивает в лунном свете; они ломятся сквозь кусты; их стального цвета глаза не мигают. Даже при слабом свете звезд видна их зеленая кожа. Пахнет от них омерзительно, на их обнаженных клинках еще видны следы крови замученного ими человека. На ходу они звенят оковкой ножен о латы и кошмарно ухмыляются.
Я отчаянно стараюсь удержаться на ногах. Время растягивается в бесконечность. Ноги не слушаются меня. Тело не слушается. Грязь под ногами скользит.
Демоны мчатся вперед, их вопли разносятся по всему лесу.
Внезапно меня обвивает упавшая с дерева огромная лиана, рывком поднимает в воздух и уносит от вытянутых когтей демонов.
Я медленно, плавно лечу по ночному небу, приближаясь к лугу. Не просто к лугу, а к тому самому, куда мы с Беркитой ходим гулять по праздникам. Это укромное место, единственное в мире, которое мы втайне считали своим. Я упиваюсь покоем и мечтаю, чтобы это мгновение остановилось, но оно уже ускользает.
Демоны уже на опушке. Я снова бегу, отчаянно стремясь добраться до водопада — я знаю, он там, вдали, за линией деревьев. Я слышу громовые удары своего сердца и свое тяжелое дыхание. Шум воды зовет меня из леса, и я стремлюсь на зов, что есть сил мчусь сквозь лесные тени. Спиной я ощущаю жаркое дыхание преследователей, чую их удушливую вонь. Сзади горят холодные стальные глаза, и гневное бормотание с каждым мгновением становится все громче.
И вдруг воцаряется грозовая тишина. Глаза и голоса, маячившие на краю моего сознания, исчезают. Покой тревожит меня даже больше, чем погоня. Я торопливо иду, спотыкаюсь, останавливаюсь...
Я стою над водопадом, тяжело дыша.
Мое сердце больше не бьется так быстро, дыхание становится более спокойным, я смотрю на реку. Слева струится поток, и теперь я вижу, как смеющиеся водяные духи грациозно танцуют на торчащих из воды камнях. Я робко улыбаюсь им, и они улыбаются в ответ, машут гибкими руками, зовя к себе. Я смотрю, как они устремляются вниз по течению и наконец радостно прыгают с гребня водопада, поблескивая на темном фоне рушащейся воды. Они разбиваются о камни внизу, и тут же внизу появляются маленькие их подобия: они мелькают в пене сотнями, а потом и тысячами. Промчавшись между камней, они вливаются в спокойные воды залива Миррен на юге.
Я вдыхаю легкий бриз с моря. Со скалы над водопадом я пробегаю взглядом вдоль берега реки и гляжу на восток, за водопад. Там, за изгибом береговой линии, лежит Бенин — мой городок, там находится мой единственный родной дом. Из труб его поднимается в небо дымок, уплывая к равнодушным звездам. Город крепко спит, он чувствует себя в безопасности и не думает о том, что лежит за его пределами. На удивление мирное место посреди кишащего демонами мира.
По коже моей пробегают мурашки.
Я знаю — она совсем рядом.
Я медленно поворачиваюсь направо, и боясь, и желая ее увидеть. За рекой, у водопада, парит женщина с прозрачными крыльями.
Я видел ее тысячу раз. Ее тонкое темнокожее лицо до боли прекрасно. Огромные миндалевидные глаза с любопытством смотрят на меня... нет, сквозь меня. Сияющие белые волосы откинуты со лба, среди их белизны выделяются голубые пряди, по две у каждого виска. Темная кожа блестит и словно светится. Женщина красива необычной, экзотической красотой. Но самое удивительное — это ее крылья, длинные и изящные, полупрозрачные, как у бабочки, они помогают ей парить над землей. Женщина так медленно взмахивает ими, словно движется в воде, а не по воздуху.
Нас разделяет река.
