А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Кто бы он ни был, этого не мо…Переведя взгляд на верхушку откоса, он увидел там человека, державшего какую-то коробку. Летающее создание спланировало к человеку, и тот схватил его за ноги. Крылья опали, существо замерло.Сознание Дэвида вернулось к действительности.— Да это же модель!— Что? — спросила Дженифер, тоже заметив человека. Тот начал ловко спускаться вниз.— Мужчина управляет ею по радио! Пошли, Дженифер, надо поговорить с этим малым.Взявшись за вымазанные грязью руки, они заторопились навстречу. Мужчина уже ждал их на берегу, стоя на камне. На нем был плащ из темного водонепроницаемого материала, в одной руке он держал свернутого птерозавра, в другой — коробку управления.— Приветствую вас, — сказал мужчина, окидывая их внимательным взглядом. Лицо его при этом оставалось абсолютно холодным. — Мне очень жаль, что мы с Терри доставили вам несколько неприятных минут. Забавная игрушка, не правда ли? — его английский акцент почти стерся за годы жизни среди янки, но эксцентричность поведения и полное пренебрежение условностями были налицо. «Малый прямиком вышел из телесерии „Мстители“, — мелькнуло у Дэвида. Мужчина постучал пальцем по пластмассовой голове модели. — Подумать только, было время, когда эти красавцы стаями кружили в небе.— Доктор Хьюм, если не ошибаюсь? — церемонно осведомилась Дженифер, смахивая грязь, успевшую коркой застыть на ее лице.— Ага, я вижу, вы успели ознакомиться с моим почтовым ящиком. Какая прелесть, — он ласково потрепал свое создание. — Вы слышали, что специалисты по аэронавтике утверждают, будто птерозавры не могли летать? Однако, как видите, они летают и довольно успешно. Правда, я еще не смог решить проблему взлета и посадки. Но можно предположить, что они срывались вниз с насестов подобно летучим мышам. — Он с надеждой взглянул на молодых людей. — Один из вас случайно не палеонтолог? Я молил бога, чтобы он послал мне палеонтолога.— Нет, простите, — сказал Дэвид.— Значит, вы намеренно нарушили границу? — спросил мужчина, не скрывая разочарования. — Я имею в виду… вы находитесь в моем владении, а я вас не приглашал.— Вы ведь Стивен Фолкен, правда?! — восторженно произнесла Дженифер. Дэвид тоже ощущал прилив радости. Поэтому он особенно растерялся, когда мужчина, нахмурившись, круто развернулся и пошел прочь.— Здесь начинается тропинка, по которой вы доберетесь до ограды, — без тени любезности в голосе произнес он, останавливаясь и указывая пальцем на выложенную камнями дорожку. — Пройдя вдоль ограды, увидите ворота. Рядом с ними калитка. Открыв ее, вы покинете владение. И проследите, пожалуйста, чтобы замок защелкнулся за вами. Если вы поторопитесь, то еще успеете на паром, отходящий в шесть тридцать.— Профессор Фолкен, — сказал Дэвид, приближаясь к нему. — Мне очень нужна ваша помощь!— Стивен Фолкен ничем не может помочь вам, старина. Стивен Фолкен мертв, как пень, и не намерен появляться в простыне, гремя костями, под рождество.— Профессор, — взмолился Дэвид. — Я пришел из-за Джошуа.Мужчина замер. Потом резко повернулся, и ребята уловили в его взгляде удивление.— Вы имеете в виду победителя в битве при Иерихоне?— Нет, сэр, — ответил Дэвид, подходя вплотную. — Не его. И не вашего погибшего сына. Я говорю о компьютере.— Ага, — глубокомысленно протянул собеседник. — Силы небесные, в каком вы виде! У меня дома случайно есть две ванные, махровые простыни и чистая одежда как раз вашего размера. Да и перекусить не мешает, ммм? Полагаю, да, — кивнул он им, приглашая следовать за собой. — После этого вы соблаговолите мне поведать, каким образом двое детей пронюхали о сверхсекретной программе.Дженифер улыбнулась, Дэвид с облегчением вздохнул, и оба радостно зашагали к дому профессора Стивена Фолкена.
Оператор радарной установки Адлер бросил две таблетки «алка-зельцер» в стакан с водой, поставленный на специальном выносе сбоку от консоли. Его пищевод снедала изжога. Предвкушая облегчение, он поднес стакан к губам, уже чувствуя вкус пузырящейся жидкости, когда в Хрустальном дворце завыла сирена. Желудок Адлера разом охватило пламя. Поставив стакан на место, он рывком придвинулся к экрану.— Взгляни, что творится, Адлер, — прошептал один из его помощников, Джонс.На радарном экране через Аляску двигались две светлые точки.— Проверь исправность, — приказал Адлер.— Уже сделано, — ответил Джонс. — Достоверность около единицы. Это по-настоящему.Адлер загнал в себя страх и нажал на панели внутренней связи кнопку вызова командного мостика.— Принят сигнал тревоги. Радары показывают два неопознанных — повторяю, н ео по зн ан ны х — объекта в пределах Аляскинской зоны .Генерал Берринджер на командном мостике прямо-таки ощутил выброс адреналина в кровь.— Запросите визуальное подтверждение, — повернулся он к полковнику Конли. — Вышлите перехватчики, пусть посмотрят.— Переведите на СТОГ 2, — приказал генерал Берринджер, — свяжите меня с командиром звена перехватчиков. Я хочу сам с ним поговорить!Мгновение спустя «тройку» на табло сменила «двойка». Установить прямую связь с перехватчиками сразу не удалось. На экране появились две новые точки, двинувшиеся навстречу двум первым.
Командир звена Билл Джонсон наблюдал из кабины, как сквозь разрывы облаков впереди голубеет небо. Он слегка постучал пальцем по экрану локатора. Картинка не изменилась.— Хрустальный дворец, — сказал он в ларингофон, — докладывает Дельта-фокстрот-два-семь. У меня отрицательный радарный контакт. Повторяю — о тр иц ат ел ьн ый . Советской машины не обнаружил.В уши ворвался громкий голос, пришлось даже прикрутить громкость.— Два-семь, говорит Стальной Шлем. Они прямо перед вами. Вы немного выше их!Билл Джонсон покачал головой и снова взглянул на экран. Эти парни там в подземелье, должно быть, рехнулись. Вздохнув, он повторил:— Стальной Шлем, у нас совершенно пусто. Кусок синего неба.Лицо генерала Берринджера побагровело.— Дьявольщина! Вот же они, ползут у нас на экранах. Что они — невидимки? Должно быть…Генерал осекся. Две неизвестные точки на большом центральном экране повернули на запад и… исчезли.— Что происходит? Уму непостижимо! — просипел генерал.А Джошуа продолжал уточнять свой план идеальной мировой войны.Джошуа был запрограммирован только на выигрыш.Теперь у него появился шанс.Наконец-то.Дом профессора Стивена Фолкена как бы прилепился к склону; он состоял из двух модернистских кубов со стеклянными стенами. Обогревала его солнечная батарея, сконструированная самим хозяином.Интерьер явно был делом рук профессионального дизайнера, все сверкало чистотой.Фолкен болтал о всяких пустяках. Он не желал беседовать о Джошуа, пока гости не вымылись, не переоделись и не отведали бифштекса и пирога с паштетом.— Ну вот, теперь я вас слушаю, — наконец сказал он. — Расскажите, как вы напали на Джошуа. — Он поднял красиво очерченную бровь. — Насколько я догадываюсь, один из вас — программист. Правильно?Дженифер поправила не по размеру широкую юбку из красной фланели и светским кивком указала на Дэвида:— Это он.— Ага. Смею также предположить, мистер Лайтмен, что вы принадлежите к когорте энтузиастов компьютера, в просторечии именуемых «жуликами», коих развелось без счета в этой волшебной стране частной инициативы. Вы всюду суете свой нос, в том числе и куда не следует.— Они думают, что он шпион! — сказала Дженифер, окидывая Дэвида взглядом, в котором смешивались удивление и гордость.— Я искал вход в «Протовижн», а соединился с Джошуа.— Вот как! Я слышал, что если посадить за пишущие машинки стаю обезьян, то, работая всю жизнь без передышки, они в конечном итоге могут написать полное собрание сочинений Шекспира. Однако мне с трудом верится, что юноша мог чисто случайно найти ключ от черного хода моей программы.— Я помогла ему, — добавила Дженифер, желая снять с него часть вины. — То есть я…— Давайте все-таки по порядку. Мистер Лайтмен сейчас допьет свой кофе и начнет с начала.Дэвид сжато передал последовательный ход событий. Слушая его, Фолкен аккуратно набивал крупно нарезанным табаком вересковую трубку. Они сидели в огромной гостиной с камином, в котором сейчас потрескивал огонь; у окна стояли стол для пинг-понга и карточный столик, стены были заставлены полками с книгами, в углу — телевизор.По ходу рассказа Фолкен по-шерлокхолмовски попыхивал трубкой, поудобнее устраивался на подушках, покачивал головой или просто глядел в пространство, словно уносясь мыслями за тысячи миль отсюда.— Они не стали слушать меня! — закончил Дэвид, позабыв про кофе. — А когда я обнаружил, что вы живы, они не дали мне поговорить с Маккитриком. Поэтому ничего не оставалось как обратиться к вам, мистер Фолкен. Только вы можете убедить их в том, что нам никто не грозит, что Джошуа способен развязать мировую войну и что все это я сделал не нарочно!— Понятно. Наверно, у вас слюнки потекли при виде в меню на экране заманчивого блюда под названием «Термоядерная война», да?— Вы, очевидно, не уловили. Он, то есть м ы думали , что это игра, — поспешила Дженифер в защиту Дэвида.— Конечно, конечно. Я все уловил, — в глазах у Фолкена заплясали смешинки. — Мне, признаться, понравилось, как вы обошлись с Лас-Вегасом, дорогая. Дивный библейский конец для этого нечестивого места.— Разве вы не собираетесь позвонить им и объяснить, что творит Джошуа? — нетерпеливо спросил Дэвид.— Он творит то, для чего предназначен.Стивен Фолкен оторвал хрупкое тело от дивана, подошел к полкам и рассеянно провел пальцами по корешкам пухлых томов.— Дети мои, здесь собрана коллекция книг, посвященных излюбленной игре человечества — войне. Люди предаются ей, как вам известно, с незапамятных времен… До начала нынешнего века мы могли позволить себе играть в солдатики, не рискуя погасить очаг цивилизации. Но затем, к великому сожалению, появилась ядерная энергия. И как же мы воспользовались ею? Первым делом наготовили бомб и создали причудливую технологию для доставки этих бомб на цель за тысячи миль от дома. Компьютер, дорогие мои, в определенном смысле — дитя войны, а, как сказал Вордсворт, ребенок делает человека отцом.— Ммм? — произнесла Дженифер.— Да, я отец Джошуа, — продолжал Фолкен. — У меня возникла слепая страсть, разгоревшаяся из увлечения математикой. Я надеялся подчинить строгой логике человеческие деяния.— Все, что вам надо сейчас сделать, — сказал Дэвид, — это снять трубку и п оз во ни ть им.Фолкен заложил руки в карманы и беспомощно улыбнулся.— Я расскажу вам, дети, одну историю. Было время, когда на Земле обитали удивительные существа…Он подошел к шкафчику, выбрал видеокассету и вставил ее в аппарат «Сони». На экране, сменяя друг друга, замелькали классические реконструкции и карикатуры динозавров. Какое-то время Фолкен смотрел на них, повернувшись спиной к гостям.— Они бегали, плавали, летали, сражались… и вдруг исчезли. Разом. Это произошло сравнительно недавно. Природа, увидев свою ошибку, избавилась от них и начала все по-новой. Мы даже не были еще тогда обезьянами, а лишь мелкими грызунами и прятались в скалах. Когда мы исчезнем, природа начнет новую попытку, на сей раз, возможно, с пчелами. — Он вернулся к дивану и взял трубку. — Понимаешь, Дэвид, природа знает, когда следует остановиться.— Вы сказали, — остановиться? — спросил Дэвид. — Но почему?— Забавно, — протянул Фолкен. — Идея заключалась в том, чтобы случайно не уничтожить самих себя. Я хотел, чтобы машины учились на ошибках, которые мы не можем позволить себе совершить. Но мне не удалось заставить Джошуа усвоить главный урок.— Какой же? — спросил Дэвид.Фолкен посмотрел в глаза юноше.— К ог да следует остановиться… Вам приходилось играть в крестики-нолики, Дженифер?— Конечно — ответила Дженифер. — Как и всем в детстве.— Но вы перестали играть. Почему?— Не знаю, скучно стало… Все время выходит ничья.— Если ваш соперник не совершит глупой ошибки, выиграть невозможно, — сказал Фолкен, раскуривая трубку. — Джошуа был без ума от игр, но этого урока он усвоить не мог. — Фолкен вздохнул. — Теперь все машины попали под начало к тупоумному Маккитрику. Видите ли, мы склонны идеализировать собственную технологию. Именно это и произошло с Маккитриком.— А если вы так считали, — сказал Дэвид, — почему вы ушли с работы?Фолкен в раздумье попыхивал трубкой.— Вначале я лелеял надежду, что мы обрели стабильность в идее взаимно гарантированного уничтожения. Обе стороны знали, что в войне не будет ни победы, ни победителя. А следовательно, отпадает надобность в войне. Но по мере возрастания точности попадания ракет возникла идея «хирургических ударов» — с приемлемым числом жертв среди гражданского населения, что-нибудь около десяти миллионов. — Его голос сделался жалящим. — У наших стратегов появилась иллюзия, что при определенных обстоятельствах можно одержать победу… Ракетно-ядерная война стала теоретически возможной, затем вероятной и наконец — осуществимой. Времени на раздумья отводилось мало, и я решил покинуть волшебную гору. По соображениям безопасности они великодушно даровали мне смерть, и я согласился.Фолкен обратил взор на телеэкран. Причудливое создание шествовало по доисторическому лесу.— Известно ли вам, что ни одно существо весом свыше двадцати кило, обитавшее на Земле в ту эпоху, не смогло выжить?— Нет, — сказал Дэвид, — и меня это совершенно не волнует. Позвоните им!Фолкен не отреагировал.— Мы не знаем в точности, что произошло. Возможно, с Землей столкнулся крупный астероид или ее облучила вспышка радиации при взрыве суперновой звезды. В любом случае жившие тогда существа были бессильны что-либо предпринять. Вымирание видов представляется частью естественного хода вещей.— Ерунда! — сказал Дэвид, вставая. — Если мы вымрем, то не в силу естественного хода вещей, а по г лу по ст и !— Не о чем беспокоиться, — лицо Фолкена озарилось. — Я все спланировал заранее. Этот дом стоит всего в трех милях от вероятной цели атаки. Ослепительная вспышка, не больше миллисекунды — и мы испаримся. Завидная судьба в сравнении с миллионами несчастных, которым доведется переживать последствия катастрофы.— Значит, вы отказываетесь позвонить?— Если бы подлинный Джошуа не погиб, — сказала Дженифер, — вы бы позвонили.— Можно выиграть несколько лет, — медленно произнес Фолкен, — достаточно времени, чтобы у в ас появился собственный сын. Но военные игры, разработку планов самоубийства человечества… — Фолкен грустно улыбнулся. — Этого я остановить не в силах.Дэвид подошел к видеомагнитофону и выключил его.— Мы не динозавры, профессор Фолкен. У нас есть свобода выбора. Ладно, я признаю, что вел себя как болван — настоящий болван, добираясь до вашей программы и затеяв с ней игру. Поверьте, это был тяжелый урок. Но я не опустил руки. Я не остался сидеть там, в толще горы, где меня никто не хотел слушать. Вы, наверно, думаете, что вы лучше Маккитрика? Хочу вам сказать, профессор Фолкен, я тоже мучился сознанием собственной никчемности… Поэтому я так набросился на компьютеры, надеясь обрести в них смысл жизни, цель… власть. Я ошибся… Ужасно ошибся, и теперь понимаю это. Но, черт побери, я пытаюсь что-то сделать, а не просто сижу с сознанием собственного превосходства, глядя в потолок!Фолкен положил трубку в пепельницу и взглянул на часы.— Вы опоздали на паром, — без всякого выражения сказал он.— Нет, это невероятно! — воскликнул Дэвид. — Знаете что? Я думаю, смерть ничего не значит для вас потому, что вы у же умерли. Неужели на свете для вас не осталось ничего дорогого?Фолкен встал и двинулся к выходу.— Вы можете переночевать в гостиной, если хотите.— Я вас считал героем, — выпалил Дэвид ему вслед, дрожа от волнения. — Но теперь вижу, что вы такой же, как все! Такой же зацикленный, ничего не желающий знать, кроме себя самого. Послушайте…Фолкен остановился в дверях, не оборачиваясь.— Мы ведь не компьютеры, Фолкен! — с силой произнес Дэвид. — Мы лю ди .Фолкен вышел из гостиной, и Дэвид Лайтмен вдруг ощутил отчаяние — такое, какого не испытывал еще никогда в жизни.
Табло показывало СТОГ-2. Личный состав Хрустального дворца лихорадочно регистрировал поток стратегической информации, а генерал Берринджер сообщал по телефону в Белый дом о развитии событий.— Я знаю, что вы говорили с Москвой, господин президент… Они категорически отрицают?.. Не могу понять… Да, сэр, будем незамедлительно информировать вас.Он положил трубку и залпом выпил полбутылки минеральной воды. У генерала Джека Берринджера крепло предчувствие, что наступает неизбежное. Ядерный конфликт станет венцом его военной карьеры. И в глубине души он возблагодарил господа за то, что именно на его долю выпала честь защищать Американский Образ Жизни.
Резкий ветер хлестал невидимые во тьме деревья, шелест листьев заглушал шаги Дэвида Лайтмена и Дженифер Мак.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16