А-П

П-Я

 

Теперь кусочек истерся, а замена – бог знает где…
– Репро… Ты хочешь сказать, это часть терранской системы деторождения? Кровь? Ух! И что, у нее теперь будет ребенок или что-то такое?
– Нет, если только Джозеф не доберется до нее. Но ее ждет несколько неприятных и грязных дней. Я не удивлен, что она переживает из-за этого.
– Черт побери! А что тогда насчет меня и другой девушки?
Он хмыкнул.
– Тебе не о чем беспокоиться. Твое тело к такому не приспособлено. А что касается Криши – я думаю, они сделали это невозможным, когда она была рукоположена, если я это правильно понимаю.
– Джимми, я не могу читать мысли, но у меня создалось сильное впечатление, что у Джозефа в самом деле появилась такая фантазия: жить здесь в уединении, только он и три женщины – загипнотизированные, преклоняющиеся перед ним рабыни. Будь осторожен.
Он мрачно улыбнулся.
– Телепат всегда осторожен. Я узнаю его мысли, как только он сам узнает о них. И о его фантазиях я тоже знаю. Типичный гипнот, вполне характерный для своего общества, хотя я подозреваю, что любой из нас в его положении повел бы себя так же. Его единственная проблема – Тобруш. Он не может ничего с ней поделать, чтобы оторваться здесь так, как мог бы у себя дома. А Тобруш понимает, что наше задание не только не выполнено, но даже еще толком не началось.
– Да, но… кто-то здесь говорил, что в Империях должны знать, что Кинтара освобождены. Они уже знают!
– Я убежден в этом, – согласился Джимми, – но не вполне уверен, понимают ли они, что именно это означает. Тобруш – лучший пример. Она – одна из тех, на кого мы рассчитывали, и она признается, что знает обо всем этом не больше нашего. Что, если это было слишком давно? Что, если все уже забыто? Я давно интересовался древней историей моей собственной расы, после научной революции, но до начала космических экспедиций. Что произошло бы, если бы тех демонов в янтаре обнаружили мы? Их испугались бы только так называемые «необразованные». Другие действовали бы в точности так же, как ученые Биржи в том пограничном мире. Они бы вскрыли их, исследовали, измерили и все такое, и в конечном счете так же выпустили бы. И несмотря на все наши легенды, рационалисты, которые всегда возглавляют подобные исследования, не поверили бы в ту угрозу, которую они представляют в действительности, а лишь в более осязаемые опасности, вроде встречи лицом к лицу с диким животным или вражеским солдатом. Через столько тысяч лет Кинтара, может быть, стали для Высших Рас просто легендой. Два демоноподобных создания были выпущены из капсул; они пробудились, убили своих исследователей и куда-то подевались. Трагедия в истории науки, разумеется – но никто не поверит, что это не просто опасность местного значения. Десять к одному, что они не только не готовятся к войне, но даже предпринимают исследования, чтобы найти другие кристаллы. Проклятье! Это тот самый случай, когда ум и сила мешают человеку увидеть очевидное!
– То есть, как я и сказала, нам нужно выбираться отсюда, правильно? Понимаешь, я чувствую себя как-то ответственной за все это. И я хочу сделать все, что в моих силах, если только ты скажешь мне, что надо делать.
Он вздохнул.
– Хотел бы я сам это знать! Нет, правда, хотел бы. На этот раз старина Чин ошибся. Мы просто пришли в другое место, и все. Возможно, впереди есть еще какой-то мир, за границей этого, вроде того, что они открыли… – Внезапно он остановился и вскочил. – Матерь Божья!
– Ты в порядке, Джимми? – озабоченно спросила Гриста.
Он щелкнул пальцами.
– Конечно! Подними голову, Гриста, и скажи, что ты видишь?
Она нахмурилась и посмотрела на небо, куда он показывал.
– Много звезд?
– Звезд! На всех нисходящих к Городу ступенях мы проходили через области, которые только выглядели как миры, но там не было ни дня, ни ночи, ни звезд, ни солнца. Мы прошли несколько миров, чтобы добраться туда, и везде было одно и то же! Но, покинув Город, мы тотчас попали в мир, который может поддерживать наше существование, мир, где есть солнце, звезды и возможность расслабиться. Мы уже снаружи! Это все-таки сработало, как и говорил старина капитан!
– Ах, Джимми… Но это не то место, где мы входили.
– Нет, конечно нет! Подумай о столице Биржи, где мы жили раньше. Представь: ты попала туда впервые в жизни, взяла роботакси и сказала: «Доставьте меня на квартиру Джимми Маккрея».
– И что?
– Ну, там миллионы миллионов квартир, в этом городе, и простое такси, разумеется, не имеет никакого доступа к базе данных, чтобы выполнить твой заказ. Как минимум, там есть законы об охране личной жизни. И вот такси запрашивает у тебя более точные инструкции, и ты отвечаешь, что знаешь только, что это стандартная квартира с одной спальней на четвертом этаже, и настаиваешь на том, чтобы такси отвезло тебя туда. Как оно поступит? Оно просто доставит тебя в первый же попавшийся квартал с четырех– и более этажными домами, в которых есть однокомнатные квартиры!
Она на минуту сдвинула брови, затем просветлела.
– Я поняла! То есть надо просто сообщить ему, что это не то, что нужно, и тогда оно поедет в следующий квартал, потом в следующий, и так далее.
– Именно! Системе такой сложности необходимы абсолютно точные указания. Откуда она знает, где мы вошли? Ей нужно сказать конкретно, который мир в сети нам нужен. Не можем же мы предположить, что у нее есть сведения о политике, государственном устройстве или еще чем-нибудь подобном! Мы предоставили ей серию изображений, из которых она извлекла только теплый мир, где растут деревья, и который способен поддерживать жизнеспособность наших рас, и она просто заслала нас в первый попавшийся мир из списка!
– Да, но… если взять это такси, о котором ты говоришь? В городе ведь несметное множество кварталов, похожих на то, что тебе нужно. Придется потратить месяцы, чтобы найти твой квартал, пробуя по одному за раз, если только тебе крупно не повезет.
Он кивнул.
– И это означает, что мы не сможем вернуться туда вот так, напрямую. Я думал испробовать самый простой вариант – тот странный знак, «Не входить», но у них их может оказаться несколько. Проклятье! Вот когда нам действительно нужен капитан! У нас были приличные звездные карты Радужного Моста, где бы это ни было. Он мог бы истолковать и запрограммировать его местоположение, исходя из военных ориентиров. Он единственный, кто смог бы дать координаты с достаточной точностью.
– А Джозеф? Он ведь был капитаном, и он тоже туда добрался.
– Он шел вслед за мицлапланцами, а не по картам. Я уже сканировал его мысли по этому поводу. – Маккрей вздохнул. – В любом случае, все это может оказаться неважным. У демонов, вероятно, есть своя собственная система координат, достаточно простая, чтобы задавать их, как адрес.
– Тем не менее, твоя теория – первый луч надежды в этой трясине, – возник в его сознании голос Тобруш.
– Ты подслушивала!
– Я все время слышу всех вас. Ваша защита – недостаточная преграда для меня.
Об этом он не подумал. Все они были настолько же открыты для Миколь, насколько Криша – всем остальным. Эта мысль очень встревожила телепата.
– Какая разница? Если нам действительно придется действовать методом проб и ошибок, то значительно больше вероятности, что мы попадем обратно к Кинтара, чем к правильному выходу, – заметил он.
– Может, и так. А может быть, и нет. Я еще не закончила исследовать содержание ума мицлапланки. Капитан Чин однажды сказал ей, что единственным путем для нас является возвращение в пещеру с кристаллами. По-видимому, он верил, что какая-то часть отгадки находится там.
– И что ты предлагаешь теперь? Вернуться в тот мерзкий иной мир с этими… чудовищами, пытавшимися поглотить нас? Добраться ментально до того водоворота в Городе и сидеть там, пока то существо нас не обнаружит? Другим путем нам из пещеры не выбраться. Перед нами будет огненный мир, а если бы его и не было, понадобится неделя или больше, чтобы пройти обратный путь, без еды, а часто и без воды.
– Я учла все это. По меньшей мере, если мы доберемся до пещеры, это докажет твою теорию. Я искренне надеюсь, что существует больше чем одно место, где растут эти кристаллы. Если мы окажемся там, мы докажем, что эта штука работает.
– Ладно, предположим. Но если мы окажемся в пещере, мы можем обнаружить себя посреди Кинтара. А даже если и нет – что тогда?
– Может быть, это поможет нам добраться до цели. Тебе не приходило на ум, что, спускаясь, мы до сих пор постоянно шли влево? Даже в видениях иного мира мы шли по направлению к Городу, который был местом, куда мы хотели попасть. Может быть, на этот раз мы пойдем против течения?
– Против течения? – повторил он вслух.
– Что? Ты что-то сказал? – спросила Гриста.
– Я разговариваю с Тобруш. Подожди минутку.
– Может быть, тогда начать прямо здесь? – предложил Джимми. – Пойти направо от этой станции?
– Я сомневаюсь, что это сработает. Это место, если ты заметил, в известной нам Вселенной. Это конечный пункт.
– А другие разве были не в знакомой нам Вселенной?
– Думаю, нет. Слишком упрощенно было бы думать о них, как о мирах внутри того первого мира. По мне, это звучит абсурдно. Я вообще не верю, что это были реальные миры. Как ты сам заметил, в них не было ни дня, ни ночи, и они действительно почти не различались.
Джимми был заворожен; он знал, что Миколь должна обладать интеллектом, превосходящим его собственный и даже интеллект капитана, который имел сходные суждения.
– Но если это были не миры, то что же это тогда?
– Модели. Модели миров. Возможно, даже одновременно генетические и экспериментальные лаборатории. Но в любом случае, это были лишь отсеки внутри некоего обширного замкнутого пространства, где находятся все демоны, – отсеки, сообщающиеся друг с другом проходами.
– Модели? Отсеки? Ты говоришь так, как будто это какой-то космический корабль, вроде того большого корабля-лаборатории на орбите первого мира.
– Я думаю, это может быть нечто в таком роде. Кто может сказать? Мы путешествуем сквозь кристаллы, физика которых некоторым из нас до сих пор неизвестна, а другими позабыта. Общая картина по-прежнему все еще не ясна. Я полагаю, что Чин думал в том же направлении. Он верил, что мы что-то поймем, если вернемся в пещеру с кристаллами. Я тоже в это верю. Давай посмотрим, можем ли мы попасть туда.
– Удастся ли еще убедить в этом остальных?
Тобруш говорила очень уверенно.
– Джозеф пойдет, или он будет не Джозеф. Впрочем, если он будет сопротивляться, я всегда могу сделать в нем союзника. Он это знает. Надо было мне сделать это с Калией! А другие… Они пойдут туда, куда пойдем мы.
Джимми не был так в этом уверен, но это было лучше, чем оставаться здесь и ждать, пока Джозеф начнет действовать. Он посмотрел на Гристу.
– Твои доводы приняты. Мы выдвигаемся, – сказал он ей.

* * *

Вскоре он обнаружил, что остальные далеко не так восторженно принимают эту идею. У Джозефа, понятное дело, был собственный план, по крайней мере, в мыслях. Криша была не слишком рада возможной новой встрече с Кинтара, тем более что на этот раз она была беззащитной – и это после всего, что она прежде могла делать с помощью своего Таланта. Лишь Модра, как он и ожидал, больше беспокоилась за исход дела. Почувствовав его замешательство, она мягко сказала:
– Это не страх, Джимми. Я думаю, ты понимаешь. Просто я очень устала. Словно я шла по высокоскоростной трассе, а теперь сошла с нее – здесь так чертовски спокойно, что я не хочу покупать следующий билет.
И все-таки она знала, что сделает это, и он это понял.
– Я тоже чувствую себя немного уставшим, – ответил он мягко. – Но мы не сошли с трассы, это только временная остановка перед тем, как снова броситься в бой. За тем холмом роща, а за ней станция, и раньше или позже некто, кого мы не хотели бы встречать, появится оттуда. Я не хочу довольствоваться просто остановкой. Я хочу наружу, а это означает, что проклятая гонка продолжается.
На следующее утро они вернулись на станцию. Огромный кристалл, некогда показавшийся им столь необычным и странным, сейчас выглядел одновременно и привычным, как старый ботинок, и более грозным, чем могила.
– Извлеките изображение из моего сознания, – велела им Тобруш. – Я думаю, если мы все будем видеть одно и то же, это сработает лучше. Если мы появимся в правильном месте – неважно, найдем мы там что-нибудь или нет, – это будет первый действительно важный момент в нашем путешествии, ибо это будет означать, что мы восстановили определенную степень контроля.
– А как быть с Кришей? – спросил Джимми. – Она ведь не сможет увидеть изображение.
– Я не думаю, что это сыграет какую-то роль, – откликнулась Миколь. – Я полагаю, мы все попадем в одно и то же место. Единственное, что для нас важно – это оказаться там, где мы хотим.
После тепла и влажности внешнего мира внутренняя обстановка станции казалась холодной и стерильной. Тобруш шла впереди, не останавливаясь, быстро и уверенно, думая только о цели, цели настолько четкой и ясной, что невозможно было ошибиться. Как будто идешь по знакомому кварталу, рассчитывая из него выйти.
Они вышли с другой стороны в необычно длинный и извилистый коридор, который вел в вестибюль, показавшийся им очень знакомым.
– Здесь повсюду кровь, – заметила Модра. – Причем она выглядит, как терранская.
– Джимми, – сказала Гриста необычайно взволнованным тоном, – мне не нравится это место. Это место смерти. Но я каким-то образом уже была здесь раньше. У меня некие сверхъестественные воспоминания, от которых меня знобит. Как будто ты лежишь и кричишь, а капитан…
– Так и было, – прошептала Модра. – Через это место можно попасть туда, где растут кристаллы.
Джозеф кивнул.
– Ты можешь немного чувствовать это даже здесь, снаружи. Ты помнишь, что случилось, когда мы проходили здесь в прошлый раз.
– Да, но на этот раз мы знаем, чего ожидать, – ответила Тобруш. – На этот раз мы не пойдем по течению, налево, по направлению к Городу. Мы пойдем направо, каких бы усилий это ни потребовало. Помните, мы идем направо – и держитесь поближе друг к другу.
Джимми обернулся к Крише.
– Я не знаю, пройдешь ты в этот раз или нет. Если да, то держись с нами. Если нет, сиди здесь и жди. Гриста, то же касается тебя. Ты была с нами в прошлый раз, но сейчас ты в теле этой синт, так что, возможно, у тебя не получится.
– Я не подведу тебя снова, Джимми, – искренне пообещала она.
Все же Модра задала вопрос, о котором думали остальные:
– Тобруш, что ты ожидаешь найти?
– Хотя бы какую-то информацию. В лучшем случае ее будет достаточно, чтобы выяснить все вопросы.
– Мне хватит и того, если мы найдем путь наружу, – проворчал Джозеф, немного нервничая перед перспективой второй раз войти в этот странный и необычный мир.
– Я уже знаю путь наружу, Джозеф, – ответила Тобруш, сильно удивив и всех остальных. – Теперь, когда я знаю, как работают станции и доказала это, я думаю, что смогу использовать систему так же, как они – по крайней мере, для известных мне точек назначения.
– Тогда почему бы нам не пойти немедленно? – спросил ее бывший командир. – Ведь мы именно этого и хотим, не так ли?
– Мы, Джозеф, хотим выбраться, имея в руках какой-нибудь способ остановить их. Пойдем, мы теряем время, а я допускаю, что очень скоро это место сильно заинтересует князей Кинтара. Будьте осторожны – Кинтара имеют гораздо больший опыт в том мире, чем мы, и я полагаю, нам не удастся избежать столкновения с кем-нибудь из них.
– О, это именно то, что я хотел услышать, – мрачно пробормотал Джимми, но последовал за Миколь в коридор и затем в пещеру с кристаллами, как и остальные. Вне зависимости от того, к какой расе они принадлежали и кому присягали, теперь это была безусловно команда Тобруш.
Они почувствовали это внезапно: жуткое головокружение и дезориентацию, как будто одновременно находишься в нескольких местах.
– Ущипните себя! – крикнула Модра. – Это поможет вам ориентироваться.
– Вон то место обеспечит нам хорошее прикрытие, – заметила Тобруш. – Там, где кристаллы создают естественный навес.
Модра опустилась на пол пещеры, стараясь не сесть на торчащие из него крошечные острия. Несмотря на то, что ей казалось, будто она лежит на постели, утыканной гвоздями, она также ощущала, как накопленная мощь резонирующих кристаллов сокрушает, подавляет ее.
В этот момент она почувствовала ужасную, пронзительную, мучительную боль, и, уже зачарованная кристаллами, полностью потеряла контроль над собой.
Модра пронзительно закричала. Ее вопль многократно отразился в громадном помещении, приведя все кристаллы в возбужденное движение.
Зеленые линии… двумерная сеть линий расстилалась перед ними, зловещая однородная тьма зияла в промежутках, а они летели над сетью на большой скорости.
Не осталось ни верха, ни низа, ни чувства пространства вообще.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43