А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Но факт остается фактом: Рассветные миры существуют, как и их обитатели, значительно, очень значительно обогнавшие человеческую расу.Поколебавшись, Зорро решился задать еще один вопрос:— Если они не обладают разумом, как вы утверждаете, доктор, неужели среди людей не найдется ни одного умника, чтобы с ними разобраться?— И как же, по-твоему, с ними следует разбираться? — прищурился Родс.Хуарес удивленно покосился на него:— Узнать, например, принцип действия их реакторов. Или раздобыть образец преобразователя материи. Если мы овладеем тем и другим, отставание значительно сократится, не так ли?— Такая идея уже возникла однажды у одного чересчур шустрого деятеля с планеты Фригия, — язвительно сообщила Элен.— Ну и что дальше?— Дело в том, что обитатели Рассветных миров очень не любят чужого вмешательства, — снова вступил в разговор доктор Хорстен. — Им никто не нужен.В торговле и прочих взаимоотношениях с другими планетами они не заинтересованы, и, когда кто-нибудь, проникнув в их мир, пытается, если можно так выразиться, разворошить муравейник, они тут же принимают меры по пресечению.— Какие меры?— По всей видимости, они владеют методом отслеживания непрошеных визитеров до той планеты или группы планет, откуда те явились. А затем производят незначительные изменения в составе атмосферы. Фригию, к примеру, на которой проживало порядка двух миллиардов человек, ныне окутывает плотный слой смеси метана, водорода и аммиака, не слишком пригодной для дыхания. Короче говоря, фригийцев больше не существует.Зорро взволнованно заерзал в кресле:— Но ведь должен же существовать какой-то способ! Очевидно, фригийцы оказались порядочными ослами и либо восстановили против себя туземцев, либо позволили им догадаться о своих намерениях.— Очевидно, — согласилась Элен, — только я, например, отнюдь не жажду быть следующей в списке соискателей. Более того, я не желаю иметь ничего общего с той планетой, откуда явится очередной авантюрист. Если верить докладу Ронни Бронстона и Фила Бердмана — агентов «секции джи», занимавшихся этим делом, — рассветники были на грани того, чтобы разом покончить со всеми тремя тысячами колонизированных человечеством планет. К счастью, тогда они удержались от столь радикального шага, решив, видимо, что в качестве урока достаточно одной Фригии. Но кто поручится, что этого не произойдет в следующий раз?— Значит, надо с самого начала вести себя правильно, — не отступал упрямец Зорро.— Чертовски мудрая мысль, — похвалила Элен. — Вот и не забивай себе больше этим мозги! — Она зябко поежилась: — Стоит только представить, что какому-нибудь придурку взбредет в голову еще раз связаться с этими зомби, как по мне мурашки бегать начинают!— А где находятся Рассветные миры? — спросил Хуарес.— На звездных картах они, во всяком случае, не обозначены, — сообщил Хорстен. — Это точно. В Октагоне страшно боятся, что какие-нибудь недоумки прослышат о конвертерах и толпами ринутся туда в погоне за золотой мечтой человечества.— Золотая мечта человечества? — вопросительно поднял бровь Джерри.— Философский камень, — снисходительно пояснил ученый. — Древние алхимики верили, что он может превращать в золото неблагородные металлы. Впрочем, рассветники пошли еще дальше: их конвертеры способны преобразовать в золото что угодно. И не только в золото. Полагаю, им не составит труда, поместив на входе, скажем, Рембрандта, получить на выходе его точную копию или даже любое количество таких копий.— Кто такой Рембрандт? — хмуро спросил Зорро.— Очень, очень древний земной живописец. Я слышал, что в некоторых музеях до сих пор сохранились приписываемые его кисти полотна. Но дело не в нем, а в том, что Росс Метакса и другие властные фигуры больше всего на свете боятся, как бы среди триллиона с небольшим жителей Содружества не нашлось нескольких горячих голов, чья безответственная жадность и стремление любой ценой заполучить конвертер рассветников могут обрушить всем нам на головы крышу нашего общего дома.— И все-таки… — пробурчал Хуарес— Сами же говорили, что у них нет разума!— Это у тебя его нет, любовничек! — взъярилась Элен. — Чтобы нажать на кнопку или повернуть рычаг, интеллект необязателен! У их планет такая система защиты, какую ты и вообразить себе не в состоянии! — Ее звенящий от гнева голос внезапно сменился тоненьким детским дискантом: — Ни за кого не выйду замуж, кроме дяди Зорро! Ты на мне женишься, да? Обещаешь?Хуарес подпрыгнул от неожиданности и затравленно оглянулся. В дверях стоял Гельмут Бринкер.— Вы просили показать вам гидропонный отсек, гражданин Родс, — сказал он. — Вчера я был занят, но сегодня к вашим услугам.— Да-да, конечно, — пробормотал Джерри, поднимаясь со стула.Элен с разбегу, одним прыжком, взгромоздилась на колени к Зорро и обвила его шею руками. Тот обреченно вздохнул и мученически закатил глаза к потолку.— Ты надоедаешь гражданину Хуаресу, дочка, — строго произнес доктор Хорстен.— Нет-нет, папуля! Скажи ему, дядя Зорро! Дядя Зорро собирается на мне жениться, вот! Всем приходится на ком-нибудь жениться, ведь правда? — Не дожидаясь ответа, она уверенно заявила: — А дядя Зорро поженится со мной, потому что Он любит маленьких девочек. Ты ведь любишь маленьких девочек, да, дядя Зорро?— Прекрати елозить, бандитка! — прошипел Хуарес сквозь зубы, а вслух произнес: — Не всегда.— Как же так, дядя Зорро? — воскликнула она, распахнув от изумления глаза. — Неужели ты больше любишь мальчиков, чем девочек? Я тоже больше люблю мальчиков, но думала, что у тебя все наоборот!Даже оливковая кожа Хуареса не смогла скрыть краску смущения, покрывшую его лицо и шею.Джерри Родс, тихонько посмеиваясь, присоединился ко второму помощнику.— А ведь я сначала решил, что вы вернулись разыграть еще партийку, — не удержался он от укола, но Бринкер ничего не ответил, стремительно развернулся на каблуках и зашагал по коридору. Джерри потащился за ним.Как только дверь захлопнулась, Элен спрыгнула на пол и задумчиво посмотрела им вслед.— Слушай, шутки шутками, но меня уже достали твои приколы! — взорвался Хуарес— И не советую перегибать палку, иначе рано или поздно даже такой тупица, как Гельмут Бринкер, сообразит, в чем тут дело. Не боишься, что люди вокруг начнут задаваться вопросом, откуда у восьмилетней девочки жаргон и замашки певички кабаре?— Мне это не нравится, — взрослым голосом произнесла Элен, начисто игнорируя вспышку Хуареса.— Что не нравится? — прорычал Зорро.— Мне не нравится, что этот дуболом Бринкер увел Джерри. Мальчик слишком юн и доверчив и еще не научился отличать плохих парней от хороших.Джерри Родс, засунув руки в карманы, беззаботно шагал по судовому коридору вслед за вторым помощником. Постоянно помня о своей роли плейбоя и необходимости поддерживать этот имидж в глазах окружающих, он болтал без умолку:— Чертовски занимательно! В жизни не путешествовал на таком корабле, как ваш. Круто, как вы считаете? Вот бы моя матушка меня сейчас увидала. Представляю, что бы с ней стало! А с какими типами общаться приходится. Взять того же Зорро Хуареса. Вылитый бандит, клянусь Дзеном! В жизни не подумаешь, что он всего лишь мирный торговец скотом. Уверяет, что специализируется на мясных породах. Меня всегда интересовало, откуда берутся бифштексы? Теперь понятно, что их срезают с живых животных. Замечательно, черт побери, вы не находите?Его спутник, не оглядываясь, пробурчал что-то невразумительное. От его массивной фигуры веяло злобой и скрытой угрозой, но легкомысленный Джерри этого даже не замечал. При виде тяжеловесного, недалекого немца его так и подмывало подколоть того какой-нибудь двусмысленной шуткой. Нельзя сказать, что Родс не испытывал некоторого раскаяния за свое поведение, но рейс выдался таким скучным, что он в очередной раз не сумел удержаться от соблазна.— И экипаж как на подбор — сплошь одни разбойничьи рожи! — посетовал он. — Моя бедная мамочка упала бы в обморок, узнай она, с кем приходится якшаться ее маленькому Джерри!— Сейчас будет тебе и мамочка и папочка! — чуть слышно процедил сквозь зубы Бринкер, остановившись перед тяжелой металлической дверью. — Пришли. Здесь находится центральный гидропонный отсек. В сущности, ничего интересного. Прошу.Он нажал кнопку и шагнул через порог. Джерри протиснулся мимо него и замер, пораженный невиданным зрелищем. Просторное помещение было сверху донизу сплошь заполнено ярусами покрытых пышной растительностью стеллажей.— Замечательно! — произнес он, на этот раз вполне искренно.— А известно ли вам, гражданин, чем они питаются? — осведомился немец и продолжил, не дожидаясь ответа: — Питаются они всем, чем придется. Объедками с камбуза, человеческими экскрементами, бумагой — короче говоря, любыми отходами. А известно ли вам, что случится, если вы вдруг упадете в один из питательных резервуаров?— Дзен меня сохрани! — в притворном ужасе воскликнул Родс.Но Бринкер был настроен серьезно. Он грубо схватил его за руку и развернул к себе лицом.— Мне срочно нужна капуста, сосунок! — прорычал он. — С тебя причитается за две партии, которые я честно выиграл. Гони монету, живо!Джерри вырвал руку и отступил на несколько шагов.— Но послушайте… — начал он.— Я только и делаю, что слушаю, как ты треплешь своим поганым языком, фазан расфуфыренный! Быстро гони денежки, говорю!Несмотря на неравные шансы и разные весовые категории, Родс не испугался. Отступив на пару шагов, он выставил вперед руки с раскрытыми ладонями и вновь попытался утихомирить разъяренного второго помощника.— Подобными методами вы от меня ничего не добьетесь, — заявил он.— Сейчас увидим! — Лицо немца перекосила злобная гримаса. — Ты сам напросился, так что пеняй на себя. Один твой ручной хронометр потянет… — Не закончив фразы, он набычился и шагнул вперед.Джерри застыл на месте, глядя на противника широко раскрытыми глазами. Дверь за спиной Бринкера бесшумно приоткрылась, и в дверном проеме показалась белокурая головка Элен. Она скорчила Джерри рожицу, ободряюще подмигнула и исчезла.— Вот я тебя сейчас… — глухо проревел Бринкер, по-медвежьи расставив руки.Появившийся в отсеке Хуарес снисходительно усмехнулся. В правой руке он держал рукоять хлыста. Взмах его был нарочито ленив, но кожаный конец метнулся вперед с ошеломляющей быстротой и в мгновение ока обвился вокруг каблука правого ботинка нападавшего. Легкое натяжение на себя и вверх — и потерявший равновесие немец, удивленно хрюкнув, грузно свалился на смотровую платформу. При этом его подбородок с хрустом ударился о металлическую плиту. Джерри Родс восхищенно, но с опаской покосился на распростертое у его ног бесчувственное тело.— Уф-ф-ф! — с облегчением выдохнул он. — Вот уж повезло так повезло!— Повезло?! — в негодовании взвилась вновь появившаяся в отсеке Элен. — Ты хоть представляешь, во что мог превратить тебя этот тевтонский кабан, не пойди мы следом? В отбивной шницель, вот во что!— А я о чем говорю? — непритворно удивился Родс — Мне жутко повезло, что вы решили пойти за нами! 3 Когда «Полумесяц» совершил посадку на Фьоренце, агентам по-прежнему практически не на что было опереться. При подведении итогов на общем собрании группы выяснилось, как мало, в сущности, известно о происходящем в этом своеобразном мире. Планета вот уже почти столетие входила в Содружество. Казалось бы, срок достаточный, чтобы накопить солидный объем данных на основании одних только сообщений агентов «секции джи» и другого персонала ООП. Но внимательный анализ досье, врученного группе перед отправкой Ирен Казански, убедительно показал, насколько скудна на деле содержащаяся в нем «конфиденциальная» информация.— Сдается мне, эти фьорентийцы прямо-таки помешаны на секретности, — недовольно пробурчал Дорн Хорстен, с мрачным видом проглядывая тощую папку.— Придется нам действовать по обстоятельствам, — вздохнула Элен, не менее удрученная, чем ее великан напарник.— А по-моему, нет ничего проще, — самоуверенно заявил Джерри Родс. — Мы знаем, что все беды здесь от подполья. Остается только выявить и нейтрализовать его лидеров. Если повезет…Все хором зашикали на него, бедняга Джерри виновато съежился и больше ни о чем подобном не заикался.— Будет лучше, если мы уничтожим эти материалы перед посадкой, — заметил Хуарес— Ни к чему иметь при себе документы, связывающие нас с «секцией джи».
На Фьоренце имелся всего один космопорт, что само по себе являлось признаком чрезвычайного положения. Многие входящие в ООП планеты ограничивали таким образом контакты с соседями. Но в абсолютном большинстве случаев подобные меры вводились там, где реакционные правительства отсталых планет не могли позволить себе открыть населению доступ к свободному общению с жителями других миров, добившихся больших успехов в экономике и предоставляющих своим гражданам куда больше свободы.Хаотическое распространение человеческой расы среди звезд привело к появлению в обжитом секторе Галактики множества миров с диктаторскими режимами различного рода — от теократии до технократии. К сожалению, мало где правящая элита могла действительно считаться элитой общества, хотя, быть может, это и имело место в начальный период образования той или иной общественно-экономической структуры.В своей экспансии человечество вновь и вновь прибегало к непотизму — самому, пожалуй, несовершенному методу правления. В примитивном обществе для него просто не было места. Пока властная вертикаль ограничивалась семьей, родом или кланом, вождя избирали только за его личные достоинства. У главы племени при этом не возникало особого соблазна передать свой пост сыну или родственнику, так как должность не несла с собой сколько-нибудь ощутимой материальной выгоды и была скорее символической. Но с развитием общества расширялся круг обязанностей вождей и жрецов, у которых больше не оставалось свободного времени ходить на охоту или возделывать свой клочок земли, как это делал Одиссей, когда его посетили на Итаке Агамемнон, Менелай и Паламед, чтобы пригласить героя в карательную экспедицию против Илиона. Народы поневоле стали содержать и обеспечивать выборных лидеров, и именно тогда должность правителя сделалась заманчивой и желанной. Да и что может быть привлекательней участи царя, утопающего в роскоши и безделье, в обществе, где изобилие и ничегонеделание для подавляющего большинства лишь несбыточная мечта? Очень скоро эти посты превратились из выборных в наследственные, а вожди и жрецы перекроили прежние примитивные социальные институты в своих сугубо личных интересах.Все эти рассуждения, однако, не могли изменить прискорбный факт наличия на Фьоренце такого признака полицейского государства, как всего один космопорт на целую планету. Вдвойне прискорбно было наблюдать это четырем агентам, чей департамент изначально ставил перед собой цель всячески способствовать экономическому, научному и культурному обмену между мирами, что и приводит в конечном итоге к прогрессивному развитию общества.Их маленькая группа оказалась единственной высадившейся на Фьоренце, что неудивительно, так как других пассажиров на борту «Полумесяца» попросту не было. Этот достойный корабль хоть и назывался грузопассажирским, но совершал рейсы по такому непредсказуемому расписанию, что желающих оказалось немного. Пока роботы выгружали багаж и другие грузы, все четверо отправились на ожидающем у трапа аэромобиле в административное здание космопорта. Они по-прежнему делали вид, что почти незнакомы. Сопровождал их второй помощник капитана, в обязанности которого входило помочь пассажирам побыстрее пройти паспортный контроль и прочие бюрократические процедуры.По недоуменным взглядам, которые он изредка бросал в сторону Джерри Родса, нетрудно было догадаться, что Гельмут Бринкер до сих пор пребывает в растерянности. Ему не давал покоя зияющий провал в памяти между двумя конкретными эпизодами. В первом из них он с ревом устремился на нахального хлыща, исполненный решимости вытрясти из его тщедушной фигурки если не вожделенные кредиты, то хотя бы законный фунт мяса. Второй выглядел куда более прозаично: он очнулся в гидропонном отсеке в расстроенных чувствах, с разбитой физиономией и огромным, с яйцо, желваком на подбородке.Элен, чинно сложив на коленях свои тоненькие ручонки, не сводила с Бринкера немигающего, сосредоточенно-вопросительного взгляда, свойственного маленьким детям. Этот взгляд преследовал несчастного с того самого момента, когда вся компания заняла места в салоне аэромобиля на воздушной подушке.— Мистер второй помощник Блинкер, а почему у вас на лице сразу два подбородка? — спросила она наконец с нескрываемым интересом.— Элен! — возмущенно воскликнул Хорстен.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23