А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если путь к цивилизации должен пройти через поедание себе подобных, столь редкое среди животных других видов, то что за цивилизация возникает в конце такого пути? Да, возникает именно наша цивилизация… Прошу любить и жаловать!Нескончаемый каменный век, который занимал большую часть нашей истории, весь был пронизан вполне обыденным людоедством. Более того, оказалось, что в Европе в темные века, последовавшие за распадом Римской империи, а особенно после ухода с мировой сцены Карла Великого, народ тоже промышлял людоедством, что не без гордости подтверждает предисловие к книге об истории французской кухни. Так что непременное присутствие во всякой средневековой сказке людоеда, а в русском фольклоре – бабы-яги, точащей зубы, – отнюдь не плод нездорового воображения наших предков.Однако хуже всего то, что до сих пор в экваториальной Африке да на Папуа – Новая Гвинея каннибализм никуда не испарился. Просто его перестали афишировать, но, по мнению многих авторов, в Африке ежегодно съедаются тысячи людей.Как-то в одной из африканских стран журналисты спросили местного полицейского, что это за шум в лесу.– Опять кого-нибудь едят.– Так что же вы не пошлете сержанта?– Так он соврет, что был там, а сам не пойдет. Боится, что его тоже съедят.– И что, с этим ничего нельзя поделать?– Ну, если утром мы находим человеческие кости, тогда можно завести дело… Но они научились идеально убирать все следы…Наутро местные жители вышли из леса с довольными лицами. Один журналист прямо спросил первого встречного:– Вы едите людей?Собеседник потупил взор и загнусавил, уходя от прямого ответа:– Трудно расставаться со старыми привычками…Представителей племен, практикующих каннибализм, обычно характеризуют как исключительно добродушных людей. Более того, те считают, что цивилизованные люди гораздо более аморальны, чем они.– Мы никогда не убиваем людей больше, чем можем съесть. А вы посмотрите на себя! Чего стоят ваши войны! Мы относимся к человеку бережно и с истинным вниманием. По крайней мере, у нас всякий имеет свою несомненную ценность. А у вас столько ненужных людей!Научили на свою голову людоедов философствовать, – сокрушаются нынешние моралисты. Некоторые из их предшественников ведь еще триста лет назад предупреждали, что насильное обращение диких народов в христианство к добру не приведет. Они очень специфически и буквально понимают призыв «возлюби ближнего своего», а с причастием у них и вовсе ерунда получается… Слова Иисуса на Тайной вечере: «Пейте кровь мою, ешьте плоть мою» вызывают у людоедов нездоровый ажиотаж.Мир совсем не такой, каким он нам представляется. Именно поэтому так тяжело жить в современном мире, где людоед спокойно и аргументированно доказывает цивилизованному человеку, что инквизиция была ошибкой, потому что большинство ее жертв оказались безбожно over-cooked (пережарены). Страшно подумать, что может высказать нам такой людоед по поводу менее давних исторических событий…В провинции Онтарио существует закон, что если ты поймал рыбу, ее нужно либо съесть, либо отпустить. Как-то меня, когда я рыбачил с весельной лодки без мотора, остановил полицейский катер. (Видимо, они хотели убедиться, что я не превышаю скорость.) Увидев на дне лодки две малюсенькие рыбки, они строго спросили:– Что вы собираетесь делать с уловом?– Я его съем! – сразу ответил я, потому что знал это правило. Полицейские не отставали, и я спросил, не хотят ли они убедиться в том, что я съем свой улов, и, открыв рот, попытался засунуть себе в глотку одну из рыбок. Мне казалось, это развеселит стражей порядка, но у полицейских, особенно в канадской глубинке, напрочь отсутствует чувство юмора. Я ни разу не видел, чтобы кто-либо из них смеялся.Меня все равно оштрафовали – то ли за отсутствие свистка, то ли за то, что в лодке не оказалось троса…Так что против человеческого людоедства, по крайней мере в переносном смысле, противомедвежий костюм не поможет. Не поможет и чувство юмора.Людоед может вас убить и съесть – и это всё, на что он способен. Все равно рано или поздно каждый из нас превратится в кучу праха. Не в этом суть.Душевное людоедство – явление совсем другого сорта. Оно может и не тронуть наше тщедушное тельце, но, игнорируя наши мысли и чувства, затыкая нам рот безразличием, оно выест всю нашу суть до конца, и мы не оставим в этом мире ничего, стоящего осмысления…Зря я смеюсь над норвежцами, простыми людьми: мол, целятся в одно, а попадают в другое. Вот так и я: хотел поговорить об охоте, а заговорил снова о своем… Короче, целил в утку, а попал в лося. Ночная рыбалка с непредсказуемым исходом Некоторым читателям может показаться, что я не люблю людей, все время ёрничаю, предпринимаю вялые попытки поприкалываться над населением, проживающим в канадской глубинке. Некоторые даже считают, что русской общине крепко повезло, что я не имею счастья делить с ней единое жизненное пространство, а то, не ровен час, прописал бы и их, наших славных соотечественников…Это вовсе не так. Людей я люблю – правда, в последнее время немного меньше. Не могу сказать, с чем это связано, но раньше любил их до легкого чувства тошноты, обычно подступающей в момент особенно сильного напряжения чувств. Неспроста мне буквально каждую ночь снится, что я очутился на людях без штанов. Мне больно и стыдно за причиняемое им неудобство. Пусть мне нечего скрывать. Пусть люди видят, что я не представляю из себя ничего особенного и мне нечем гордиться да кичиться. Произведения мои скучны и слабо задевают читателей. Жаль, что мне неохота писать романов вроде «Я – порнозвезда», вышедшего из-под пера талантливой порнороманистки Ольги Лазоревой. Признаюсь, прочел я его на одном дыхании. Не устоял. Каюсь. Но исключительно из интереса к творчеству собрата (точнее, сосестры) по перу (или чем там ныне пишут подобные романы?).Одно время я думал совместить свой интерес к астрономии с подобной разновидностью творчества. Планировал романы с названием «Я – порнопланета», «Я – порногалактика» и даже «Я – порновселенная». Как видите, ничего у меня из этого не вышло, кроме снов, что будто бы я присутствую при некотором стечении народа и мучительно пытаюсь отыскать штаны, дабы перестать разочаровывать собравшихся… Дело в том, что порнороманы писать трудно, потому что мало вложить в них душу: все описываемое хороший автор должен пережить, а у вашего покорного слуги либидо хромает, а мысли витают все больше в затуманенных областях, далеких от плотского буйства.Итак, читатель, я – не порнозвезда, и с этим нам придется смириться. Мои книги не выйдут в серии «Город греха», и я отчетливо признаюсь в собственной бездарности и никчемности.А посему так ли уж страшно, что иной раз я позволяю себе написать о ком-нибудь, кого хорошо знаю, но кто силой неумолимого рока оказался по ту сторону Рубикона русского языка и все равно вряд ли когда-нибудь узнает о существовании моих виршей? Кроме того, я, как заправский писатель, изменяю имена… Однако очень щепетилен в отношении правды событий.Дженни – женщина лет тридцати. Татуировка на ноге уже начинает смотреться пошло, но ее носительница все еще стройна, и, когда хочет нравиться мужчинам, выглядит хотя и глупо, но весьма забавно. Правда, большую часть своей повседневности она не пытается нравиться мужчинам. У нее трое сыновей – все, как один, обладатели роскошных рыжих волос. Будучи славной правнучкой шотландских переселенцев, Дженни гордо пронесла и сохранила в себе вольный ген рыжины.Дженни не замужем. Отец всех ее сыновей – крупный, непоседливый человек с дурным характером и наклонностью к общению с зеленым змием. Жениться на Дженни он так и не собрался, а потом они вроде как бы развелись, хотя по-прежнему живут вместе.Такая форма отношений в наших краях встречается сплошь и рядом. Не знаю, когда эта мода повелась, но в последнее время редко можно встретить кого-либо, проживающего в законном браке. Возможно, причина кроется в небольшом платеже, который нужно внести в кассу мэрии, чтобы получить лицензию на право брачеваться. А может, просто мэрия слишком долго была на ремонте, и люди заметили, что можно вполне обходиться и без древнего института брака.Дженни умна, но своим примером подтверждает пословицу о «сапожнике без сапог». Она заочно закончила первую степень по английской литературе, но пишет с несусветными ошибками. И это еще полбеды. Многие с появлением компьютеров вообще разучились писать. Я, например, если мне приходится написать от руки что-либо длиннее чека, начинаю страдать от болей в писательском суставе.Проблема в том, что Дженни принципиально не пользуется опцией проверки орфографии и, хуже того, постоянно занимает должности, где в круг ее обязанностей входит редактирование текстов. На днях она никак не могла найти в Интернете столицу Канады, громко возмущалась и не верила своим глазам.– Не такой уж это маленький город, чтобы его совсем не было в Интернете! – причитала она. На поверку оказалось, что название города Дженни написала с тремя ошибками…А на днях Дженни не вышла на работу. Оказалось, она всю ночь провела в больнице со своим мужем, который ей не муж… Ну хорошо, скажем – с отцом своих детей. Бедолага решил немного заработать и подвизался перекладывать кому-то черепицу на крыше. Для храбрости принял горячительного и не стал пользоваться страховой веревкой. Последствия не заставили себя ждать: наш крышелаз упал с высоты третьего этажа. Но и этого оказалось мало. Упал он точнехонько в яму. К тому же сверху на него обрушилось шесть ящиков с черепицей!Трезвый человек после такого события обычно попадает в рай, ну, или в ад, в зависимости от итогов заполнения своей налоговой декларации (ведь в современном мире, кроме неуплаты налогов, других грехов нет). А нашему герою – хоть бы что. Только сломал несколько костей в ступне ноги.Дженни рассказала об этом с неопределенной улыбкой, но когда дело дошло до ноги, она почти торжественно сообщила, что хирурги развели руками – говорят, это не срастется.– Может быть, придется отрезать ногу, – весело возвестила она.Несмотря на годы, проведенные в канадском тылу, я до сих пор не привык, что говорить с улыбкой о смерти близких, о ценах на похороны и о различных травмах и увечьях – вовсе не проявление скрытого садизма местного населения. Видимо, таким образом проявляется их многовековая напуританенность – особое воспитание, запрещающее выказывать свои чувства. Хотя в случае с Дженни мне показалось, что она повествует о случившемся с каким-то нездоровым наслаждением. Конечно, мужик этот ее порядком достал… Но где же логика? Ведь теперь ей придется ходить за ним до гробовой доски! А может, она его, хромого, на улицу-то и выгонит? Теперь-то, мол, пойди, погуляй, родимый!Если вы думаете, что в случае с Дженни есть нечто необычное, вам наверняка будет интересно узнать, что у нее есть сестрица-близняшка. Кристин тоже прожила много лет с не мужем, с которым недавно как бы развелась, хотя подобной процедуры и не потребовалось. После развода она поселилась в доме Дженни, и теперь они живут в трех комнатах с хромым мужем, который не муж, и пятью рыжими мальчуганами, потому что сестричка-близняшка прижила со своим не мужем двоих детей, которым тоже посчастливилось обзавестись древним шотландским геном рыжины.А на днях и вовсе приключился казус. Хромой муж вдруг таинственным образом исчез. Искали всю ночь. К утру он вернулся промокшим до нитки.– Я уж подумала, решил утопиться, окаянный, – весело сообщила Дженни.Но муж, который не муж, сообщил, что был на рыбалке, но рыбы не принес потому, что всю рыбу выловили подонки из Торонто, а то, что удалось поймать, отобрали инспекторы из министерства природных ресурсов, а пьяный он потому, что нужно было как-то согреться после того, как он упал в воду, а упал он потому, что хромой, а хромой он потому, что Дженни – сволочь, а ее сестрица – ее копия…Несмотря на то что этот не муж прожил с Дженни не меньше пятнадцати лет, он не мог отличить ее от сестры-двойняшки, особенно когда та надевала вещи Дженни. И тут, разумеется, не обошлось без казусов, в которых мы не можем его обвинить, поскольку наличие в доме двух одинаковых не жен вызывает у нормального мужчины мельтешение в глазах, и поди разбери, кого можно хлопнуть по заду, а кого нельзя…– Лучше бы он утонул, – ласково произносит Дженни, и на ее лице появляется немного смущенная улыбка. – И как он, хромой, из воды выбрался? – не унимается она.Дженни мечтает стать писательницей. Мне кажется, она смогла бы… Просто описала бы свою жизнь – и лавры ей обеспечены. А еще говорят о тайнах русской души. Пойдите, почитайте при пугливо горящей свече тайны душ, населяющих канадскую глубинку, – уверяю вас, все буквы, запрыгав, сольются в единую запутанную нить, и не разберете вы в их душах ни сказуемых, ни прилагательных, ни наречий… Останутся одни междометия – и те с грамматическим ошибками. Блондинка с топором Повсеместная победа Интернета неожиданно привела к причудливым смешениям генетического материала, невероятным семейным парам, романтическим историям вне границ и рас.Если раньше у местного молодого парубка поиск выбора спутницы жизни по большей части ограничивался местным околотком, и вопросы «любит – не любит» раскачивались между родной в доску кузиной и дочерью местного мельника, то теперь эти времена позади. Нынешние женихи канадской глубинки, особенно те, что уже в самом соку, предпочитают выписывать себе жен по Интернету. Ну а невесты тут как тут, выстроены рядами, как в магазине, – красиво, чисто, удобно. Остальное – дело вкуса. Сайты переполнены невестами с Филиппин, Папуа – Новой Гвинеи, Соломоновых островов и, разумеется, из России.Напоминать читателю, что русская женщина – самая лучшая в мире, просто нелепо. Это – известный и научно доказанный факт. И тут дело даже не в том, что она « избу на скаку остановит …». Бросив беспристрастный взор на мировое женщинство, нетрудно заметить, что англичаночки стараются быть незаметными, как мышки, одеваются серенько, под девизом: «Только бы не заметили!»; израильтянки – грубы и вызывающи – мол, вот какая я, а тебе фиг; американки глядят оценивающе – то ли в суд подать за сексуальное домогательство, то ли под венец, – всё зависит от того, что прибыльнее; француженки поистерлись и настолько измучены невниманием своих французских парней, что упоминание о сексе встречают нездоровым хлопаньем в ладоши и криками «браво!» на французский манер, с ударением на букву «о»… И только русская женщина одевается и ведет себя так, словно говорит: «Ну есть среди вас мужчины или нет? Посмотрите на меня, разве можно пройти мимо?»Многие жители канадской глубинки оказываются мужчинами – и мимо не проходят. Они выписывают себе жен из России, чем вызывают нездоровую зависть соседей, которые понимают, что явно поторопились, обручившись с местными «девушками с веслом», коими являются канадки из глубинки. Давеча в местной газете на первой полосе напечатали групповой портрет женщин-охотниц. Только не воображайте себе ничего романтического, никаких там амазонок, Диан-охотниц… Ничего античного и обнаженногрудого… На фотографии красуются нормальные такие бабы в летах… Короче, им надоело, что мужья на неделю уходят в лес и там пьянствуют под предлогом охоты, а в конце этого неудобного во всех отношениях отпуска не приносят никакой дичи. И вот наши уставшие от бесплодного, изнурительного ожидания дамы собрались в небольшую, но тесную, исключительно женскую команду, и за неделю завалили семь лосей, пять волков и одного медведя! На цветной фотографии красуются мужественные лица охотниц, а у их женственных ног, обутых в болотные сапоги, с сосредоточенным выражением морд лежит убиенная ими добыча. Трудно придумать более эротичное зрелище. Увидев такую фотографию, хочется навсегда отказаться от полового пути размножения.Грубого мужчину завсегда тянет на ласку. А как может приласкать такая охотница? Она неплохо рубит дрова, может носить тяжести на спине вплоть до двухдверного холодильника, рыть ямы, забивать сваи… А вот насчет ласки – это не к ней. Но где же отыскать сексапильную блондинку с топором? «Почему же непременно с топором?» – спросите вы. Так дрова же на зиму нужно заготавливать!.. Местные мужчины очень упрямы в своем стремлении совместить нежные чувства с поиском рабочей силы. Вот потому и тянутся жители глубинки к русским женщинам. Те наивно раскрывают своим канадским женихам затуманенные русские души, прилетают на крыльях надежды… А тут-то и оказывается, что наши мужики – пьяницы и грубияны. А далее «жизнь удалась!» – скандалы, взаимный мордобой, раздел имущества и прочие неприятности. И наши неутомимые женихи, едва распрощавшись с неудавшейся супругой (которая, впрочем, обычно достаточно благоразумна и не проявляет свой истинный норов до получения канадского гражданства), снова шмыгают в Интернет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20