Я обращаюсь к женщине, как обращался раньше уже тысячу раз:
— Кто ты, госпожа? Почему ты здесь?
Она внимательно вглядывается в меня, улыбка ее слегка тускнеет.
— Ты меня понимаешь? — Я стараюсь говорить спокойно. — Ты меня слышишь?
Она моргает и приоткрывает губы.
Как уже делала раньше.
Я стараюсь приготовиться к тому, что сейчас будет.
Голос женщины плывет через реку, и при звуках ее песни вода благоговейно замирает. Ветер больше не дует, он затаил дыхание. Даже звезды в ночном небе перестают мигать.
Песня пронизывает меня, отдаваясь и в моем сознании, и в моем теле. Я уже слышал ее, но даже тысяча повторений не может притупить моих ощущений; ее красота словно разбивает меня вдребезги. Неумолимая честность переполняющих песню чувств и страстей — сама правдивость и само изящество. На глаза мои невольно наворачиваются слезы радости и тоски, ибо я ничтожен в сравнении с этой истиной.
Женщина перестает петь. Она смотрит, как я плачу, и на лице ее написано бездонное горе. По щеке ее скатывается большая блестящая слеза и падает в реку.
Духи реки, теперь освободившиеся от магии ее голоса, видят, как падает эта слеза. Внезапно они начинают лихорадочно сражаться за нее, а слеза растворяется в водах, которые снова устремляются в море.
Я падаю на колени и плачу, потому что больше не слышу голоса женщины. Я хочу, чтобы он не умолкал, чтобы вечно отдавался эхом в моей душе.
— Простите...
Человек? Здесь? Я испуганно вскакиваю и оборачиваюсь; мое сердце часто стучит.
Сквозь слезы я вижу молодого человека в мантии монаха Пир — инквизитора, судя по пурпурной отделке его одежды. Он худой, и мантия ему велика. Легкие светлые волосы священника коротко подстрижены, как это принято у Орденов Драконов. Его длинное лицо кажется еще длиннее из-за опущенных уголков рта, бледно-голубые глаза подозрительно смотрят на меня.
— Ты понимаешь, что я говорю? — медленно говорит инквизитор.
Я киваю, чувствуя, как пересохло во рту. Пытаясь совладать со своим страхом, я делаю глубокий вдох, потом выдох.
— Кто ты? — резко спрашивает монах.
Вопрос кажется мне смешным, и я нервно смеюсь.
— Что значит — «кто я»? Это мой сон, мой кошмар. Тебе бы следовало знать, в чьем сне ты находишься.
Монах удивленно поднимает брови:
— Твой кошмар? Это ты — в моем сне!
Его слова меня удивляют. Я гляжу на него, не зная, что ответить, и он тоже не отрываясь смотрит на меня.
— Знаешь, — наконец говорю я, — а вдруг мы оба снимся сейчас кому-нибудь?
У инквизитора вырывается смешок. Он пытается подавить смех, но напрасно.
Я тоже осторожно смеюсь над своей шуткой.
— Возможно, ты прав. — Монах улыбается и неторопливо садится на камне близ водопада. — Возможно, все мы — только обрывки снов, которые снятся богам-драконам. Раньше мне это никогда не приходило в голову. Скажи, ты раньше видел эту летающую женщину?
С ужасом и надеждой я вижу, что монах указывает на противоположный берег. Крылатая женщина парит в воздухе, разглядывая нас обоих.
— Да... Я часто видел ее — и здесь у водопада, и в других местах, кажется... но где и когда, не помню.
— Интересно... Может, здесь нет никаких «где» и «когда»?
Внезапно монах наклоняется вперед, в его широко распахнутых глазах я вижу отчаяние.
— Пожалуйста, скажи: мы безумны?
Я осторожно делаю шаг назад.
— Судя по твоей мантии, ты — монах инквизиции Пир. Безумие — твоя специальность. Ты видишь то же, что вижу я. Если эти видения делают меня безумцем, то, возможно, мы оба...
