А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

на первых полосах демократично уживались фотографии обгороевшего трупа Америго Висбана и его собственный портрет, но почему-то в сомбреро. Продавец улыбнулся и протянул комиссару газету:
— Прошу вас, сеньор, почитайте о себе. Прекрасная статья.
Очумев, комиссар купил газету, хотя и не мог читать по-испански. Дальнейший путь его по городу уже напоминал шествие на Голгофу. Со всех сторон слышалось:
— Вот он!
— Убил самого Висбана!
— Он агент Фиделя!
— Да нет, его подкупил наш Президент!
— Почему его до сих пор не арестовали?
Несколько раз Фухе поздравили, а какие-то экзальтированные девицы попросили у комиссара автограф. Он смело вывел на газете с собственным портретом три креста.
— О, как мило! — сказала одна из девиц. — Но почему три, сеньор комиссар?
— Фамилия, имя, ученая степень, — пояснил Фухе.
— У вас есть ученая степень?
— Я доктор права.
— О! Какого права? — поинтересовалась вторая девица.
— Кулачного! — отрезал Фухе и поспешил прочь. Наконец комиссар не выдержал и остановил такси.
— Вам куда, сеньор комиссар? — спросил водитель. — Сразу в тюрьму?
— В аэропорт, дурак! — прорычал Фухе, жалея в очередной раз об утере своего любимого пресс-папье.
— Увы, сеньор Фухе, из-за убийства Америго Висбана все рейсы отменены. Страна на осадном положении.
— Поехали к границе! — заревел Фухе.
— Все границы перекрыты, — вздохнул таксист.
— Тогда гони прямо! — осатанело прошипел Фухе.
Такси рвануло с места. Через несколько секунд комиссар обнаружил, что за такси мчится не менее дюжины полицейских машин.
— Гони! — крикнул Фухе и стал напряженно глядеть по сторонам в поисках выхода. Тут его глазам предстал красивый особняк, рядом с которым на лужайке стоял прекрасный спортивный самолет.
— Стой! — приказал Фухе, сунул таксисту сотенную и, не забыв получить сдачу, побежал к самолету.
— Вылезай! — распорядился он, увидев в кабине какого-то старичка.
— Как вы смеете! — запротестовал тот. — Я Президент Парагвая!
— Так это ты, каналья, оболгал меня! — взревел комиссар и потащил главу государства за шкирку из кабины.
— Караул! — вопил тот, но Фухе не слушал.
— Ах ты свинья! — гремел его голос. — Сам убиваешь, а на меня валишь! Скотина!
— Сеньор Фухе! — кричали полицейские, высыпавшие из машин. — Сеньор Фухе! Отпустите Президента! Мы вас не тронем!
— А подите вы!.. — огрызнулся великий детектив.
Но полиция уже обступила плотным коьцом машину, мешая взлететь.
— Хватайте его! — кричал Президент, стоя на четвереньках. — Огонь!
Фухе понял, что его может спасти только чудо.
11. ВОЗДУШНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ
Полицейские дали залп, но успешно промахнулись.
— Стреляйте! — вопил Президент, все еще не в силах подняться на ноги. — Идиоты! Всех жалованья лишу!
Фухе завел мотор, но полицейские уже лезли в кабину, облепили винт, мертвой хваткой вцепились в колеса. Делать было нечего, и комиссар решил рискнуть. Он высунулся из кабины, набрал побольше воздуха и гаркнул:
— Эй вы! Пресс-папье захотели?! А ну кыш! — и комиссар грозно полез в карман. Угроза подействовала — полицейские отхлынули в стороны, и самолет стал неторопливо выруливать на взлет. Пули свистели рядом с кабиной, но Фухе везло. Наконец машина оторвалась от земли.
— Ну чего? — крикнул Фухе, совершая круг почета над лужайкой президентского дворца. — Выкусили?
В ответ до комисара долетели грязные парагвайские ругательства и несколько пуль, продырявивших борта самолета в самых разнообразных местах.
— Пора сматываться, — решил Фухе, но тут увидел заходящий со стороны солнца истребитель. Истребитель был достаточно дряхлым, но еще исправно шевелил винтами и был совсем не прочь разнести Фухе вместе с его крылатым другом в клочья. Первая очередь из пулемета разбила колпак кабины, вторая подожгла хвостовое оперение. Комиссар решил не ждать третьей и бросился наутек. Но истребитель резко обогнал машину Фухе и стал заходить ей в лоб, желая кончить дело одним ударом.
— Эх, где ты, мое пресс-папье! — вздохнул комиссар. Выбирать не приходилось, и Фухе сорвал с ноги ботинок. Бросок был точен — истребитель не дотянул доли метра до самолета комиссара, задымил и бодро пошел в штопор. Оглянувшись, Фухе успел заметить, что последним пристанищем его противника стала поляна, на которой только что толпилась свора полицейских вместе с плюгавым президентишкой. Полюбовавшись столбом пламени, Фухе повел машину куда глаза глядят. Пора было подумать и о дальнейшем. Как следует осмотревшись, Фухе без особого оптимизма констатировал, что хвостовое оперение уже почти догорело, и огонь начинает лизать заднюю часть машины. Огнетушителя не оказалось, и комиссар, желая несколько продлить век своей воздушной клячи, стал выделывать разнообразные кренделя в воздухе. Пламя отступило к элеронам, а затем и вовсе сгинуло.
Пока комиссар возился с огнем, самолет успел покинуть культурную часть Парагвая и оказался над зеленой пеленой сельвы. Компаса у Фухе не было, и он бодро повел машину над встретившейся ему рекой. Но не прошло и часа, как мотор закашлял и начал упорно отказываться работать дальше. Спорить с проклятой железякой было бесполезно, и комиссар принялся искать место для посадки. Реку с весьма вероятными кайманами он отверг сразу, врезаться в кроны деревьев тоже не имел особой охоты. Поэтому Фухе обрадовался, заметив внизу небольшое скопище индейских хижин. К сожалению, сажать машину комиссар был не способен вовсе. Пришлось немного поволноваться, прежде чем удалось мягко воткнуть самолет в прибрежный песок.
Комиссар выбрался из кабины и увидел, что на берегу его поджидает пожилой индеец. Он покуривал трубку и равнодушно смотрел на стальную птицу. Фухе мало общался с индейцами, но слыхал, что они слабо знакомы с цивилизацией и не брезгуют людоедством. Поэтому комиссар настороженно глядел на индейца, пытаясь составить какую-нибудь приветственную фразу. Наконец, он брякнул нечто, почерпнутое из виденных им кинофильмов:
— Бледнолицый брат приветствует краснокожего хозяина сельвы!
— Здравствуйте, комиссар, — ответил индеец. — Мы рады видеть у себя победителя проклятых душителей трудового народа — Америго Висбана и нашего Президента. Проходите в дом, там вас ждет член руководства Антидиктаторского фронта Парагвая камарад Аурико Рисос.
Фухе вздохнул и поплелся вслед за индейцем.
12. СЛЕД
Аурико Рисос оказался симпатичным индейцем средних лет, говорившим на прекрасном французском с парижским акцентом. Фухе угостили кофе, и гостеприимный хозяин начал:
— Мы рады приветствовать вас, комиссар Фухе. Вольно или невольно вы оказали нам огромную услугу, уничтожив двух главных агентов империализма в Парагвае. Теперь нам станет легче работать — вся полиция ищет только вас, и у нашего Фронта появилась свобода действий. К сожалению, ваши поиски, насколько мне известно, были не столь удачны.
— Увы, — вздохнул Фухе.
— Наше руководство всегда любило футбол. Я сам в молодые годы играл центральным нападающим в сборной страны. Поэтому и нас волнует судьба Богини. К сожалению, мы также не знаем имени того, кому она была передана людьми Висбана, но зато мы можем преподнести вам небольшой подарок.
Аурико Рисос вынул из небольшого сакквояжа нечто темно-желтое. Фухе всмотрелся и обомлел.
— Да, вы не ошиблись, — улыбнулся Рисос. — Это пьедестал от Богини. Его отпилил один из людей Чертиведо, пользуясь тем, что Висбан никогда не видел Богиню и не мог сразу понять, что к чему. Прошу вас, комиссар, возьмите этот небольшой сувенир из Парагвая…
Не прошло и трех дней, как Фухе, загорелый, окрепший и полный оптимизма спускался по трапу «Каравеллы» в родном аэропорту. Прямо у трапа его встретил верный Габриэль Алекс, поспешивший врулить комиссару вместо букета цветов большую кружку пива.
— Ну, как дела? — поинтересовался Фухе, опустошив кружку.
— Нормально, комиссар. Мы все тут за вас переволновались. Когда вас стали ловить, я предложил на всякий случай арестовать парагвайского посла, чтобы, если понадобится, обменять на вас.
— Спасибо, — растрогался Фухе. — Пошли-ка, еще пивка трахнем.
Трахнув пивка, комиссар окончательно пришел в доброе расположение духа и поведал Алексу историю своих злоключений.
— Да уж, — промолвил Алекс, выслушав комиссара, — а у нас, между прочим, тоже дела делаются. Де Бил ушел в отпуск, и всем теперь вертит его новый зам.
При упоминании о Конге Фухе почувствовал нечто вроде зубной боли.
— Всех задергал, — продолжал Алекс, — кричит, что покажет нам тяжелую атлетику — это он свою гантелю имеет в виду. Маленького Вэррэна помните?
— Ну? — спросил Фухе, чуя недоброе.
— Умер. А еще семеро лежат в госпитале, причем трое из них безнадежны. А Конг еще острит, что покажет нам разницу между его гантелей и вашим пресс-папье.
— Погибло мое пресс-папье, — вздохнул Фухе. — Смертью храбрых погибло…
— Ничего, по дороге зайдем в канцтовары. Да, и поедем-ка к Конгу, а то он велел вам прибыть тут же. Сказал, что время засечет, и гантелю на стол положил.
— Да? — испуганно вжал голову в плечи Фухе. — Тогда поехали.
На робкий стук комиссара из глубины кабинета прозвучало грозное: «Вползай!». И комиссар вполз. Конг громоздился за столом, подобный Эвересту. Гантеля плясала в его ручище.
— А, вот кого я ждал-то! — проревел он. — Вот кому я кровя пущу! Ах ты бычок в томате! Ты зачем в Парагвай ехал?
— Да я… — начал было Фухе.
— Кому я велел не губить без толку обывателей?! А ты? Тебе мало восьмидесяти трупов, танка, трех бронемашин, двух самолетов, так ты еще и Президента угробил! Да я тебя!
Фухе наконец надоело.
— Хватит! — гаркнул он. — Заткни пасть! — И комиссар, не торопясь, выложил на стол пьедестал от Богини. — А теперь, — продолжал он, удобно усаживаясь в кресло Конга, — говори, кто живет на бульваре Францисканцев, три?
Конг очумело взглянул на пьедестал, затем на комиссара и пробормотал:
— Дом три, дом три… Постой, да это же особняк министра внутренних дел!
Теперь настала пора обомлеть Фухе.
13. ВОЕННЫЙ СОВЕТ
Комиссар разом потерял весь свой пыл и начал осознавать, что он накричал на грозного Конга, залез в его кресло и вдобавок обратился к нему на «ты». Стремясь избежать возможных последствий, он бочком слез с кресла и начал отползать в сторону, косясь на гантелю. Но рука Конга ухватила Фухе за штаны и вернула в опасную близость от старшего комиссара и его смертельного оружия.
— А ну-ка, треска, выкладывай по порядку, что все это значит! — велел Конг, усаживаясь на свое место и придвигая Фухе стул. Комиссар оценил внимание руководства и начал излагать случившееся. Во время его рассказа детективы успели выдуть полтора литра брэнди и выкурить до сотни единиц табачной продукции. Наконец Фухе закончил доклад.
— Ясно, — сказал Конг, в очередной раз закуривая «Лоян». — А теперь, килька, слушай о моих успехах. Я начал с того, что узнал имена возможных покупателей Богини. Первым делом я столкнулся с футбольной Лигой…
Фухе кивнул. Он тоже сразу подумал об этой секретной организации, куда входили самые высокопоставленные любители футбола.
— Мне удалось узнать ее состав, — продолжал Конг. — Там более сотни всяких тузов, но я остановился на тех, кто имеет дело с Парагваем. Их девять.
— А министр внутренних дел среди них есть? — вкрадчиво спросил Фухе.
— А вот министра там и нет, — ухмыльнулся Конг. — Его вообще нет в Лиге: его не приняли за то, что он состоит в шахматной Ассоциации.
Фухе опять понимающе кивнул. Между Лигой и Ассоциацией шла давняя борьба за влияние на правительство.
— Зато, — вел далее Конг, — среди этой компании есть наш Президент.
Фухе почувствовал себя неважно:
— А-а… разве он был связан с Парагваем? — удивленно пролепетал он.
— Дурень! — наставительно произнес Конг. — Газеты читать надо. Наш Президент много лет был послом в Парагвае.
— А как он относился к Америго Висбану?
— Более чем плохо. Наш Президент все время поддерживал его противников.
— Ничего не понимаю! — честно признался Фухе. — Значит, Висбан едва ли мог послать Богиню Президенту? А наш министр?
— А вот наш министр — другое дело, — пояснил старший комиссар. Они с Висбаном давние приятели. Через него Америго, очевидно, надеялся получить признание от правительства после переворота в Парагвае.
— Тогда ясно, что Висбан имел в виду, когда говорил о взятке, заметил Фухе. — Очевидно, он послал Богиню нашему министру. А кто такая мадам Артюр?
— Это племянница министра, — сообщил Конг, — молода, недурна собой, знакомая парагвайского посла. К слову, посол — тоже сторонник Висбана.
— Н-да, — задумался Фухе. — Остаются непонятными еще две вещи: во-первых, как Висбан думал получить поддержку нашего правительства, даже с учетом помощи министра, если Президент его терпеть не может? И, во-вторых, почему Богинь две?
— И в-третьих, — добавил Конг, — где сама Богиня? Но боюсь, нам придется все это бросить.
— Как? — не понял Фухе.
— Самым скорейшим образом. У меня нет охоты влезать в подобные сферы.
Фухе задумался. Конг был абсолютно прав. Но тут комиссара осенило:
— Постойте! — заявил он решительно. А мы и не будем влезать. Нам нет нужды трогать министра и Президента. Но мадам Артюр ведь не член правительства!
— Ну-ну, — заметил Конг. — Я не думаю, что это вызовет у министра особый энтузиазм. Ну да ладно, займись ею. А я пощупаю наше «дно», авось что-то раскопаю.
У входа в кабинет комиссара дожидался Алекс. Он протянул Фухе большой пакет. Тот развернул его и обрадованно взревел — в пакете было прекрасное чугунное пресс-папье.
— Спасибо, Алекс! — прокричал комиссар громовым голосом. — Теперь мы им покажем! Вперед!
14. НОВЫЕ ЗАГАДКИ
Фухе сидел в своем кабинете и обдумывал план боевых действий. В его голове роились заманчивые проекты усиленного допроса третьей степени, которому он был непрочь подвергнуть Президента, всех членов правительства, мадам Артюр, а заодно и парламент с дипкорпусом. Но его размышления были прерванны телефонным звонком.
— Эй, карась! — загремел в трубке голос Конга, никогда не ласкавший слух Фухе. — Чего делаешь?
— Думаю, — с достоинством ответил комиссар.
— Молодец! — одобрил Конг. — И получается?
— Вполне! — гордо сообщил Фухе.
— Потом додумаешь, — распорядился старший комиссар. — Бери пушку и отправляйся на бульвар Францисканцев. Только что звонил наш министр мадам Артюр умерла.
— Как?! — ужаснулся Фухе, чувствуя, как рушатся все его замыслы.
— Зверское убийство, — пояснил Конг. — Мчись и начинай расследование. Пять против одного, что это связано с делом Богини.
— Сам знаю! — проворчал Фухе. Он не стал брать пистолет, решив испытать новое пресс-папье. Захватив с собой свое грозное оружие, он уже через четверть часа был в особняке министра.
Бедная мадам Артюр лежала мертвая, как бревно. На ее красивом некогда лице запечатлелось выражение невыносимого страдания и ужаса. Рядом с трупом возился врач.
— Ну, чего там? — поинтересовался Фухе у эскулапа.
— Отравление, — ответил тот. — Несчастную поили в малых дозах плодово-ягодным вином. Похоже, ее пытали.
— Так, — сказал Фухе, бегло осмотрев комнату. Затем он схватил за горло дворецкого.
— Говори! — зарычал комиссар, потрясая над головой жертвы подарком Алекса. Дворецкий был человеком просвещенным, и, очевидно, прекрасно понимал, что его ждет в случае запирательства.
— Вчера мадам была на обеде… — начал он.
— Где? — спросил Фухе, приглаживая седые волосы старика своим оружием.
— В-в-в… парагвайском посольстве, — промямлил дворецкий. — А утром ее нашли в саду. Она уже не дышала.
— Сколько ты получил за молчание? — поинтересовался Фухе, промакивая пресс-папье нос дворецкого и делая того похожим на бульдога.
— Д-десять тысяч, — признался старик.
— От кого? — и пресс-папье стало вдавливаться в лоб.
— От секретаря парагвайского посольства.
— Это он похитил мадам?
— Он. Они ждали ее в соседнем переулке, а мне велели отослать всех слуг. Но, господин комиссар, умоляю вас здоровьем вашей семьи, пусть это останется между нами.
— Обещаю! — рявкнул комиссар, обновляя пресс-папье. Стряхнув кровь и отбросив ботинком труп, он вышел из особняка и плюхнулся в служебный «Ситроен».
— Гони! — велел он шоферу. — В парагвайское посольство!
Охрана посольства поначалу не была склонна способствовать проникновению бравого комиссара на суверенную парагвайскую территорию. Но несколько ударов пресс-папье быстро убедили охранников. Фухе шел по коридорам, грозно стуча ботинками. Служащие при виде его разбегались, словно тараканы. У дверей кабинета посла секретарь сделал жалкую попытку задержать комиссара, но это привело только еще к одной вакансии в штате посольства. При виде Фухе посол спрятался под кресло.
— Я — персона грата!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19