А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Поляновский Макс

Улица младшего сына


 

Здесь выложена электронная книга Улица младшего сына автора по имени Поляновский Макс. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Поляновский Макс - Улица младшего сына.

Размер архива с книгой Улица младшего сына равняется 443.96 KB

Улица младшего сына - Поляновский Макс => скачать бесплатную электронную книгу






Лев Кассиль, Макс Поляновский: «Улица младшего сына»

Лев Кассиль, Макс Поляновский
Улица младшего сына



Zmiy Минск; 1984
Аннотация Повесть о жизни и смерти юного партизана Володи Дубинина — героя Великой Отечественной войны. Лев Кассиль, Макс ПоляновскийУЛИЦА МЛАДШЕГО СЫНА Пионерский галстук имеет три конца в знак нерушимой дружбы трех поколений — коммунистов, комсомольцев и пионеров. (Из «Книги вожатого») Улица в Керчи Не так уж много на свете мальчиков, по имени которых названы целые улицы. И потому мы оба разом остановились на перекрестке, когда случайно прочли то, что написано на табличке, прибитой к стене углового дома…В Керчь мы приехали накануне.Крымский город, с улиц которого видны два моря — Черное и Азовское, имеет длинную и затейливую историю. Прах всевозможных древних легенд курится над горой Митридат, высящейся над Керчью. Но уютный южный город, стоящий на слиянии двух морей, успел снискать совсем иную славу в бурные годы первых пятилеток и двух войн — гражданской и Великой Отечественной. За годы предвоенных пятилеток Керчь превратилась из небольшого рыбацкого городка в крупный индустриальный центр, в город руды, металла, судостроения. Огромные заводы выросли вокруг Керчи. Миллионы тонн чугуна, стали, проката давала ежегодно стране керченская металлургия. Руда из Камыш-Буруна шла на построенные в Приазовье огромные металлургические заводы.Осматривая город, мы вышли на центральную улицу. Прямая и тенистая, она носит имя Ленина. Под сенью акаций белеют невысокие, но красиво построенные из камня-ракушечника дома, многие из которых были изуродованы фашистскими бомбами во время войны.Дул теплый ветер с пролива, и в этом ветре чувствовалось дыхание двух морей.Неожиданно издали донеслось громкое пение птиц; над головами прохожих мы заметили несколько клеток, которые висели на белой каменной стене. В трех из них прыгали юркие чижи, а в одной совался толстым клювом в прутья крупный дубонос.Под клетками, покуривая, сидел на стуле, должно быть, сам хозяин, вынесший в воскресное утро своих птиц погреться на солнышке. На нем была выгоревшая от солнца, но опрятная военная гимнастерка с расстегнутым воротом и медалью Отечественной войны на ленте, аккуратно обернутой в прозрачный целлофан. Под гимнастеркой виднелась чистенькая, хотя и полинявшая тельняшка. По какому-то знаку хозяина все примолкшие было птицы засвистели, залились, защелкали на всю улицу, на одном из домов которой была прибита табличка: УЛИЦА ВОЛОДИ ДУБИНИНА
Крымское солнце и ветры двух морей почти обесцветили буквы на жестяной табличке, и не было уверенности в том, что мы верно прочли название.— Простите, как называется эта улица?Человек в гимнастерке поднял свое загорелое лицо, сделал опять какой-то знак птицам — и в клетках мигом затихло.— Зовется бывшая Крестьянская, а в настоящее время и во веки веков — улица Володи Дубинина, — глухим, но внятным голосом произнес он.— А кто это — Володя Дубинин? Чем он заслужил такую честь?— Заслужил, — строго сказал птицелов. — Уж он-то заслужил. Я могу вам как местный житель разъяснить, кто такой Володя Дубинин, керченский наш сынок…Пели, заливались чижи, сыпались сверху из клеток семечки, тихо стояли собравшиеся вокруг керченские мальчишки, слушая, видно, хорошо уже знакомый им рассказ о своем славном земляке.Потом мы направились по их совету в городской музей. В большом зале среди портретов людей, прославивших Керчь, мы увидели на отдельном алом бархатном щите уже знакомое имя Володи Дубинина. С портрета на нас глянуло лицо мальчугана, большелобого, с веселым, упрямо выпяченным ртом, с огромными глазами, полными ясного света и смотрящими на мир с таким пытливым задором, с такой прямой, открытой отвагой, будто перед ними все на свете должно немедленно раскрыться настежь.А вечером у такого же портрета, висевшего на стене в чистенькой горенке, мать Володи Дубинина, Евдокия Тимофеевна, тихо рассказывала нам про своего сына. И Володина сестра, Валя Дубинина, вставляла словечко, чтобы дополнить рассказ матери, если та что-нибудь не могла припомнить.На другой день в школе № 13, которая называется «Школа имени Володи Дубинина», мы разговаривали с учителями и товарищами Володи, и все, что узнали, так глубоко взволновало и захватило нас, что мы надолго еще задержались в Керчи. История недавних дней, правдивая, во сто крат более прекрасная, чем все, что могли рассказать нам мертвые камни раскопок, раскрывалась перед нами слово за словом, день за днем, шаг за шагом.Мы уехали из города, успев завязать много новых чудесных знакомств, собрав самые разнообразные сведения о мальчике, именем которого названа улица в Керчи.Впоследствии нам удалось списаться со многими людьми, которые ныне живут уже в других городах, но хорошо помнят Володю. Люди, знавшие Володю, охотно откликались на наши письма. Они присылали свои дневники, заметки о днях Великой Отечественной войны, записи о делах и подвигах Володи. Потом пришлось еще не раз побывать в Керчи, чтобы походить по всем местам, которые связаны с именем Володи Дубинина, с его короткой, но доблестной жизнью, еще и еще расспросить всех родных и друзей, сверстников и старших боевых товарищей Володи о делах, которыми прославился керченский пионер.Так страничка за страничкой писалась эта книга. В ней почти нет вымысла. Все, о чем рассказывается здесь, — правда, столь прекрасная, строгая и чистая, что не было нужды приукрашивать ее. Едва ли не каждая страница в этой книге может быть подтверждена документами и фотографиями, свидетельствами и записями — их прислали и продолжают присылать нам хорошие советские люди, знавшие мальчика, в честь которого названа улица в Керчи. Часть первая «РАСТИ, МАЛЬЧУГАН!» Глава I Надпись в подземелье В этот день, который Володя запомнил навсегда, мать взяла его и сестру Валю в Старый Карантин. Каждую весну они приезжали сюда из Керчи к дяде Гриценко. Здесь у Евдокии Тимофеевны был небольшой огород. А с Ваней Гриценко, своим троюродным братом, Володя давно сдружился. Мальчики считали себя давнишними приятелями.— Мы с Гриценко Ваней старинные товарищи, — любил говорить Володя.— Кто старинные, а кто и не очень, — неизменно возражал при этом Ваня Гриценко. — Еще носом не дорос до старинного.— Ну, а ты сам?— Я — другой вопрос. Ты себя со мной не равняй, — отвечал Ваня.Он был на целый год старше Володи. Ему уже минуло девять лет.Володя любил поездки в Старый Карантин. Здесь он с матерью и сестрой Валей обычно проводил лето. Целые дни дети бегали по холмам, заросшим колючим татарником с большими розоватыми цветами, мохнатыми и похожими на толстый помазок для бритья. Они бегали к рыбакам-забродчикам Камыш-Буруна и сами ловили бычков и барабулек, а потом возвращались в беленький домик дяди Гриценко, сложенный из камня-ракушечника, и требовали, чтобы их добыча непременно шла в общий котел. И, когда был хороший улов, все ели да похваливали удачливых рыболовов, а дядя Гриценко, сам бывший рыбак, говорил:— Ну, ну, рыбаки, питатели семейства!.. Языком не болтай, жуй на оба бока, костями не давись! — и легонько стукал ложкой по носам рыболовов.Да, это было распрекраснейшее место на свете — Старый Карантин. Здесь можно было купаться в море, где у берега совсем неглубоко, пускать корабли, помогать рыбакам смолить их лодки, растягивать сети на просушку. А сколько уголков для игры в прятки таилось на холмах за поселком, где торчала пирамидальная, похожая на форму для творожной пасхи вышка над стволом шахты, лежали сложенные стенами, аккуратно нарезанные, как сахар-рафинад, белые камни ракушечника, слепящего глаза на солнце, а дальше, среди заросших холмов, открывались порой незаметные входы в шурфы и штольни каменоломен.Правда, мать и особенно сам дядя Гриценко строго-настрого запрещали прятаться в этих полуобвалившихся тоннелях. На эти места здешними мальчиками был наложен запрет, и считалось «чур, не игра», если кто-нибудь прятался там. Но все же было очень соблазнительно заползти в такую дыру и прятаться там, пока тот, кто куликал, сбившись с ног рыскал по поверхности, а потом неожиданно выскочить у него за спиной, прямо из-под ног, и что есть духу нестись наперегонки к большому камню, возле которого брошена «палочка-застукалочка».И все это можно было снова испытать сегодня!День был воскресный. Мать надела черную кружевную шаль, нарядила Валентину в новое платье, прошитое широкой тесьмой, а Володя по случаю поездки в Старый Карантин надел матросскую курточку. Конечно, она была не совсем матросская. Непонятно, например, зачем понадобилось привешивать под вырезом воротника что-то вроде галстучка. Неправильно это было. Не носят таких штук настоящие матросы. И, надо признаться, Володя один раз оторвал этот совершенно девчачий бантик, когда с матерью ходил в гости. Но сестра Валентина специально, чтобы доказать, что она старше и главнее, нашла за сундуком этот хвостик от курточки. И матросский вид Володи был снова испорчен.Вани Гриценко не оказалось дома. Он был во дворе за домом и занимался в уединении делом, о котором всякий иной мальчик мог лишь мечтать.Утром он выменял у одного из соседских мальчишек, отец которого работал в аптеке, на свою шпульку с летающей жестяной вертушкой — разбитый медицинский термометр. И вот сейчас, стоя в тени за домом, Ваня держал перед самыми глазами картонную коробочку из-под папирос. По дну ее бегала тяжелая зеркальная капля ртути. Она то вытягивалась, то сжималась, как живая, внезапно распадалась на две-три выпуклые лепешечки, которые вдруг снова сливались вместе. Все это доставляло счастливому владельцу ртутной капли огромное удовольствие.Володя подкрался неслышно сзади и застыл, любуясь через плечо товарища поистине замечательным зрелищем. Увлеченный своим занятием, Ваня не заметил его. Но вдруг он почувствовал, как две горячие шершавые ладони крепко сжали ему виски, не давая обернуться. Ваня попробовал вырваться, но руки у него были заняты коробочкой со ртутью.— Пусти! — проворчал он.Сзади не отпускали.— Брось, слушай!.. Кто это?Сзади молчали, продолжая крепко сжимать ладонями Ванину голову. Ваня потоптался на месте, поворачиваясь то влево, то вправо, но тот, кто держал, ловко увертывался, все время оказываясь за спиной. Пришлось смириться и действовать по правилам, то есть начать отгадывать.— Знаю! Толька Ковалев?— Ым…— Витюха, ты?..— Ы!..— Серега с Камыш-Буруна?Сзади опять промычали отрицательно.Избычившись, Ваня сумел заглянуть себе под ноги и заметил за ними пару ног в новеньких, но уже покрытых белой пылью ботинках. Тот, кто держал сзади, вероятно, был мал ростом, потому что вставал на цыпочки, чтобы справиться с головой Вани. Белая же ракушечная пыль на ботинках говорила о том, что владелец их пришел издалека и со стороны каменоломен, где останавливался автобус из Керчи.— Вовка, что ль, Дубинин? — неуверенно назвал Ваня.Сзади разом отпустили руки. Ваня оглянулся и увидел троюродного братишку. Друзья не виделись давно, с самой зимы. Оба быстро оглядели друг друга, примериваясь глазом, насколько вырос каждый. При этом Ваня Гриценко с удовольствием отметил, что Володя не догнал его, хотя и тянулся сейчас что есть силы.— А я сразу подумал, что это ты, — сказал Ваня, — только проверить хотел сперва.— Да, да! — вставая на носки и задирая свой без того задорно торчавший нос, смеялся Володя. — Сразу догадался! А сам всех перебрал. И Тольку и Серегу. Здорово я тебя подловил! Я знаю, ты меня по ногам узнал, а то бы никогда не догадался.— Да ну, «не догадался!» Ты вот гляди, что у меня есть, — проговорил Ваня, протягивая приятелю коробочку. — Видал?У Володи загорелись было глаза, но он тотчас же справился с собой. — А ну, покажи! Это там что?Зеркальный живчик бегал по коробке, не оставляя следа, бесшумно и неуловимо, как бегает солнечный зайчик.— Дай мне покатать, — попросил Володя.— Но-но… — отвечал Ваня, отводя Володину руку в сторону локтем. — Дорасти сперва. Ты не тянись. Это знаешь что? Ртуть называется. Такая вода из железа. Ну, понимаешь, ртуть? Она знаешь ядовитая какая! Вот эту каплю проглотить — она сразу в кишки прыг, в сердце закатится — и конец человеку. Так и будет там кататься…— Дай я немного покатаю.— Да ты с ней обращаться не умеешь. Еще упустишь.— Вот увидишь, не упущу.Наконец Ваня согласился и уступил. Володя неверными от волнения руками принял коробочку и стал гонять по ее дну ртутную каплю. И вдруг от слишком резкого движения серебряная капля скользнула в угол наклоненной коробочки и выпрыгнула из нее на землю. Там она тотчас же рассыпалась на мелкие блестящие брызги, словно в землю по самую головку вкололи десятки булавок.— Ну вот! — чуть не плача проговорил Ваня. Он ужасно рассердился. — Говорил, что упустишь! Где тебе со ртутью дело иметь, такому малявке!..Володя был убит. Он сел на корточки, пытаясь собрать ртутные брызги. Но из этого ничего не вышло.— Это потому, что ты меня торопил очень, — оправдывался Володя. — Ну ладно, ты не сердись. Я тебе, хочешь, золотую проволочку вот такой длины подарю? У меня есть. А могу бабочку «мертвая голова», сушеную… Или перо от ястреба… Что хочешь.— На что мне твое перо! Мне ртуть нужна.— А зачем тебе она?— «Зачем»! Опыты делать… по физике. Мы будем скоро уже физику проходить. Уже через два года… если этот не считать.Ах, это был новый удар! Володя и позабыл совсем, что Ваня этой весной уже перешел во второй класс. Володе же предстояло осенью поступить лишь в первый, а пока он ходил еще в детский сад.— Хуже нет с дошколенками связываться! — продолжал Ваня и пренебрежительно плюнул.— Ну и не больно тебя просят связываться! — обиделся Володя. — Я не люблю, когда так говорят… Ты лучше не смей обзывать!..— А что мне будет?— А вот уйду сейчас и не приду к вам больше — и все.— Тебя не спросят. Мать привезет.— Не захочу — не привезет. Вот возьму и сейчас уеду.— На чем? На палочке верхом? А деньги на билет, на автобус, есть?— А я пешком пойду, вот так, — проговорил Володя, одернул курточку, сел на землю, мигом разулся, взял в руки ботинки с засунутыми в них чулками и зашагал прочь со двора. Лицо у него было решительное, выпяченные губы пухлого рта были крепко сжаты.Он шел не оглядываясь, сердито выворачивая босыми пятками пыль. И Ваня понял, что Володя действительно уйдет и отшагает все семь километров до города. Он знал характер своего младшего друга: уж если Володя что сказал, так он это сделает во что бы то ни стало. Надо было остановить Володю, чтобы не попало обоим. Но Ване не хотелось унижаться.— Эй, Вовка, брось! — крикнул он. — Гордый какой, в самом деле! — Ваня влез на забор, перевесился наружу. — Хватит тебе, говорю! Давай назад!..Володя уже был за калиткой. Маленькая его фигура в запыленной матросочке быстро двигалась по улице поселка. Володя даже не обернулся. Ваня выбежал за ним на улицу.— Стой, Вовка, погоди!.. Я какую загадку знаю, вот реши! Ни в жизнь не отгадаешь!Володя чуточку замедлил шаг и обернулся, поглядев через плечо на догонявшего его приятеля.— Вот слушай, — запыхавшись, проговорил Ваня, настигнув его наконец. — Вот что это значит: «Детина полуумный на диване»?Володя остановился.Действительно, что это значит? Ну, сумасшедший на диване… В чем тут хитрость?— Это никто не решит, — утешил его Ваня. — У нас в классе никто не отгадал. Я тоже сперва не разобрал, — добавил он, чтобы окончательно смягчить положение.— «Детина полуумный…» — повторил Володя. Ваня видел, что он уже не уйдет, пока не узнает.— Идем домой, — проговорил он, — а я тебе сейчас отгадку скажу.Володя постоял с минуточку в раздумье, потом медленно пошел в сторону дома Гриценко.— Ну, говори отгадку, — сказал он, остановившись возле калитки. — А то не пойду.— За калиткой скажу. Прошли во двор.— Ну, вот теперь слушай, — важно проговорил Ваня. — Это значит; дети на полу, умный на диване. Здорово?Да, за этим стоило вернуться! Эх, скорее бы в школу, чтобы самому узнать все эти ученые штуки!Теперь все уже пошло гладко. Друзья стали вспоминать всякие приключения, бывшие с ними зимой во время разлуки.— Ты под Новый год поздно лег спать? — спрашивал Володя. — Ты до какого часу не спал? А я сперва не хотел ложиться, а потом нечаянно разоспался и уже даже не хотел вставать. А после по радио заиграли «Вальс-каприс», и я развеселился. А тут еще Валька стала дразниться, что я одним глазом сплю, а другим дремлю. И я уже не стал хотеть спать совсем.Потом решили идти купаться.— А помнишь, как я утонул, когда маленький был?И опять была рассказана пренеприятная, уже хорошо известная Ване история. Дело в том, что прошлым летом Володя еще не умел плавать и должен был во время купания с мальчиками довольствоваться тем, что барахтался у самого берега. Правда, Володя вскоре выучился водить по дну руками, болтая при этом ногами.

Улица младшего сына - Поляновский Макс => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Улица младшего сына автора Поляновский Макс дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Улица младшего сына у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Улица младшего сына своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Поляновский Макс - Улица младшего сына.
Если после завершения чтения книги Улица младшего сына вы захотите почитать и другие книги Поляновский Макс, тогда зайдите на страницу писателя Поляновский Макс - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Улица младшего сына, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Поляновский Макс, написавшего книгу Улица младшего сына, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Улица младшего сына; Поляновский Макс, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн