А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Все сжигающий и сметающий силовой луч чистой атомной энергии был настолько плотным и тяжелым, что сила отдачи отбросила треножник назад. Зеваки ошарашенно смотрели, как тепловой луч чиркнул по небу, устремляясь к танцующему джиттербаг левиафану.
«Мститель» и «Разрушитель» последовали примеру командира, и черные купола содрогнулись от выбросов кипящей плазмы. Петляя между горящими зданиями, «Справедливость» сделала круг и выстрелила в громадного кальмара с тыла.
Четыре энергетических луча угодили точно в центр кальмара, и монстр пропал из виду в добела раскаленном неистовстве атомного обстрела. Два луча случайно коснулись друг друга, и несколько капель сверхраскаленной материи рассыпались дождем над городом. Падая на крыши, раздробленные атомные ядра с шипением проходили сквозь камень и сталь, словно те были дешевым французским сыром – одним из тех скверных сортов, которые тают при комнатной температуре и пахнут немытыми ногами. Церковь неподалеку, захваченная завихрением воздуха от бушующей мощи лучей, превратилась в кипящую лаву. Зеленые деревья от титанического выброса жара увядали прямо на глазах, и, на какое-то мгновенье, восходящий воздушный поток расчистил затянутое дымом небо над Лондоном.
Когда тепловые лучи отключили, население потрепанного города поморгало, прочищая глаза, а потом выпучило их на зрелище, в которое невозможно было поверить: гигантский кальмар стоял как ни в чем не бывало. Он выглядел совершенно невредимым и крайне раздосадованным.
– Милостливый Иисус, Мария и Будда, – прошептал, бледнея, сержант Барта.
– Мы каким-то образом промахнулись? – спросил стармех Хиггинс, расстегивая верхнюю пуговицу накрахмаленного воротника.
– Должно быть. Другого объяснения нет, – заявил лейтенант Дональдсон, крутя ручку управления. – Как у нас с мощностью?
– Восемьдесят процентов, сэр! – ответил рядовой.
– Дайте мне проверку систем, – приказал сержант.
– Давление в бойлере, стабильно!
– Генератор, стабильно!
– Вперед!
– Вперед!!!
* * *
Молотя всеми щупальцами, кальмар выполнил особенно грациозный прыжок, но поскользнулся на расплавленной церкви и плюхнулся прямо физиономией вниз, с крайне неприятным громким шлепком – словно утку шлакоблоком раздавило. Невероятно сконфуженный, кальмар встал на все восемь щупалец. Вот и весь толк от светских церемоний! Ну все, теперь это уже личное! И, плюясь огнем, Бог Кальмар двинулся на выстроившиеся в ряд шипящие металлические треножники.
* * *
– Полную мощность! – приказал лейтенант, ручками фокусирующих механизмов устанавливая минимальное отверстие диафрагмы.
Он видел в окно другие треножники, густой черный дым с кружевом красных искр, валящий из выхлопных труб черных с серебром полусфер. В заднем отсеке его собственной машины бригада ругающихся на чем свет стоит рядовых бросала лопатами уголь в топку главного бойлера, пока она не раскочегарилась до опасного уровня.
– Еще раз, огонь! – крикнул сквозь стиснутые зубы Дональдсон. – И еще, приятель!
Вулканические лучи выплеснулись вновь, но наступающий кальмар теперь, казалось, просто поглощал энергетические разряды.
Скрипнув зубами, лейтенант Дональдсон щелкнул рычажками предохранителей.
– Непрерывный огонь! – скомандовал Дональдсон.
– Сэр? – воскликнул, не веря своим ушам, сержант Барта.
– Выполняйте!
Четыре испепеляющих тепловых луча ударили в огромного зверя с дистанции выстрела в упор. На этот раз не короткой вспышкой, а могучими потоками кипящей плазмы ядерная жидкость буравила дьявольского кальмара насквозь! Возвышающееся чудовище исчезло в адском ореоле излучаемой энергии!
Но вскоре энергетические потоки потеряли силу, потом иссякли, и внутрь ворвался холодный воздух с реки, освежая накаленную атмосферу.
– Аккумуляторы разряжены, сэр! – объявил рядовой, когда свет на потолке померк, а вслед за ним погасли и индикаторы на пульте управления.
– Энергию батареи! – резко приказал сержант.
Капрал на своем боевом посту с глухим звуком опустил надежно изолированный рычаг. Мягко запульсировав, вернулся свет потолочных ламп, но пульт управления оставался темен.
– Батарея работает, сэр, – доложил сержант Барта.
– Нам нужна минута на перезарядку, – подумал вслух лейтенант Дональдсон. – Ладно, приготовиться к маневрам швартовки!
Спрашивать объяснений было некогда, поэтому сержант просто поступил, как было приказано, и горячо надеялся, что командир, черт побери, знает, что делает. Маневры швартовки?
– К ма-неврам швар-товки, товьсь! – нараспев выкрикнул из своего пропотевшего кресла сержант Барта.
Срывая с себя ремни безопасности, члены экипажа бросились к блоку управления. Заученными движениями, каждый на своем месте, солдаты ухватились за огромные рычаги и поднатужились, прилагая титанические усилия для того, чтобы привести их в нужное положение. С шипением пара, вырывающегося из всех сочленений выдвигающихся ног, королевский треножник медленно, в несколько приемов, сложился, как бы опустившись на колени, и плавно прислонился к тлеющему зданию.
– Мертвая тишина, – тихо приказал лейтенант. – Первый, кто заговорит, получит шестьдесят плетей.
Это по-настоящему поразило экипаж. Никогда прежде лейтенант не позволял себе угрожать никому из них телесными наказаниями, теперь же солдаты услышали в его обычно спокойном голосе непривычно жесткую нотку. Неужели положение настолько серьезное?
Двигаясь мимо своего павшего товарища, остальные машины Черного Отряда вели огонь короткими разрядами и продолжали отступать. Мощь силовых лучей ослабела, и они разбивалась о пятнистую шкуру кальмара без какого-либо видимого эффекта.
* * *
Кальмар выбрался на открытое пространство между Конституционным клубом и отелем «Виктория» и в нетерпении направился к одному из металлических треножников, когда его неожиданно осыпала градом высокоскоростных снарядов флотилия кораблей на реке. Шестнадцатидюймовые пушки безостановочно говорили на своем жестоком языке уничтожения.
С телом, покрывшимся черными пятнами разрывов, кальмар удивленно моргнул. Так это отступление было западней? Монстр подозрительно посмотрел сверху вниз на мертвую металлическую тварь, прислонившуюся к горящему дому.
Мгновенно накренив полусферу кверху, экипаж ТЕВ «Возмездие» выдал зверю полную мощь разряда прямо в левый глаз! Отдернув голову от трещащего луча, кальмар припал к земле и обвил пару щупальцев вокруг ног машины. Высоко подняв ее, разъяренный монстр бросился вперед и замолотил ею по другим треножникам словно дубиной. Звенящая какофония этой атаки выходила за пределы слухового восприятия.
Лобовое стекло «Возмездия» разлетелось метеоритным дождем осколков, и из окна посыпались тела мертвых солдат, с тошнотворным звуком ударяясь оземь. Даже падая с высоты, лейтенант Дональдсон, демонстрируя истинно британский характер, стрелял в высящегося над ним зверя из служебного револьвера «Веблей-455», пока не приземлился на удивительно мягкий и упругий мат. Черт, да он стоит на щупальце! Разрядив револьвер, лейтенант выхватил саблю и бросился вдоль по щупальцу, рубя и сеча его клинком.
Пнув по щупальцу номер шесть дымящейся треногой, он смахнул досаждающую букашку и продолжил жестоко дубасить другие машины.
Вращаясь на максимуме оборотов в минуту, гироскопы треников сорвались со своих прочных станин и вылетели из машин, крутясь, словно безумные волчки. Под страшными ударами полусферы треснули, генераторы закоротились, над корейскими треножниками затрещали и быстро погасли крупные голубые искры. Из зияющих щелей вырвался пар, за ним последовала вонь жареного человеческого мяса.
Кальмар презрительно фыркнул. Да-да, конечно. Не попадаясь больше на старый трюк, монстр продолжал колотить по всем треногам, пока те не развалились на куски. После этого кальмар сплясал на обломках, пока от машин не осталось ничего, кроме покрытых малиновыми пятнами железок.
* * *
Стоя на лужайке перед музеем, проф. Эйнштейн, Мэри и лорд Карстерс наблюдали в полевые бинокли за страшным концом неравного боя. Клубящийся дым поднимался с места бойни, окутывая обреченный город страшным погребальным саваном.
– Это совершенно изумительно! – пробормотал, опуская бинокль, профессор Эйнштейн. Закусив губу, профессор вытащил запасную цепочку для ключей и потер свой новый талисман – счастливый зуб динозавра. – Наши тепловые лучи способны достигать температуры свыше двух тысяч градусов по Кельвину. Это же температура поверхности солнца! По идее, никакая органическая материя не способна выдержать термический удар такой силы!
Опустив бинокль, Мэри выгнула бровь.
– Но, дядя, – медленно начала она. – По-моему, ты говорил, что это создание магическое...
Перебивая ее криком, лорд Карстерс отбросил полевой бинокль.
– Господи Боже, милая, вот оно! – взволнованно выпалил он. – Дутарианские легенды гласят, что Бог Кальмар неуязвим для оружия, созданного человеком!
С крыши снова громко бабахнула крупнокалиберная винтовка. Запас боеприпасов у леди Данверс казался неисчерпаемым. Но если ее усилия и приводили к каким-то результатам, среди бушующих по городу боевых действий их как-то не было заметно.
– Я вас двоих не понимаю, – возразил проф. Эйнштейн, показывая на бесчинствующего кальмара. – Треножники – это венерианское изобретение.
– В том-то и соль, дорогой дядюшка, – сказала Мэри, меняя положение так, чтобы ее загипсованная нога была на каменной плите дорожки, а не на росистой траве. – Треножники Королевской армии скопированы с венерианских моделей. Внеземного происхождения лишь конструкторская идея, но каждая деталь этих машин на самом деле сработана английскими механиками.
– Сделаны людьми, – прошептал Эйнштейн. – О боже.
Лорд Карстерс громко и зло выругался на четырнадцати разных языках, включая дутарианский и нижневаллийский.
– Разрази меня гром, – воскликнул лорд, снова переходя на английский. – Если в только уцелела хоть одна из подлинных венерианских боевых машин, мы бы показали этой зверюге, что такое британское мужество!
Неловко повернувшись на месте, Мэри пристально посмотрела на профессора. Тот невинно улыбнулся и, отвернувшись в сторону, начал что-то насвистывать.
– Дядя Феликс... – выразительно произнесла Мэри.
Задрав голову к небу, профессор стал разглядывать облако дыма, гонимое полуденным бризом.
– Да, очень плохо, что у нас нет ни одной из них, – посетовал проф. Эйнштейн, обращаясь к облаку. – Такая жалость. Как грустно.
Чувствуя, что дальнейшее будет пустой тратой слов, Мэри взяла лорда Карстерса за руку и потянула за собой.
– Бенджамин, идем со мной! – приказала она.
– А что? – осведомился лорд, вежливо следуя за ней.
– Идем и все, – повторила Мэри, быстро ковыляя по лужайке. – Там увидишь!
– Нет, погодите! – воскликнул проф. Эйнштейн, роняя зуб динозавра. – Это, э-э, то есть, я хотел сказать, ключ! Ключ потерян!
– Тогда мы взломаем дверь! – бросила Мэри, не оборачиваясь и хромая дальше.
Терзаясь нравственными муками, проф. Эйнштейн взвесил на одной чаше весов полное уничтожение мира, а на другой – возможное повреждение его ценного экспоната. Его ценного, тайного, незаконного, контрабандного экспоната.
– О, черт побери, – пробормотал профессор, покоряясь судьбе, и двинулся следом за парой. – Подождите меня!
27
Пересекая вместе с остальными травянистую лужайку, лорд Карстерс увидел, что они направляются к большому каретному сараю за разоренным розарием. Кусты были переломаны и растоптаны, солнечные часы опрокинуты набок, а от бельведера практически осталась лишь куча щепок на растопку. Все это, очевидно, было результатом стычки Женского вспомогательного корпуса с почитателями Бога Кальмара.
Остановившись и переводя дыхание у боковой двери каретного сарая, Мэри нетерпеливо дожидалась подхода дяди.
– Скорее! – поторопила она его, щелкнув пальцами.
Профессор удвоил скорость, а лорд Карстерс окинул каретный сарай взглядом. Это здание красного кирпича было непомерно большим для семьи, всего из двух человек и небольшого штата прислуги.
По краям конусообразной крыши, крытой тяжелыми плитами, серого сланца, торчали зазубренные железные штыри. Главные ворота, казалось, были навсегда заколочены гвоздями. Поверх закрытых дубовых ставней проходили толстые железные прутья, а единственную видимую дверь украшало столько переплетенных железных цепей, что она казалась облаченной в средневековую кольчугу.
Очень любопытно, – размышлял лорд. – Это здание больше похоже на небольшой банк, чем на простой каретный сарай.
– Я здесь! Я здесь! Не надо ничего ломать, – ворчал профессор, доставая из жилетного кармана ключ.
Мэри нетерпеливо вырвала ключ у дяди и принялась отпирать коллекцию тяжелых амбарных замков. Отперев каждый замок, она выдергивала соответствующую цепь и бросала ее через плечо в сад.
Когда из-под украшений, наконец, показалась окованная железом дверь, проф. Эйнштейн сменил племянницу и набрал комбинацию цифр, включавшую его день рождения, рост и количество арестов в Токио. Звучно лязгнув, внутренние засовы открылись и Эйнштейн толчком отворил бронированную дверь.
Внутри каретного сарая царила кромешная темень.
Чиркнув спичкой о дверной косяк, Мэри прошаркала в темноту и подтянула к себе заправленный спиртом фонарь, подвешенный на цепи к балке. Освободив большим пальцем дымовое отверстие, она зажгла фитиль и выкрутила яркое голубое пламя на полную силу.
Когда ослепительный свет озарил сарай, лорд Карстерс увидел, что все стены увешаны инструментами, вдоль стен выстроились тяжелые верстаки, в углах стоят бочонки со смазкой, а у одной из стен – паровой токарный станок хитроумной конструкции. Но лорд позабыл обо всем, когда взгляд его упал на стоящую посередине каретного сарая венерианскую боевую машину.
С его дрогнувший губ слетел лишь какой-то невнятный звук. Это адское устройство никак нельзя было перепутать с одним из эквивалентов, созданных англичанами. Корзина для улова позади машины представляла собой сплетение перекрученных обручей, но полированная полусфера, хоть и поцарапанная в сотнях мест британскими пулями, была ровного серебристого цвета. Печально знаменитые выдвижные ноги были убраны, выступая всего лишь на ярд, а приставленная к корпусу инопланетной полусферы деревянная стремянка позволяла легко подняться к открытому люку.
Невольно подняв руку, чтобы загородиться, лорд Карстерс мгновенно вспомнил войну, когда он стоял, беспомощный, среди крови и грома в окружении глумящихся инопланетных завоевателей. Война за мир людей. Страшный кошмар, который все газеты планеты стали называть Событиями, после того как все закончилось и человечество победило.
Дрожа от притока адреналина, британский лорд сделал глубокий вдох, гордо выпрямился и, подойдя поближе, с откровенной ненавистью плюнул в гнусную машину.
Приблизившись, Мэри сжала его мускулистую руку.
– Я все понимаю, любимый. Но машина теперь принадлежит нам и может означать выживание Человечества.
– Да, конечно. Я понимаю, – процедил сквозь стиснутые зубы лорд Карстерс. – Но, Боже милостивый, как я ненавижу тех проклятых созданий!
Прикрыв наружную дверь и снова запирая ее, профессор громко фыркнул.
– Вот потому-то, юноша, мы ее так хорошо прячем!
– Довольно зря терять время, – бросила Мэри, начиная с трудом подниматься по стремянке. – Ну-ка, за дело!
Обхватив девушку за талию, лорд Карстерс помог ей пройти в овальный люк полусферы. Вслед за тем, расправив широкие плечи, Карстерс призвал всю свою решимость и тоже забрался в люк, хотя желудок у него подскочил к горлу при мысли о том, что он делает это по собственной воле.
Лорд медленно выпрямился в полусфере, остерегаясь стукнуться головой о низкий потолок, спроектированный под рост своих неземных создателей. Зловонный запах инопланетян давно исчез, сменившись домашними ароматами смазки, кожи и какого-то желтого воскового покрытия. Что интересно, в полусфере по-прежнему оставался оригинальный настил из какого-то плетеного материала, который был мягким как овечья шерсть, но столь же огнеупорным, как бетон. Однако, заметил с явным удовлетворением лорд, во многих местах этот настил испачкали пятна, словно разбрызганные куда попало зеленые чернила. Должно быть, венерианский экипаж оказал упорное сопротивление, прежде чем отдал свою машину. Хорошо.
Покуда Мэри и профессор деловито сновали в полусфере, включая различные агрегаты, лорд Карстерс обследовал машину, сравнивая ее с теми немногими искореженными деталями, что были выставлены в Королевском Военном музее. По мягко светящейся изогнутой стене шли ряды датчиков и измерительных приборов, под которыми стояли надписи, сделанные угловатым венерианским письмом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39