А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Холина Арина

Галерея мужских пороков


 

Здесь выложена электронная книга Галерея мужских пороков автора по имени Холина Арина. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Холина Арина - Галерея мужских пороков.

Размер архива с книгой Галерея мужских пороков равняется 577.97 KB

Галерея мужских пороков - Холина Арина => скачать бесплатную электронную книгу



VadikV



Современные любовные романы

Аннотация
Новый год в Ку
ршавеле, модный сезон в Париже, Милане, Лондоне и Нью-Йорке, майские праздн
ики в Монако, каникулы на Карибах, 90 % скидки в магазинах дизайнерской одеж
ды, лучшие вечеринки и дружба со знаменитостями… Все включено, и все бесп
латно, если ты Ц главный редактор самого модного журнала для женщин!..
Алиса Трейман, ощущает себя звездой, Ц миллионы девушек мечтают оказат
ься на ее месте, Ц пока не узнает, что она ведьма. К тому же глупая и неопыт
ная, умудрившаяся влипнуть в историю. С этого момента ее жизнь переверну
лась на 360 градусов. Алисе приходится все начинать с нуля. Снова доказыват
ь Ц она чего-то стоит в этом мире…

Арина Холина
Галерея мужских пороков




Арина Холина
Галерея мужских пороков

Глава 1

Ц А еще он мне сказал, что я капризная, вздорная, дв
инутая на всю голову стерва, у которой нет ни стыда, ни совести, ни элемент
арной ответственности! Ц Марьяна стукнула о стол стаканом с морковным
соком и прикурила новую сигарету.
Ц За это мы тебя и любим, детка! Ц расхохоталась Алиса и подлила подруге
вина.
Ц Ну, я не знаю, может, научиться готовить какой-нибудь там борщ и попробо
вать меньше пить? Ц с кислой миной пробурчала Марьяна. Ц Есть же эта, как
ее... ну... Молоховец!
Ц Послушай, дорогая, если ты решила склеить личную жизнь с помощью сумас
шедшей бабы, которая рекомендует три дня настаивать свекольный квас... Ц
начала было Фая, но Марьяна, разумеется, ее перебила:
Ц Кого куда настаивать? Ц воскликнула она.
Ц Квас свекольный! Ц рявкнула Фая. Ц Мне тут домработница втирала, что
не умеют сейчас варить настоящий борщ!
Ц Да ну к черту! Ц отмахнулась Марьяна. Ц Проще развестись.
Ц Слушай, что-то я запуталась, с кем ты на этот раз собираешься разводить
ся? Ц уточнила Алиса.
Из них троих Марьяна была самой отчаянной. Ее личная жизнь представляла
собой настолько сложную и запутанную схему, по сравнению с которой самые
прогрессивные нанотехнологии казались детским конструктором.
Давным-давно Марьяна развелась с богатым мужем и вышла замуж за никому н
е известного бедного музыканта. От скромной, но беззаботной жизни Марьян
а получала невероятное удовольствие: однажды она со своим музыкантом уе
хала на месяц в Таиланд, где они тридцать дней тратили тысячу долларов, жи
ли на берегу в дешевом бунгало и только что сами рыбу не ловили, а где-то в о
кеане, в пределах видимости, маячил остров с очень дорогим отелем, где она
когда-то отдыхала с первым мужем. Марьяна рассказывала, что, когда она леж
ала в шезлонге, в компании своего и других богатых мужей и их расфуфыренн
ых жен, они смотрели вдаль, на людишек, поселившихся в бунгало по пять долл
аров в сутки, и насмехались над этим плебсом, а сейчас она разглядывала ос
тровок с избалованной публикой и не понимала, как можно жить в этом золот
ом карцере, среди скучных, пафосных и вечно чем-то озабоченных людей.
А спустя пару лет музыкант стал суперзвездой. Марьяна родила ему двоих д
етей и влюбилась в некоего актера. Ушла от музыканта, но актер ей через год
надоел, и она каким-то образом снова оказалась со своей суперзвездой. В ит
оге она уже три раза от него уходила, музыкант встречался с какими-то женщ
инами, Марьяна расставалась с очередным увлечением, они опять сходились
... Но кроме того, на Кипре, куда она каждое лето ездила отдыхать с детьми и н
яней, у нее был постоянный летний любовник Ц англичанин-серфингист, с ко
торым она снова и снова начинала бурный курортный роман.
Алиса все никак не могла понять, как Марьяша выкручивается, как она делит
свое внимание между всеми своими любовниками и почему они не хотят друг
друга убить.
Был у Марьяны странный талант Ц оставаться милой, нежной, обаятельной и
светлой, несмотря на разгул. Она никогда не позволяла себе просто пересп
ать с мужчиной Ц каждый раз с ней случалась любовь всей ее жизни, и она ве
рила, что прошлое, настоящее и будущее сошлись в одной точке, чтобы она вст
ретилась именно с этим человеком. И всякий раз это были отношения Ц с неж
ностью, с душевной близостью, с ревностью и переживаниями.
Зато Фая меняла любовников каждые два месяца. Она просыпалась в одно пре
красное утро и понимала, что больше не может видеть этого человека Ц ей с
ним скучно, и просто выставляла бедолагу за дверь с невразумительными по
яснениями.
Алиса же недавно переехала в дом молодого человека, с которым ей в это вре
мя года было очень удобно Ц она делала карьеру, и ей нужен был мужчина со
здоровой психикой, без вредных заскоков, приученный к домработнице и кух
арке.
Марьяне первый муж оставил ресторан Ц теперь ресторанов было три, а ско
ро будет пять, и Марьяна могла ни о чем не беспокоиться Ц кроме санэпидем
станции.
Фая же владела сетью магазинов итальянской одежды Ц и умудрилась так ус
троиться, что управляющие у нее были честные, ответственные и трудолюбив
ые Ц наверное, единственные такие порядочные управляющие в городе. У Фа
и была своя особенность Ц она умудрялась встречать правильных людей. Он
а почти ничего не делала сама Ц разве что ездила в Италию закупать одежд
у, но дела шли, и все только удивлялись, как это у нее так получается.
Марьяна пахала как лошадь. Алиса пропадала на работе.
А Фая просыпалась в час дня с очередным бездельником, ехала в салон красо
ты мыть голову и балбесничала до вечера Ц пока не наставала пора одеват
ься на вечеринку.
Отец у Фаи был из Непала, мама Ц еврейка. Двадцать лет назад мать развелас
ь с отцом, вернулась в Москву, к облегчению родственников вышла замуж за п
равоверного, а десять лет назад правоверный встретил угашенную в дым Фаю
в пять часов утра на пороге их квартиры на Остоженке, сгреб ее в охапку, пе
ревез на Сухаревскую, сообщил, что купил ей квартиру и видеть ее больше не
желает. Фая поскандалила, продала квартиру, переехала в студию, привезла
из Италии баул «Армани» прошлогоднего разлива, а через год открыла магаз
ин. На следующий магазин Ц на этот раз с дизайнерской отделкой и рекламо
й по всему городу Ц денег дал отчим Ц Фая показала ему такой бизнес-план
, что папочка долго терзал мамочку, нет ли у Фаи сестры-близняшки. Но ему пр
ишлось смириться с тем, что в лице одной падчерицы представлены два перс
онажа Ц разгильдяйка, балбеска, светская львица и хваткая спекулянтка.

Марьяна с Алисой всегда ей тайно завидовали Ц они изумлялись легкости,
с которой Фая устраивала свою жизнь, не жертвуя ничем, не отказываясь ни о
т денег, ни от удовольствий.
Впрочем, грех жаловаться Ц у Алисы была отличная работа.
Правда, при мысли о работе Алису перекосило. И на солнце есть пятна, а у Али
сы Ц проблемы.
Точнее, одна проблема весом в семьдесят кило, с грудью, как у Памелы Андерс
он Ц только своей собственной, родной, и ляжками, как бревна. Второй, мать
ее, главный редактор. Она же корова. Она же бегемот. Она же сиськи Ц но толь
ко в узком кругу.
Это несправедливо. Чудовищно несправедливо.
Потому что у Алисы, несмотря на мнение окружающих, все-таки были идеалы Ц
и первое место среди них занимала романтическая мечта о том, что в этой жи
зни людям воздается по заслугам Ц их собственным.
Но папа у бегемота был настолько важной шишкой, что на его капиталах могл
и паразитировать еще три поколения лоботрясов.
Это была ненависть с первого взгляда. Как только Оля вошла в аудиторию, кт
о-то нашептал Алисе: «А ты знаешь, кто у нее папа?» Алиса взглянула на флегм
атичную полную девушку с огромной грудью в модном топе Ц казалось, Оля с
пит на ходу, такая она вся была томная и медленная, Ц и решила, что кто бы у
нее ни был папа Ц ей это не поможет. И ошиблась.
Потому что кроме папы у Оли все-таки присутствовал бюст шестого размера
Ц а на первокурсников мужского пола такие вещи производят неизгладимо
е впечатление. Ну, и, если уж совсем честно, хоть и скрипя душой, Ольга была н
е урод.
Милая, да. Карие глаза под полуопущенными веками, гладкая бархатистая ко
жа, нежные губы, аккуратный нос. Ничего особенного, но... милая.
И ей всегда все доставалось за так. Все хотели ездить на выходные в загоро
дный дом ее отца. Все хотели пользоваться его связями. Все хотели зажигат
ь с золотой молодежью. И все мальчики хотели увидеть ее грудь без лифчика.

Вокруг Оли всегда была какая-то суета, а ей словно было лень обратить на эт
о внимание. Она даже не замечала, когда ей дерзили Ц а девочки этим увлека
лись. Алисе хватило ума не опуститься до хамства Ц из гордости, только из
гордости, но если бы ей кто-нибудь пообещал, что можно вцепиться Оле в воло
сы и впечатать ее головой в стену Ц и ничего за это не будет... Э-эх...
Ц Да и зачем мне Молоховец, если мой ресторан напротив дома? Ц рассужда
ла Марьяна. Ц Ухожу я от Миши! Ц Она ответила на взгляд Алисы, которая зак
атила глаза, посетовав на то, что ее вопрос остался без внимания.
Миша был странной любовью Марьяны, от которой она не могла избавиться уж
е второй год. Постоянный возлюбленный, знаменитый музыкальный продюсер,
беспокоился, появлялся на публике с молодыми звездами, но Марьяна упорст
вовала. Продюсер, Ваня, поначалу бунтовал, но вскоре привык к тому, что он в
роде женат, а вроде и не очень. С Марьяной он дружил, завел с ней двух детей,
с удовольствием жил с ней в перерывах между ее любовниками и его пассиям
и и за одиннадцать лет как-то сам по себе выучился через определенный сро
к расставаться со своими моделями Ц певичками-стриптизершами. С серьез
ными женщинами он не связывался Ц у него была Марьяна. Но на этот раз все
было странно: Миша, хирург в муниципальной больнице, произвел на Марьяну
неизгладимое впечатление своей профессией, умением читать стихи Ц «Он
та-ак читает стихи, что даже совсем не противно и не хочется ковырять в нос
у!» Ц и приступами депрессии, когда Миша лежал на диване и мучил Марьяну.
Он просто лежал, матерился, орал на нее, курил и пил дешевый бренди. Еще он н
е брился и не мылся. Отчего-то Марьяна от этого была в невероятном восторг
е Ц хоть и не показывала. Но она уже три раза не ушла от Миши Ц «потому что
ему сейчас плохо», и, казалось, конца и края этому не будет.
Ц Ты серьезно? Ц поинтересовалась Фая.
Ц Знаешь... Ц Марьяна задумалась. Ц Он прожег мой белый кожаный диван.
Фая с Алисой ждали продолжения.
Ц И все? Ц наконец спросила Алиса.
Ц Ну, да... Ц Марьяна с удивлением посмотрела на них. Ц А что может быть ху
же?
Подружки расхохотались.
Ц Все! Уехал к себе в Текстильщики, Ц сообщила Марьяна. Ц Пусть там жжет
диваны! Ц добавила она со злостью. Ц Он-то уехал, а мне с этим диваном жит
ь! И что мне теперь делать?! Чего ржете? Диван стоит пять тысяч долларов!
В прошлый раз Марьяна нянчилась с художником, с которым познакомилась в
расцвете его недолгой славы. Была выставка, были заказы, были поездки на Б
али, а потом у него случилось какое-то умопомрачение Ц позвонил заказчи
к и был им послан в нелестных для него выражениях. Художник объяснял, что н
е может продавать свои картины жлобам, которые покупают их потому, что он
Ц модный. Он хочет, чтобы его ценили осмысленно, и, вообще, если хорошо под
умать, то любое произведение искусства Ц бесценно. Картины Ц его дети, а
как он может торговать детьми?
Художник пил Ц сначала коньяк, потом ром, потом бренди, потом водку, гонял
ся за Марьяной с ножом Ц дети с няней жили на даче, каялся, рыдал, бил за нее
кому-то морду, но вскоре совсем ополоумел, и к возвращению детей Марьяна е
го выпроводила Ц на посошок он порезал ножом кожаный диван цвета слонов
ой кости.
Ц Кажется, тебе стоит перейти на ИКЕА, Ц посоветовала Файка. Ц Или изме
нить формат любовников.
Алиса смотрела на своих девочек, на лучших подружек, на раздолбаек и эгои
сток, от которых она не ждала ничего хорошего. Она знала, если сам себе не п
оможешь, никто тебе не поможет, и потом, когда со слезами, которые отчего-т
о относят к старческой сентиментальности, будешь смотреть на подернуты
е прошлым фотографии, на которых останутся эти веселые стервы, полные жи
зни, готовые совершить тысячи безумств, то не будешь жалеть, что не они под
несут тебе стакан воды, когда ты зайдешься в предсмертном кашле. Пусть их
не будет рядом, когда тебя не станет, но они с тобой, пока ты жива Ц и благод
аря им короткий век человека кажется тебе бесконечными каникулами.
Они были испорченные, избалованные, сумасбродные, но они были живые Ц ка
к теплое Эгейское море, когда оно накатывает прозрачными волнами на песч
аный пляж, живыми, как капризный летний ветер, что треплет листву, живыми,
как дождь, который высыпается из черной тучи Ц в них было нечто настольк
о естественное, природное, что им прощали любые глупости, подлости и откр
овенное свинство, потому что рядом с ними взрослые, серьезные люди, озабо
ченные взрослыми, серьезными проблемами, вспоминали, что такое детство,
что такое удовольствие без истерики на тему разрядившегося мобильника,
что такое настоящий, стопроцентный кайф.
А как они сидели в шесть утра в парижском кафе, после клуба, и у всех от шамп
анского голова рассыпалась на части, и забавный официант с похотливыми г
лазами принес «нурофен», а потом они пили кофе с круассанами, и маслом, и д
жемом, и пахло свежей выпечкой, и арабикой, и жизнь была такой замечательн
ой, и круассаны Ц лучшими в мире, и у них просто случилась истерика, от тог
о, как все здорово, Ц они хохотали над каким-то анекдотом, над которым пос
ле никто никогда не смеялся Ц видимо, анекдот был тупой, и все на них обор
ачивались и улыбались им, потому что было хо-ро-шо!
А как они любили просыпаться в обществе случайных любовников Ц красивы
х молодых людей, которые были сражены их жизнерадостностью! Просыпаться
, когда жаркое южное солнце где-нибудь на Крите уже просочилось сквозь за
навески, и впереди новый день с новыми приключениями, и твой любовник так
ой горячий Ц просто от солнца, и все еще любимый, и ты знать не знаешь, и зна
ть не желаешь, чем он там, в другой жизни, занимается, ты помнишь лишь, как те
бя ошарашила страсть, как тебе его захотелось до помутнения рассудка, и э
тот восторг, и экстаз от одних лишь прикосновений, и губы в кровь, и какое-т
о звериное желание, и все это Ц любовь, от которой ты задыхаешься, и такое
упоение оттого, что ты и он Ц вы вместе только сейчас, и никаких ожиданий,
никаких совместных планов и забот Ц лишь солнечные блики на воде, прост
ранство иллюзий, желаний и смутных надежд, от которых вскипает кровь, тян
ет под ложечкой и кружится голова...
Алиса сверху вниз смотрела на людей, которые с тоской вспоминали молодые
годы Ц все это пошлость: «Ах, как мы сидели на бульваре, пили портвейн и сп
орили до хрипоты...» Они умерли. Что-то с ними случилось. Кто-то их подло обма
нул, убедив, что, как только ты минуешь рубеж полового созревания, жизнь пр
евращается в скучнейшую рутину, в театр военных действий, где в партере з
арезервированы места для ответственности, практичности, солидности, гд
е легкомыслие, страсть к авантюрам и истерическая жажда удовольствий пр
ячутся на галерке, весело улюлюкая и нарушая покой почтенной публики. Он
и дорого Ц собственным счастьем заплатили за удобства и привилегии.
Именно поэтому ненависть к Оле нельзя было списать на обычную зависть Ц
тут было нечто глубокое, что Алиса и сама не осмыслила. Она вообще не пони
мала, как Оля живет, что ее вынуждает каждый день открывать глаза, встават
ь с кровати и ехать на работу. Ей следовало выйти замуж, нарожать детей и в
сех их кормить-поить, стать клушей Ц наседкой, толстой и счастливой.
Какой из нее редактор глянцевого журнала, если для Оли самое яркое драма
тическое переживание Ц что взять на обед: грибную лапшу или борщ?
В «Глянец» они устроились вместе. Случайно. Алиса была уверена, что Оля с е
е штампованным языком, вялым слогом, блеклым повествованием провалится
на собеседовании, но владелец издания был знаком с ее отцом, и Олю приняли
в штат. Алиса по ночам писала статьи, гордилась ими, переживала, расстраив
алась, если кто-то написал лучше Ц а Оля выжимала из себя по фразе в недел
ю, с каким-то совершенно отмороженным видом торчала перед компьютером, а
в итоге сдавала весь такой ути-пути текст, где одна банальность наступал
а на пятки другой.
Она не была бездарной. Она была равнодушной. Где-то внутри у нее теплился и
нтерес к жизни, к работе, к молодым людям, но огонек был такой слабый, что от
него едва ли можно было прикурить сигарету.
Ц Девки, вы будете десерт? Ц спросила Фая.
Ц Много-много десерта, Ц кивнула Марьяна.
Ц Морковный торт, Ц сообщила Алиса.
Облакам, заслонявшим солнце, вдруг надоело их неблагодарное занятие, и о
ни разбрелись кто куда Ц небо из бледно-серого неожиданно превратилось
в голубое, теплые осенние лучи упали на столик, заиграли на серебристой в
азочке с цветами и ударили в глаза. Алиса прищурилась и полезла в сумку за
очками. Каждый раз это было мгновением острого наслаждения Ц почти физи
ческого: новая серо-голубая сумка от «Марк Джейкобс» Ц большая и модная,
с крупной фурнитурой. Очки от «Гуччи» с дымчатыми серыми стеклами. Алиса
считала людей, которые не понимают красоты и ценности хороших вещей, иди
отами. Стыдно, видите ли, жить в обществе потребления, уделять столько вни
мания материальным ценностям! Если бы у вас лет в четырнадцать были сапо
ги-луноходы, доставшиеся от чужих детей, одна-единственная вельветовая ю
бка и ужасная черная сумка из плащовки, вы бы не так заговорили!
Взрослая, ухоженная, стильная Алиса отлично помнила, что переживала Алис
а-подросток. Она считала себя нелепым уродцем в этих заношенных сапогах;
испытывала ужас, что следующим летом придется носить старые немодные ту
фли, на которых потрескался лак; чувствовала, что выглядит, как старуха-бо
мжиха. Она смотрела на девочек в стильных кроссовках, на девочек в модных
джинсах, на девочек с яркими рюкзаками, которые были так довольны собой, т
ак уверенны, так неоправданно счастливы, что ей хотелось стать невидимой
, оказаться дома, залезть под кровать и там умереть, потому что жить, если т
воя молодость прячется в драповом пальто с жутким воротником из мутона,
нет никакого смысла.
Мамина подруга-стюардесса привозила журналы мод, и Алиса с замиранием се
рдца разглядывала высоких стройных женщин с шелковистой кожей, немысли
мые наряды, чьи-то дома, в которых стояла удивительная мебель.... Все было на
столько восхитительно, что невозможно было не мечтать, не видеть себя во
т в таком вот кресле красного дерева, в этом белом пончо из шерсти ламы, в т
оненьких серебристых босоножках, каблуки которых упираются в выложенн
ый мозаикой пол...
Она представляла, как просыпается в этом белом особняке на горе, из окна п
ахнет соснами, и особенным, необыкновенно терпким южным соцветием, и йод
ом, и солью!.. И ленивый, сонный утренний ветерок колышет занавески, и тебе у
же хочется жить, бежать, потому что впереди столько всего важного и интер
есного Ц завтрак, пляж, волны... В прохладном шелковом кимоно ты выходишь
на террасу, и горничная несет кофе, и булочку, и сливочное масло, и ты все эт
о уплетаешь со здоровым аппетитом, потому что толстеют где-то далеко Ц н
е здесь, и благоухают цветы, и ты медленно спускаешься к морю, которое пока
только твое Ц ни яхтсменов, ни серфингистов, ни дамочек, что умасливают т
ела средствами для загара, поглядывая на атлетически сложенных красавч
иков... Кимоно падает на песок, и все твое голое тело дышит, разбегаешься Ц
и прыгаешь на волну, обнимаешь море, которое играет с тобой, как со щенком
Ц гладит, треплет за загривок, вышвыривает, Ц а ты снова и снова бросаеш
ься на него в упоительном восторге...
Весь мир только для тебя.
Это был ее Космос, ее Тридесятое Царство, ее Средиземье.
Она всегда знала, что будет писать в такие журналы. Будет частью этой удив
ительной жизни. И когда появился первый в Москве «Глянец», Алиса покляла
сь себе, что сделает все Ц вплоть до убийства, чтобы туда попасть.


Глава 2

Ц А что произошло с морковным тортом? Ц поинтере
совалась Алиса у официантки, которая заявила, что лишает ее любимого дес
ерта.
Официантка пожала плечами. Алиса вышла из себя. Не то чтобы у нее была скло
нность самоутверждаться за счет обслуги, но она ненавидела, когда люди д
емонстрируют, как им наплевать на их работу. Иди в другое место, киса! Ночн
ым сторожем! Она, Алиса, хочет морковный торт Ц и уж по крайней мере имеет
право знать, что происходит!
Ц Весь съели? Ц уточнила она.
Ц Наверное, Ц официантка пожала плечами.
Ц Может, вы узнаете поточнее, потому что я без морковного торта буду чувс
твовать себя несчастной, Ц отрезала Алиса. Ц Надо подождать, я подожду
Ц если его готовят.
Это было довольно дорогое кафе, где всегда был морковный торт Ц не могло
не быть, потому что клиента здесь почитали и ублажали. Алиса подозревала
Ц торт либо пекут, либо только что испекли, либо испекут Ц чтобы никто не
ушел с ощущением, будто его обманули. Обычно так оно и бывало Ц пока не яв
илась эта хмурая официантка, которая явно считала, что делает огромное о
должение обществу, обслуживая людей, способных потратить на обед полтор
ы тысячи рублей.
Официантка ушла, и пропала надолго. Когда она, наконец, вернулась, то прине
сла чай, мороженое Марьяне и тирамису Фае.
Ц А морковный торт? Ц напомнила Алиса.
Ц Его нет, Ц повторила официантка.
Ц Девушка! Ц позвала ее Алиса. Ц Это что, протест? Сегодня международны
й день хамства клиентам или вы принципиально против чаевых?
Ц Могу позвать менеджера, Ц вяло ответила девица.
Ц Послушайте, если вы решили уволиться, или у вас проблемы с бойфрендом,
я категорически отказываюсь выступать как мишень вашего дурного настр
оения. Немедленно сюда менеджера, и не смейте к нам приближаться! Ц рявкн
ула Алиса.
Фая и Марьяна не обратили на сцену ни малейшего внимания. Они уже знали, ка
к заклинивает Алису, когда ее раздражает окружающий мир. Однажды она уст
роила скандал в банке, потому что там банкоматы выдавали только от тысяч
и рублей Ц а Алисе нужно было снять сто рублей на сигареты.
Ц В чем разница-то? Ц поинтересовалась Марьяна, когда они вышли из банк
а.
Ц Разница в том, что меня, по неинтересной мне причине, лишают выбора, Ц о
грызнулась Алиса, которая все еще пребывала в бешенстве. Ц Мы же не в Сев
ерной Корее живем!..
Пришла менеджер, Алиса выразила неудовольствие, менеджер приставила к н
им другую официантку, морковный пирог ей принесли, но есть его пришлось в
одиночестве Ц Марьяна унеслась в ресторан, где что-то случилось, а Фая по
ехала на массаж.
Алиса любила подруг, но и умела наслаждаться обществом самой себя. Ее все
еще удивляло, что сидит она, Алиса Трейман, в стильном кожаном бомбере, в д
жинсах от «Настоящей Религии», в туфлях за пять сотен Ц в модном кафе и ни
в чем себе не отказывает.
Алиса мельком взглянула на соседку Ц унылую девицу в сером костюме и пр
остеньких сиреневых лодочках Ц такую офисную клушу, проникшуюся корпо
ративной культурой, и уловила в ее глазах зависть. Не какую-то особенную, а
самую обычную женскую зависть Ц такую, что испытывает любая девушка, ко
гда против своей воли сталкивается с более модной, красивой, уверенной в
себе конкуренткой. Конкуренткой Ц потому что это очень важно, на кого см
отрят случайные мужчины в кафе (на улице, в спортзале) Ц на тебя или на сте
рву, которая самым бессовестным образом эксплуатирует собственную сек
суальность.
Есть даже особая гримаса Ц хмурое лицо с выражением: «наверняка она спи
т со старым, лысым, горбатым извращенцем», и взгляд исподлобья.
Это комплимент. Потому что одобрение, восхищение Ц это одно, а вот столь о
чевидная ревность Ц это, ребята, победа.
Так уж устроен мир: зависть Ц индикатор успеха. Если тебя одобряют, значи
т, ты либо ничего особенного собой не представляешь, либо уже вошел в исто
рию. Но пока ты на коне, пока ты угроза, тебя ненавидят. Если о тебе распуска
ют сплетни, пишут гадости, радуются твоим промашкам Ц ты со щитом. Это жес
токо. Но это жизнь.
Алиса вспомнила Николину Гору, где они жили с матерью, пока она, Алиса, не п
ошла в первый класс. То есть формально это была деревня рядом с Николиной
Горой Ц это сейчас там особняки и метр земли стоит больше, чем вся Центра
льная Африка. А тогда, пятнадцать лет назад, стояли редкие дачки, в основно
м настоящие деревенские дома Ц противненькие, без водопровода, с печкой
, туалетом на улице.
Отец разбился на машине, когда Алисе было три года Ц она его почти не помн
ила. Бабушка немедленно заявила невестке Ц то есть матери Алисы, чтобы т
а убиралась из квартиры. Дом в Аксиньино, который купил еще дед со стороны
отца, но так и не успел перестроить, по завещанию отошел папаше Ц туда они
и перебрались.
Дед был большим чиновником в Госкино, жил широко, красиво Ц к неудовольс
твию жены, которая вечно ныла, что не может купить себе какую-то особенную
норковую шубу. Сына дед отдал во ВГИК и сам удивился, что тот уже на первом
курсе снял приличную короткометражку, а на втором написал сценарий, к ко
торому проявил интерес Георгий Данелия. Но сначала умер дед Ц в шестьде
сят четыре он заработал второй инфаркт, врачи запретили ему пить и курит
ь, и дед за год сгорел от депрессии Ц он просто не знал, ради чего жить, если
нельзя гулять до утра, устраивать шумные застолья и выплясывать лезгинк
у. Это был веселый наполовину еврей, наполовину грузин, который ничего не
понимал в оттенках серого, в полумерах Ц у него каждый день был отпуск, ря
дом с ним все искрилось и дрожало, и он был уверен, что жить можно только та
к Ц иначе зачем?.. Он возвращался пьяный, пел песни, всех будил, танцевал, об
ижался, что его не понимают, уезжал к Леванчику или к Кириллу допивать ост
атки армянского коньяка, который жене Лиане прислали на день рождения, п
росыпался у кого-то на даче, умирал, заказывал в «Арагви» суп Ц и кто-то ем
у его вез на эту дачу, адреса которой дед не знал...
Он украл бабушку, он дарил ей по тысяче роз, он целовал ноги своей армянско
й принцессе, баловал ее и умирал не оттого, что его сердце постарело, а отт
ого, что оно не могло больше колотиться от восторга, оттого, что превратил
ось в обычный орган и не стало больше средоточием неудержимой радости.
А потом разбился отец. Ушел за своим отцом, рядом с которым чувствовал себ
я живым.
За три года до смерти деда отец женился на маме Ц медсестричке из Соколь
ников, которую бабушка не признавала за человека. Она считала маму прожж
енной, хитрой аферисткой, которая вклинилась в их семейство, в их чудесну
ю пятикомнатную квартиру, быстро забеременела и родила бастарда Ц то ес
ть Алису. Дед был равнодушен ко всем этим интригам Ц до бабушки он раза че
тыре разводился и считал, что, если уж его сыну хочется спать с медсестрой
, можно простить будущему корифею русского кино минутную слабость.
Но бабка была непримирима.
Она происходила из благородной армянской семьи, где из поколения в покол
ение женились на своих Ц на красивых, богатых, с высшим образованием и пр
иданым, и какая-то девка из Омска, медсестра из Русаковской больницы, прос
тушка, которая никак не могла усвоить, что в слове «звонить» ударение дел
ается на второй слог, а кофе Ц не «оно», а «он», была для нее страшнее рака,
страшнее пожара, страшнее бедности. Но пока бабушка думала, что мама Ц аф
еристка, она ее хотя бы ненавидела, а когда поняла, что та всего лишь глупа
я девица, обалдевшая от неожиданного счастья, то совсем перестала ее зам
ечать. Мама и Алиса стали невидимыми для нее. До семи лет бабушка не подава
ла признаков жизни, но в июне, перед тем как Алисе пойти в школу, вдруг появ
илась в Аксиньино Ц на черном дедовом «Мерседесе», в модном черном плат
ье, на шпильках, посмотрела на Алису и сообщила, что решила отдать ребенка
в приличную школу. Она подарила мамаше квартиру в обмен на дачу: крошечну
ю, двухкомнатную, в Тушине. Но из Тушина удобно было ездить на Пушкинскую
Ц по прямой на метро двадцать минут. Мамаша по дороге на работу отвозила
Алису в школу и забирала ее с продленки. Сначала Алисе в школе понравилос
ь. Но вскоре девочка поняла, что есть она Ц и есть все остальные. Например,
дочки известных режиссеров, дипломатов, актеров, писателей, генералов. В
се они учатся в этой отличной школе, некоторые даже остаются на продленк
у, но большинство забирают домой няни, домработницы, водители, а еще у них
у всех модные вещи, компьютеры, вкусная еда, большие квартиры в центре гор
ода, а у нее, Алисы, желтый ранец, резиновые сапоги с утятами, пальто в клето
чку и шапка с самым уродливым в мире помпоном.
К тому же с матушкой было сложно. Она получала копейки, и у нее не было пост
оянного мужчины. Из этого следовало, что мать все деньги тратила на тряпк
и, приходила поздно, а у Алисы на коленях протирались колготы, иногда в ква
ртире появлялся какой-нибудь Дима, который по утрам два часа сидел в туал
ете.

Галерея мужских пороков - Холина Арина => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Галерея мужских пороков автора Холина Арина дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Галерея мужских пороков у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Галерея мужских пороков своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Холина Арина - Галерея мужских пороков.
Если после завершения чтения книги Галерея мужских пороков вы захотите почитать и другие книги Холина Арина, тогда зайдите на страницу писателя Холина Арина - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Галерея мужских пороков, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Холина Арина, написавшего книгу Галерея мужских пороков, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Галерея мужских пороков; Холина Арина, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн