А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она, естественно, не могла поступить на службу, но и сама не желала этого. Девушку вполне устраивал ее статус. Она занималась, как и прежде, обеспечением информационной безопасности, а по сути, собирала информацию об обитателях станции, стараясь вычислить агентов Освободителей.
Именно об этом она рассказала Артуру, когда тот в очередной раз навестил ее.
— Ты представляешь, — со смехом сказала девушка, — нашла я одного подозрительного товарища. Работает он на какую-то мелкую фирму. Нашла я его зарплату. Сравнила с его тратами — не сходится. Тратит он больше. Ну ладно бы, если бы это за один-два месяца такое расхождение было. Можно понять человека, решил немного оттянуться, устроить себе небольшой праздник и потратить деньги из запасов. Так ничего подобного, оказывается, он уже полгода так живет. А зарплата у него совсем невелика, чтобы так вот себе позволить жить.
Села я ему на хвост, начала внимательно смотреть на записи камер слежения. Надо же узнать, с кем он встречается, на что деньги тратит. Засекла, что регулярно с одним и тем же мужчиной встречается. А еще, что помимо обычного счета, на который ему зарплата переводится, у него еще один есть. И так хитро устроено, что оттуда на его обычную карточку мелкими порциями деньги переводятся. Ну, почему мелкими порциями, это понятно, светиться не хочет. Любая крупная транзакция всегда будет отслеживаться, а так он остается вне поля зрения финансовой разведки его работодателей.
В общем, ясно, как белый день, у этого товарища есть еще одна жизнь. Я собрала всю информацию, что накопала, и понесла ее к Стайрону.
— И что Ричард сказал? — спросил Артур.
— А он внимательно посмотрел на все мои записи и выкладки, хмыкнул и говорит, дескать, отлично я работаю. Вот только этот человечек оказался Хранителем. Я просила его, чтобы он мне выдал списки всех его людей, чтобы я на них не отвлекалась, так он отказался. Говорит, что не нужно. Дескать, если я кого-то вычислю, это повод законспирировать человека еще сильнее. А что по мне, так тут половину станции как следует проверять надо. Стайрон, кажется, говорил, что тут уже контрразведка хорошо поработала, но что-то мне это не нравится. Все равно слишком много людей, которые могут стать объектами, моего пристального внимания.
— То есть ты считаешь, что тут не все так чисто, как говорил Стайрон?
— Абсолютно верно, — кивнула Цеззи. — Так что будь осторожен.
— И чего же мне бояться?
— Ну, техника твоего я уже проверила. Пилотов тоже, все, кажется, чисты. Так что в пространстве тебе опасаться нечего. Файтеры находятся под постоянным наблюдением, и никто диверсию устроить не сможет.
— Ты так говоришь, как будто бы наблюдение это нельзя обмануть.
— Можно, — легко согласилась Цеззи. — Вполне можно. Вот только я тоже знаю, как это делается, и предприняла собственные меры предосторожности. Так что я абсолютно серьезно говорю, в пространстве ты можешь не опасаться аварии или удара в спину от коллег. Если нас и ждут проблемы, то только здесь, внутри станции. Стайрон хоть и насытил ее своей агентурой, но я просто чувствую, здесь кто-то еще есть.
— Ты Стайрону-то об этом говорила? — спросил уже всерьез обеспокоенный Артур.
— Говорила, конечно, — пожала плечами девушка.
— И что он?
— Пообещал усилить твою охрану. Да и в конце концов, я же у него не единственный аналитик. У него вон штатных аналитиков уйма, пусть они тоже работают. Но так или иначе, что-то мне здесь не нравится. Я еще не знаю что, потому и работаю безвылазно. Очень, знаешь ли, мне не нравятся ситуации, когда я чувствую возможную проблему, а вытащить ее на свет не могу. Это меня несколько нервирует.
Артур проникся беспокойством Цеззи. Если аналитик не в состоянии вычислить возможную угрозу, может быть, снова пришло время попробовать возможности сновидца? После того, как Артур перебрался на станцию, он перестал пытаться заглянуть в свое ближайшее будущее, так как ему никогда не нравилась эта идея. Он все еще боялся увидеть что-то опасное или неприятное. «Если я этого не вижу, этого еще не существует», — повторял он себе. Но сейчас Артур решил рискнуть. И в ближайший же вечер, улегшись в постель, снова нарисовал себе тот циклопический механизм всеобщих взаимосвязей, а затем попытался отыскать в нем себя. Сон пришел немедленно.
Перед терминалом сидел мужчина средних лет в серой одежде техника. На рабочем столе было установлено сразу три экрана, но мужчина лишь рассеянно переводил взгляд с одного экрана на другой, не прикасаясь к клавиатуре. Техник сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула. Рутина его работы, если можно было назвать работой рассматривание экранов, предоставлявших какую-то информацию мужчине, видимо, совсем достала техника. Это можно было легко определить по его предельно скучающему выражению лица.
Внезапно техник выпрямился. Казалось, он принюхивался к чему-то. Наконец он встал с кресла и нагнулся к экранам. Видимо, то, что показывал ему терминал, не удовлетворило техника и он действительно начал нюхать воздух в каюте. Так, следуя за запахом, он подошел к стене, к которой примыкал его рабочий стол. После двух минут напряженного ползания вдоль нее техник решился и отодвинул рабочий стол в сторону, освобождая себе доступ. Из заднего кармана серых брюк мужчина достал отвертку с тонким и плоским жалом. Поколдовав минуту у стены, техник снял одну из стенных панелей, обнажив содержимое технологического туннеля, который проходил в этом месте.
Уже когда техник снимал панель, он убедился в правильности своих опасений. Из технологического туннеля повалил дым. Потрясенный мужчина попробовал отодвинуть рукой пучок разноцветных проводов и световодов, чтобы заглянуть внутрь туннеля, но как только он наклонился к открытой нише, оттуда плеснуло пламя прямо ему в лицо.
Артур проснулся. Сон ему очень не понравился, и это было еще мягко сказано. Очевидно, что он видел во сне либо станцию, либо корабль, на котором начался пожар. Пожар в пространстве это даже не плохо. Это просто страшно. А уж почему не сработала система автоматического пожаротушения в том месте, которое видел Артур в своем сне, было совсем непонятно. И это было еще не самое плохое.
Артур точно помнил, что вечером он собирался попробовать увидеть свое собственное ближайшее будущее. Его обеспокоило то, что рассказала ему Цеззи, и поэтому он решил немного подстраховаться. Вот и подстраховался на собственную голову. Неужели пожар, который Артур видел во сне, произойдет на станции «Хабитейшн»? Пилот зябко передернул печами. Открытый огонь на станции — это просто ночной кошмар для всех ее обитателей. А если учесть, что во сне он увидел самый настоящий взрыв, то становится еще страшнее. Любой огонь, любой очаг возгорания должен быть задушен аварийной противопожарной системой в зародыше. Однако там, во сне, этого не случилось.
Артур быстро одевался. Прежде всего необходимо увидеться со Стайроном и рассказать ему о сновидении. Контрразведчик сможет принять необходимые меры. Предотвратить пожар, конечно, не удастся, раз Артур его видел, но можно еще локализовать его, не дать распространиться.
Пилот быстрым шагом шел по коридорам станции. Каюта Стайрона располагалась совсем рядом с его кабинетом, так что идти оставалось уже совсем недалеко. Однако дойти до его каюты Артур не успел. Освещение коридоров внезапно мигнуло красным светом и ожила громкая связь.
— Внимание! Нештатная ситуация на девятом техническом ярусе. Всему персоналу ярусрв с восьмого по десятый предписывается в течение десяти минут покинуть помещения и эвакуироваться на соседние ярусы. Повторяю!
Ну вот, теперь Артур знал точно, что он действительно видел эпизод из ближайшего будущего, который имеет к нему непосредственное отношение. Под нужды вооруженных сил на станции «Хабитейшн» были отданы шестой и седьмой ярусы, так что самого Артура сообщение не касалось. Пока не касалось.
Артур перешел на бег. Теперь уже передать сообщение Стайрону о сновидении было жизненно необходимо. Не больше минуты ему потребовалось, чтобы выскочить к каюте контрразведчика. Стайрон в этот момент сам вышел из своей каюты и направлялся в свой рабочий кабинет.
— Я к тебе, — заявил Артур, выравнивая дыхание.
Стайрон только молча кивнул в направлении уже открытой двери кабинета. Войдя в кабинет вслед за Артуром, Стайрон первым делом развернул к себе экран своей рабочей компьютерной системы, чтобы ознакомиться с ситуацией.
— Я… — Артур не успел начать говорить, как Стайрон предупреждающим жестом заставил его замолчать. Очевидно, контрразведчику требовалось время, чтобы ознакомиться с последней информацией по поводу нештатной ситуации, возникшей на станции «Хабитейшн». Пока Артур нетерпеливо переминался с ноги на ногу, Стайрон быстро пробегал глазами строчки сообщений.
— Значит, пожар. — Контрразведчик выпрямился и посмотрел на Артура. — Хорошо еще, наши отсеки не захвачены.
— Я видел этот пожар, — сразу перешел к главному пилот.
Стайрон чуть нахмурился и уселся в свое рабочее кресло. Артур воспользовался обычным стулом.
— Я решил снова попробовать увидеть свое близкое будущее. А во сне я увидел, как начинался пожар где-то на станции или на корабле. Проснулся, а тут и объявление о нештатной ситуации. Так что скорее всего я видел начало пожара у нас тут, на девятом ярусе.
В этот момент дверь кабинета Стайрона открылась и в помещение вошла Цеззи. Было видно, что девушка еще не проснулась как следует и, кажется, даже умыться не успела.
— Так, очень интересно. — Стайрон чуть почесал затылок. Пока он раздумывал, Артур повернулся к девушке.
— Привет, Цеззи, — сказал пилот. — Извини, доброго утра пожелать не могу, оно не слишком хорошо началось.
— Так. — Стайрон снова выпрямился, демонстрируя готовность к быстрому принятию решений и немедленному их воплощению. — Вы оба идете со мной в тактический центр.
По пути Стайрон объяснял им ситуацию.
— Возгорание на девятом ярусе. Где точно оно произошло, пока что неизвестно. Почему не сработала система автоматического пожаротушения, тоже пока не ясно. Так как на девятом ярусе находится большая часть технических помещений, управление станцией перенесено в тактический центр. Девятый ярус сейчас полностью эвакуирован, так как там сильное задымление. Из-за того, что ярус является техническим, там проходит чертова уйма коммуникационных каналов и его нельзя полностью загерметизировать. То есть все те проходы и коридоры, где мог распространиться огонь, давно закрыты, но всегда остаются еще технологические туннели, которые полностью загерметизировать нельзя, так как придется обрезать все кабели, которые там проходят. А это грозит ещё большей потерей контроля над станцией.
— Ещё большей потерей контроля? — переспросила Цеззи. — То есть уже сейчас контроль не полный?
— Все верно, — подтвердил Стайрон, ускоряя шаг. — Если бы все было в норме, зачем бы потребовалось переносить управление в тактический центр.
— Но это не так уж страшно, — вставил свою реплику Артур. — Большая часть систем жизнеобеспечения в состоянии работать в автономном режиме.
— О жизнеобеспечении пока никто и не говорит, — ответил Стайрон, шлепал ладонью по идентификационной пластине у двери тактического центра. Цеззи и Артур прошли вслед за контрразведчиком в помещение.
Чем-то тактический центр напоминал рубку обычного крейсера. Только размеры его были немного поменьше. А вместо окружающего станцию пространства на экраны были выведены схемы самой станции. На одном из больших экранов была отображена вся станция целиком в разрезе. Артур обратил внимание, что девятый и десятый ярусы помечены красным цветом, а соседние восьмой и одиннадцатый ярусы были маркированы желтым.
— Система мониторинга на девятом и десятом ярусах полностью выбита, — пояснил Стайрон. — С прилегающих ярусов персонал эвакуирован, и мониторинг показывает увеличивающееся задымление. Цеззи, твое место вот здесь, — Стайрон повернул к девушке рабочее кресло перед одной из консолей, — я буду сидеть за соседним терминалом. Артур, ты остаешься рядом с нами.
— Цеззи здесь работать будет, это понятно. А вот я здесь совершенно точно лишний, — заметил Артур.
— Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты рядом, — пояснил контрразведчик.
Пока Артур выяснял свой статус в тактическом центре, Цеззи уже уселась на свое рабочее место и начала читать сводки одновременно комментируя их, чтобы свести в курс дела Артура и Стайрона.
— Итак. Первые сигналы о задымлении получены всего полчаса назад. Система раннего оповещения не сработала, о пожаре и задымлении доложил один из техников. Сначала был эвакуирован полностью девятый ярус. Увы, часть помещений уже была недоступна, и, возможно, среди технического персонала есть жертвы. Местонахождение по крайней мере трех человек неизвестно. Предполагается, что они находились рядом с очагом возгорания и могли просто погибнуть. Помимо системы мониторинга также была выбита система автоматического пожаротушения. Огонь, предположительно, распространяется по технологическим туннелям. Именно поэтому стандартный способ аварийного пожаротушения здесь не пройдет.
Артур знал, что если отказывает система автоматического пожаротушения, то отсек, в котором возник пожар, сначала герметично отсекали от остальных отсеков, а затем открывали его в открытое пространство. Воздух мгновенно уходил из терпящего бедствие отсека, и огонь гас сам по себе. Потом оставалось лишь закрыть шлюз, закачать воздух и запустить внутрь аварийную команду. Увы, полная герметизация девятого отсека означала, что будут перерезаны практически все коммуникации, и станция окажется без основного узла своей нервной системы. Пока был шанс спасти ярус, не прибегая к радикальным средствам, командование не спешило перекрывать технологические туннели.
Также было непонятно, что случилось с системой автоматического пожаротушения. Она была рассчитана на самые тяжелые условия работы и должна была выполнять свои функции, даже если вокруг нее полыхал бы открытый огонь. А уж ползучее горение, распространяющееся по технологическим туннелям, она должна была задавить в зародыше. На самом деле, если бы была возможность каким-либо образом включить эту систему, вся проблема с пожаром была бы решена за несколько десятков минут. Однако система пожаротушения оказалась выбита вместе с системой мониторинга, и именно поэтому сейчас станция «Хабитейшн» отчаянно боролась за собственное выживание.
— Сейчас спешно эвакуируется персонал с восьмого и десятого ярусов. На станции введено особое положение. Естественно, отряжать аварийные команды на задымленные ярусы нет никакого смысла. Открытого огня там, кажется, нет, а в технологические туннели им не пробраться. Вместо этого сейчас начинают на прилегающих ярусах в каждый такой туннель закачивать пену, но, если вы хотите знать мое мнение, это не спасет нас. Может быть, ненадолго задержит распространение огня, но не больше. Технологических туннелей по определению слишком много, и все их заблокировать персонал просто не успеет. Так что, при сохранении текущей ситуации, огонь будет распространяться дальше, но несколько медленнее, чем до этого.
— Что с системой автоматического пожаротушения? — спросил Стайрон.
— Данных нет, — быстро ответила Цеззи. — Она была выбита вместе с системой мониторинга. Внешнее управление системой пожаротушения сейчас невозможно, а сама она тоже не срабатывает, так как не получает данных о том, что идет пожар. Судя по всему, мы имеем дело с цепочкой фатальных случайностей. Поодиночке каждая из них была бы решена за несколько минут, но наложившись друг на друга, они привели к подобной проблеме.
— До чего же глупое совпадение, — поморщился Стайрон.
— При сохранении текущих темпов распространения огня вся станция будет заполнена дымом через двадцать восемь часов. Угроза нашему ярусу наступит через шесть часов. Реактор надо будет отключать через десять часов.
— Вот дерьмо! — удивленно выругался Артур.
— Сейчас помимо превентивного использования пенных заглушек в технологических туннелях разрабатывается план полной эвакуации персонала со станции. После этого можно будет заглушить реактор и открыть все шлюзы. После того как станция полностью очистится от кислорода, горение должно утихнуть. Также пропадет и задымление. А потом на станцию отправится аварийная команда, которая сможет снова запустить реактор, а также починить и активировать систему пожаротушения. После этого уже можно будет снова заполнять внутреннее пространство станции воздухом.
— И сколько на это уйдет? — скептически спросил Стайрон.
— Не менее четырех суток, — ответила девушка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37