Но монах уже отвлекся. Он медленно встает, озабоченно поворачивается на восток и глядит на город... на мой город.
Дым из труб Бенина вьется над крышами спящих домов. Он становится все гуще, пока тьма не скрывает звезды. Дым клубится, становится гуще, превращаясь в гигантского дракона, который кружит над городком. Черные крылья дракона бьют по домам моих друзей, моей семьи, по обиталищам всех, кто мне дорог. С каждым ударом крыльев гаснет еще один огонек. Еще один огонек, еще одна жизнь.
— Прекрати! — кричу я инквизитору.
— Это не я! — отвечает монах, но голос его стал другим — теперь он скрежещет, как голос демона. — В чем дело? Что происходит?
Темная стена леса внезапно озаряется блеском бесчисленных стальных глаз. Демоны с ужасными ухмылками наступают на меня. Монах будто не замечает надвигающейся опасности.
Я поворачиваюсь и бросаюсь в реку. Ледяные брызги острыми жалами колют мои босые ноги. На дальнем берегу крылатая женщина все еще манит меня к себе, веля поскорей перейти вброд, чтобы спасти город и себя самого.
Внезапно что-то жгуче-холодное хватает меня за лодыжку. Я смотрю вниз — слишком поздно! Меня жалит не холод, а ледяные руки духов воды, которые хохочут над моей глупостью. Я кричу, пытаюсь вырваться и добраться до противоположного берега, но злым духам слишком нравится со мной играть. Их все больше и больше, они хватают меня за ноги, швыряют мне в лицо брызги и пену, льют воду в глаза и в уши. Я слышу вокруг голоса:
— Пойдем играть! Пойдем играть!
Я в панике спотыкаюсь, потом поскальзываюсь на камнях и плюхаюсь прямо в холодную воду. Духи вопят от злобной радости, их ледяные когти тащат меня вниз, к водопаду. Они танцуют вокруг, и вода льется мне в уши и в нос, затуманивает глаза.
— Мы танцуем! Мы поем! Мы веселимся! Пойдем играть! Пойдем играть!
Я задыхаюсь, давлюсь. Духи воды, которых с каждым мгновением все больше, тянут меня к скалам. Течение становится быстрее, рев водопада — громче.
Внезапно кто-то хватает меня за запястье и тянет против течения. Я машинально сжимаю руку своего неожиданного спасителя, пытаясь поднять голову и вдохнуть. Стряхивая брызги с лица, я отчаянно втягиваю воздух, чувствуя, как злятся духи воды.
Это инквизитор.
— Держись, я вытащу тебя!
Монах тянет меня к себе, другой рукой пытаясь удержаться за камень на берегу.
Я лихорадочно бьюсь в грохочущей реке, нашаривая ногами опору и стараясь вырваться из хватки обезумевших водных духов.
— Давай же! — кричит монах. — Скорей! Я не...
Он смотрит на меня и широко распахивает глаза. За спиной инквизитора, хотя он этого не видит, по берегу безмолвно движется цепочка ухмыляющихся демонов. Они мало-помалу подбираются к нему, но смотрят на меня.
Я отпускаю руку монаха.
— Нет! — кричит он и пытается снова меня схватить, но духи разжимают его пальцы, брызгают на него водой.
Рука инквизитора соскальзывает.
Река увлекает меня к водопаду. Я мчусь рядом с духами воды, и они смеются, шныряя вокруг меня. Мое тело сливается с рекой, теперь я чист, как сам поток, и плыву по течению, устремляясь туда, куда стремится река. Смирившись со своей судьбой, я безропотно превращаюсь в духа воды и лечу через гребень водопада. Духи, взволнованные и ликующие, прыгают вокруг. Я лечу по воздуху, разбиваюсь о скалы и рассыпаюсь на тысячу кровавых капель. В каждой капле — частица моего «я», которое растворяется в водах реки и в пене, взбитой духами воды. Алые воды стремятся вперед, в залив. Меня уносит все дальше, я растекаюсь вширь и становлюсь все тоньше, и вот меня уже не собрать. От меня просто ничего не осталось. Я навсегда растворился в водах залива, я никогда больше не вернусь в родной городок, над которым парит темная тень дракона...
(«Книга Галена» из «Бронзовых кантиклей», том IV, манускрипт 1, лист 4)
2
ГАЛЕН
Гален закричал и забился в темноте. Задыхаясь, ничего не видя, он думал лишь о том, как вырваться из поглотившего его кошмара.
Он открыл глаза.
На него сердито глядел железный дракон с распахнутой пастью.
Гален отпрянул и свалился с кровати. Он ударился так сильно, что захватило дух.
А потом, все еще лежа на полу, он тяжело дышал, и ощущение надежной твердости и знакомого запаха деревянных половиц постепенно рассеивало его страх. Ощущения были обычными, реальными и потому приносили успокоение.
Он уставился на резные стропила. В Бенине дома редко имели потолки; балки свода являлись здесь такой же неотъемлемой частью комнаты, как пол и стены. Гален ничем не отличался от остальных жителей города, он тоже старательно вырезал на балках сложные узоры и образы Васски Великолепного.
Васска, король-дракон Хрунарда, правил и всей Драконьей Глушью. Его изогнутые когти тянулись через всю комнату; столбы, вздымающиеся от перекрестья балок к вершине крыши, были украшены четырьмя главными символами Васски, означающими защиту, завоевание, славу и дух. Меньшие копии Васски глядели на Галена из полутьмы под резной аркой внутренних дверей. Воздух над жарким камином слегка колебался, оттого все изображения казались очень далекими.
— Гален? — В нежном сонном голосе Беркиты чувствовалась тревога. — Гален, в чем дело?
Он вздрогнул. Несколько минут назад его бросило в пот, и сейчас, на утреннем воздухе, он начал мерзнуть. Гален неуклюже подтянулся и оперся о раму постели. Поморщившись, оглянулся на изголовье, где все еще висела железная драконья голова — он выковал ее для брачной постели меньше года назад. На этом настояла Беркита, заявляя, что такой символ принесет им богатство и здоровых детей.
Гален ненавидел драконью голову, но попробуй переспорить Беркиту! Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Ни к чему было тревожить жену.
— Со мной все в порядке, — сказал он как можно спокойнее, его дыхание вырвалось облачком в холодном воздухе единственной комнаты домика.
Гален осмотрелся, все еще чувствуя себя не в своей тарелке. Похоже, вертясь во сне, он сбросил с кровати большую часть подаренных на свадьбу шкур.
А он-то надеялся, что после женитьбы его сны прекратятся! После свадьбы ему хотелось думать только о Берките, больше ни о ком и ни о чем. Она стала центром его жизни. Но сны вернулись, как возвращались каждый год после того, как ему минуло четырнадцать. Теперь надо придумать, как скрыть эту опасную тайну от любимой жены.
— Мне просто приснился сон, — пробормотал он. — Обычный дурной сон.
— Сон? — Беркита села в постели, кутаясь в одну из больших шкур, чтобы не замерзнуть на утреннем холоде.
До рассвета было еще далеко, небо на горизонте едва начинало светлеть, но Гален ясно видел силуэт жены на фоне окна за ее спиной. Он заказал это стекло в самом Хрунарде, его пришлось везти через море Чебон. Стекло было не идеальным, с рябью, но все равно обошлось ему в двухмесячную выручку. От холода стекло защищало плохо, зато радовало Беркиту.
Теперь в слабом предутреннем свете Гален смотрел на туманный силуэт жены на фоне прекрасного и бесполезного окна. Точеный подбородок, буйные темные кудри... Чтобы разглядеть лицо жены, ему не требовалось света — Гален мог видеть его мысленным взором, даже закрыв глаза. Высокие, четко очерченные скулы, фиалкового цвета глаза, сверкающие, как драгоценные камни. Пусть кое-кто думает, будто подбородок у нее слишком острый, а волосы чересчур непослушные. Гален этого не замечал. Прикосновения к ее гладкой коже пробуждали в нем желание, Беркита воплощала его идеал. Все, что делал Гален, он делал лишь для того, чтобы доставить ей удовольствие.
— Сон? — повторила она. — Экий ты глупый, Гален! Это уже в третий раз за три ночи!
Гален покачал головой.
— Беркита, пожалуйста, не ругайся.
Даже в темноте он понял, что жена надулась.
— Прости, Гален. Но все-таки, в чем дело?
«Скажи ей, Гален».
Гален задержал дыхание, притворяясь, будто не слышит шепота железной драконьей головы.
— Да ни в чем, честно. Просто... ну, я слишком перетрудился. Праздник в этом году будет грандиознее прежних, и я не успеваю выполнить все заказы в кузне.
«Скажи ей», — настаивали неподвижные драконьи головы на затянутых утренней дымкой стропилах.
— Ну, отец предупреждал тебя, когда ты впервые встал у наковальни, — усмехнулась Беркита. — Он всегда говорил, что Праздник — самое трудное время года для кузнецов.
Шкура, в которую она завернулась, скрывала ее фигуру, Галена манило то, что пряталось под меховым покрывалом.
— Я могу помочь тебе в праздники. Мне уже приходилось раздувать в кузне огонь.
— И даже не в одной, насколько я помню, — с упреком сказал Гален, — хотя твой отец всегда хотел, чтобы ты выбрала какую-нибудь одну.
— Мне не всякая бы подошла, — промурлыкала Беркита.
— Это точно, — кивнул Гален.
Местный священник определил Галена в ученики к Ансалу, отцу Беркиты, когда мальчику было всего двенадцать. Но быть учеником — одно, а завоевать дочь хозяина — совсем другое. Беркита была единственной дочерью Ансала и его горячо любимой жены Хилны. Кузница Ансала Кадиша должна была перейти во владение достойному человеку, который добьется руки его дочери. Состязание за руку Беркиты являлось в округе не просто предметом сплетен. Возможно, даровитые кузнецы по всей Драконьей Глуши не так сильно интересовались самой Беркитой, как возможностью унаследовать процветающее дело Ансала.
Настойчивость ухажеров начала уже переходить все границы, когда Ансал объявил состязание кузнецов. И хотя об этом не говорилось прямо, но все же подразумевалось, что Ансал будет учитывать мастерство победителя при выборе достойного жениха для Беркиты, а стало быть — и при выборе того, кто унаследует его дело.
Гален любил девушку с того самого дня, как явился в кузницу учеником. Он уже отчаялся добиться ее руки, когда случайно встретил слепого гнома...
— Ну же, Гален, — сказала Беркита, устроившись в кровати поудобнее. — Не глупи, дай мне пособить тебе в кузнице.
Гален рассмеялся и тут же вздрогнул. Голос жены успокаивал; иногда ему казалось, что только это и помогает ему не сойти с ума.
Не сойти с ума. Он был в здравом уме! Он не знал, что с ним такое происходит, но что бы это ни было, хуже ему не становилось. Наверняка это просто затяжная болезнь. Может, много лет назад он случайно съел слепоягоды. А может, все дело в ветре, который когда-нибудь да переменится. Что бы с ним ни творилось, его утешала мысль о том, что хуже ему не становится. И еще утешало присутствие обожаемой жены.
Железная драконья голова повернулась и посмотрела на него холодными мертвыми глазами.
«Скажи ей!» — настойчиво произнесла она.
Гален только моргнул. Он давно научился не обращать внимания, когда с ним начинали разговаривать предметы. Это тоже чаще случалось осенью — еще один симптом его странной болезни. Однажды, много лет назад, он крепко поругался с надоедливым посохом, гуляя по Западным лесам близ города. Однако посох в тот момент держал молодой Маркин Френдигар, который подумал, что Гален кричит на него. С тех пор Гален старался не отвечать, когда с ним заговаривали статуи, барельефы или горшки, — если только не был один.
— Нет, тебе не стоит приходить в мастерскую, да и твоему отцу тоже, — ласково сказал Гален. — Там Сефас, он работает за двоих. Я не знаю, что бы я без него...
Вдалеке запела труба. Гален и Беркита обернулись к окну, а к первой трубе уже присоединилась вторая, на еще более низкой ноте. От их дуэта задрожало стекло.
— Гален! Начинается Праздник! Ну же, пойдем, посмотрим!
Беркита спрыгнула с кровати, плотно закутавшись в шкуры, и все же Гален не мог не залюбоваться изгибом ее спины. Она махнула рукой, веля мужу поскорей присоединиться к ней.
Окно выходило на юг, и они могли видеть почти весь город, в нескольких милях от их дома спускавшийся к морю. Рассвет уже разгорелся вовсю; на востоке небо пересекали алые полосы, озаряя город оранжево-розовым светом. Отполированный купол Кат-Драконис, самого большого здания в городе, пылал в рассветном огне. Остальные здания Бенина рядом с его великолепием казались совсем маленькими.
Гален последовал взглядом по Пути Васски к кузнице и дальше — улица тянулась до самых доков. Рыбацкие лодки покачивались на утренних волнах; рассвет окрасил их в красный цвет. Еще дальше раскинулся залив Миррен, сверкающий под утренним солнцем. Сразу за излучиной лежали Вдовьи острова. Галену показалось, что он видит в пронизанной пламенем утренней дымке даже Проливы в двадцати милях отсюда.
— Это знак, Гален, — улыбнулась Беркита. — Васска посылает нам благословение.
Гален обнял Беркиту, прижавшись к ее гладкой теплой спине. Большие трубы на Кат-Драконис снова загудели, но теперь к ним присоединилась третья, самая гулкая, и все вместе они возвестили о начале Чешуйчатого Рассвета и Праздника Урожая.
— Это трубы Пир, — прошептал Гален, зарывшись лицом в волосы жены. — Они призывают Васску, правящего в далеких землях.
Беркита захихикала, вертясь в его объятиях.
— Да неужто? Ну-ка, расскажи мне об этом!
Гален крепче обнял ее и зашептал в ухо:
— Трубы призывают Васску, короля-дракона, благословить урожай и обратить взор на своих благодарных слуг.
Беркита повернулась к мужу.
— Значит, ты все-таки веришь в Законы Пир!
— Нет. — Гален мрачно усмехнулся. — Но я верю тому, что знаю. Благодатный Васска больше четырехсот лет не подпускает к нам других драконов. Этого вполне достаточно для моей веры.
— Ну вот, Гален, — надулась Беркита и отвернулась от него, — ни во что ты не веришь!
Гален обнял жену.
— Нет, я просто осторожен. Я почтенный и послушный член Пир, дорогая моя, но я предпочитаю не поклоняться никому и ничему с закрытыми глазами. Васска спас нас от Безумных Императоров Рамаса, а тем самым и от самих себя. Знаешь, иногда мне кажется, что мы отмечаем Праздник скорее для того, чтобы избавиться от безумцев, чем для того, чтобы почтить королей-драконов.
Беркита застыла в его объятиях.
— Какие ужасные вещи ты говоришь. Безумные, калеки, слабоумные — все они Избранники Васски. Вот почему на Празднике их отделяют от остальных. Потом Пир Драконис забирает их и заботится о них, потому что мы этого не умеем. Король-дракон милостив и заботится о тех, кто болен, кто отличается от остальных, а послушать тебя — так в этом есть что-то дурное.
— Извини, любимая, — прошептал Гален. — Пир Драконис делает хорошее и важное дело. Просто... ты никогда не замечала, что те, кто попадает под опеку церкви, почему-то никогда не возвращаются домой исцеленными?
— Ерунда, — фыркнула Беркита. — Джаспер Конал, торговец рыбой, говорил, что такова природа их болезни! Людей с императорским безумием излечить невозможно, вот почему Избрание избавляет их от греха, чтобы они могли перейти в мир иной с Васской в сердце.
Гален кивнул.
— Может быть. Только прошлой осенью Энрик Чалкер в «Тюлене и скале» во всеуслышанье объявил, что Избрание — фальшивка, и что он всем расскажет, какие священники лжецы.
— Шутишь!
Гален серьезно покачал головой.
— Я сам там был. Мне было страшно за него, Беркита. Его дочь не так давно забрали во время Избрания. Но согласись — она так и не вернулась, а Энрик с тех пор сам не свой. Он до сих пор говорит, что ее забрали по ошибке.
— Как это грустно. А ты как думаешь, Гален, они допускают ошибки?
— Не знаю, дорогая.
Гален много лет боялся, что и его примут за одного из безумцев. Ошибочно примут, конечно же. Он ведь не был безумным; но его «странности», как он про себя их называл, обострялись осенью, во время Праздника. Это было неудобно, но в остальном они никому не мешали. Ему просто следовало каждый год избегать Избрания на городской площади. Часто из-за этого ему приходилось пропускать самое интересное, но он всегда говорил себе, что так будет лучше: зато он не доставит церкви хлопот, если по ошибке его примут за Избранника.
Но он знал, что нынче избежать Избрания будет куда сложнее, чем в прежние годы.
— Ох, Гален, давай не будем говорить об этом, только не сегодня. — Беркита закрыла глаза, ей не терпелось оказаться на улице, ее ждал длинный многообещающий день. — Васска обязательно коснется нас и благословит.
Гален заставил себя улыбнуться.
— Итак, ты ждешь от благословенных монет исполнения желания, любимая?
— Не смей говорить, будто и в это не веришь! — Беркита мечтала получить благословение, чтобы родить ребенка.
Она уже несколько месяцев ни о чем другом не говорила и хотела, чтобы Гален был рядом в столь важный момент. И Гален не мог придумать, как ему пропустить Избрание и оказаться на следовавшем сразу же за Избранием Благословении.
— Верю, любимая, верю, — сказал он. — Думаю, именно благословение Васски мне бы сегодня не помешало.
Жена повернулась к нему; рассвет окружил ее лицо светящимся ореолом.
— Ну, — проговорила Беркита, поднимая голову, и ее фиалковые глаза вспыхнули в утренних лучах, — чтобы мое желание сбылось, мне понадобятся не только несколько монет на сегодняшнем Празднике!
Она протянула к мужу руки, шкуры упали на пол. Беркита обвила руками шею Галена, притянув его к себе. Купаясь в ее сияющем тепле, Гален перестал чувствовать холод.
Снова зазвучали трубы, но они не заглушили радостного смеха Галена и Беркиты, когда они повалились на постель.
На этот раз резные драконы смолчали.
3
КУЗНИЦА
Кузница Галена лежала на полпути между Прибрежной Дорогой и Путем Васски.

Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин - Хикмэн Трэйси => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин автора Хикмэн Трэйси дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Хикмэн Трэйси - Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин.
Если после завершения чтения книги Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин вы захотите почитать и другие книги Хикмэн Трэйси, тогда зайдите на страницу писателя Хикмэн Трэйси - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Хикмэн Трэйси, написавшего книгу Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Бронзовые кантикли - 1. Таинственный воин; Хикмэн Трэйси, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн