А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Роджер ЖЕЛЯЗНЫ
РУЖЬЯ АВАЛОНА


1
Сойдя на берег, я сказал:
- Прощай, "Бабочка".
Парусник медленно развернулся и поплыл в глубину вод. Я знал, что он
вернется в бухточку Кабры, потому что маяк находился недалеко от
отражения, на котором я высадился.
Обернувшись, я посмотрел на темную линию деревьев, понимая, что мне
предстоит долгий путь. Я пошел вперед, производя нужные изменения. В
молчаливом лесу царил предрассветный холодок, и это было здорово.
Я еще не добрал в весе фунтов пятдесят, изредка у меня рябило в
глазах, но постепенно я обретал прежнюю форму. Сумасшедший дворкин помог
мне бежать из темницы Эмбера, пьянчужка жупен окончательно поставил меня
на ноги, и теперь я хотел найти подобие отражения, которого больше не
существовало. Избрав тропинку, я продолжал идти вперед.
Через некоторое время я остановился у высокого дерева, которое и
должно было стоять на этом самом месте, засунул руку в большое дупло,
вытащил свою серебряную шпагу и пристегнул ее к поясу. То, что она
осталась в Эмбере, не имело ровным счетом никакого значения. Сейчас она
была здесь, потому что лес находился на отражении.
Я шел в течении нескольких часов, оставляя невидимое солнце за левым
плечом, затем немного передохнул и снова пустился в путь. Мне было приятно
смотреть на опавшие листья, камни, пни, зеленеющие деревья, траву, темную
землю. Я с наслаждением впитывал в себя маленькие запахи жизни,
прислушивался к жужжащим, звенящим и чирикающим звукам вокруг. Боже! Как я
восторгался своими глазами! Чувства, которые я испытывал после четырех лет
полной тьмы, невозможно было передать словами. А ощущать свободу...
Полы моего старенького рваного плаща раздувались и хлопали под
порывами ветра. Должно быть, я выглядел сейчас лет на пятдесят: худой,
если не тощий и с морщинистым лицом. Разве кто-нибудь сможет меня узнать?
Я шел, меняя отражение за отражением, но так и не попал куда хотел.
Наверное я стал излишне сентиментален. Вот что произошло...
На обочине дороги я увидел семь человек: одного живого и шесть
мертвых. Трупы лежали в самых разнообразных позах, и из многочисленных
отсеченных конечностей кровь давно перестала течь. Оставшийся в живых
находился в полусидячем положении и опирался на покрытый мхом ствол
гигантского дуба, держа шпагу поперек колен. Его серые глаза были окрыты и
подернуты поволокой, костлявые пальцы судорожно сжаты, глубокая рваная
рана в боку сильно кровоточила. Доспехов на нем, в отличие от некоторых
мертвецов, не было. Дышал он медленно и, насупив мохнатые брови, не
отрывал взгляда от ворон, которые выклевывали глаза трупам. Меня он,
казалось, не заметил.
Я поднял капюшон плаща и опустил голову, пряча лицо. Потом сделал
несколько шагов вперед. Когда-то я знал этого человека, а может,
такого-же, как он, хотя с тех пор прошло много лет.
Когда я приблизился, он чуть поднял шпагу, направив острие мне в
грудь.
- Я - друг, - сказал я. - хотите глоток воды?
Какое-то мгновение он колебался, затем кивнул.
- Да.
Я протянул ему открытую фляжку; он выпил, закашлялся и снова
приложился к горлышку.
- Благодарю вас, сэр, - произнес он, отдышавшись. - жаль у вас нет
ничего покрепче. Черт бы побрал эту царапину!
- Есть и покрепче. А вам можно?
Вместо ответа он протянул руку и я дал ему другую фляжку. После
первого глотка водки, которую пьет жупен, он закашлялся секунд на
двадцать, не меньше, а затем улыбнулся левой стороной рта и доверительно
мне подмигнул.
- Сразу полегчало. Не возражаете, если я смочу этой штукой свой бок?
Жаль, конечно, хорошего напитка, но...
- Забирайте все, если надо. Но ведь у вас трясутся руки. Хотите,
помогу?
Он кивнул, и я расстегнул его кожаную куртку, не обращая внимания на
многочисленные царапины на руках, груди и плечах, а затем срезал кинжалом
рубашку, прилипшую к ране. Рана выглядела достаточно неприятно и тянулась
по всему животу, доходя до верхней части бедра. Стянув ее края руками, я
вытер кровь шейным платком.
- Начали, - сказал я. - сожмите зубы и отвернитесь.
Когда я начал лить водку на открытую рану, тело его судорожно
дернулось, потом задрожало мелкой дрожью. Но он так и не вскрикнул. Я был
уверен, что он смолчит. Сложив платок в несколько раз, я положил его на
рану и туго перевязал полосой, которую оторвал от полы плаща.
- Хотите еще выпить? - спросил я.
- Воды. И мне необходимо хоть немного поспать.
Он сделал несколько глотков и голова его склонилась на грудь. Я
соорудил ему некоторое подобие подушки, накрыл плащами мертвецов, сел
рядом и стал наблюдать за красивыми черными птичками.

Он меня не узнал. Неудивительно. Если бы я ему открылся, он, возможно
вспомнил бы меня - ведь мы были знакомы, хотя никогда не встречались.
Я отправился в далекое путешествие на поиски отражения, которое
когда-то хорошо знал. Правда, оно было уничтожено, но я мог воссоздать
его, поскольку Эмбер отбрасывает бесконечное количество отражений и любой
человек королевской крови может управлять ими, как ему заблагорассудится.
В моих жилах текла королевская кровь. Если вам больше нравится, можете
называть отражения параллельными мирами, альтернативными вселенными или
плодом воображения расстроенного мозга. Лично я - впрочем, как и все мои
братья и сестры - называю их отражениями. Таким образом, можно сказать,
что каждый из нас выбирает нужную ему вероятность и создает собственный
мир. И хватит об этом.
На паруснике, а затем пешком я отправился в авалон.
Я жил там много веков назад. Это долгая, сложная, удивительная и
болезненно-мучительная история, и, может, я расскажу ее потом, если
останусь в живых и успею закончить свое повествование.
Я подходил все ближе и ближе к авалону, когда увидел раненого рыцаря
и шесть трупов. Я, конечно, мог пройти мимо и на другом участке дороги
встретится с рыцарем, убившим шестерых бандитов и не получившим не
царапины, или, наоборот, с шестью целыми и невредимыми бандитами, которые
весело смеялись бы, стоя над трупом рыцаря. Впрочем, многие скажут, что
это не имеет значения, так как я перчисляю лишь вероятности, каждая из
которых существует на одном из отражений.
Окажись на моем месте любой из членов нашей семьи - пожалуй, за
исключением Жерара и бенедикта, - он прошел бы мимо, не останавливаясь, ни
на секунду не задумавшись. А я в последнее время стал настоящим мямлей.
Раньше я таким не был. Возможно, пребывание на отражении земля смягчило
мой характер, а может, длительное заключение в темнице Эмбера заставило
по-иному относится к человеческим страданиям. Не знаю. Знаю только, что не
смог остаться равнодушным, встретившись с тяжело раненым человеком,
двойник которого был когда-то моим другом. Но если бы я прошептал ему на
ухо свое имя, то скорее всего услышал бы в ответ проклятья и наверняка
приобрел смертельного врага.
Что ж, долги надо отдавать. Я помогу ему, чем смогу, а затем пойду
своей дорогой. Вряд ли я задержусь здесь надолго, и мне будет приятно
оставить о себе добрую память.
Через несколько часов он проснулся.
- Привет, - сказал я, вынимая пробку из фляжки с водой. - хотите
пить?
Он протянул руку и, напившись, облегченно вздохнул.
- Спасибо. А теперь прошу простить меня за плохие манеры, ведь я не
успел представиться. Но...
- Я вас знаю, - перебил я. - меня зовут Кори.
Он вопросительно поднял бровь, словно на языке у него вертелся
вопрос: "Кори, кто?", Но промолчал, понимающе кивнув.
- Очень рад, сэр Кори, - обратился он ко мне, как к равному. -
Примите мою глубокую благодарность за все, что вы сделали.
- Лучшей благодарностью для меня является то, что вам стало легче, -
не ударил я в грязь лицом. - хотите перекусить?
- Да, если можно.
- Могу предложить вяленое мясо и хлеб, правда черствый. И большую
головку сыра. Кушайте на здоровье.
Он не заставил себя долго упрашивать.
- А вы не составите мне компанию, сэр Кори?
- Я пообедал, пока вы спали. - я многозначительно посмотрел на
мертвых бандитов. Он улыбнулся. - ...Неужели вы справились с ними в
одиночку? - спросил я. - он кивнул. - великолепно! Так что же мне с вами
делать?
Он попытался заглянуть мне в глаза, но у него ничего не вышло.
- Не понимаю, что вы хотите этим сказать.
- Куда вы идете?
- Мои друзья живут примерно в пяти лигах к северу. Встреча с
бандитами лишила меня возможности добраться до них. Сильно сомневаюсь, что
найдется на свете человек, который смог бы взвалить меня на спину и
пронести пять лиг. Это и дьяволу не под силу! Если бы я выпрямился во весь
рост, вы бы поняли, что я имею ввиду, сэр Кори.
Я молча встал, вытащил шпагу и одним ударом свалил молодое деревце
примерно двух дюймов толщины. Затем я срубил у него ветки и укоротил до
нужной длины. Сделав то же самое со вторым деревцем, я соорудил некое
подобие носилок, используя ремни и плащи мертвецов.
- Удары вашей шпаги смертельны, сэр Кори. К тому же она, кажется,
серебряная.
- Вы в состоянии совершить небольшое путешествие? - спросил я.
Грубо говоря, пять лиг - примерно пятнадцать миль.
- А что будет с покойниками?
- Может, вы хотите предать их земле согласно христианскому обычаю?
Черт с ними! Природа позаботится о том, что ей принадлежит. Нам пора
уходить. Трупы уже начали смердеть.
- Хорошо бы их чем-нибудь прикрыть. Они честно бились и заслуживают
уважения.
Я вздохнул:
- Будь по-вашему, если это поможет вам спокойно спать. Лопаты у меня
нет, так что придется завалить их камнями. Не обессудьте, но могила будет
общей.
- Конечно, - сказал он. - и спасибо вам большое.
Я уложил шесть тел рядом, одно подле другого. Раненый рыцарь что-то
забормотал себе под нос - похоже молитву.
Камней повсюду валялось великое множество, поэтому я работал быстро,
выбирая самые большие, чтобы долго не возится. В этом и заключалась моя
ошибка. Один из камней весил фунтов четыреста, и я не стал катить его, а
просто поднял и поставил на место.
Я услышал изумленный возглас, который говорил о том, что рыцарь
прекрасно понял, сколько весит этот камень.
Я выругался про себя. Потом - вслух!
- Вот черт, чуть было не надорвался!
Я стал выбирать камни поменьше и, завалив тела, выпрямился.
- Все. Теперь вы готовы?
- Да.
Я поднял его на руки и положил на носилки. Когда я укладывал его, он
изо всех сил стиснул зубы.
- В какую сторону надо идти? - спросил я.
- В обратную. Свернете налево и дойдете до развилки. Потом свернете
направо. А как же вы меня...
Не говоря не слова я взял носилки, как мать берет перепеленатого
ребенка, и пошел по дороге.
- Кори? - сказал он.
- Что?
- Вы один из самых сильных людей, которых я когда-либо встречал, и
мне кажется, я должен вас знать.
Чуть помедлив, я небрежно заметил:
- Стараюсь все время поддерживать форму. Живу на свежем воздухе,
занимаюсь физическим трудом...
- И голос ваш кажется мне знакомым...
Он приподнялся, пытаясь рассмотреть мое лицо, и я решил как можно
скорее переменить тему разговора.
- Куда мы идем?
- В крепость, которая принадлежит ганелону.
- Этому сутяге! - воскликнул я, чуть не выронив носилки.
- Хоть я и не понимаю значения произнесенного вами слова, - заявил
он, - ваш тон говорит о том, что оно оскорбительно. Если это действительно
так, я вынужден требовать сатисфакци и...
- Минуточку, - перебил я. - у меня такое ощущение, что мы говорим о
двух разных людях с одинаковым именем. Приношу свои извинения.
Сквозь ткань носилок я почувствовал, как напрягшееся тело
расслабилось и обмякло.
- Несомненно, так оно и есть.
Я продолжал идти по дороге и вскоре свернул налево. Он заснул, даже
захрапел, и тогда я ускорил шаг, а потом перешел на бег. В голову мне
пришла мысль о том, что у шестерых бандитов, чуть было не отправивших
рыцаря на тот свет, имеются товарищи, которые могут устроить засаду и
напасть на меня, выскочив из-за какого-нибудь куста.
Когда мой подопечный заворочался и вздохнул, я вновь перешел с бега
на обычный шаг. К этому времени я уже прошел развилку дороги и свернул
направо.
- Кажется, я спал, - заявил рыцарь.
- ...И храпели, - добавил я.
- Сколько мы прошли?
- Около двух лиг.
- И вы не устали?
- Немного устал, - признался я. - но отдыха пока не требуется.
- О боже! - воскликнул он. - признаться, я рад, что мы с вами не
враги. Послушайте, а вы уверены, что вы не дьявол?
- Конечно, дьявол, - ответил я. - разве вы не чувствуете запах серы?
И мое левое копыто сейчас отвалится от усталости.
Он и в самом деле несколько раз потянул носом воздух, прежде чем
усмехнуться шутке, что меня задело.
Вообще-то, по моим подсчетам, мы прошли уже больше четырех лиг, и я
надеялся, что он опять заснет, и все расстояния у него в голове
перепутаются. Руки мои налились свинцовой тяжестью.
- Почему бандиты на вас напали? - спросил я.
- Они были хранителями круга. Одержимыми. И давно перестали походить
на людей. Нам надо молиться богу, сэр Кори, чтобы души их нашли покой.
- Хранителями круга? Какого круга?
- Черного круга, места беззакония, в котором обитают мерзкие твари. -
он глубоко вздохнул. - источника всех несчастий на нашей земле.
- Эта земля не кажется особенно несчастной, - заметил я.
- У ганелона сильное княжество, и он может дать отпор любому врагу.
Но круг расширяется, и я чувствую, что недалек день решительной битвы.
- Ваши речи возбудили мое любопытство.
- Сэр Кори, если вы до сих пор ничего не знали, постарайтесь забыть
то, что я рассказал. Обойдите черный круг стороной и идите своей дорогой.
И хотя я дорого бы дал, чтобы вы сражались в наших рядах, я не смею ни о
чем вас просить, потому что никто не может предугадать, чем закончится
битва.
Дорога стала подниматься в гору, и внезапно сквозь просвет деревьев я
увидел знакомую мне до боли картину. От неожиданности я застыл на месте.
- В чем дело? - спросил рыцарь, повернув голову. Затем,
присмотревшись, он облегченно вздохнул. - оказывается, мы шли гораздо
быстрее, чем я думал. Это - замок ганелона.
Невольно я стал думать о ганелоне, хотя это не доставило мне
удовольствия. Он был предателем и убийцей, которого я выставил из авалона
и бросил на другом отражении и в другом времени - примерно так поступил со
мной брат Эрик. Жаль, если ганелон окажется именно здесь. Это было
невероятно, но возможно. Он был обычным смертным, а я отправил его в
изгнание более шести веков назад, но по времени этого отражения могло
пройти всего несколько лет. Время - одна из функций отражений, и даже
дворкин не знал всех его особенностей. А может, он-то как раз и знал, и
знание это свело его с ума. Как бы то не было, я не верил, что речь шла о
моем бывшем помощнике, товарище и старом недруге, потому что он никогда не
стал бы сопротивлятся беззаконию, напротив, творил бы его, управляя самыми
мерзкими из всех тварей.
Я подумал о человеке, которого нес на руках и который тоже жил в
авалоне более шестисот лет назад. Время совпадало.
Мне совсем не хотелось встречаться с ганелоном и быть узнанным. Он
ничего не знал об отражениях и считал меня черным магом, который пощадил
его жизнь, но обрек на жалкое существование. И кто знает: предложи я ему
выбор, он мог бы предпочесть смерть изгнанию.
Тем не менее раненый рыцарь нуждался в уходе и крыше над головой, и
поэтому я продолжал идти вперед.
Все же интересно...
Он меня вспомнил, хотя, конечно не узнал. Может, ему пришлось иметь
дело с моим двойником, который правил в этой стране, так похожей на
авалон? А как меня примут, когда поймут, кто я такой?
Солнце начало заходить. Подул прохладный ветерок. Мой подопечный
храпел вовсю, и я вновь перешел на бег. Мне вовсе не улыбалось встретиться
ночью в лесу с неизвестными тварями из какого-то круга. Я бежал, наступая
на удлиняющиеся тени, и старался не думать о погоне, засаде и прочих
ненужных вещах. Мысли в моей голове окончательно перепутались, у меня
появилось странное предчувствие, и внезапно я услышал за своей спиной
мягкий топот: "Топ, топ, топ".
Я положил носилки на землю, повернулся и вытащил шпагу из ножен.
1 2 3 4