А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Темплтон с хмурым видом изучал Джоэля Хендри некоторое время, затем он огрызнулся:
— О'кей, Хендри, это примерно так. Есть три причины почему ты не должен оставаться в городе. Первая: для тебя здесь нет места и нет будущего. Вторая: Уоллен не хочет твоего присутствия здесь, потому что однажды Кид Валдер вернется. И третья: я не хочу чтобы ты строил коровьи глазки моей дочери.
Хендри долго смотрел тяжелым взглядом на мэра, прежде чем ответить. Его голос был спокоен, когда он наконец сказал:
— Темплтон, ты дурак, если так думаешь. Ты берешься судить меня, ничего обо мне не зная. А Уоллен пусть беспокоится о моей встрече с Уайлдером. Что касается третьего, то ты делаешь ошибку обращаясь так со своей дочерью, которую я нахожу прекрасной девушкой. Я остаюсь, и найду себе работу. Я буду ждать и однажды убью Кида Уайлдера, отомстив за своего сына. Ничто больше не значит для меня до тех пор, пока я не закончу это дело.
Хендри взял конверт с деньгами, отсчитал причитающуюся ему сумму и бросил остаток на стол.
Лицо Темплтона перекосилось, когда Джоэль произнес:
— Цена, которую ты предложил достаточно легкомысленна, Темплтон.
С этим он вышел, оставив удивленного и озадаченного мэра. Оказывалось, что этот одиночка представлял собой нечто большее, чем можно было предположить на первый взгляд, сбросив в один день с себя покрывало таинственности. Темплтон зашагал по комнате, бранясь на дочь и Джоэля Хендри и радуясь только одному, что Хендри не придал значения признанию Люси. Он думал, что это послужит ей уроком и поможет стать взрослее.
Глава 4. ТОМ БАРБИ
Том Барби сидел в ожидании, сразу же за дверным проемом салуна, когда Джоэль Хендри вступил в бар Бевина. Лицо Тома еще хранило следы драки — его нос и губы были слегка припухшими. Бармена, который наблюдал за Томом Барби уже некоторое время, насторожило то, что Барби держался за рукоять револьвера, словно сгорая от нетерпения выхватить его.
Джоэль Хендри окинул его беглым взглядом и двинулся вглубь салуна. Барби выругался и пролаял:
— Хендри, достань себе револьвер!
Джоэль дошел до стойки и степенно посмотрел на Марка Бевина. Бармен сказал:
— Он торчит здесь уже час, много пьет и бранится. Не связывайся с ним. Он не сможет напасть на тебя, пока ты безоружен.
— Ты отрыжка, Хендри! — прокричал Том Барби. — У тебя кишка тонка взяться за револьвер. Ты пытался воспитывать своего мальчишку как бабу и когда он стал отбрыкиваться от тебя, то ты настроил его против меня. Ну хорошо, Хендри, слушай меня теперь — никто еще, ссадив меня с лошади, не уносил после этого ноги.
Джоэль Хендри со скукой изучал его, уперев руки в бока. Он достаточно долго молчал и затем спокойно сказал:
— Мотай отсюда, Барби. Разговор с тобой закончен, моя голова занята сейчас другими мыслями.
— Ты не мог даже позаботиться в городе о своем сыне, Хендри. Ты не хочешь разговаривать со мной сейчас, тогда послушай моего совета — шагай по другой стороне улицы, каждый раз как увидишь меня. Когда я зайду в салун, мотай из него, потому что я не могу терпеть, как от тебя воняет, мистер.
Марк Бевин слегка побледнел и произнес:
— Не обращай на него внимания, Хендри. У тебя нет под рукой оружия, а у него есть. У него всегда чешутся руки пострелять.
Но Джоэль Хендри только вытер руки о штаны и продолжал спокойно стоять, лишь пошире расставив ноги. Он взглянул в глубину бара, заметил там Мэтта Хопа и беспристрастно спросил:
— Хоп, ты не одолжишь мне свой револьвер?
Мэтт Хоп разинул рот и затем потряс головой.
— Нет, мистер, ты не воспользуешься моим револьвером. Я не хочу, чтобы тебя убили. Если хочешь совет, то прими во внимание слова Бевина и уйди отсюда. Это твой шанс остаться в живых.
— Он уберется! — прорычал Том Барби и его ликующий взгляд смерил расстояние между ним и Хендри. — Вот увидите, он уберется, — повторил он.
Джоэль Хендри повернулся и прошел вглубь бара. Голос Тома Барби раздался ему вслед.
— Шагай и держи направление строго на свой маленький клочок земли и не высовывайся оттуда. И лучше не возвращайся назад.
Джоэль подошел к Мэтту Хопу, протянул к нему руку и спокойно сказал:
— Мы никогда не сходились с тобой во взглядах, Хоп. Но я все же прошу тебя, хотя мог бы и не делать этого. Не бойся, я сумею защитить себя.
Тишина воцарилась в салуне и глаза всех устремились на Джоэля Хендри.
Мэтт Хоп еще раз мрачно посмотрел на него, переглянулся с мужчинами, сидевшими поблизости и когда один из них сказал: «Это его дело, Мэтт», — он вынул свой револьвер.
Хендри проверил его, закрыл патронник и засунул револьвер за пояс джинсов. Затем он вышел на середину помещения и встал перед Томом Барби.
Уже с первой минуты, лишь только Хендри вошел в салун, Барби почувствовал легкую неуверенность в себе. Это странное для него чувство не проходило и он боялся, чтобы кто-либо не заметил этого. Слабая улыбка появилась у него на лице.
— Ты немного стоишь, — сказал он Хендри.
— Давай это проверим, я здесь перед тобой, Барби. Закончим, когда ты захочешь.
Барби нервно облизал свои губы и посмотрел на остальных мужчин молча наблюдавших за их перепалкой.
— Я прострелю твои вонючие кишки, Хендри. Ты мне не пара.
— Скорее ты мне не пара, — ответил ему Хендри. Его пронзительный взгляд буравил насквозь Барби и постепенно неуверенность все больше одолевала Тома.
— Это не имеет значения, убью я тебя или нет, Хендри. Но тебе никогда не победить меня.
— Этот поединок может стать для тебя последним, Барби.
Капли пота выступили на лбу Тома. Он понимал, что ему сделали вызов, и что назад пути не было. Он обтер потные руки о бедра и обратился к Марку Бевину.
— Я могу его легко уделать, — сказал он бармену, но тот лишь пожал плечами.
Барби смачно выругался и вновь оглядел длинную комнату. Его глаза встретились с хмурым взглядом мужчин, стоявших группой в стороне.
Только сейчас Барби начал сомневаться в своих способностях.
Хендри спокойно стоял перед ним, и не было в его поведении даже никакого намека на испуг.
Том смахнул пот со лба и тяжело тряхнул головой.
— Нет! — сказал он. — Нет, я не хочу убивать тебя, Хендри. Ты принял сегодня через край. Это была просто пьяная болтовня.
Джоэль Хендри не сводя своего пристального взгляда с противника, процедил сквозь стиснутые зубы:
— Убирайся отсюда и держись подальше от меня и сегодня ночью и каждую другую ночь, и каждый последующий день.
Барби тяжело нахмурился и в какой-то момент Марк Бевин подумал, что он сможет изменить свое решение и собрать в себе остатки храбрости, чтобы прикончить Хендри. Но вместо этого Барби быстро повернулся и большими шагами выбежал из салуна. Он направился прямо к своей лошади, вскочил в седло и с тяжелым чувством поскакал из города.
Рад Темплтон проводил взглядом Барби и выругался про себя. Затем спустился во двор и встал у изгороди. Через несколько минут шериф Уоллен подошел к нему со стороны улицы.
Уоллен сказал:
— Я же говорил тебе, что он не прост.
— Хендри? — спросил Темплтон сквозь зубы.
— Да, Барби сделал ему вызов и Хендри, взяв револьвер, ответил тем же. Я видел это Рад, он выглядел человеком, действительно уверенным в себе.
Темплтон выругался.
— Этот Барби — ничтожество. Но не все еще потеряно, ведь так?
Уоллен с сомнением покачал головой.
— Не могу сказать наверняка, но мне не нравится это. Если Кид будет продолжать наезды, то может быть это к лучшему. А если нет, и если он прослышит, что есть человек, который ждет и который поклялся его убить, то для нас не будет никакой возможности управлять им.
Темплтон помрачнел еще больше.
— Тем лучше если Уайлдер доберется до него, черт возьми. Моя легкомысленная дочь положила глаз на Хендри.
— Я приметил это, — сказал Уоллен. — По тому, как Люси всегда смотрела на него, когда он приезжал в город, это было достаточно очевидно.
Темплтон снова выругался.
— Я урегулирую это. Что ты намерен делать с Кидом Уайлдером, Уоллен?
— Какого дьявола я могу? Большинство мужчин считает, что я не принимаю мер против него. Я не могу больше бездействовать и если Уайлдер опять наделает шуму, то я должен буду арестовать его, остановить любым путем.
— Нет, — прокашлял мэр. — Я давал слово, что ему позволено все в этих местах. Если он наведается, то пусть придет повидаться со мной, но ради всех чертей, скажи ему, пусть убедиться, что никем не замечен. Большинство этих дураков может понять это превратно, если увидят меня с ним вместе.
