А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Мелихян К

Автопортреты На Асфальте


 

Здесь выложена электронная книга Автопортреты На Асфальте автора по имени Мелихян К. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Мелихян К - Автопортреты На Асфальте.

Размер архива с книгой Автопортреты На Асфальте равняется 29.91 KB

Автопортреты На Асфальте - Мелихян К => скачать бесплатную электронную книгу



Мелихян
Автопортреты на асфальте

Палочка -- выручалочка
Спать!
Юон
Поцелуи
Искусство математики
Наяда
Драма с собачкой
Примерный дед
Сорока -- воровка
Тундра
Погребальная сосна
Однокашники
Соленое мороженое
Тост Рассказ джентльмена
Бабушка
Парле ву франсэ?
Коломбо Белые Гетры

Палочка -- выручалочка

Сколько я помню своего дедушку, он всегда ходил с палочкой.
Очень хорошая палочка. Как у нас что под диван залетит, мы этой палочкой
достаем.
Однажды мы с братом играли в шашки. И одна шашка у нас под диван
залетела.
Мы взяли дедушкину палочку и стали там шарить. Но до шашки достать не могли.
Тогда брат сказал:
-- Раз палочка не достает до шашки, то давай отпилим от нее кусочек. Для новой
шашки.
-- А вдруг дедушка заметит? -- сказал я.
-- Не заметит, -- сказал брат. -- Мы же не всю палочку берем, а только
кусок.
Мы отпилили от палочки маленький кусочек.
И дедушка ничего не заметил.
А потом мы в лото играли. И один бочонок у нас под диван залетел.
Мы взяли дедушкину палочку, но уже не стали ею шарить под диваном, а сразу
отпилили еще кусочек.
-- А вдруг дедушка заметит? -- сказал я.
-- Не заметит, -- сказал брат. -- Палочка длинная -- дедушке хватит.
И дедушка действительно опять ничего не заметил. Только его как-то к земле
стало пригибать.
А потом мы в городки играли. И одна рюха у нас под диван залетела.
Мы взяли дедушкину палочку и отпилили еще кусок. А потом пошарили ею под
диваном. На всякий случай. Но до рюхи все равно не достали.
-- Ну теперь-то уж дедушка наверняка заметит, что палочка стала короче! --
сказал я.
-- Не заметит, -- сказал брат. -- В крайнем случае мы ему каблуки сделаем
короче.
-- Ты что?! -- сказал я. -- Тогда придется и ножки делать короче.
-- У кого? -- спросил брат.
-- У мебели, -- сказал я.
Но и на этот раз дедушка ничего не заметил. Только он палочкой совсем прекратил
до земли доставать. Так, в руке ее носит, как пистолет.
В общем, дедушка заметил неладное, когда палочка уже кончилась. Он погнался за
нами вокруг стола, а мы помчались от него, ставя за собой стулья. Дедушка
перепрыгивал через них и кричал:
-- Что вы наделали! Я же совершенно разучился хромать! С меня же теперь
инвалидность снимут! И снова заставят устроиться на работу! А мне ведь
уже сорок семь лет!
Так мы вылечили дедушку от хромоты. Правда, после этого он еще пытался хромать.
Но у него уже ничего не получалось. Без палочки.
Спать!

Когда я был маленьким, я очень не любил спать.
Вечером меня было не уложить. Правда, утром не поднять.
Утром я забывал, что не любил спать. Но вечером...
Когда темнело на улице, темнело и в моей душе. Я ложился в кровать, как в
гроб. Мне казалось, что сон -- это смерть. Хотя и временная. Потому что
когда спишь, ничем не занимаешься, кроме как сном. Когда спишь, ничего не
делаешь, никуда не бегаешь, ни с кем не разговариваешь, не узнаешь ничего
нового.
Это уже, когда я вырос, мне стало нравиться спать. Потому что когда спишь,
ничего не надо делать, куда-то бегать, с кем-то разговаривать, чего-то
узнавать.
Когда я стал взрослым, я старался поспать при первой же возможности: и в
автобусе, и в очереди, и на эскалаторе, и когда вышел начальник, и когда погас
свет, и даже перед сном, про запас.
Правда, я никак не мог заснуть. Это такой закон. Взрослые любят спать, но долго
не могут заснуть. А дети не любят спать, но засыпают быстро.
Что касается меня, то я засыпал очень долго. И когда был маленьким. И
когда был большим. И когда был старым.
Помню, как-то уложила меня мама спать.
Я лежу и думаю: как бы мне побыстрей заснуть? Чтобы долго не мучаться. Может
быть, думать, что я сплю?
И вот я лежу и думаю, что я сплю. И что мне снится, будто я встаю и иду к
двери.
Тут вдруг мама вскакивает со своей кровати и кричит на меня:
-- Ты куда это пошел?
Снова меня уложила.
И я снова лежу и думаю: сон это или не сон? Сейчас, думаю, снова встану -- и
проверю. Если мама вскочит, значит, -- сон. А если не вскочит, значит, -- не
сон.
И вот я снова встаю и иду к двери.
Мама не вскакивает.
Ага, думаю, значит, это -- сон! Открываю дверь и выхожу в коридор. Тут вдруг
мама снова вскакивает и кричит:
-- Ты зачем это в коридор вышел?!
Я говорю:
-- В туалетик.
-- Я тебе покажу -- туалетик! -- кричит мама.
Снова хватает меня и тащит в кровать. Я снова закрываю глаза и пытаюсь заснуть.
Вдруг мама меня спрашивает:
-- Ты спишь?
Я говорю:
-- Сплю.
Тут она снова вскакивает, вытаскивает меня из кровати, дает мне несколько
шлепков и снова укладывает спать.
Проходит полминуты. Мама меня спрашивает:
-- Ты спишь?
Я молчу. Притворяюсь спящим. Она говорит:
-- Ах, негодник! Притворяется спящим, а сам стоит возле кровати!
Я говорю:
-- Я лежать не могу от твоих шлепков!
Тут ей становится меня жаль. Она подходит к моей кровати, гладит меня и
укладывает спать. И я сразу засыпаю.
Вдруг просыпаюсь от каких-то звуков. Открываю глаза -- а это мама мне
колыбельную поет. Я стал ей тихонько подпевать. А потом все громче и громче.
Так мы часа три пропели. Как волки под луной. Наконец, мама заснула. На моей
кровати. А я опять не могу заснуть. Но уже потому, что мама мне ногу придавила.
Я стал выдергивать из-под нее ногу. И упал с кровати.
Мама мне говорит сквозь свой сон:
-- Не спи... Кажется, дверь не закрыта...
И тут я сразу заснул.
Так мы с мамой до середины следующего дня проспали.
Она -- на кровати. А я -- под кроватью.
С тех пор я понял, что лучшее снотворное -- это когда тебе говорят: "Не спи! "
Юон

Учитель недоволен учеником в двух случаях: когда ученик знает
меньше учителя и когда ученик знает больше учителя.
Эту истину я понял после одной истории.
Как-то учительница показала нам картинку в учебнике и сказала:
-- Эту картину написал китайский художник Юон.
Я сказал учительнице:
-- Вы немного ошиблись. Это не китайский художник, а, наоборот, русский.
Я занимался рисованием и потому хорошо знал творчество Константина Федоровича
Юона.
Но учительница вдруг рассердилась и поставила мне двойку: за то, что я отвечаю,
когда меня не спрашивают.
К завтрашнему дню она велела всем подготовить рассказ по этой картине.
Назавтра на уроке присутствовал инспектор.
Поскольку учительница чувствовала, что двойку поставила мне незаслуженную и что
о Юоне я все-таки знаю больше других, она вызвала меня. Я поднялся и сказал:
-- Эту картину написал Юон -- великий китайский художник.
-- Как?!-- ахнула учительница и испуганно посмотрела на инспектора.
-- Так вы же сами вчера сказали, -- ответил я.
Учительница покраснела, а потом вызвала моих родителей в школу.
После этого я уяснил вторую истину: если ученик плохо учится, учитель вызывает
в школу родителей ученика, а если учитель плохо учит, ученик не имеет права
вызвать в школу родителей учителя.
Эта история имела продолжение. У нас была экскурсия в Русский музей.
Женщина-экскурсовод или, как мы ее называли, экскурсоводка рассказывала нам о
русских импрессионистах. Остановившись около картины, на которой были
изображены речка, церковь и весенний дождик, она сказала:
-- А на этой картине нарисован пейзаж великого русского художника Юона. Кто
может о ней что-нибудь сказать?
Все застыли, как пораженные весенним громом. Учительница с тихим ужасом
смотрела на картину. Я смотрел на учительницу. А ребята смотрели на нас
обоих.
Тогда экскурсоводка ткнула меня указкой и сказала:
-- Ну, вот ты, мальчик, что ты видишь на этой картине?
Я еще раз внимательно посмотрел на речку, на церквушку с крестом и сказал:
-- Широка река Хуанхэ! Редкая птица долетит до середины Хуанхэ...
Поцелуи

Когда я был маленьким, я очень не любил поцелуи.
Помню, как к нам в гости пришли мои дядя с тетей. Зная их обычай
целовать, я вышел к ним навстречу весь в бинтах. Как мумия. Один глаз только
торчал.
-- Что с тобой?! -- испугались они.
-- Это от поцелуев, -- сказал я.
Тут они испугались еще больше. Они подумали, что меня кто-то перецеловал.
Но мама им объяснила:
-- Это он забинтовался не от тех поцелуев, которые были, а от тех, которые
будут.
-- Значит, тебе не нравятся наши поцелуи? -- удивилась тетя.
-- Да, -- сказал я. -- Ходите только с поцелуями. Лучше с чем-нибудь вкусным
пришли.
Тогда я еще не знал, что самое вкусное для взрослых -- есть поцелуи.
Я хотел стать солдатом и считал, что тело мужчины должно быть покрыто не
поцелуями, а шрамами.
Тут мама отвела меня в другую комнату и сказала, что если я сейчас же не
исправлюсь, она меня отлупит.
-- А! -- сказал я. -- Подлизываешься ко мне!
Я знал, что мама не умела лупить. И мама знала, что я это знал. Поэтому она
сказала:
-- Я попрошу дядю, чтобы он снял ремень и тебя отлупил!
-- Но если дядя снимет ремень, -- сказал я, -- то как же он меня догонит?! У
него же штаны свалятся!
Тогда мама решилась на самую жестокую меру. Она сказала, что теперь будет
называть меня при всех словами, которые я ненавидел еще больше, чем поцелуи:
кисонька, лапонька и пупсик.
И тогда я сдался. Я вышел к дяде с тетей и, сорвав с себя бинты, крикнул:
-- Целуйте, палачи!
Искусство математики

Лучше всех знают математику пожарные. Когда они играют в домино,
а играют они всегда, если нет пожара, или есть, но еще не очень сильный, они,
эти пожарные, перемешав костяшки, берут их в руки и сразу говорят: "Рыба", --
или: "У вас -- двадцать пять. У нас -- пятнадцать", -- и снова тщательно
перемешивают.
Совершенно иное отношение к математике у женщин. Особенно -- когда
поднимается вопрос об их возрасте. Какой-то знаменитый математик даже сказал:
"Возраст женщины -- величина постоянная".
Обучение математике начинается с детства, но родители -- не самые лучшие
учителя. Родители вообще довольно странно представляют себе процесс обучения.
Помню, как наш учитель, проверив домашнее задание, сказал одному мальчику: "Мне
кажется, ты решал задачу не один, а с двумя неизвестными".
Отца другого мальчика вызвали в школу. Вернувшись, отец ему сказал: "Я
поговорил с твоим учителем. Больше он тебе двойки ставить не будет".
Некоторые родители, не зная, как объяснить ребенку, что такое "прямой угол",
просто его в этот угол ставят.
Отсюда можно вывести закон: родители ставят ребенка в угол, когда он ставит их
в тупик.
* * *
Многие родители огорчаются, что их дети не умеют считать даже до
десяти. Но это не страшно. Страшно, когда дети умеют считать до тысячи.
Когда я научился считать до тысячи, для моих родителей настали кошмарные дни.
Только я начинал считать -- они сразу затыкали себе уши. Или мне -- рот. Как
правило -- яблоком или конфетой. Возможно, именно потому я и научился хорошо
считать.
Кто-то посоветовал моим родителям использовать меня как средство от бессонницы.
Но я считал так громко, что просыпались даже соседи.
Когда у нас был кто-нибудь в гостях, родители просили меня посчитать что-нибудь
и для гостя. Но обычно -- в том случае, если его было по-другому не выгнать.
Я начинал считать, и улыбка сползала с лица гостя. Он молча вставал, одевался
и, не прощаясь, уходил. А я шел за ним, продолжая считать ему в спину. При этом
интонация моего счета походила на лай собаки.
Иногда я предлагал кому-нибудь поспорить со мной, что сосчитаю до тысячи за
пять секунд.
Человек спорил, и я считал:
-- Сто, двести, триста, четыреста, пятьсот, шестьсот, семьсот, восемьсот,
девятьсот, тыща!
Правда, соседи думали, что я считаю деньги, и даже заявили на нас в милицию.
Но деньги я стал считать намного позже. Когда пошел в школу.
Дело в том, что учился я очень плохо. И отец однажды сказал, что будет платить
мне за каждую пятерку пять рублей, за четверку -- четыре и т. д.
На следующий день я тянул руку на всех уроках и получил шесть единиц.
Отец долго отсчитывал шесть рублей, а потом сказал, что впредь будет мне
платить только за пятерки.
На следующий день я притащил шесть пятерок.
Через месяц, когда я уже заработал больше, чем получал отец, он сказал:
-- Пять рублей за каждую пятерку -- не много ли это, сынок?
-- Нет, -- сказал я ему. -- Я ведь еще делюсь с учителями.
* * *
Единственный, кто не имел с меня ни копейки, был учитель математики,
хотя именно он больше других нуждался в деньгах. Он мечтал совершить
какое-нибудь научное открытие и был ужасно расстроен, когда его после института
направили в школу. Одно время он пытался совершить научное открытие прямо на
уроке, но ученики стали делать ему замечания, что он занимается на уроках не
тем, чем надо. И даже грозились вызвать в школу его родителей.
Учитель понял, что с наукой все кончено, и решил переключиться на деньги. Он
дал в газету объявление, что решает любые математические задачи.
По этому объявлению к нему пришел только один человек: кассир, у которого не
сходился кассовый отчет.
Учитель вмиг решил ему эту задачу: сказав, что надо взять из кассы оставшиеся
деньги и сматываться.
Кассир так и сделал, а учителя в знак благодарности устроил на свое место. Даже
не устроил, а просто подсказал ему адрес магазина, в котором работал.
Учитель пришел в магазин и спросил, правда ли, что они ищут нового кассира.
"Правда, -- ответили ему. -- И старого -- тоже".
Его приняли, заставили оплатить недостачу за старого кассира и тут же
уволили.
Но учитель не отчаялся. Он научил считать свою собаку и стал выступать с ней в
цирке.
Говорят, там была одна хитрость. Собака в действительности считать не умела.
Просто учитель, громко задав вопрос, проходил затем мимо собаки и шепотом ей
подсказывал: "Четыре".
Хотя другие утверждают, что собака всегда лаяла четыре раза, а учитель только
менял вопросы: "Сколько будет -- дважды два?.. Сколько будет -- три плюс
один?.. Сколько будет -- десять минус шесть?.."
Но и с собакой учитель проработал недолго. Или он решил, что сможет
зарабатывать вдвое больше без собаки, или собака решила, что сможет
зарабатывать вдвое больше без учителя, а только они расстались.
Причем перед этим долго лаялись во время дележки денег.
Говорят еще, что кто-то из них сказочно разбогател на игре "Три наперстка". Там
надо отгадать: под каким наперстком лежит камешек. А сделать это без высшего
математического образования довольно трудно, поскольку камешка нет ни под одним
наперстком.
Последнее обстоятельство, вероятно, и привело учителя в тюрьму, где у него,
наконец, появились все условия для занятий высшей математикой: одиночество и
масса свободного времени.
Я же для себя сделал вывод: математика -- это наука, а умение ею пользоваться
-- искусство.
Наяда

Среди многочисленных жильцов нашей квартиры была такая Аська.
Дед называл ее ренуаровской женщиной, местами переходящей в рубенсовскую.
А жильцы называли по-разному: когда ругали толстухой, а когда хвалили
-- толстушкой.
Но Аська почему-то на эти прозвища обижалась. И говорила:
-- Я вам не толстуха, и не толстушка!
-- А кто же тогда? -- не понимали жильцы.
-- Я -- женщина, склонная к полноте.
А это уже не понимал я. Кто склонял Аську к полноте? Жених? "Давай, дескать,
Аська, ты будешь полной"? А она что отвечала? "Что мне за это будет?" А --
он? "Женюсь на тебе"? Не понятно.
Дед мой реагировал на это выражение обычно так:
-- Склонные к полноте должны по склонам лазить!
Иногда мой дед советовал Аське меньше есть, но как правило, тогда, когда много
выпьет.
Однажды Аська мылась в ванной, и я решил за ней подсмотреть через замочную
скважину.
Тут меня и застукал дед:
-- Ты что там делаешь?
-- За Аськой смотрю, -- сказал я. -- Чьим полотенцем она будет вытираться.
-- Ну-ка отойди! -- строго сказал дед. -- Посмотрю, может, -- моим!
С тех пор мы заключили с дедом тайный союз: один из нас подсматривал за Аськой,
а другой стоял на стреме.
Понятно, что на стреме всегда стоял я.
Дед сказал, что мне еще рано -- смотреть такие картины.
-- А тебе -- уже поздно, -- сказал я. -- Ты бы лучше за бабкой смотрел.
-- Три "ха-ха"! -- сказал дед. -- Мы ж с тобой не на войне, где и бабушка --
божий дар!
В этом месте надо сделать небольшое военное отступление.
Дед мой был участником войны, дошел до Берлина или, как он сам говорил, "прошел
славный путь от рядового до генерала и обратно".
А солдат о чем мечтает? О бане да о бабе. Что, в принципе, одно и то же,
говорил дед. Баба -- как баня: прежде, чем раздеваться, надо ее хорошенько
растопить.
Наверно, с войны он и привез свою любимую присказку: "Хорошо после бани!
Особенно -- первые три месяца"!
Но вернемся к нашей ванной. Однажды я не выдержал и сказал:
-- Дед, у тебя ж зрение плохое! Давай я буду смотреть за Аськой и рассказывать
тебе, что я вижу.
-- Спасибо за заботу! -- сказал дед. -- Но я плохо вижу только мелкие детали. А
у Аськи все крупные.
И дед снова стал смотреть за Аськой. А я -- за дедом. Что оказалось не менее
интересно.
Дед приседал. Вертел задом, словно пес хвостом. И так сильно потел, что Аська
как-то выйдя из ванной, сказала ему:
-- С легким паром!
Один раз, когда мы заступили на очередное дежурство и дед прильнул к замочной
скважине, как к перископу, у него схватило поясницу. Причем -- так, что он не
мог не только разогнуться, но даже отойти от двери.
-- Может, принести шахматный столик? -- сказал я. -- Как будто мы в шахматы
играем.
-- Около ванной?! -- прошипел дед. -- Может, еще в туалете разложимся?!
-- Вы чего там шепчетесь? -- вдруг спросила из-за двери Аська.
-- А ты не подслушивай! -- прикрикнул на нее дед.
В другой раз я от нечего делать уснул на своем посту, и нас засекла соседка.
Неизвестно, чем бы все это кончилось, если б не Аська. Она прервала свое
купание и, высунувшись из ванной, стала орать на соседку:
-- Что вы на старого человека орете?! У него даже телевизора нет!
Интересно, что сам дед, когда мылся в ванной, наказывал мне стоять у двери и
следить, чтобы за ним никто не подсматривал.
Нет нужды говорить и о том, что дед был влюблен в Аську. Но странною любовью.
Помню, как он выговаривал ее жениху за то, что тот на ней не женится.
-- Чего ты резинку-то тянешь? -- говорил дед. -- Хорошая же баба!
-- А вы откуда знаете? -- вдруг насторожился жених.
-- Да мужики говорят, -- замялся дед.
-- И чем же она хорошая? -- мрачнея, спросил жених.
-- Чистая, -- сказал дед. -- По пять часов моется. Пока все мыло не смылит. И
свое, и чужое.
Когда Аська наконец-таки выскочила замуж и уехала к мужу, дед стал всем
хвастать, что она выскочила благодаря ему. Правда, потом выяснилось, что Аська
выскочила не совсем за того жениха, с которым дед вел агитационную работу. Тот
после дедовской агитации наоборот смылся.
Но дед все равно настаивал на признании своих заслуг.
-- Может, она и матерью стала благодаря тебе? -- спрашивали деда.
-- Сомневаюсь, -- говорил дед. -- Благодаря мне она только стала женщиной. Это
ж театр одного актера был. И одного зрителя. Думаете, она не видела, что за ней
подсматривают? Она ж лепила себя под моим художническим оком! Это ж водная
феерия была! Купальщица! Наяда!
Драма с собачкой

У моей тети была собака. Фокстерьер -- по национальности.
Однажды, когда тетя была в магазине, у нее эту собаку украли. Она даже
видела сквозь витрину, как вор отвязывал собаку от водосточной трубы, но не в
силах была покинуть очередь за костями для собаки.
На другой день после кражи мы с мамой пошли к тете, чтобы поддержать ее в
трудную минуту, а заодно и пообедать.
Я надеялся, что обед будет хороший, поскольку собаки теперь нет и тете не на
кого сваливать вину, что котлеты без мяса.
Но обед оказался хуже, чем я надеялся, и состоял из трех блюд: на первое --
стакан чая, на второе -- второй стакан, а на третье -- полстакана.
Тетя сказала, что не смогла нам устроить котлеты, поскольку они ей напомнили бы
Тобика. Тобик -- это фамилия фокстерьера.
Помню, я спросил тетю, какой породы ее фокстерьер -- кобель или сука?
Тетя сказала:
-- Когда он гуляет с другими собаками, это -- кобель. Но когда он ворует
котлеты...
Мы с мамой стали пить чай, а тетя стала рассказывать, какой замечательный у нее
был Тобик. Она называла его: умница, золотой ребенок и собачий Карл Маркс.
Вообще, когда тетя рассказывала о Тобике, казалось, что речь идет не о
фокстерьере, а о супермене. Он защищал тетю от некрасивых хулиганов, нырял с
вышки и плавал всеми способами, включая кроль, брасс, баттерфляй и немного
по-собачьи.
Хотя позже тетя проговорилась, что плавал он только на спине. Да и то -- на
тетиной.
-- А как мы с Тобиком загорали на пляже! -- говорила тетя.
-- И Тобик загорал? -- спрашивал я.
-- Нет, -- говорила тетя. -- Тобик лежал без дела. Но всякий раз, когда я
выходила из воды, он приносил мне полотенце. Правда, один раз он принес чужое.
Но оно оказалось еще лучше моего.
Я уже с отвращением допивал пятый стакан чая, когда мама вспомнила, что у нее
есть один знакомый инспектор уголовного розыска.
-- А он захочет искать моего Тобика? -- спросила тетя.
-- Это зависит от того, сумеешь ли ты его к себе расположить, -- сказала
мама.
И они стали обсуждать, как лучше расположить испектора.
-- Лучше всего приготовить хороший стол, -- сказала мама. -- И бутылочку
хорошего коньяку.
-- Боюсь, что такой стол будет напоминать мне Тобика, -- сказала тетя.
-- Он что, пил коньяк? -- спросил я.
-- Нет, он был порядочной собакой, -- сказала тетя. -- Не пил, не курил.
Мы с мамой наседали на тетю с трех сторон: мама с одной и я -- с двух. Потому
что когда тетя от меня отворачивалась, я заходил с другой стороны.
-- Нет! -- говорила тетя. -- Устраивать такое застолье, когда Тобик не
известно, где!
-- Наоборот, -- говорила мама. -- Посидим, выпьем, помянем Тобика.
В назначенный день мы пришли к тете. Тетя надела на себя все украшения, какие у
нее были, кроме, кажется, медалей Тобика.
Инспектор уголовного розыска опоздал.
-- Еле нашел вашу квартиру, -- сказал он и сел рядом с моей мамой.
-- Потерпевшая -- она, -- указала мама на тетю вилкой.
Инспектор покосился на тетю, которая рядом с ним выглядела, как старший
инспектор, и, вздохнув, пересел к ней.
-- Ну, приступим! -- сказал он.
И открыл бутылку коньяку.
Выпив рюмку, инспектор сказал:
-- И где же ваш песик?
Тетя сказала, что песика сейчас нет, но он оставил после себя фотокарточку,
которую, правда, бывший муж тети сжег из ревности.
Тогда инспектор спросил, нет ли у кого авторучки, потому что его авторучку
украли в трамвае.
Я подал инспектору свой карандаш, мама подала ему свой блокнот, а тетя на
всякий случай -- свои очки.
Инспектор высморкался в свой платок и спросил, есть ли у собаки приметы.
-- Приметы есть, -- сказала тетя. -- Но они украдены вместе с собакой.
Тогда инспектор попросил тетю описать вора. Но тетя стала описывать его такими
словами, что инспектор покраснел и сказал:
-- Ваше описание, конечно, яркое, но абсолютно непригодно для розыска.
Тем не менее он все это занес в блокнот и даже нарисовал морду вора, которая,
правда, смахивала на лицо тети.
Результаты поисков превзошли все ожидания: каждый день инспектор приводил тете
свору собак. Причем тут были не только фокстерьеры, но и бульдоги, болонки,
дворняжки и даже затесалась одна кошка.
-- Вы бы еще крысу привели! -- сказала тетя.
Но закончилась эта история хорошо: тетя вышла за инспектора замуж. И судя по ее
разговорам с мамой, новый муж вполне заменил ей Тобика.
Он, по словам тети, так же приносил ей тапки, рычал на нее, когда она не
пускала его гулять, таскал с кухни котлеты и бегал за каждой юбкой.
В общем, был настоящий кобель!
Примерный дед

"Над вымыслом слезами обольюсь"
А. Пушкин
На все случаи жизни у моего деда были примеры.
Когда я не хотел есть, дед говорил:
-- Что значит -- "не хочу"? Нет такого слова -- "не хочу"! Есть слово "надо".
Вот, например, командир тебе говорит: "Костик, надо выполнить задание. Съесть
тарелку каши". И все. Удавись -- но съешь! А тебя, понимаешь ли,
упрашивают: "Ну, ложечку за маму... Ложечку за папу..." А вот я в армии,
знаешь, как ел? Еще до того, как обед протрубят! И за себя съем. И за товарища.
И за командира.
Когда я не хотел спать, дед рассказывал другую поучительную историю: как он
заснул на посту.
-- Просыпаюсь, а кругом -- уже враг. Ну, я опять заснул. А если б я не спал как
убитый, враг подумал бы, что я живой. И не было б у тебя деда!
Как-то я разбил себе губу, упав со шкафа, и стал орать благим матом.
-- Тоже мне -- ранение! -- сказал дед. -- Вот у нас один солдат подорвался на
мине. Так он даже не ойкнул!
Иногда дед меня хвалил:
-- Знаешь, почему я старше тебя выгляжу? Потому что я курю, а ты -- нет.
Эта похвала так крепко во мне засела, что когда меня потом спрашивали, что я
умею делать, я отвечал: "Умею не курить".
-- И еще ты в чем молодчага, -- говорил дед, -- что ты -- не наркоман.
-- Это уж да, -- говорил я. -- Этого у меня не отнять. Только объясни, кто
такой -- наркоман. Народный командир, что ли?
-- Зачем -- командир? -- говорил дед и подробно объяснял, кто такой наркоман,
что такое наркотики, как их сеют, как собирают, как готовят и с чем едят.
-- Или, допустим, ты опрокинул рюмку портвейна, -- говорил дед. -- Но
неудачно. Промахнулся -- и попал на штаны. Как поступит хороший мальчик?
Хороший мальчик тут же возьмет свои штаны в руки, снимет их, пойдет в ванную и
там замочит. В том же портвейне. И пятно не будет заметно. Единственное --
могут заметить: куда делся портвейн!
Однажды наша учительница пригласила моего деда в школу -- рассказать о своем
славном прошлом.
Войдя в класс, дед сразу сказал:
-- Пенсионер -- всем ребятам пример!
И начал рассказывать, как он воевал.
-- Значит, сплю я. И вдруг вваливаются в хату три немца. "Малшик, -- говорят,
-- млеко есть?" "Нэма, -- говорю, -- товарищи немцы!" Смело так им в глаза
говорю. "Но есть, -- говорю, -- самогонка". Ну, они назюзюкались до самых
бобиков -- и под стол. Так я трех немцев уложил! Причем -- одной бутылкой с
горючей смесью.
Дед расстегнул ворот рубахи и обратился к нашей учительнице:
-- У вас выпить ничего нет?
-- К сожалению, только -- вода, -- пролепетала учительница.
-- С паршивой овцы -- хоть файв о'клок! -- сказал дед. -- Волоки.
Учительница побежала за водой, а дед сказал:
-- Пока училка за водой бегает, я вам расскажу, как я с одной итальяночкой
познакомился.
-- С итальяночкой?! -- ахнула учительница, застыв в дверях. -- Это что ж за
война такая была?
-- Первая мирная война, -- сказал дед.
-- Может, мировая? -- уточнила учительница.
-- Точно, мировая! -- хлопнул ее по лбу дед. -- Эх, мировая была война!
-- А можно -- что-нибудь не про войну? -- сказала учительница.
-- Можно -- и не про войну, -- сказал дед. -- Значит, попала в наш самолет
ракета...
-- А как же вы жив остались?! -- удивилась учительница.
-- А я тогда в отпуске был, -- сказал дед.
Когда прозвенел звонок, учительница радостно вскочила и сказала деду:
-- Большое спасибо, что вы к нам пришли! И большое спасибо, что вы от нас
уходите!
-- Никто никуда не уходит, -- сказал дед. -- Успокойтесь!..
Из школы мы с дедом шли через парк. Дед молчал, опустив голову, а я говорил:
-- Зачем же ты врешь, дед?! Какой ты пример детям показываешь? И меня на всю
школу обосрамил!
-- Я как лучше хотел, -- оправдывался дед. -- Народ повеселить. А пример я
показываю, как не надо себя вести.
Позже я узнал, что инвалидом дед стал не на войне, а еще в детстве. Никаких
трагических событий в его автобиографии не было, кроме разве потери ноги да
женитьбы. Только одно ему оставалось -- фантазия.
И вообще, как скучно было бы жить, если бы все говорили только правду!
Сорока -- воровка

"-- Ей богу, Софья Ивановна, телятина совершенно лишнее... а
вот, по-моему, купи лучше икорки, свежей, хорошей икорки... Это будет лучше да
и дешевле".
Д. Григорович. Лотерейный бал
"Вынес достаточно русский народ,
Вынес и эту дорогу железную --
Вынесет все, что господь ни пошлет!"
Н. Некрасов. Железная дорога
Моя тетя работала в ресторане. Иногда она звонила нам по телефону и сообщала,
что у нее есть язык, печень, почки, вымя и свинячьи ножки.
Иногда она говорила, что у нее будет селедка под шубой.
После таких разговоров я представлял себе, как тетя на своих свинячьих ножках
выносит под шубой селедку.

Автопортреты На Асфальте - Мелихян К => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Автопортреты На Асфальте автора Мелихян К дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Автопортреты На Асфальте у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Автопортреты На Асфальте своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Мелихян К - Автопортреты На Асфальте.
Если после завершения чтения книги Автопортреты На Асфальте вы захотите почитать и другие книги Мелихян К, тогда зайдите на страницу писателя Мелихян К - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Автопортреты На Асфальте, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Мелихян К, написавшего книгу Автопортреты На Асфальте, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Автопортреты На Асфальте; Мелихян К, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн