А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Ну, а теперь продолжим нашу беседу.
— Вы сказали, что он любит женщин. Но этим сказано не все. Как это ни странно, во всех его романах есть еще и материальная заинтересованность. Он получает прибыль от всех своих романов.
— Вы хотите сказать, что он любит женщин и использует их?
— Да, Джонни, ваши формулировки очень точны. Но я не способна к такой краткости. Я — женщина и люблю поболтать.
— Я ведь вас и не останавливаю. Скажите, каких женщин любит Джейл? Именно тех, кого он может использовать?
— Этого я бы не сказала. Он разборчив и выбирает обычно красивых женщин. Кроме того, среди его дам никогда не было простых, вульгарных или малообразованных. У него, видимо, особый талант находить женщин, которые кроме своей привлекательности обладают еще и материальными средствами.
— По-видимому, этот парень вообще неплохо изучил женщин. Она улыбнулась.
— Уж не приревновали ли вы меня, Джонни? Напрасно, у меня нет никакого чувства к Пирсу. Вся моя любовь к нему испарилась уже очень давно.
Он ответил:
— Я никого никогда не ревную. По-моему, это очень унизи-9 тельное чувство, присущее лишь слаборазвитому интеллекту. — Про себя он подумал, что мисс Квирида Джейл гораздо умнее, чем он предполагал, и что она очень умно отводит беседу от Хиппера, о котором явно не собирается говорить.
Он спросил:
— Что вы делали сегодня вечером, Квирида? Она ответили:
— Пообедала одна, а затем на машине поехала в Торкуей, зашла в “Империал”, потанцевала один танец со старым знакомым, которого встретила в баре, выпила маленький стаканчик виски и поехала домой. В одиннадцать часов я уже лежала в кровати.
— И пролежали, не заснув, с одиннадцати вечера до четырех утра? И все это время вы обдумывали, о чем вы хотели поговорить со мной?
— Да.
— За столько часов можно многое обдумать. Она кивнула и добавила:
— Но в некоторых случаях этого все же недостаточно. И потому я так обрадовалась, услышав ваш голос по телефону. Я чувствовала, что вы находитесь где-то неподалеку.
— Кто: я или Хиппер?
— О нем я, безусловно, не смогла бы столько думать, да и приятного в этом ничего не могло быть. Я уже сказала вам, что он выполнил то, что считал своим долгом и на этом наши взаимоотношения закончились.
— Понятно.
С мягкой улыбкой она спросила:
— Джонни, не хотите ли вы узнать, что я думала о вас?
— Если вы хотите, чтобы я об этом узнал, вы сами скажете. Обо мне думают многие люди и некоторые из них думают дурно.
— Но я думала только самое хорошее, Джонни, поверьте мне. Я думала о том, что было бы очень приятно стать вашей женой.
— В самом деле? Что это? Предложение?
— А почему бы и нет?
— Что вы знаете обо мне? Неужели брак с мистером Джейлом ничему не научил вас и вы так легкомысленны?
— Джейл был моим первым мужем, а кроме того я не предлагала вам пять тысяч фунтов в год. Он состроил гримасу.
— Я предполагаю, что это какая-то западня. Она повернулась к нему лицом.
— В вас есть что-то интригующее, Джонни, и я не могу понять, что именно. Вы — настоящий мужчина и, кроме того, вы очень умны. Я думаю, что если вы женитесь, то будете присматривать за своей женой и даже независимо от ее желания. Мой развод с Пирсом состоится в самое ближайшее время, а через шесть недель после этого, если все будет благополучно, я стану свободной женщиной.
— Что вы хотите сказать, говоря “если все будет благополучно”?
— Это просто ничего не значащие слова, Джонни, которые призносятся по привычке.
— Итак, вы станете свободной, и что же тогда?
— Вы хотите, чтобы я повторила снова то, что уже сказала? Я думала, что может быть тогда вы сделаете мне предложение, после того, как я его вам уже сделала.
— Но почему?
— Я ведь красива, Джонни, и богата. У меня куча денег. Ваш ум и мое богатство в соединении возвысят нас над всем окружающим. Вы ведь можете начать какое-нибудь самостоятельное дело, и я уверена, будете иметь большой успех.
— Есть ли еще какие-нибудь основания для предложения, кроме моей привлекательности и моего ума?
— Какие еще могут быть причины? Вэллон пожал плечами.
— Может быть вы думаете, что вам необходим телохранитель даже и после развода с Пирсом. Может быть вы ищите кого-нибудь, кто бы постоянно о вас заботился. — Он улыбнулся циничной улыбкой.
— Нет, Джонни, когда я разведусь, с Пирсом, я больше и не вспомню о нем. Чего ради я бы стала?
— А сейчас вы очень озабочены?
— Я ведь говорила вам, что он теряет при разводе пять тысяч фунтов в год, и я не удивляюсь, что это его волнует. Это ведь большая сумма денег, Джонни. Вэллон кивнул.
— Да, конечно. Но меня удивляет другое. Почему сначала Пирс согласился на развод, сам добровольно позволил засвидетельствовать нарушение им супружеской верности, словом, сделал все, о чем вы его просили, а затем, вдруг, без всякой видимой причины, передумал. Я не могу понять, почему это случилось, Квирида. — Он взглянул на нее с улыбкой, а она заметила, что когда он улыбается одними губами, а глаза остаются серьезными, он выглядит довольно грозно.
И снова она пожала плечами и ответила:
— Я этого не знаю.
— В самом деле? Тогда почему же вы не спросите у Хиппера? Он ведь должен располагать какой-то информацией, раз уж он обратился к вам. Не станете же вы утверждать, что Хиппер приехал специально из Сомерсета, чтобы сказать вам, что у него возникла какая-то смутная догадка о том, что Пирс Джейл будет препятствовать разводу. Почему вы не хотите ответить мне, Квирида? Я инстинктивно чувствую, что вы мне все время лжете.
Он встал со стула, продолжая глядеть на нее с той же двусмысленной улыбкой.
— Послушайте, Джонни, вы очень гадко обращаетесь со мной и вы крайне нелюбезны!
— Я и не стараюсь быть любезным, я выполняю свой долг.
— Я думала, что вам быть может приятно выполнять свой долг в отношении меня. И вы не можете пожаловаться на мою скупость.
— Вы имеете в виду ваш чек? Благодарю вас за него. Деньги мне несомненно пригодятся. Знаете ли вы о чем я думаю, Квирида?
— Нет, но хотела бы узнать, Джонни.
— Я думаю, что вы предложили мне жениться на вас в связи с тем, что вы опасаетесь Пирса Джейла. Я полагаю, что, если бы я выразил свое согласие на брак с вами, вы бы мне все рассказали, ну а до тех пор, имея какое-то преимущество предо мною, вы ничего мне не скажете, потому что не имеете ко мне полного доверия. То, что связывает вас с Пирсом, имеет такой характер, что вы бы не могли довериться кому бы то ни было. А во мне вы не уверены. — Вы думаете, что можете мне доверять, но вы этого не знаете точно и твердо.
— О, Джонни, мне вовсе не нравится ваш образ мыслей, и вы сами мне не нравитесь таким.
— В самом деле? Я нравлюсь вам, когда выполняю все ваши желания и верю всему, что вам угодно мне рассказывать. Послушайте, Кривида! Вы очень красивая женщина и мне вы очень по вкусу. Но я не женюсь на женщине, которая хочет взять верх надо мной и хочет себя обезопасить. Если я женюсь когда-нибудь то для этого, кроме упомянутых, должны быть и другие побудительные причины.
— Я полагала, Джонни, что у вас есть эти причины. Он встал и направился к двери.
— Я погашу свет внизу, когда буду уходить. Скажите, знаете ли вы, что имеют в виду американцы, когда говорят “поговорить по-турецки”?
— Да, это значит говорить здраво и говорить правду.
— Правильно, — сказал Вэллон, — когда бы вам ни захотелось “поговорить по-турецки”, позвоните мне. А до тех пор прощайте, моя дорогая. Быть может, если я сам что-нибудь узнаю без вас, я сам позвоню вам. До свидания.
Он вышел, закрыв за собою дверь. Она прислушалась к его удаляющимся шагам, услышала стук захлопнувшейся двери, уткнулась лицом в подушки и горько расплакалась.
Врач сказал:
— Вы теряете в весе, да и нервы не в порядке. Может быть вы пьете слишком мало веганина и слишком много виски?
— Возможно.
Придвинув пачку сигарет к Джонни, врач спросил:
— Сколько вы выкуриваете в сутки?
— Думаю, вероятно, около семидесяти штук. Врач откинулся на спинку стула.
— Припомните вчерашний день.
— Да, припоминаю.
— Что вы ели в течение всего дня?
— Я никогда не ем по утрам, а пью одно лишь кофе. На ленч я съел половину сэндвича. Вечером мне подали цыпленка, но я его не люблю и возместил его виски и бакарди.
— В чем дело, Джонни — деньги или женщина?
— Да бросьте! Эти два вопроса меня никогда не волнуют. Врач пожал плечами.
— Но если вы ничего не едите, а только курите и пьете, то даже без особых волнений вы убьете себя. Спите ли вы?
— Иногда, не часто.
— Почему бы вам не взять себе отпуск?
— Это великолепная мысль, и я, кажется, последую вашему совету.
— Правильно. Уезжайте завтра же. И проведите шесть недель на свежем воздухе. Побольше еды и солнца и все пройдет.
— Завтра? Я не думаю о завтрашнем дне. Я думаю, что может быть мне удастся это в будущем году. Ну, а пока что, доктор, как мне избавиться от этой постоянной боли в желудке?
— Быть может, когда вы избавитель от той заботы, о которой вы не хотите говорить, пройдет и эта боль. Это всего лишь воспоминание о бывшей ране, которое сохранилось в вашей памяти.
Вэллон улыбнулся доктору, попрощался с ним и вышел из кабинета.
Вэллон сидел на табурете в баре на Джермин стрит, когда бармен обратился к нему:
— Знаете ли вы, сэр, мы получили бутылку “Олд Кроу” — самого лучшего бурбона, какой только существует.
— Очень хорошо. Налейте мне побольше и дайте немного воды.
Пока он пил, он все время вспоминал о взломанном ящике в кабинете Шенно и никак не мог отвлечься от этих мыслей. Кто бы ни был убийцей Джо, — это был человек, желавший взять что-то, находившееся с этом ящике. Был ли это какой-то документ или письмо, во всяком случае Джо не желал, чтобы оно лежало среди других бумаг и положил его в отдельный ящик, где вообще ничего не было, кроме бутылки виски. А убийца, очевидно, точно знал, где лежит нужный ему документ.
И снова Вэллон вспомнил день смерти Джо. Как странно, что именно в этот день он нашел Мадлен. Если бы в этот день он поехал прямо на работу, он не встретил бы Страйпа и ничего не узнал бы о Мадлен. В этом случае Джо, возможно, был бы жив еще и сегодня. А позже, узнав о смерти Джо и, желая обнаружить преступника, он так увлекся делом, что позабыл о Мадлен и снова потерял ее. Он вспомнил, как Мадлен стояла, прислонившись к косяку двери, когда увидела его, как затем обвила его шею руками, и он почувствовал запах ее духов.
Затем перед ним снова возникла фигура мертвого Джо, сидящего за письменным столом, и он снова вспомнил начертанные на газете слова: “Вэллон… Вэллон… Вэллон… Джонни… Джонни… Джонни… Би-Би-Си… Би-Би-Си… Би-Би-Си.., час дня”. Ему теперь казалось ясным, что Джо каким то путем завладел документом, могущим помешать бракоразводному процессу мисс Джейл. Кому-то понадобился этот документ, и он убил Джо в надежде получить то, что ему было нужно.
Вывод из этого рассуждения был ясным и простым. Развода хотела добиться мисс Квирида Джейл, а помешать ей в этом хотел ее супруг мистер Пирс Джейл.
Вэллон вернулся в контору и вызвал Мэрвина.
Мэрвин сказал:
— Я хотел бы сообщить вам о том, куда вчера отлучался Хиппер.
Вэллон прервал его.
— Хорошо, Мэрвин, я знаю, где был Хиппер. Скажите мне вот что — я знаю у вас прекрасная память. Я бы хотел, чтобы вы вспомнили день накануне смерти мистера Шенно, — вторник. Что происходило здесь в конторе?
— То же, что и обычно.
— А где был Хиппер?
— Он был в Сомерсете, откуда вернулся лишь в среду. — Мэрвин спросил:
— Мистер Вэллон, о чем вы думаете? Если бы я это знал, я может быть смог бы вам чем-нибудь помочь.
— Хорошо. Можете ли вы вспомнить о чем-нибудь не совсем обычном в последние один-два дня перед смертью мистера Шенно?
— Да, могу.
— В связи с чем? — спросил Вэллон.
— В связи с Хиппером. Хиппер пришел сюда в одиннадцать часов и зашел в общую комнату. Я тоже зашел, чтобы сказать ему, что он может ехать в Сомерсет. Пока я беседовал с ним, он снял с себя пальто, собираясь пойти в умывальную, чтобы помыть руки. Тут-то я увидел мистера Шенно, который чего-то ожидал, стоя в дверях общей комнаты.
— Вы думаете, что он ждал, чтобы Хиппер успел как следует вымыться?
— Возможно, я об этом не думал.
— А дело тут вот в чем: Хиппер оставил свое пальто в комнате, а мистер Шенно ждал, когда он приступит к умыванию и лишь тогда вошел в комнату персонала.
Мэрвин медленно ответил:
— Как будто так.
— О'кей! В этот последний день жизни мистера Шенно, я хочу знать, чем был занят каждый из наших агентов. Принесите регистрационную книгу и расскажите мне все подробно.
Через минуту Мэрвин принес книгу и начал подробно объяснять Вэллону то, что Вэллон хотел знать. Когда Мэрвин закончил, Вэллон спросил:
— А где же был Липскомб, вы не упомянули его имени?
— Я не знаю, он не был в конторе после смерти мистера Шенно. Возможно, что он даже не знает о его смерти.
— Пошлите кого-нибудь к нему на квартиру и привезите его сюда. И сделайте это побыстрее, я хочу поговорить с ним.
Закурив новую сигарету, Вэлло вспомнил о своей беседе с врачом и о совете бросить пить и курить. Когда-нибудь он, безусловно, откажется и от виски, и от табака и даже от самой жизни, что впрочем было одинаково весело.
Зазвонил телефон и секретарша сказала:
— С вами хочет поговорить мистер Трэнт, мистер Вэллон.
— Добрый день, мистер Вэллон, я нахожусь в очаровательном маленьком баре на Пикадилли, и бакарди здесь очень хорошее.
— Хорошо, я сейчас приеду.
Взяв свою мягкую черную шляпу, Вэллон зашел к Мэрвину.
— Когда приедет Липскомб, попросите его подождать меня.
— А когда вы вернетесь, мистер Вэллон?
— Ну, как я могу это знать, Мэрвин, ничего я не знаю. Зайдя в бар на Пикадилли, Вэллон застал там Трэнта, который сказал ему:
— Вы плохо выглядите, мистер Вэллон, видимо, вы переутомлены.
— В самом деле? Мне как-то объяснили, что если многие говорят вам, что вы плохо выглядите, то вы умрете. Будем считать вас первым номером. Что слышно?
— Хочу рассказать о мисс Эванжелине Роберте Триккет. Это было не трудно разузнать.
— Слушаю вас.
— Мисс Триккет очень привлекательная женщина — красива и элегантна. Может быть чуточку проста, но радует глаз. У нее прекрасная квартирка, и она очень хорошо одета.
— Кто оплачивает ее туалеты?
— Вы знаете, мне просто повезло. Я встретил знакомого, который все решительно о ней знал. Скажите, вы когда-нибудь слышали о конторе Сэлкин и Фрэш?
— Нет, а что я мог о них слышать?
— Вы будете смеяться, — они называют себя сыскным агентством, а на самом деле занимаются только тем, что подыскивают соучастницу для мужчин, желающих получить развод и для этого нарушающих супружескую верность. Понятно?
— Да. Сначала они находят соучастницу, а затем устанавливают факт измены и зарабатывают дважды. Что, мисс Триккет работает на эту фирму?
Трэнт улыбнулся.
— Контора принадлежит ей, и она сама ведет дело. Вэллон на мгновение задумался.
— Скажите, если кто-нибудь захочет воспользоваться услугами мисс Триккет, как это делается?
— Это не сложно, — ответил Трэнт. Предположим, что мисс Х сыта по горло супружеской жизнью с мистером Х и хочет получить развод. Тогда мистер Х должен найти соучастницу и совершить акт нарушения супружеской верности. Предположим, что у него нет своей дамы в данный момент или он почему-нибудь не хочет, чтобы имя этой дамы фигурировало на суде, тогда он обращается в контору к господам Сэлкин и Фрэш. Пока они ведут переговоры, мисс Триккет разглядывает его через дырку в стене и, если он ей по вкусу, то все дело уже решено.
— Видимо это делается так: мистер Х и мисс Триккет встречаются в каком-нибудь отеле, зарегистрировавшись как муж и жена, а Сэлкин и Фрэш являются на следующее утро, чтобы собрать свидетельские показания.
— Правильно, — сказал Трэнт.
— Дайте мне адрес и телефон этой конторы.
— Вот они.
— Вы пока свободны, Трэнт. В случае надобности я позвоню вам, до свидания. Я заплачу по счету.
— Благодарю вас. До свидания.
Вэллон допил свой коктейль и направился к телефонной будке. В конторе Сэлкин и Фрэш мужской голос сказал:
— Хэлло!
Вэллон улыбнулся.
— Добрый день. Мое имя Леннокс, Джон Леннокс. Вашу фирму мне порекомендовали знакомые из провинции. Я хотел бы переговорить с вами.
— По какому делу, мистер Леннокс?
— По делу о разводе. Когда можно приехать к вам?
— В любое время. В три часа вас устраивает?
— Вполне. Благодарю вас.
Вэллон выпил еще один коктейль и не спеша поехал по указанному адресу. В три часа две минуты он вошел в контору мистера Сэлкина, а пять минут четвертого из соседней двери высунулась голова молодой анемичной женщины с бородавкой на самом кончике носа. И секретарша сказала:
— Входите, мистер Леннокс, вас ждут. В маленьком кабинете за письменным столом сидел солидный широкоплечий мужчина цветущего вида.
— Рад видеть вас, мистер Леннокс. Чем могу быть полезен?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16