— Большинство из них не дураки, Рад, — возразил Уоллен и стер капли пота со лба. — Я полагаю, что настало время тебе откупиться от Уайлдера раз и навсегда.
Лицо Темплтона потемнело.
— И не подумаю. Не такая уж он персона. Я могу взять его голыми руками.
— Такие, как он наглеют с каждым днем и они окончательно начинают мнить себя бог знает кем. Я видел такое прежде. Но Хендри протрет им глаза, вот увидишь, и теперь у него найдется поддержка в городе. Сегодня он показал всем, на что он способен.
— Какого дьявола, ему показывать себя, черт тебя побери, Уоллен? Подумаешь, справился с таким подонком, как Барби. Барби никогда не был по-настоящему опасен и ты знаешь это. А если бы был, то ты имел бы с ним много хлопот и не сейчас, а намного раньше.
— Я уже имел, — признался Лэнк Уоллен и Темплтон посмотрел на него с сомнением.
— С Барби?
Уоллен кивнул.
— После того, как Кид Уайлдер угнал часть скота у Бена Херриера. Барби тоже в этом участвовал и видимо от одного из людей Уайлдера он узнал, что меня можно не опасаться. Я не думаю, что ему известно о твоей связи с Уайлдером, но времена сейчас другие.
Темплтон зашагал в раздумье от одного конца изгороди к другой, дважды оборачиваясь за это время в направлении дома, где Люси так же ходила в беспокойстве по комнатам, не в состоянии решить, что же она теперь должна делать.
Наконец, мэр остановился возле Уоллена и хмурым видом сказал:
— Хорошо, вот что тебе нужно сделать. Ты передашь Уайлдеру, что я хочу откупиться от него или прекратить с ним все дела, по крайней мере, на время. Если он сочтет за лучшее подослать одного из своих стрелков, чтобы убрать этого фермера, ну и хорошо, только пусть пошлет достаточно проворного. Затем скажи Уайлдеру, чтобы он ради всех святых соблюдал осторожность, иначе лопнет целое дело и он потеряет для себя действительно хороший доход. Скажи также , что он может надоесть мне, и я найму людей получше, чем у него, устрою на него облаву и покончу с ним. Пока он имел мое покровительство, все заканчивалось для него хорошо, но если он попытается брыкаться, то он труп. Пусть он знает это. Найди Уайлдера и передай ему все это о оставь меня наконец в покое.
Уоллен тяжело взглянул на мэра.
— Ему надо уехать отсюда, ты это имеешь в виду?
— Почему нет? Скажи ему также, что лично я ничего пока против него не имею. И заставь того, кто засомневается, проглотить свой язык. Езжай сегодня же ночью, найди Уайлдера, это не составит для тебя труда, и объясни в чем дело. Затем возвращайся назад и мы отдохнем от всего этого.
Уоллен недоверчиво потряс головой.
— Мне не нравится это, Рад, ох как не нравится мне все это.
Темплтон вдруг очень разозлился на него.
— Чем тебе это не нравится, Лэнк, это не стоит и плевка. Седлай коня и скачи, и сделай так, как тебе сказано.
Уоллен обреченно пожал плечами и посмотрел вдаль, в направлении холмов. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз по-настоящему садился на коня и проводил дни напролет в седле под палящим солнцем. Кроме того, он знал, что ссора с Темплтоном, особенно сейчас, ни к чему хорошему не приведет.
— О'кей, Рад, я сделаю все, что ты скажешь. Ты поговоришь с жителями города, да?
— Я скажу им, что ты приходил ко мне и заявил, что попытаешься найти Уайлдера и запретить ему появляться на этой территории под угрозой тюремного заключения. Они проглотят это и все остальное, что я им скажу.
Лэнк Уоллен внимательно посмотрел на мэра, но не нашел веских аргументов, чтобы поколебать его уверенность. Он кивнул, повернулся и отправился к своему офису. Там он упаковал вещи, вышел во двор и оседлал лошадь. Он уже отъезжал от своего офиса, когда Мэтт Хоп заметил его и окликнул:
— Лэнк, куда тебя черти несут?
Уоллен живо обернулся в седле, не в состоянии скрыть с лица виноватый вид, и Хоп заметил это, чем был немало озадачен. Он подошел к шерифу, взглянул на ворсистое одеяло, притороченное позади седла и затем перевел свой быстрый взгляд опять на Уоллена.
— Черт, Лэнк, ты снарядился для дальней поездки. Уж не выходишь ли ты в отставку?
— Нет, Мэтт, какая отставка!
— Уайлдер? — спросил Хоп.
— Точно так…
Хоп посмотрел на него и оглядел пустынную улицу.
— Ты едешь один, Лэнк? Это же глупо!
— Это лучший способ, — возразил ему Уоллен. — Я смогу передвигаться очень быстро и Уайлдер не будет беспокоится из-за одинокого всадника на его территории.
Брови Хопа от удивления изогнулись дугой.
— Черт возьми, Лэнк, вот это сюрпризы. Помнится, ты говорил всем нам совсем другое, а теперь ты значит на стороне Хендри?
— Я делаю, что могу, — ответил ему шериф, поворачивая лошадь и выезжая на середину улицы, раздраженный тем, что болтливый Хоп стал свидетелем его отъезда. Он не сомневался, что Хоп теперь обязательно вернется в салун с этой информацией и раздует это бог весть во что. Так он и поехал, матерясь на себя самого за допущенную ошибку, на Рада Темплтона, который тоже сделал ошибку тогда, когда Уоллен имел некоторую власть над Кидом Уайлдером и мог выдворить бандита с территории своей юрисдикции.
Но Рад Темплтон предпочел договориться с Уайлдером, предложив ему свободу и покровительство взамен на неприкосновенность его собственности и владений от шалопаев Уайлдера.
Уоллен сознавал, что запросы Уайлдера возрастают и он не сомневался, что в конце концов эти запросы достигнут такого уровня, что Темплтону придется нарушить договор. Тогда он должен будет сделать то, что обязан был сделать с самого начала, то есть схватить Уайлдера или лишиться всего.
Шериф Уоллен скакал в ночи, с ненавистью думая о седле, которое вертелось под ним, и томясь одиночеством. Еще более ненавистной для него была мысль, что на следующий день ему придется ехать в Пулл-Крик, где как он знал, Кил Уайлдер должен был встать лагерем, на время, которое понадобится для того, чтобы промотать денежки полученные всего два дня назад от Рада Темплтона.
Чем дольше Джоэль Хендри слушал рассказ Мэтта Хопа, тем задумчивее он становился.
Его предыдущее мнение о Лэнке Уоллене было, как о честном человеке, который выполняет свой долг перед городом, выступая в защиту горожан всякий раз, когда кто-либо угрожал их покою. Однако, теперь в его мыслях возникло некое неоспоримое сомнение в Уоллене. Джоэль был уверен, что блюститель закона должен бы быть более обеспокоен убийством в его городе и более решительно высказываться против Кида Уайлдера.
Точно так же, как Уоллен предпочел легкий способ избавиться от домоганий Джоэля, так и предложением мэра Темплтона был совет забыть о Уайлдере. Помимо всего этого Джоэль много думал о Люси Темплтон, о том, ошеломившем его известии, что она была склонна относиться к нему с нежностью. В другое время, когда бы был жив Линус и его ранчо находилось бы в добром соответствии, он мог бы почувствовать желание обсудить вместе с ней планы на будущее. Теперь у него не было времени для этого, хотя он чувствовал теплоту внутри себя, когда думал о Люси.
Джоэль допил виски и подойдя к Хопу, спросил:
— Мэтт, в какую сторону отправился Уоллен?
— Прямо к южным холмам, Хендри. Ты отправишься за ним?
— Он не должен ехать в одиночку. Как известно, с Уайлдером было три человека.
Мэтт Хоп живо кивнул.
— Ты чертовски прав. Если ты поедешь, то я бы присоединился к тебе, Хендри, если ты, конечно не возражаешь.
— Я не возражаю, если ты знаешь дороги и тропы вокруг.
— Как линии на своей ладони, мистер. Седлай лошадь и жди меня у платной конюшни, да прихвати оружие.
Хендри вышел из салуна. Марк Бевин скрытно наблюдал за Хопом, пока тот допивал свою выпивку и когда Хоп протянул ему обратно через стойку пустой стакан, Бевин тихо сказал:
— Будь чертовски осторожен, Хоп. Эти бандиты очень хитры и опасны.
— Ты беспокоишься о доходах своего салуна, Бевин? — спросил его, усмехаясь Хоп и пошел прочь, оставив бармена браниться на него.
Спустя десять минут он присоединился к Джоэлю Хендри, ждавшему позади конюшни и они вместе поскакали из города, в теплую ночь. Шериф Уоллен только на двадцать или тридцать минут опережал их.
Они скакали всю ночь, Хоп выбрал короткую тропу через холмы, и когда солнце появилось на горизонте, оповещая о начале нового дня, то оба всадника выглядели уставшими.
Они сделали привал и Хоп пошел осмотреть местность. Он скоро вернулся, сообщив, что не обнаружил никаких следов, хотя он был уверен, что любой, знающий местность так же хорошо, как Лэнк Уоллен, должен был проехать по той же тропе, что и они.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12