А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Война с Францией закончилась и была проиграна, но, что еще хуже, Джон стал королем Франции.
– Я должен увидеть его, – с глазами, полными слез, произнес Робин. – Мне необходимо добраться до Франции, чтобы в последний раз взглянуть в его лицо и проводить в последний путь.
– Я поеду с тобой, Робин, – твердо заявил монах Тук, – ибо я не могу допустить мысли, что ты один предпримешь такое длинное путешествие. Мы отправимся немедленно.
Робин и монах Тук подготовили лошадей, взяли еды и денег для путешествия. Они добрались до Девера, откуда на корабле переправились во Францию, распространяя по дороге весть о смерти короля.
В целях безопасности Робин нарядился в костюм разбойника: коричневый плащ и красный веревочный пояс. С тяжелым сердцем отдал он последний долг телу Ричарда. Друзья оплакивали своего кумира, проходя мимо гроба в длинной траурной процессии.
После похорон Робин и монах Тук вернулись в Шервуд, где их ожидал еще один гонец. Как только они подъехали к лесному домику монаха, один из старых соратников Робина выбежал из дверей и рассказал им последние новости.
– Леди Марианна была вынуждена уйти в монастырь в Керкли, так как король Джон приказал доставить ее к нему в Вестминстерский дворец, – сказал гонец.
– Король до сих пор взбешен от этой новости. Дети находятся в безопасности у ее отца, лорда Фитзуолтера.
Пообедав и передохнув, Робин и монах Тук составили план действий, вскочили на лошадей и помчались в монастырь Керкли. Они буквально ворвались к настоятельнице.
Робин надвинул на лицо капюшон и не проронил ни слова. Монах Тук объяснил настоятельнице, что его брат дал обет молчания и поэтому ни с кем не может разговаривать.
Робин и монах Тук отлично знали, что настоятельница ненавидит Робин Гуда, и поэтому посчитали за лучшее сохранить инкогнито.
– Мы приехали по поручению Фитзуолтера, – сказал монах Тук. – Он хотел бы узнать, все ли в порядке с его дочерью, леди Марианной Фитзут.
– Скажите лорду Фитзуолтеру, – холодно процедила настоятельница, – что его дочери ничто не угрожает, пока она остается в моем монастыре. Здесь ей никто не причинит зла. Как только я смогу убедить ее, что ее муж мертв, она даст обет и станет монахиней. Но она слишком упряма и не верит, что его нет в живых.
– Она очень состоятельная женщина, – мягко сказал монах Тук. – И если вы докажете ей, что ее муж мертв и она даст обет, монастырь сможет претендовать на все ее состояние, не так ли? Разве не такой закон издал король Джон?
– Конечно, – с улыбкой ответила настоятельница. – Она принесет большое богатство монастырю.
Глаза настоятельницы алчно заблестели, она сжала руки, как-будто уже держала в них состояние Фитзутов.
Робин с трудом сдержал себя, прикусил нижнюю губу, закрыл глаза. Он был вне себя, ибо понял, что при помощи своих приспешников, среди которых настоятельница была одной из самых фанатичных, король Джон сыграл с ним еще одну злую шутку.
Монах Тук поднялся, и мужчины ушли в ближайшую деревню. Они отдохнули, пообедали в местной таверне. Доедая хлеб с маслом, они услышали стук лошадиных копыт. Оба повернулись, чтобы рассмотреть входившего в гостиницу гостя. Узнав его, они радостно воскликнули.
Это был Маленький Джон!
Несколько мгновений он разглядывал двух монахов, потом осторожно, будто не узнавая, приблизился к ним и даже заглянул под капюшон Робин Гуда, дабы удостовериться, что говорит именно с тем человеком.
– Робин, – выдохнул он, – как ты? Раны зажили?
– Я почти что в прежней форме, более или менее, – сказал Робин. – А как ты?
– Я очень обеспокоен, – пробормотал Маленький Джон, заказывая обед. – Слышали ли вы, что леди Марианна арестована и содержится в монастыре, а вокруг здания настоятельница выставила охрану из солдат короля? Я видел, как сегодня оттуда выходили два монаха, а потом был отправлен гонец. Через некоторое время появились стражники. Сейчас они охраняют монастырь. Что ты собираешься делать, Робин? Мы должны как-то вызволить ее. Она приехала туда, чтобы скрыться от короля, потому что настоятельница послала ей записку, что ты сбежал из Ноттингемского дворца и находишься в монастыре.
– Мы пойдем туда ночью и спасем ее, – заверил Робин.
Мужчины приступили к разработке плана, а когда наступила ночь и небо и луну заволокли дождевые тучи, они вооружились луками, стрелами, мечами и кинжалами и отправились в монастырь.
Когда они добрались, окна келий были темными, ибо все монахини уже спали. Светилось только одно окошко на самом верху здания. Робин издал крик радости, увидев свою жену, которая сидела у окна, устремив взгляд в темноту.
Но этот крик трагически оборвала стрела, выпущенная с ближайшего дерева. Она пронзила ему грудь.
Серьезно раненый Робин упал на землю.
– Плевать на настоятельницу, – сказал монах Тук. – Мы должны затащить Робина внутрь и оказать ему помощь, иначе через час он умрет.
Монах Тук и Маленький Джон привязали белый платок к длинной деревянной палке и, размахивая им над головой, подняли Робина и осторожно понесли его к дверям монастыря. Монах Тук неистово забарабанил в огромную дубовую дверь, и трех мужчин впустили внутрь. Раненого быстро и осторожно перенесли в комнату для гостей, положили на кровать и раздели.
– Оставьте меня с ним, – сказала настоятельница. – Мы с сестрами все сделаем сами, они помогут мне вытащить стрелу. Пожалуйста, подождите в соседней комнате. Поверьте, мы отлично справимся с этой работой.
Маленький Джон и монах Тук понимающе переглянулись, однако им не оставалось ничего другого, как подчиниться. Они удалились в соседнюю комнату и как раз собирались присесть, когда услышали, как в двери повернулся ключ.
Они оказались пленниками в комнате без окон.
Настоятельница позвала на помощь четырех монахинь и занялась раненым. Вытаскивая стрелу, она мельком взглянула в лицо мужчине, а потом пристально уставилась на него. Она так долго стояла без движения, что ожидавшие монахини испугались, услышав, как с ее уст сорвался крик дикой радости.
– Это Робин Гуд! – звонким голосом закричала она. – Мой враг попал мне прямо в руки.
Она безмолвно вглядывалась в восковое лицо Робин Гуда, который лежал без сознания и полностью находился в ее власти. Это была настоящая удача. Она зло и грубо выдернула стрелу из груди Робина и, пока монахини мыли и перевязывали рану, отошла к окну.
Когда они закончили, настоятельница приказала монахиням удалиться и оставить ее с раненым. Она присела рядом, обдумывая, как поступить.
Робин застонал, разомкнув сухие губы. Она дала ему глоток воды. Потом он снова потерял сознание.
Она вскрыла вену на руке Робина, чтобы пустить кровь – в то время это было единственное лечение от многих болезней. Она смотрела, как кровь вытекала из руки в поставленный у кровати таз. Потом настоятельница села у окна и стала ждать.
Только в конце следующего дня она открыла дверь в соседнюю с гостевой комнату и позвала монаха Тука и Маленького Джона к постели друга.
– Он умирает, – холодно сказала она, слабая улыбка на ее губах грозила превратиться в гримасу ненависти. В ее взгляде светилось торжество.
Почти не обратив на нее внимания, мужчины поспешили к кровати Робина, чтобы посмотреть, что она сделала с их другом. Кровопусканиями она довела его до смерти.
– Дайте мне рог, – прошептал Робин.
Маленький Джон взял рог со стола, куда его положили монахини, и вложил в руку Робина. Робин поднес инструмент к губам и издал вибрирующий звук.
Марианна гуляла в саду, когда услышала его, и моментально поняла, что Робин находится в монастыре и попал в большую беду.
Она кинулась в покой для гостей, где он должен был находиться, и, горько рыдая, подняла Робина.
– Марианна, – слабо прошептал Робин, – дай мне лук и стрелу. Я выстрелю, и вы похороните меня в том месте, куда упадет стрела.
Маленький Джон принес своему другу лук и стрелу и вложил их ему в руки. Собрав последние силы, Робин вставил стрелу в лук и выстрелил в открытое окно. Она перелетела через стену монастыря и упала в центре небольшой лесной поляны.
Когда стрела коснулась земли, Робин счастливо улыбнулся и глубоко вздохнул. Он умер.
На следующий день Маленький Джон, монах Тук и Марианна похоронили его на лесной поляне в гробу, который они сделали собственными руками. Монах Тук прочитал заупокойную молитву над могилой.
Произнеся слова прощания, они покинули Робина в его последнем вечном пристанище.

Глава 22. СПУСТЯ ГОДЫ.

Луч солнечного света пробился через густые ветви деревьев в Шервудском лесу и упал на аккуратный маленький домик около ручья в Компанхерсте. Привязанная к берегу ярко окрашенная новая лодка была готова к перевозке путешественников на противоположный берег. Крошечная часовня привечала всех, кто хотел поблагодарить Бога за удачу или помолиться, чтобы несчастья ушли прочь.
Внутри часовенки справа от алтаря стояли рядом две прекрасные фигуры из камня. Одна изображала леди в широком ниспадающем платье, другая – стрелка. У подножия статуй лежала простая табличка в память сэра Роберта и Марианны Фитзут. Перед ней стоял двойной подсвечник, в котором горели свечи. В безмолвном пристанище Бога пахло ладаном, а солнечный луч падал прямо на крошечный алтарь с самодельным крестом. На поляне был слышен другой, более земной запах жареного мяса. Внутри маленького дома очень старый монах поджаривал свинину и свежие яйца.
Стол был накрыт на шестерых, но монах никогда не знал, скольких гостей ему посчастливится накормить. Его маленький дом всегда был гостеприимным.
Топот лошадиных копыт отвлек монаха Тука от кулинарных упражнений. Он встрепенулся, потому что так и не смог преодолеть старые привычки: слишком часто ему приходилось защищаться от наемников Джона. Когда в лесу еще жили люди в зеленом, он сам носил меч под рясой монаха.
Но время разбойников прошло, не было больше и короля Джона. Теперь новый король правил Англией, и опять сияло солнце, и царил мир. Народ мог отдохнуть и заняться делом, не опасаясь, что его обворуют и что придется выплачивать непосильные налоги.
Монах Тук расслабился и в тысячный раз сказал себе, что ему нечего больше бояться и что топот лошадиных копыт на дороге просто сообщает о прибытии в часовню какого-нибудь путешественника, которому нужен кров на ночь или лодка для переправы.
Путники приносили только желанные новости, так что монах Тук давно перестал опасаться плохих вестей. На ранее неспокойных берегах Англии царили справедливость, счастье и процветание.
Лошадь резко остановилась у двери, фыркнула, и монах Тук поспешил посмотреть на визитера.
На мгновение он залюбовался красивой лошадью, дорогой упряжью и красивым седлом на животном, потом обратил внимание на всадника, который соскочил на землю.
Это был молодой юноша в богатой одежде. Он гордо, но без высокомерия держал свою красивую голову.
– Добро пожаловать, молодой сэр, – воскликнул монах Тук. – Разрешите мне взять вашу лошадь и снять с нее седло, чтобы она отдохнула, попаслась на берегу и напилась чистой, свежей воды из ручья. Может быть, войдете и покушаете вместе со мной? У меня почти все готово.
– Спасибо, дорогой монах, – сказал молодой человек, помогая ему снять седло и сбрую с лошади. Он разложил упряжь на траве и последовал за монахом Туком в маленький дом, с интересом разглядывая его. Он наблюдал, как великан накладывал мясо на огромную тарелку на столе. Через несколько мгновений шесть яиц зашипели в горячем жиру.
– Я оставил своих лошадей в лесу, – сказал молодой человек. – Они пасутся выше по течению ручья. Мне хотелось повидать вас наедине. Вы монах Тук, не так ли?
– Совершенно верно, – сказал старик. – Я – монах Тук, преданный слуга короля Ричарда и защитник всего того, за что он боролся, соратник и друг Робин Гуда и хранитель памяти о нем и его прекрасной леди Марианне, да упокоит Бог их души.
Он перекрестился и счастливо улыбнулся, вспомнив друзей, затем повернулся к молодому человеку, который стоял рядом.
– Могу ли я узнать, кто вы? – поинтересовался монах.
– Просто юноша, проезжающий через лес с друзьями, – осторожно сказал он.
– Могу поспорить, что вы очень важный юноша, – заметил монах Тук, ставя тарелку с едой на стол перед гостем и накладывая себе мясо и яйца.
Они с аппетитом поели почти в полной тишине, а когда тарелки опустели, добавили по большой порции яблочного пирога и сметаны.
Наевшись, юноша попросил:
– Расскажите мне о Робин Гуде. Он, наверное, был потрясающим человеком. Жаль, что мне не довелось встретиться с ним. Мой отец не любил его, но мой дядя Ричард почти боготворил его. Он так много сделал, чтобы помочь дяде Ричарду, когда тот находился в смертельной опасности.
– Расстегните ваш пояс, юноша, вы слишком хорошо поели, – запросто предложил монах Тук, – иначе я не смогу развязать свой, дабы не оскорбить гостя.
Мужчины расстегнули пояса, и монах Тук сказал:
– Вы, кажется, назвали дядю Ричарда? Как имя вашего отца? Не Джон ли случайно? Король Джон?
– Да, мой отец – король Джон, и ему следовало куда лучше относиться к людям, – сказал молодой король. – Я – Генрих Третий, как вы уже догадались. Я хотел приехать и лично поблагодарить вас за все, что вы сделали для дяди Ричарда. Я его почти не знал, так как он всегда воевал.
– С вашим отцом было трудно иметь дело, – сказал монах Тук, на какое-то мгновение его лицо ожесточилось. Потом он снова улыбнулся и налил королю свежего молока. – Король мог бы лучше относиться к народу, если бы был более мудр и не был… так жаден.
– Правительство заставило его подписать документ под названием «Магна Карта», – сказал Генрих, – согласно которому он больше не мог притеснять народ и так деспотично править Англией. Но я с сожалением вспоминаю о многих его делах. Думаю, что в конце он сам устыдился их, поскольку стремился хоть что-то исправить.
– Он попытался внести перемены, когда было уже поздно, – сказал монах Тук, будто разговаривая сам с собой. – После того, как из-за него погиб Робин, он разрешил леди Марианне вернуться домой к детям и жить в мире. Сейчас ее сыновья подросли и прекрасно справляются с имением отца, их хозяйства процветают. Робин уже был бы дедушкой, если бы был жив, Я часто вижу малышей, играющих около дома. Они приезжают, чтобы навестить меня. Очаровательные дети!
– А что случилось с леди Марианной? – спросил Генрих.
– Она жила в доме, пока сыновья не переженились. Когда умерла старая настоятельница, Марианна отправилась доживать свой век в монастырь Керкли, где заняла ее место. Она управляла монастырем до самой смерти. Она скончалась на той же кровати, где когда-то испустил свой последний вздох Робин. Мы похоронили их рядом на лесной поляне, как они оба желали.
– А Маленький Джон, где он сейчас? – спросил юноша, с интересом глядя на монаха Тука.
– После того, как леди Марианна отправилась жить в Керкли, Маленький Джон уехал в Ирландию, – ответил монах. – Там он снискал известность силача и прекрасного стрелка из лука. Умирать он вернулся в Англию и похоронен в Хэйзерсейдже в графстве Дербишир. Он был потрясающим человеком. Я никогда не видел никого сильнее. Вы бы его полюбили, Генрих, обязательно полюбили.
Они разговаривали, пока тени в лесу не стали длинными, а солнце не склонилось к западу, только тогда молодой король собрался уезжать, но мысли его были полны Робин Гудом и его приключениями.
– Я буду часто навещать вас, – сказал Генрих. – Я думаю, что вы такой же прекрасный человек, как Маленький Джон, Уилл Скарлет или Робин Гуд.
Монах Тук ласково улыбнулся королю и сказал:
– В нашем старом мире хорошо одно. Не так важно, кого уносит от нас смерть, важно, что жизнь все равно дает для любви другого. Детей Робина, а теперь молодого короля, например.
Юноша пожал ему руку и сказал:
– Я навсегда запомню ваши слова, святой отец.
Когда он повернулся, чтобы уйти, монах Тук схватил корзинку с мясом и свежими яйцами и сунул ее в руки молодого короля.
– Спасибо, – сказал Генрих, садясь на лошадь. – До свидания. Мы скоро увидимся.
Молодой Генрих произнес эти слова и уехал, держа в руках подарок монаха Тука.
– Я вернусь, – прокричал король. И исчез среди деревьев.



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16